Глава 27. «Шашлыки»
Сознание возвращалось медленно, с неохотой, будто у него самого было похмелье. Габи зажмурилась плотнее, когда первые лучи солнца ударили в лицо — кто вообще в спальне повесил такие тонкие шторы? Ах да, она сама. Потому что «люблю просыпаться с рассветом». Идиотка.
Голова гудела. Но не так сильно, как ожидалось. И во рту не было того отвратительного привкуса, который обычно сопровождал ночи в клубе.
Она осторожно приоткрыла один глаз.
На тумбочке стоял стакан апельсинового сока. Рядом — две белые таблетки на салфетке и маленькая бутылочка воды. Влад.
Габи села на кровати, натянув одеяло до подбородка. Футболка — она вообще в чём спала? Ах да, ни в чём. Тело слегка ломило, но не от боли — от приятной усталости, как после долгой прогулки. Она выпила сок залпом, проглотила таблетки и прислушалась к себе.
Из кухни доносились звуки. Шипение масла на сковороде. Негромкое позвякивание посуды. И тихое — Влад что, напевает?
Габи натянула его огромную футболку, валявшуюся на стуле, и на цыпочках вышла из спальни. Пол под ногами был прохладным, и это приятно отрезвляло.
Влад стоял у плиты в домашних штанах и растянутой серой футболке. Волосы ещё мокрые после душа — он явно встал раньше. Рядом сковорода с яичницей, помидоры черри резаные на доске, тосты уже подрумянились в тостере. И да, он действительно напевал что-то, то ли «ЛСП», то ли «Pharaoh» — не разобрать.
— Ты чего так рано? — спросила Габи с порога, прислоняясь плечом к косяку. Голос сел, звучал хрипло и смешно.
Влад обернулся. Посмотрел на неё — взъерошенную, в его футболке, сонную — и уголки его губ дрогнули вверх.
— Решил, что кто-то должен встрепенуться, пока вы с подругами там... отдыхали.
— Я не просила готовить завтрак.
— А кто просит? — Он переложил яичницу на тарелку. — Иди садись.
Габи послушно опустилась на стул, поджав под себя ноги. Перед ней тут же оказалась полная тарелка: яйца пашот, его коронные, идеальные, помидорки, тост с маслом и ломтик авокадо. Чайник уже вскипел — Влад заварил зелёный чай с мятой, как она любила.
Он сел напротив со своей чашкой чёрного кофе. Есть не стал — просто смотрел, как она ест. И улыбался. Не насмешливо, не снисходительно — тепло, по-домашнему.
— Что? — спросила Габи с набитым ртом. — Ты чего уставился?
— Ничего. — Он отхлебнул кофе. — Ты смешная, когда спишь.
— По твоим словам, я всегда смешная.
— Иногда — да. Но когда спишь — особенно.
Габи фыркнула и вернулась к еде. Тишина была не неловкой, а спокойной. Как будто вчерашней ночи и не случилось. Как будто не было ни клуба, ни пьяных звонков, ни холодной ссоры перед сном.
А потом Влад отодвинул чашку и сказал:
— Я кстати Лине звонил утром.
Габи поперхнулась чаем.
— Что?! Зачем?
— Договорился. Сегодня поедем на природу. Шашлыки. Речка. Без клубов, без духоты.
— Ты... — Она не верила своим ушам. — Ты позвонил моей подруге, чтобы позвать её на шашлыки?
— Я всем позвонил. Надеюсь FrameTamer с твоим братом, не передерутся из-за того, кому шампуры держать. — Он пожал плечами с таким видом, будто ничего особенного не произошло. — Ты же хотела выходной с друзьями? Вот тебе выходной. Только трезвый и без танцев до упаду.
Габи уставилась на него, раскрыв рот. Это был не тот Влад, который злился у клуба. И не тот, который молча лежал на спине, отворачиваясь от неё. Это был какой-то новый Влад. Заботливый. Понимающий. Даже немного... нежный?
— Владик, — сказала она тихо. — Ты серьёзно?
— Я всегда серьёзен. — Он встал, собрал её пустую тарелку и чмокнул в макушку. — Собирайся. Договорились все на два часа. И купальник не забудь, там правда жарко сегодня.
Он ушёл мыть посуду, а Габи осталась сидеть, обхватив горячую кружку с чаем. В голове прояснилось — не только от таблеток и сока. А от странного, почти детского чувства, что всё будет хорошо.
И что, возможно, она не заслужила такого Влада. Но очень хотела им дорожить.
Она улыбнулась в кружку.
За окном уже вовсю светило солнце, и день обещал быть идеальным.
Че та маленькая глава получилась, ну простите.