Глава 28. «Сборы»
До вылета оставалось два дня, и квартира напоминала филиал склада IKEA после погрома. Габи сидела посреди кровати, окружённая тремя разными купальниками, двумя панамами и бесконечным количеством платьев, которые она точно не наденет, но «вдруг пригодится».
— Владик, — позвала она жалобно. — Я не влезу в это.
Влад выглянул из гардеробной с ремнём в зубах и парой шорт в руках.
— Ты не влезешь в платье или платье не влезет в чемодан?
— И то, и то.
Он вздохнул, подошёл и молча вытащил из кучи три вещи, которые реально сочетались между собой. Остальное аккуратно сложил обратно в шкаф.
— Вот. Берёшь это. И это. И ещё вот это. Всё.
— Ты не можешь так просто взять и решить за меня!
— Только что смог. — Он поцеловал её в висок и ушёл собирать свои футболки.
Через час они поняли, что забыли кучу мелочей: солнцезащитный крем, влажные салфетки, новые шлёпанцы. Пришлось ехать в торговый центр.
Габи тащила Влада за руку через весь магазин, пока не наткнулась на отдел пляжной одежды. И тут она замерла. На манекене висел купальник — бирюзовый, с золотистой фурнитурой, не слишком откровенный, но невероятно красивый. Ткань переливалась на свету, как чешуя русалки.
Влад проследил за её взглядом.
— Нравится?
— Очень. Но дорого.
Он не сказал ни слова. Просто снял купальник с вешалки, подошёл к кассе и оплатил, пока Габи пыталась возмущаться.
— Влад! Я не просила!
— А я не спрашивал. — Он протянул ей пакет. — Это подарок. Чтобы ты на пляже чувствовала себя королевой.
Габи посмотрела на него, потом на пакет, потом снова на него. И чмокнула в губы.
— Ты вредный.
— Знаю.
Они докупили всё остальное — Влад незаметно положил в корзину её любимые печенье «в дорогу», а Габи добавила две пары солнцезащитных очков «про запас». Вечером, лёжа в кровати, они обсуждали, кто из друзей точно опоздает в аэропорт.
— Даня, — сказал Влад без тени сомнения.
— Спорим? — усмехнулась Габи.
— Не буду. Я выиграю.
Второго августа, в шесть утра, огромная компания собралась в аэропорту. Даня опоздал на двадцать минут, и Влад только молча показал на него пальцем, не говоря ни слова.
Сели они почти все рядом — поменялись местами, чтобы быть вместе. Габи оказалась у окна, Влад посередине, а с краю — Илья. Даня устроился через два кресла, сразу закинул ногу на ногу и заявил:
— Взлетим — я усну. Не будите.
Самолёт набрал высоту, и Габи, которая боялась летать, вцепилась в руку Влада. Он молча накрыл её ладонь своей, погладил большим пальцем и прошептал:
— Всё хорошо. Я здесь.
Через полчаса она уже спала, уткнувшись носом ему в плечо. Влад не двигался, боясь разбудить. Смотрел в иллюминатор на облака и чувствовал, как её дыхание становится ровным и спокойным.
А потом началось.
Даня храпел. Не тихо, а так, что первый ряд обернулся. Сначала все переглядывались, потом Кира не выдержала и хихикнула. Аня закрыла лицо руками. Артём с Линой переглянулись и одновременно достали телефоны, чтобы снять это для истории.
— Господи, — прошептал Саша. — Он что, трактор?
— Хуже, — ответил Илья. — У трактора звук приятнее.
Когда Даня на секунду замолк, а потом выдал особенно громкий руладу, даже стюардесса улыбнулась. Вся компания уже откровенно смеялась, давясь воздухом, чтобы не разбудить виновника торжества. Каролина сняла всё на видео и пообещала смонтировать лучший момент для влога.
Габи проснулась от смеха, подняла голову с плеча Влада, ничего не поняла и снова закрыла глаза. Влад погладил её по волосам и прошептал:
— Спи. Потом расскажу.
Тбилиси встретил их жарой и солнцем. Воздух был густым, пахло специями, раскалённым асфальтом и чем-то сладким — то ли халвой, то ли летом.
Огромный дом, который они сняли, стоял на холме с видом на море. Да, море в Грузии — Чёрное, но это было неважно. Важно, что из окон открывался бесконечный горизонт, а во дворе рос гранатовый куст и стоял стол на двенадцать человек.
— Охренеть, — выдохнула Настя, заходя внутрь. — Мы тут все поместимся?
— И не только, — усмехнулась Кира, уже выбирая себе комнату с балконом.
Габи и Влад заняли самую маленькую, но уютную комнату в конце коридора — с окном во всю стену и старым деревянным комодом. Влад кинул чемодан, открыл окно, и в комнату ворвался ветер, пахнущий солью и можжевельником.
— Влог, влог! — закричала Каролина, хватая камеру. — Все к дивану!
Они сняли обзор дома: просторная гостиная с камином, гигантская кухня, терраса с качелями и бассейн, который оказался меньше, чем на фото, но это никого не расстроило.
— А теперь — море! — скомандовал Илья.
Переоделись быстро. Габи надела тот самый бирюзовый купальник, который подарил Влад, и поймала его взгляд, когда вышла из комнаты. Он смотрел так, будто видел её в первый раз.
— Что? — спросила она, поправляя лямку.
— Ничего. — Он взял её за руку. — Идём.
Море было тёплым, почти парным. Песок золотился на солнце, волны лениво накатывали на берег. Компания с визгом забежала в воду — Даня первым, за ним Настя, потом все остальные.
Габи зашла медленно, привыкая к температуре. Влад стоял рядом и молча смотрел на горизонт.
— Красиво, — сказала она.
— Да, — ответил он. И не про море.
Вечером они жарили шашлык на мангале, который чудом нашли во дворе. Пили вино, смеялись, купались в бассейне уже в темноте, когда вода светилась от лунного света. Кто-то включил музыку с телефона. Кто-то уснул на шезлонге.
Габи лежала на траве, глядя на звёзды, и чувствовала, как Влад переплёл их пальцы.
— Я рада, что мы приехали, — прошептала она.
Утром Габи проснулась от того, что Влада не было рядом. Выглянула в окно — он стоял на террасе с чашкой кофе, разговаривал с Артёмом о чём-то серьёзном, жестикулируя. Она улыбнулась, накинула лёгкое платье и вышла к нему.
— Вы чего не разбудили?
— Ты так сладко спала, — ответил Влад и протянул ей вторую кружку. — Кофе с корицей, как ты любишь.
День начался лениво. Позавтракали на веранде — сыр, свежий хлеб, виноград, мёд. Лина пыталась кормить местного кота, который нагло залез на стол. Артём снимал это на видео.
В обед пошли на море снова. На этот раз захватили мяч для пляжного волейбола и устроили турнир: девушки против парней. Габи играла азартно, бегала босиком по горячему песку и смеялась так, что Влад отвлёкся и пропустил мяч.
— Это нечестно, — сказал он, запыхавшись.
— А кто сказал, что будет честно? — подмигнула Габи.
Вечером они снова снимали влог — на этот раз «челлендж: попробуй грузинскую кухню вслепую». Даня отгадал только хинкали, остальное называл «какой-то травой». Кира фыркала. Илья ржал так, что камера тряслась.
Лина сидела на коленях у Артёма и комментировала происходящее как профессиональный ведущий. Каролина ушла за вторым стаканом лимонада и по пути уронила телефон в траву — ничего страшного, только чехол испачкался.
Габи, лёжа на пледе, смотрела на всех и думала, что счастье — это вот так. Без фильтров. Без постановок. Просто компания, море и Влад рядом.
Она и не знала, что завтра всё изменится.
Третий день.
Она проснулась от того, что мир резко накренился. Ещё не открыв глаза, Габи почувствовала, как к горлу подкатила тошнота — сильная, неотвратимая, как цунами.
Она метнулась в ванную, успела закрыть дверь и рухнула на колени перед унитазом. Её выворачивало настолько сильно, что заболели рёбра. Слава богу, Влад не проснулся — он спал глубоко, отвернувшись к стене, и даже не пошевелился.
Габи сидела на холодном кафеле, вытирая рот тыльной стороной ладони, и смотрела на себя в зеркало. Бледная. Глаза на мокром месте. И внутри — холодное, липкое «а вдруг?».
Она достала телефон. Шесть утра. Кая наверняка спит в Париже, но выбора нет.
— Алло? — Голос Каи был сонным, но мгновенно стал обеспокоенным. — Габи? Что случилось?
— Кая, — прошептала Габи, закрывая дверь ванной поплотнее. — Меня только что вырвало. С утра. Сразу как проснулась.
Тишина. Потом Кая села в кровати — это было слышно по шороху простыней.
— Габи... — осторожно начала она. — У тебя задержка?
Габи зажмурилась. Она отрицала это всё время. Неделю назад, две недели назад — когда месячные не пришли в срок, она сказала себе «стресс, перелёт, акклиматизация». Ещё через три дня — «просто организм сбоит». Вчера — «завтра куплю тест». Не купила.
— Да, — выдохнула она. — Уже почти две недели.
— Господи. — Кая замолчала. А потом спросила то, что Габи боялась услышать: — Ты думаешь, что...
— Я не знаю! — Голос дрогнул. — Кая, я не знаю. Мы с Владом... ну, предохранялись не всегда. Ты помнишь ту ночь после клуба? Я была пьяна. Мы оба. Я просто не помню...
— Так, стоп. — Кая стала собранной и жёсткой. — Слушай меня. Сейчас ты идёшь в ближайшую аптеку. Пока Влад спит. Берёшь тест. Два теста. И делаешь. Поняла?
— А если...
— Не «если». Сначала делаешь, потом паникуешь. Я с тобой на связи, поняла? Не отключайся.
Габи натянула шорты и футболку, на цыпочках вышла из комнаты. Влад даже не пошевелился. Она выскользнула из дома, пробежала мимо спящей гостиной — на диване спали Даня и Настя, свернувшись калачиком, — и вышла на улицу.
Солнце только вставало. Воздух был прохладным и чистым. Габи почти бежала к маленькой аптеке на углу, сжимая телефон в руке.
— Ты ещё здесь? — спросила она.
— Здесь. И никуда не уйду, — ответила Кая. — Ты главное дыши. Рассказывай, как вы там?
Габи купила два теста. Самых дорогих. Вернулась домой — Влад всё ещё спал, раскинув руку на её подушке. Сердце колотилось где-то в горле.
Она закрылась в ванной, поставила тест на край раковины и села на пол, прижимая телефон к уху.
— Рассказывай, как у вас, — попросила Кая. — Что планируете на сегодня?
— Не знаю, — машинально ответила Габи, следя за секундной стрелкой. — Наверное, пойдём в какой-то ресторан вечером. Влад говорил про винный погреб.
— Класс. А днём?
— На море. Как обычно.
Три минуты тянулись бесконечно. Габи болтала с Каей обо всём и ни о чём: о том, как Даня вчера уронил телефон в бассейн, как Каролина снимала закат, как Лина и Артём наконец-то помирились и теперь не отлипают друг от друга. Кая в ответ рассказывала, как красиво в Париже.
— Время вышло, — сказала Кая тихо.
Габи встала. Подошла к тесту. Перевернула.
Две полоски. Чёткие, яркие, как приговор.
Она не закричала. Не упала в обморок. Просто села обратно на пол и заплакала. Тихо, беззвучно, закрыв лицо ладонями. Слёзы текли сквозь пальцы, и она не могла их остановить.
— Габриэла, — голос Каи дрогнул. — Ты плачешь. Это две полоски?
— Да, — прошептала Габи.
— Покажи.
Габи трясущимися руками поднесла тест к камере. Две полоски. Кая заорала так, что наверняка разбудила бы весь Париж.
— ТЫ БЕРЕМЕННА! ГАБИ! С ПЕРВОГО РАЗА! С ПЕРВОГО, БЛЯТЬ, РАЗА! — Её голос сорвался на всхлип. — О боже, я сейчас тоже заплачу. Ты понимаешь, что это значит? У тебя будет ребёнок! У ВАС будет ребёнок!
— Тише, тише! — Габи испуганно посмотрела на дверь. — Никто не должен знать. Пожалуйста, Кая. Никому. Даже Лине. Даже Саше. Он же не слышал?
Кая мотнула головой, вытирая глаза.
— Нет, клянусь. Никто не узнает. Обещаю. — Она помолчала. — Но ты должна ему сказать. Не сегодня. Но скоро.
— Знаю.
— И Габи... не нервничай. И ради бога, не пей сегодня алкоголь, ладно? Скажешь, что голова болит. Или что отравилась.
— Ладно.
— И запиши меня, когда будешь говорить Владу. Я хочу видеть его лицо.
— Кая!
— Шучу! Или не шучу... Ладно, целую. Держись. Ты сильная.
Кая отправила воздушный поцелуй и сбросила звонок. Габи осталась сидеть на полу ванной, глядя на две полоски.
А потом в дверь постучали.
— Габ? — сонный голос Влада за дверью. — Ты там? Проснулся, а тебя нет.
Она быстро спрятала тест в карман шорт, судорожно вытерла лицо холодной водой и открыла дверь.
Влад стоял в шортах и белой футболке, лохматый, щурясь от утреннего света. Увидел её красные глаза и напрягся.
— Ты плакала?
— Нет, — соврала она. — Просто умывалась. Вода попала в глаза.
Он не поверил, но ничего не сказал. Вместо этого шагнул вперёд, подхватил её под бёдра и посадил прямо на раковину. Габи ахнула от неожиданности, а он уже прижался к ней, целуя — сначала в губы, потом в щёку, потом в шею, сбивчиво и нежно.
— Владик... — выдохнула она, когда смогла оторваться. — Не здесь. Не сейчас. Пожалуйста.
Он замер, посмотрел в её глаза, что-то прочитал в них и кивнул.
— Ладно. — Он поцеловал её в лоб. — Тогда идём завтракать. Все уже проснулись, кажется.
Он помог ей спуститься с раковины, взял за руку и повёл на кухню. Габи шла за ним, чувствуя, как в кармане шорт лежит тест. И как внутри неё уже растёт новая жизнь.
Завтрак прошёл шумно. Кто-то жарил бекон, кто-то резал фрукты, Каролина снова снимала влог — «Утро в Грузии: как мы не поделили тосты».
Габи сидела с чашкой зелёного чая (кофе сегодня пить не хотелось) и улыбалась, хотя внутри всё дрожало. Влад то и дело бросал на неё обеспокоенные взгляды, но ничего не спрашивал.
— Сегодня, народ, — объявил Артём, стуча ложкой по кружке. — План такой: днём — море, вечером — ресторан. Хороший. С вином. И никаких камер, кроме как по делу. Отдыхаем по-человечески.
— А чё, я за, — кивнул Даня, жующий бутерброд. — Вино, мясо, душевные разговоры. Романтика.
— Ты с кем романтику собрался? — фыркнула Настя.
— С тобой, если не будешь бесить.
Настя запустила в него салфеткой.
В обед компания снова потянулась к морю. Габи пошла со всеми, но плавать не стала — села на полотенце под зонтиком, наблюдая, как Влад играет с ребятами в мяч. Он был красивым. Сильным. Загорелым. И не знал, что через несколько недель она скажет ему такое, от чего их жизнь перевернётся.
Она погладила себя по животу. Совсем незаметно. Просто провела ладонью, будто здороваясь.
— Только ты и я пока, — прошептала она ветру. — Никто не знает.
К вечеру все нарядились. Сказался дух Грузии — хотелось красоты и праздника.
Габи и Влад решили одеться почти одинаково. Габи надела мягкий белый костюм: топ с тонкими бретелями, который струился по телу, и юбку в пол, такую же лёгкую, почти невесомую. Ткань переливалась при каждом движении, а на поясе была тонкая золотая цепочка. Она выглядела как нимфа — неземная, чистая, сияющая.
Влад надел белую поло и белые льняные штаны. Просто. Элегантно. Идеально.
— Мы похожи на свадебных голубков, — заметила Габи, глядя на их отражение в зеркале.
— Идёт, — ответил Влад и подал ей руку.
Лина выбрала длинное синее платье с открытой спиной. Артём — чёрную рубашку, которую она купила ему специально к отпуску. Каролина и Илья оделись в цветах охры, Даня — в льняной костюм, который выглядел так, будто его пожевала собака, но на нём это почему-то работало. Настя — маленькое чёрное платье, Кира — нежно-розовый сарафан, а Саша - гавайскую рубашку. Аня и Лёша тоже принарядились — она в лёгком сарафане, он в светлой рубашке.
Ресторан находился в старом винном погребе. Сводчатые потолки, приглушённый свет, запах старого дерева и вина. Их посадили за длинный стол, уставленный свечами.
Заказали всё подряд: хинкали, сациви, долму, пхали, харчо. И конечно, алкоголь. Девушки заказали шампанское. Парни — чачу.
Когда официант разлил напитки по бокалам, все подняли тост за отпуск. Шампанское заискрилось в бокалах, чача опасно блестела в рюмках.
Все выпили. Кроме Габи.
— Габи, ты чё? — спросил Даня, уже осушивший свою рюмку. — Не пьёшь?
— Не хочется что-то, — улыбнулась она. — Голова немного болит с утра.
— Ой, слабачка, — поддел её Даня, но настаивать не стал.
Влад выпил одну рюмку чачи, поморщился и больше не притронулся.
— Не моё, — сказал он Артёму. — Пей сам.
Через час, когда шампанское сделало своё дело. Все девушки заметно порозовели, а парни стали громче разговаривать. Разговор как-то сам собой свернул к серьёзным темам.
— А давайте про детей, — вдруг предложила Каролина, раскрасневшаяся и расслабленная. — Кто сколько хочет?
— О, я первый! — поднял руку Илья. — Двоих. Мальчика и девочку. Чтобы дружили.
— А я хочу, — тихо сказала Каролина. — Одного. Но не сейчас. Лет через пять.
— А я троих! — заявил Даня. — Или четырёх. Типа своя футбольная команда.
— Ты сначала одного роди, — фыркнула Настя. — А я двоих. Максимум. Потому что рожать — это больно, а я не герой.
— Двоих, — сказала Лина, глядя на Артёма. — И обязательно погодков.
— Я вообще не хочу, — призналась Кира. — Никогда не хотела. Мне котов хватает.
— А вы с Сашей? — спросила Аня у Киры.
— Мы с Сашей, — ответила Кира, — ещё не решили. Но склоняемся к двум.
— Влад, а вы с Габи? — спросил Артём, откидываясь на спинку стула.
Влад положил руку на плечо Габи, задумался на секунду.
— Детей пока что не хочу, — сказал он спокойно. — Но в будущем — скорее всего, одного. Больше не надо. Чтобы всё внимание ему.
Габи кивнула. Улыбнулась. Сделала вид, что согласна.
Но внутри что-то больно кольнуло.
«Не хочу детей пока что».
А у неё внутри уже был ребёнок. И она не знала, обрадуется он или нет.
Разговор переключился на Илью — он начал рассказывать, как в детстве хотел назвать будущего сына именем персонажа из аниме, а когда ему сказали, что это женское имя, он решил, что назовёт дочь так же.
— Илья, ты гений, — сказал сквозь смех Артём. — Твои дети тебя возненавидят.
— Зато оригинально! — отбивался Эксайл.
К закрытию ресторана все были в хорошем состоянии. «Под градусом» — мягко говоря.
Даня пытался идти прямо, но почему-то его постоянно уводило влево. Настя поддерживала его под локоть и при этом сама смеялась так, что спотыкалась о собственные ноги.
Илья предложил устроить гонку до дома — кто быстрее добежит. Кира, абсолютно трезвая, насмешливо спросила: «Вы вообще видите, куда бежите?»
— Не-а! — радостно ответил Даня и тут же налетел на мусорный бак.
Все заржали. Лёша упал на колени от смеха и не мог встать минуты три. Артём попытался изобразить танец лезгинку, но запутался в собственных ногах и рухнул прямо на Лину. Они оба лежали на траве и хохотали.
Каролина снимала всё это на телефон, хотя трясущимися руками получалось видео, как из фильма ужасов.
Саша подошёл к Габи и шепнул:
— Как ты вообще трезвая? Не скучно?
— Наоборот, — улыбнулась она. — Очень весело.
Влад взял её за руку. Они шли чуть позади всех, глядя на пьяную компанию впереди. Луна освещала дорогу, где-то лаяли собаки, пахло цветами.
— Ты сегодня какая-то другая, — сказал Влад тихо.
— Просто счастливая, — ответила Габи и сжала его ладонь.
Она не врала. Она была счастлива. И напугана до чёртиков.
Впереди Даня запел песню на грузинском, которую он услышал в ресторане, и это звучало настолько ужасно, что Лёша снова рухнул на обочину, задыхаясь от смеха.
Габи, единственная адекватная, вызывала такси на всех. Три машины. Потому что в одну они бы не влезли — и не столько по количеству, сколько по уровню шума.
Когда первая машина уехала с Даней, Настей, Ильёй и Каролиной, в салоне уже доносилось пение. Водитель грустно посмотрел в зеркало заднего вида.
— Туристы? — спросил он с акцентом.
— Туристы, — вздохнула Каролина.
Оставшиеся кое-как добрались до дома. Кто-то уснул прямо на диване, не раздеваясь. Кто-то ушёл в бассейн посреди ночи. Влад и Габи поднялись в свою комнату.
Габи разделась, легла на кровать, притянула его к себе. Он обнял её, уткнувшись носом в волосы.
— Ты правда в порядке? — спросил он.
— Правда, — соврала она.
Влад поцеловал её в макушку и заснул через минуту. А Габи ещё долго лежала с открытыми глазами, положив руку на живот.
Две полоски лежали в кармане её шорт на стуле.
Секрет, который изменит всё.