X. «уличная справедливость»
На следующий день после той странной, почти нереальной ночи на набережной Адель проснулась с чувством, которое не могла определить. Это не было счастьем - скорее, лёгким удивлением от того, что мир вдруг стал чуть менее серым. Она лежала в своей комнате, смотрела на трещину на потолке и прокручивала в голове каждую минуту: как они катались на велосипедах, как валялись в снегу, как Кира сказала «давай не будем больше пить». И как она сама согласилась.
В животе заурчало - не от голода, от предвкушения. Адель не знала, увидит ли Киру снова, но почему-то была уверена, что да.
Она набрала Вике.
- Привет. Ты занята?
- Работу сегодня отменили, - ответила та сонным голосом. - Забери меня. Составь компанию.
- Давай встретимся. Расскажу кое-что.
Они встретились на остановке у ТРЦ «Планета». Вика выглядела так, будто только что встала - растрёпанная, с опухшими глазами, но уже в своей обычной чёрной униформе «мне всё равно». Адель протянула ей сигарету.
- Ты вчера где была? - спросила Вика, закуривая.
- Гуляла. С одной девушкой.
- С какой ещё девушкой?
- Помнишь ту брюнетку из ПВЗ, которую мы видели у выхода?
Вика кивнула, выдохнула дым.
- Кира?
- Да. Мы случайно встретились на набережной. Просто сидели, болтали. Потом купили пива, покатались на велосипедах. Это было... не знаю. Странно. Но хорошо.
Вика посмотрела на неё с прищуром.
- Ты что, подружилась с ней за один вечер?
- Не подружилась. Просто... она не бесит.
- Она вообще с нами не разговаривала, когда мы её видели.
- Потому что она не любит, когда к ней лезут. Я поняла. Но когда никто не лезет - она нормальная.
Вика затушила сигарету.
- Ладно. Чем займёмся сегодня? Я хочу выпить. По-настоящему, а не эту бурду из пластика.
- Я не пью.
- Адель, блин, ты достала со своей кодировкой. Один раз. Просто расслабиться.
Адель вздохнула. Мысль об алкоголе вызывала тошноту, но внутри что-то дёрнулось - привычное желание забыться, снять напряжение.
- Ладно. Один бокал. И только если будет нормальное вино, а не гараж.
- Договорились.
Клуб назывался «Бункер» - очередной подвал с дешёвой выпивкой, громкой музыкой и публикой, которая не задавала лишних вопросов. Внутри было душно, пахло потом, дымом и парфюмом, который пытался это перебить, но безуспешно.
Они сели за столик у стены, заказали бутылку красного полусладкого и два бокала. Адель сделала маленький глоток - кисло, терпко, по горлу прошёл знакомый огонь. Желудок сжался, но она удержала.
- Не травись, - сказала Вика, уже осушившая половину бокала. - Пей мелкими глотками.
- Я знаю.
Музыка била по ушам - какой-то рэп с агрессивным битом. Тела двигались в такт, потные, разгорячённые. Адель смотрела на танцпол без интереса. Вика пританцовывала на стуле, напевая слова.
- Пошли, - сказала Вика через час. - Задница затекла.
- Пошли.
Они вышли на крыльцо. Ночь была холодной, но после духоты клуба воздух казался сладким. Адель прислонилась к перилам, закурила. Вика стояла рядом, щурясь на фонари.
- Смотри, - вдруг сказала Вика, кивая через дорогу. - Там драка.
На другой стороне улицы, под светом одинокого фонаря, стояли двое - парень и девушка. Парень был высоким, коренастым, в спортивной куртке. Он что-то орал, размахивая руками. Девушка - брюнетка в чёрной куртке - пыталась отстраниться, но он схватил её за плечо.
- Он её сейчас ударит, - сказала Адель, напрягаясь.
Парень замахнулся. Девушка оттолкнула его, но он был сильнее - она отлетела к стене, ударилась спиной. Но не упала. А в следующую секунду, когда он снова шагнул к ней, она вдруг резко всадила кулак ему в скулу. Удар был поставлен - короткий, жёсткий, с весом всего корпуса.
- Пошли, - скомандовала Вика, хватая Адель за руку.
- Куда?
- Поможем, блядь!
Они перебежали дорогу, не глядя по сторонам - повезло, машин не было. Парень уже оправился от удара, схватил девушку за волосы и приложил лицом к стене.
- Отъебись от неё! - заорала Вика, влетая в него сбоку. Она не умела драться так же хорошо как Адель, но базу она знала, толчок вышел сильным. Парень пошатнулся, выпустил волосы девушки, и та рухнула на колени.
- Ах ты сука! - парень развернулся к Вике, занёс кулак.
Но не успел ударить. Адель, которая подоспела на секунду позже, сделала своё дело - ногой в колено, потом локтем в челюсть, по всем правилам бокса. Парень согнулся, но не упал. Он выпрямился, взбешённый, с разбитой губой.
- Вы все трупы! - заорал он, размахиваясь.
Девушка, которую он держал, вдруг поднялась с земли. В руке у неё был камень - маленький, острый. Она размахнулась и всадила ему прямо в лоб. Парень охнул, схватился за голову, и тогда Вика добавила ногой в пах. Он рухнул на асфальт, скорчившись в позе эмбриона.
- Не подходи ко мне, мусор! - кричала девушка, продолжая пинать его ногой в ботинке. - Не подходи, сука! Я убью тебя! Ты понял? Я убью!
- Хватит! - Адель схватила её за плечи, оттащила в сторону. - Хватит, он уже не встанет.
Девушка тяжело дышала, тряслась как в лихорадке. Её лицо было в крови - своей? чужой? - волосы растрёпаны, глаза бешеные, дикие.
- Кира? - вдруг сказала Адель, присмотревшись.
Девушка подняла голову. Да, это была она - Кира Гаврилова. Та самая брюнетка из ПВЗ. Только сейчас она не выглядела усталой и безразличной. Она выглядела так, будто вышла из боя, выиграла его, но сама не поняла как.
- Ты... - Кира моргнула, пытаясь сфокусироваться. - Адель?
- Ага, - Адель обернулась к Вике. - Это та самая.
- Пиздец, - выдохнула Вика, глядя на парня, который пытался подняться, хватаясь за фонарный столб. - Уходим. Быстро.
Она схватила Киру за руку, Адель подхватила с другой стороны, и они втроём рванули в переулок, потом в арку, потом во дворы. Бежали, пока не кончилось дыхание. Остановились у какой-то трансформаторной будки.
- Он не пойдёт в полицию, - Кира говорила отрывисто, пытаясь отдышаться. - У него условный срок. Не пойдёт.
- Кто это? - спросила Вика.
- Серёжа. На одной тусовке он пытался меня... ну, вы поняли. Я ему пепельницей по голове тогда шибанула. А сегодня он меня нашёл, сказал, что надо закончить начатое. И я... я просто... я не знаю, как он узнал, где я работаю. Он пришёл к ПВЗ после смены, я сразу увидела его, пыталась сбежать. Но не получилось.
- Сломанный нос ему точно не помешает, - заметила Адель, глядя на разбитые костяшки Киры.
Кира посмотрела на свои руки. Правый кулак был в крови - не её. Она разжала пальцы, потом сжала снова.
- Пошли на лавочку, - сказала Вика. - У меня есть платок, перевяжем.
Они нашли скамейку во дворе, под козырьком подъезда. Вика достала из кармана грязный носовой платок, намочила снегом и принялась обрабатывать ссадины на Кириных руках. Адель села рядом, обхватила себя руками - от холода или от напряжения.
- Ты как? - спросила Адель.
- Нормально, - Кира говорила ровно, но голос дрожал. - Он меня не тронул. Только за волосы дёрнул.
- Если бы он тебя тронул, я бы ему яйца оторвала, - зло сказала Вика. - Хотя, кажется, мы уже хорошо поработали.
Кира усмехнулась - криво, болезненно.
- Вы вовремя пришли. Спасибо.
- Не благодари, - отмахнулась Адель. - Мы кстати видели тебя в ТРЦ. Ты убежала.
- Я не убежала. Я просто... не готова была знакомиться.
- А сейчас готова? - спросила Вика.
Кира посмотрела на неё, потом на Адель. На их разбитые кулаки, на запёкшуюся кровь, на синяки под глазами. Они были такими же, как она. Битыми, но живучими.
- Сейчас - да, - сказала Кира. - Меня зовут Кира. Кира Гаврилова.
- Вика. Виктория Николаева, - кивнула Вика, протягивая руку. - Воровка, официантка и просто хороший человек, если не бесить.
- Адель, - сказала Адель, пожимая Кирину ладонь. - Танцор без работы, боец без лицензии.
- Повар без учёбы, - ответила Кира, и в её глазах впервые за вечер мелькнуло что-то похожее на искру.
Они сидели на лавочке, смотрели на звёзды, которых не было видно из-за облаков, и молчали. Втроём. Три сломанные девчонки, которые только что избили мужика до полусмерти и даже не вызвали скорую.
- Он будет искать тебя? - спросила Адель через минуту.
- Не знаю, - Кира пожала плечами. - Если будет, я справлюсь.
- Втроём справимся, - поправила Вика.
Кира посмотрела на неё. На Адель. На их лица - уставшие, но не сдавшиеся. И вдруг поняла, что, может быть, Саша Гастелло была права. Может быть, ей действительно нужны были люди, которые не будут её жалеть. Которые просто будут рядом.
- Договорились, - сказала Кира. - Втроём.
Они не обнимались. Не клялись в вечной дружбе. Просто сидели на холодной скамейке, греясь друг о друга, и чувствовали, как что-то внутри - маленькое, но живучее - начинает прорастать сквозь асфальт.
А на другой стороне улицы, у фонарного столба, Серёжа всё ещё пытался подняться, сплёвывая кровь на грязный снег. Никто не пришёл ему на помощь. Никто не вызвал скорую. Потому что в этом городе каждый сам за себя, и если ты лезешь к девушкам, которые носят в карманах не только сигареты, но и целую жизнь боли, - будь готов, что они ответят.
Ответят так, что мало не покажется.