Глава 9
Айсель усадила меня за самый дальний столик у окна, где нас никто не мог услышать, и тут же поставила передо мной чашку свежего травяного чая. Её карие глаза горели лихорадочным любопытством и тревогой. Она оперлась локтями о стол, едва не задев пустые блюдца, и заговорщически подалась вперед, из-за чего её брекеты блеснули в мягком свете кофейни.
— Тебя привез младший Демирджи? — быстро спросила она, кивая в сторону окна, где еще пару минут назад стоял черный Ferrari.
— Да, Онур, — тихо ответила я, делая первый глоток. Теплый чабрец немного успокоил дрожь в пальцах.
— О Аллах, какая тачка у него, круть! — Айсель восхищенно всплеснула руками, на секунду позабыв о своей серьезности. — Я видела в окно, как этот глянцевый монстр припарковался. Весь университет, наверное, шеи посворачивал. Но ладно, к черту машину! Рюйя, рассказывай всё. Моё сердце за эти три дня чуть не остановилось от неизвестности. Твой отец толком ничего не объяснил, когда я звонила.
Я глубоко вздохнула и начала говорить. Я рассказала Айсель абсолютно всё. Про роскошную, но ледяную половину особняка, которая стала моей новой реальностью. Про то, как Юсуф выпил мой отравленный пятью ложками соли кофе и даже бровью не повел, назвав его лучшим в Турции. Про то, что в гардеробной меня ждали сотни закрытых платьев и шарфов, купленных точно под мой размер. И, самое главное, я пересказала ей нашу ночную ссору с Юсуфом, когда я в слезах обвинила его во всех смертных грехах, а он внезапно признался, что знает весь Коран наизусть и является хафизом. Рассказала и про утренний скандал с Нехир, которая пыталась запретить мне учиться, и про то, как Юсуф жестко поставил мать на место, защищая мое право на медицинский факультет.
Айсель слушала меня, практически не дыша. Её лицо то бледнело, то заливалось румянцем от возмущения. Когда я закончила, она тяжело выдохнула и покачала головой.
— Хафиз?.. Юсуф Демирджи — хафиз? — протянула она, массируя виски. — Мир точно сошел с ума. Но знаешь что? То, что он защитил твою учебу перед этой ведьмой-матерью... Это поступок, Рюйя. Может, Онур прав, и твой муж не такой уж безнадежный монстр. Ладно, беги на пары, а то профессор Кемаль устроит нам вторую волну кровной мести.
Возвращение в университетские стены далось мне нелегко. Едва я вошла в аудиторию, как наткнулась на десятки любопытных, оценивающих взглядов одногруппников. Скрыть массивное кольцо из белого золота со сверкающим бриллиантом на безымянном пальце было невозможно. Поползли шушуканья, но у меня не было ни времени, ни моральных сил обращать на это внимание.
Сразу после первой лекции я отправилась на кафедру, чтобы объясниться с преподавателями. Сердце бешено колотилось, когда я стучала в дверь кабинета профессора Кемаля. Я была вынуждена лавировать между правдой и ложью, сбивчиво объясняя, что внезапно вышла замуж, семейные обстоятельства изменились так стремительно, что у меня физически не было времени предупредить деканат о своем отсутствии.
Профессор Кемаль долго и строго смотрел на меня поверх своих очков для чтения. Я была его лучшей студенткой, и мой внезапный пропуск сильно его разочаровал.
— Свадьба — это прекрасно, ханым-эфенди, — сухо произнес он, перелистывая мой журнал. — Но кардиохирургия не ждет, пока вы празднуете. Венечные артерии не зашиваются сами собой.
В итоге преподаватели проявили относительное снисхождение, но плата за пропущенные недели оказалась непомерно высокой. Мне официально поставили три сложнейших академических экзамена по пройденным темам, которые я обязана была сдать в кратчайшие сроки, чтобы меня не отчислили. Выйдя из кабинета с кучей направлений на пересдачу, я прислонилась спиной к холодной стене коридора и обреченно закрыла глаза. Я поняла, что в ближайшие две недели сна мне не видать вообще. Днем мне придется делать вид, что я покорная невестка в особняке, а ночью — до рассвета зубрить топографическую анатомию и патофизиологию сердца.
В четыре часа дня, как только закончилась последняя лекция, я уставшая вышла на крыльцо университета. На пороге меня уже ждала Айсель, успевшая смениться со своей смены в кофейне. Мы стояли на ступенях, подставив лица прохладному стамбульскому ветру, и оживленно болтали, обсуждая списки вопросов к моим будущим экзаменам.
Онур приехал точно в срок, как и обещал. Его Ferrari плавно притормозил прямо у тротуара, привлекая к себе внимание всех выходящих студентов. Онур опустил тонированное стекло, на его лице играла привычная, слегка дерзкая улыбка.
Я подхватила сумку и направилась к машине. Онур, заметив стоявшую рядом со мной подругу, вальяжно откинулся на кожаное сиденье и саркастично обратился к ней:
— Gülüm (Роза моя), тебя подвезти? — его зеленые глаза весело сощурились, так и лучась насмешкой.
Айсель, ни секунды не колеблясь, скрестила руки на груди и одарила его самым уничтожающим взглядом, на какой была способна. Её карие глаза сузились, а брекеты хищно блеснули.
— И без тебя справлюсь, Sarışın (Блондинчик), — ехидно отрезала она, высокомерно вскинув подбородок.
Я не выдержала и тихо рассмеялась, глядя на эту сцену со стороны. Быстро попрощавшись с подругой и пообещав написать ей вечером, я села на пассажирское сиденье Ferrari. Машина плавно тронулась с места, вливаясь в оживленный поток стамбульских улиц.
Я повернулась к Онуру, который продолжал тихонько посмеиваться, перестраиваясь в правый ряд.
— Вы типа флиртуете? — с улыбкой спросила я, поправляя белый шарф.
— Да нет, сестренка, какой флирт? — Онур громко рассмеялся, качая головой. — Я с ней, что ли, буду флиртовать? Упаси Аллах!
— А что с ней не так? Айсель — прекрасная девушка.
— Она какая-то злая, Рюйя! Смотрит на меня так, будто я дьявол во плоти, клянусь тебе. Да она еще и Юсуфа в день свадьбы своим взглядом буквально грызла живьем. Брр, вспоминаю — аж мурашки по телу идут. Опасная девчонка.
— Она просто за меня волнуется, дурачок, — мягко ответила я и, поддавшись внезапному порыву теплоты, протянула руку и ласково потрепала Онура по его светлым волосам. Он в ответ лишь задорно заулыбался.
В этот момент тишину салона нарушил резкий, требовательный звонок. На электронной панели автомобиля высветилось имя Юсуфа. Онур нажал кнопку на руле, принимая вызов по громкой связи.
— Онур, ты забрал Рюйю? — из динамиков мгновенно раздался низкий, властный голос Юсуфа. В нем не было приветствия — только сухой, контролирующий тон мужчины, который привык держать всё под полным надзором.
— Только что, брат. Уже едем домой, стоим на мосту, — спокойно ответил Онур, бросив на меня быстрый взгляд.
— Жду. Я уже дома, — коротко отчеканил Юсуф и тут же отключился, оставив после себя лишь короткие гудки.
Я почувствовала, как внутри снова поднялась легкая волна раздражения. Лучик утренней свободы стремительно угасал, уступая место суровой реальности моего замужества.
— Он всё будет контролировать? Каждую мою секунду, каждый шаг? — тихо, с затаенной горечью спросила я Онура, глядя на сверкающие воды Босфора за окном.
Онур лишь тяжело вздохнул, и его улыбка стала немного грустной.
— Таков мой братец, Рюйя. Привыкай. Но поверь, он делает это не для того, чтобы запереть тебя еще сильнее. После утреннего скандала с мамой он просто боится, что в особняке снова что-то пойдет не так. Он пытается защитить этот хрупкий мир, который сам же и создал для тебя.
Я промолчала, крепче сжимая в руках сумку с конспектами. Ferrari стремительно мчался в сторону элитного поселка, где в темных окнах огромного особняка нас уже ждал человек с пустым взглядом, который знал весь Коран наизусть, но совершенно не знал, что теперь делать со мной.
Что думаете насчёт главы ? Жду комментарии!!!