ЗНАКОМСТВО С БОННИ
Дверь тихо щелкнула за моей спиной. Я сбросила кроссовки, даже не потрудившись поставить их ровно, и тяжело выдохнула, стягивая с плеч лямки рюкзака, который за день, казалось, стал весить тонну. Дом встретил меня привычной тишиной и запахом уюта.
Я прошла в коридор и почти врезалась в Самира. Брат, как всегда сосредоточенный и спокойный, направлялся в сторону гостиной. Я заметила, что его волосы на макушке темные от влаги — он только что закончил совершать омовение.
— Вернулась уже? — бросил он, даже не останавливаясь.
— Ага, — ответила я, глядя на его мокрые пряди. — Собираешься намаз делать?
— Да, — коротко подтвердил он.
— Подожди меня! — воскликнула я, уже на ходу разворачиваясь к ванной. — Сделаем вместе!
***
Через десять минут в доме воцарилась совсем другая атмосфера. Мирская суета, школьные дела, мои мысли — всё это отошло на второй план. После того как мы закончили молитву, мы остались сидеть в гостиной. Наступила та самая, особенная тишина, когда слова не нужны, но в то же время хочется просто побыть рядом с родным человеком.
Но моя натура не позволила мне долго молчать. Я хитро прищурилась, глядя на Самира, который уже расслабленно откинулся на спинку дивана.
— Бра-а-ат, — протянула я, начиная наступление.
Самир даже не повернул головы, но я увидела, как дернулся уголок его губ. Он прекрасно знал, к чему всё идет.
— Нет. Я еще не нашел жену, — отрезал он, уже начиная подниматься с места, явно пытаясь сбежать от допроса.
— Да как будто я это хотела спросить! — я подскочила следом за ним. — Ты чего сразу в оборону уходишь?
— А что тогда? — он обернулся, скрестив руки на груди. Его взгляд был скептичным, но в глубине глаз плясали смешинки.
— Я не хотела спрашивать, нашел ли ты жену, — я сделала акцент на слове, выдерживая драматическую паузу. — Я хотела спросить: ты нашел невесту?
Самир театрально закатил глаза к потолку и выдохнул.
— О Аллах, дай мне терпения, — пробормотал он, разворачиваясь и направляясь к выходу из комнаты.
Я не собиралась его так просто отпускать.
— Ты скоро дедом станешь, а всё еще холостяк! — крикнула я ему вслед, чувствуя азарт. — В тридцать лет за тебя уже никто не выйдет, ты будешь старым ворчуном с котами!
Самир остановился в дверном проеме и медленно повернул голову. Он выглядел возмутительно спокойным и самоуверенным.
— Не волнуйся за меня, сестра, — произнес он с легкой, дразнящей улыбкой. — Я даже в тридцать лет буду таким красавчиком, что очередь выстроится.
Это было уже слишком. Возмущенная его наглостью, я, не раздумывая, сорвала с ноги домашнюю тапочку и запустила ею в его сторону.
Самир среагировал мгновенно — он грациозно наклонился, и тапок с глухим звуком ударился о косяк двери.
— Целится как киллер, реально, — донеслось до меня его ворчание, когда он скрылся в коридоре.
Я не смогла сдержать смех. Он был невыносимым, упрямым и... самым лучшим братом на свете. Его будущей жене повезет. Конечно, если он когда-нибудь соизволит хотя бы начать искать эту самую невесту. Но, глядя на его удаляющуюся спину, я почему-то была уверена: он найдет ту единственную. Главное — продолжать его мотивировать.
***
Я буквально влетела в мастерскую, сбиваясь с дыхания и поправляя на ходу шарф. В голове уже крутился оправдательный текст, подготовленный специально для Майкла.
— Дэкис, извини, пожалуйста! — выпалила я с порога, даже не успев закрыть дверь. — Прости, опоздала, я не виновата! Этот пельмень, Самир, взял и отключил мой будильник. Вот реально, почти уже дед, а ведет себя как ребенок...
Я собиралась продолжить тираду, описывая утренние страдания, но слова застряли в горле. В мастерской царил привычный запах пыли, лака и старой древесины, но обстановка изменилась. У окна, там, где обычно стояли инструменты для реставрации, стоял Майкл.
Он замер, прислонившись к подоконнику, и смотрел на что-то, находящееся прямо перед ним. На деревянной поверхности красовалась небольшая пластиковая клетка с ярким поддоном.
— Что замолчала? — раздался его голос — тихий, чуть хрипловатый, и, кажется, в нем не было ни капли его обычного раздражения.
Я осторожно, стараясь не шуметь, прошла мимо него и заглянула в клетку. Моё возмущение из-за опоздания испарилось, как утренний туман. Внутри, на кучке опилок, сидел крошечный, пушистый комочек. У него были черные глазки-бусинки, крошечные лапки и розовый носик, который смешно дергался, когда он жевал зернышко. Он выглядел таким беззащитным и нелепым в этой суровой мастерской, что я невольно улыбнулась.
— Ва-а-ау... — протянула я, не в силах оторваться. — Откуда он тут взялся?
Я осторожно коснулась пальцем прутьев клетки, и хомяк, почуяв тепло, потянулся к моему пальцу.
— Я принес, — ответил Майкл.
Я резко обернулась, уставившись на него с нескрываемым удивлением.
— Он что, твой? — переспросила я, не веря своим ушам. — Можно взять на руки?
— Да, бери, — разрешил он, слегка отойдя в сторону.
Я тут же засуетилась. Сняла с пальца свое винтажное кольцо — оно всегда цеплялось за всё подряд, — положила его на верстак и, осторожно открыв дверцу, запустила руку в клетку. Хомячок оказался невероятно мягким, теплым и таким маленьким, что умещался почти целиком в моей ладони.
— Какой миленький! — я начала сюсюкать, поднося зверька ближе к лицу. — Слушай, Майкл, ты серьезно? Это правда твой?
— Да, — он смотрел на меня, и в его глазах читалась какая-то странная сдержанность.
— Не верю, — честно призналась я, поглаживая хомяка по спинке. — Вообще не верю. Ты за Сиром Реджинальсом, еле-еле ухаживаешь, а тут — живое существо! Хомяк!
Майкл лишь едва заметно покачал головой, и уголок его рта дернулся в намеке на улыбку.
— Такой милый... Или милая? — я подняла взгляд на Майкла, пытаясь разглядеть в его лице ответ. — Это девочка или мальчик?
— Девочка, — ответил он, и мне показалось, что он чуть помедлил. — Точнее, уже женщина.
Я не смогла сдержать смех.
— Значит, женщина, да? — хмыкнула я, переключая внимание обратно на зверька, который начал щекотать мою ладонь своими крошечными лапками. — А кстати, у этой дамы есть кличка? Имя?
Майкл вдруг как-то напрягся. Он поджал губы, отвел взгляд в сторону, на пыльные инструменты, и наступила пауза, которая показалась мне бесконечной.
— Да, — наконец кивнул он, но продолжать не спешил.
— Ну и? — не выдержала я, чувствуя, как внутри разгорается любопытство. — Что «да»? Как звать эту женщину?
Он молчал еще несколько секунд, словно взвешивая каждое слово, а потом посмотрел прямо мне в глаза. В этот момент в мастерской стало очень тихо.
— Бонни, — тихо сказал он.
— Чтоб Бонни? Как хомяка-то зовут? — переспросила я.
Майкл посмотрел на меня своим фирменным отстраненным взглядом, будто объяснял пятилетнему ребенку таблицу умножения. В его глазах не было ни тени смущения.
— Я же говорю, её зовут Бонни, — повторил он с таким спокойствием, что мне захотелось плеснуть в него холодной водой.
Я резко отвернулась от него, уставившись на крошечного зверька. Мои руки чуть дрожали, когда я бережно, стараясь не причинить вреда, усаживала хомяка обратно на кучку опилок. Моё возмущение требовало выхода. Я выпрямилась, развернулась и уперла руки в бока.
— То есть, — начала я, едва сдерживая голос, чтобы не перейти на крик, — ты сравнил меня с хомяком? И в честь этого... — я указала на клетку, — ты называл меня Бонни?
Майкл даже не моргнул. Он просто пожал плечами, как будто обсуждал погоду, а не оскорбление национального масштаба.
— Ну да, — ответил он совершенно искренне. — Вы очень похожи.
Я в полном шоке хлопнула в ладоши. Майкл, не ожидавший такого резкого движения, отшатнулся на шаг назад, хотя его лицо осталось почти непроницаемым.
— То есть я, — я ткнула пальцем в себя, — по-твоему, похожа вот на это?! — я ткнула в сторону хомяка, который в этот момент как раз пытался запихнуть за щеку кусочек корма.
— По-моему, очень даже, — Майкл позволил себе легкую усмешку, которая, признаться, бесила меня еще больше.
— Да где?! Где я похожа на хомяка?! — я не могла в это поверить. Я — Амира, грациозная (ну, иногда), серьезная, а он видит во мне... грызуна?
Его глаза остановились на моем лице.
— У вас похожие щеки, — ответил он с каменным лицом.
Ха. Щеки. Ну, конечно. Щеки!
Я шумно выдохнула, чувствуя, как лицо заливает краска.
Я расплылась в самой милой, самой елейной улыбке, на которую была способна. Он чуть прищурился, явно заподозрив неладное, но было поздно.
— Знаешь, — пропела я, — ты тоже напоминаешь мне одно животное.
Майкл скрестил руки на груди, явно ожидая услышать что-то вроде «лев» или «тигр», судя по его самодовольной ухмылке.
— Да? И какое же? — спросил он, приподняв бровь.
Я сделала глубокий вдох, набрала побольше воздуха в легкие и кринула с максимальным энтузиазмом:
— ОСЛА!!!
Мой крик эхом отразился от стен мастерской. Майкл, который до этого момента стоял расслабленно, натурально подпрыгнул, схватившись за сердце.
Я стояла, торжествующе улыбаясь, и наслаждалась тем, как с его лица сползает эта невозмутимая маска.
— Похоже, я не вовремя? — голос Поля прозвучал в тишине мастерской как гром среди ясного неба.
Я всё еще стояла, тяжело дыша, сжимая кулаки и прожигая Майкла взглядом, полным ярости. Тот лишь медленно перевел взгляд на вошедшего, и в его глазах читалось бесконечное раздражение, смешанное с желанием провалиться сквозь землю.
— Что приперся? — буркнул Майкл, даже не пытаясь скрыть, насколько не рад гостю.
Поль, совершенно не смутившись такой теплой встрече, обвел мастерскую взглядом, остановившись на мне.
— Да вот, пришел забрать свои конспекты, — он кивнул в мою сторону. — Отдавай, Амира, раз списала.
Майкл тут же издал короткий, неприятный смешок.
— Ты что, у него списывала? — он посмотрел на меня с каким-то странным выражением, в котором читалось легкое разочарование. — А я думал, ты хорошо учишься.
— Да нормально я учусь! — рявкнула я, резко разворачиваясь спиной к этим двум умникам.
Я схватила розовую лейку, стоявшую на верстаке, и начала яростно поливать цветы. Я вылила на землю воды больше, чем нужно, представляя, что поливаю не растения, а кого-то конкретного.
— Она? — Поль рассмеялся, явно наслаждаясь моим бешенством. — Да она каждую пару то спит, то спит или спит.
Я резко повернулась к нему, сжимая пластиковую ручку лейки так, что костяшки пальцев побелели. Внутри всё закипало. Еще слово, и эта лейка отправится в полет в сторону его головы.
— Нет, не надо, — голос Майкла прозвучал неожиданно.
Я замерла, переводя на него взгляд. Он вытащил из своего рюкзака что-то маленькое и, прежде чем я успела что-то предпринять, положил это на подоконник рядом со мной.
— Что не надо? — прошипела я, всё еще готовая к бою.
— Лейку ломать, — спокойно ответил он, кивнув на предмет на подоконнике. Это была маленькая плитка шоколада. — На.
Я опешила. Ярость на секунду отступила, сменившись полным непониманием.
— Что это? — спросила я, недоверчиво косясь на шоколад.
— Антистресс, — Майкл пожал плечами, как будто это было самым обычным делом. — Если тебя сейчас не успокоить, ты до окончания проекта всю мою мастерскую разнесешь.
Я снова сжала зубы, глядя на него. Я с грохотом поставила лейку на место, схватила плитку, с остервенением сорвала упаковку и откусила кусок. Вкус шоколада приятно растекся по языку, и напряжение в плечах начало понемногу отпускать.
— Так что с конспектами? — снова подал голос Поль.
— Я их Наоми отдала, — буркнула я, пережевывая шоколад. — Она отдаст.
Поль закатил глаза, явно теряя терпение.
— Да я уже целое утро за вами бегаю! То они у Хлои, то у тебя, теперь у Наоми... — он вздохнул, собираясь уходить, но вдруг остановился в дверях. — А, да, точно!
Он развернулся и обвел нас лукавым взглядом.
— Завтра у меня день рождения. Я уже пригласил Хлою, Наоми и Луи. Хочу просто провести время в парке развлечений.
Он задержал взгляд на мне, а потом перевел его на Майкла, который стоял, скрестив руки на груди.
— Ты придешь? — спросил он у меня.
— Угу, — я кивнула, проглотив остатки шоколада. Почему бы и нет? Парк развлечений — это как раз то, что нужно, чтобы развеяться.
— Отлично. Значит, жду вас обоих, — сказал Поль, победно улыбаясь.
— Я не соглашался, — отрезал Майкл, тут же вступая в протест.
—Если Амира идет то ты тоже—ответил Поль
— И почему же?—спросил он
Поль хитро прищурился, явно предвкушая шоу.
— А ты попробуй убедить Амиру в обратном, — усмехнулся он и, не дожидаясь ответа, вышел, оставив нас двоих в звенящей тишине мастерской.