5
Утро встретило тебя густой прохладой замка, но в спальне девочек тебе было жарко от одной только мысли о вчерашнем кошмаре. Стоя перед зеркалом, ты с ужасом разглядывала свое отражение. На бледной коже шеи отчетливо темнели яркие, аккуратные, но очень заметные засосы, оставленные Фредом и Джорджем. Природная стеснительность тут же превратилась в панику: если кто-то это увидит, позора не обобрать.
Доставая из сундука теплый гриффиндорский шарф, ты туго, в несколько оборотов, обмотала его вокруг шеи, спрятав следы ночного происшествия до самого подбородка. Гермиона, заметив твой наряд, лишь удивленно приподняла бровь:
— Т/И, на улице, конечно, прохладно, но в замке не настолько холодно, чтобы ходить в зимнем шарфе. Ты не заболела?
— Нет, всё в порядке... Просто немного знобит, — тихо соврала ты, стараясь не смотреть ей в глаза, и поспешила на завтрак.
Большой зал, как и вчера, был полон шума. Ты заняла место на самом краю стола, как можно дальше от центра, и уткнулась в тарелку с овсянкой, надеясь остаться невидимкой. Шарф колол кожу, но ты даже не думала его ослаблять.
Вдруг гул голосов вокруг тебя утих. К твоему краю стола медленно подошли две высокие фигуры. Ты напряглась, крепче сжимая ложку. Фред и Джордж не ухмылялись, на их лицах не было и следа вчерашней наглости. Они выглядели непривычно серьезными, тихими и даже немного пристыженными. Потрепанный вид парней выдавал, что они, скорее всего, не спали всю оставшуюся ночь, мучаясь угрызениями совести.
Джордж аккуратно, словно боясь тебя напугать, присел на скамью чуть поодаль. Фред остался стоять рядом, аккуратно поставив на деревянный стол перед твоей тарелкой красивую небольшую коробочку, перевязанную шелковой лентой. Сквозь прозрачную крышку были видны самые лучшие и дорогие сладости из «Сладкого королевства» — сахарные перья, мятные жабы и шоколадные котелки. В этой коробке не было ни одного розыгрыша из их собственного арсенала.
— Привет, Т/И, — негромко произнес Фред. Его голос звучал мягко и виновато. Он скользнул взглядом по твоему туго завязанному шарфу, и в его глазах промелькнуло отчетливое понимание и сожаление. — Мы... мы пришли извиниться.
— Да, — подхватил Джордж, искренне глядя на тебя снизу вверх. — Вчера мы повели себя как последние идиоты. Мы не должны были игнорировать твои слова и так сильно давить на тебя. Нам правда очень, очень жаль, маленькая.
Они замолчали, преданно и ожидающе глядя на тебя, словно два нашкодивших пса, и преданно ждали твоего вердикта. Сладости на столе казались немой просьбой о перемирии.
— Близнецы Уизли извиняются? — раздался за твоей спиной удивленный и подозрительный голос.
Вы с парнями синхронно вздрогнули. К вашему краю стола подошла Гермиона с чашкой чая в руках. Она перевела строгий взгляд с красивой коробочки со сладостями на притихших Фреда и Джорджа, а затем на тебя.
— И за что же это вы просите прощения в восемь часов утра? — Гермиона нахмурилась и сложила руки на груди. — Насколько я знаю, вы извиняетесь только тогда, когда ваши шутки заходят слишком далеко. Что вы натворили?
Фред и Джордж мгновенно переглянулись. На их лицах отразилась непривычная паника. Они оба молчали, не решаясь вымолвить ни слова, чтобы не закопать себя еще глубже. Джордж только виновато кашлянул, а Фред уставился в пол, нервно потирая затылок. Их гробовое молчание красноречиво говорило само за себя.
Гермиона прищурилась, анализируя ситуацию. Её взгляд скользнул по бледным парням, перевёлся на твою тарелку и, наконец, замер на твоей шее. Точнее, на огромном, плотном шерстяном шарфе, в который ты была укутана по самый подбородок в теплом помещении Большого зала.
В глазах Грейнджер промелькнуло мгновенное озарение. Она сопоставила ночное отсутствие близнецов (которое наверняка заметил Рон в спальне мальчиков), твою утреннюю бледность, виноватый вид парней и этот совершенно неуместный шарф. Походу, она всё поняла. Лицо Гермионы мгновенно залилось гневом, а ноздри возмущенно раздулись.
— Т/И, — очень тихо, но с явным нажимом произнесла она, делая шаг к тебе. — Сними шарф. Пожалуйста.
Ты замерла, чувствуя, как от страха и стыда дыхание перехватило, а пальцы под столом судорожно вцепились в мантию.
Ты испуганно покачала головой и обеими руками вцепилась в плотную шерстяную ткань, натягивая её ещё выше, почти до самого носа.
— Нет, Гермиона, не надо... Всё нормально, мне просто холодно, правда, — твой голосок сорвался от волнения, а глаза умоляюще округлились.
Но Грейнджер было не так-то просто переубедить, особенно когда дело касалось справедливости и безопасности её подруги. Она сделала решительный шаг вперёд.
— Т/И, не глупи, — строго, но с явной заботой в голосе сказала она.
Гермиона аккуратно, но твёрдо перехватила твои запястья, убирая твои руки от воротника. Ты затаила дыхание и зажмурилась от стыда. Пальцы Гермионы аккуратно подцепили край гриффиндорского шарфа и немного отодвинули его от твоей шеи.
Грейнджер замерла. В зале на секунду словно стало тише. На твоей нежной, бледной коже у самого основания шеи и ближе к ключицам отчётливо красовались яркие, багрово-красные отметины. Ошибиться в их происхождении было невозможно.
Секундный шок на лице Гермионы мгновенно сменился яростью. Она резко отпустила шарф, который тут же вернулся на место, скрывая следы, и рывком развернулась к близнецам. Её карие глаза буквально метали молнии.
— Да как вы... Как вы могли?! — её голос сорвался на злой, свистящий шёпот, отчего Фред и Джордж синхронно втянули головы в плечи. — Вы совсем рассудок потеряли от своих дурацких шуток?! Она только вчера перевелась в Хогвартс! Она до смерти стеснительная! А вы... вы зажали её где-то ночью и оставили ЭТО?!
— Гермиона, тише, пожалуйста, не кричи на весь зал... — взмолился Джордж, бледнея ещё сильнее под её испепеляющим взглядом.
— Мы правда идиоты, мы признаём, — тихо добавил Фред, виновато косясь на тебя. — Мы уже извинились и больше близко не подойдём, если она сама не захочет...
— Да уж я надеюсь, что вы к ней на пушечный выстрел не подойдёте! — вскипела Гермиона, уперев руки в бока и нависая над ними. — Если я ещё раз увижу, что вы к ней пристаёте, загоняете в угол или отпускаете свои пошлые шуточки, я лично пойду к профессору Макгонагалл! И плевать мне на ваши извинения и коробки со сладостями! Вы вели себя как последние негодяи, ясно вам?!
Близнецы молча выслушивали её тираду. Им было чертовски стыдно, и они даже не пытались защищаться. Гермиона шумно выдохнула, пытаясь успокоиться, а затем повернулась к тебе, её взгляд сразу стал мягким и сочувствующим.
— Идём, Т/И. У меня в сумке есть отличная мазь, которую мне давала мадам Помфри. Мы сейчас же пойдём в башню и уберём эти следы, чтобы никто ничего не заметил. А эти двое пускай сидят и думают над своим поведением.
Гермиона решительно взяла тебя за руку, помогая встать из-за стола, и повела к выходу из Большого зала. Ты уходила, чувствуя спиной два тоскливых, полных искреннего раскаяния взгляда рыжих братьев, которые провожали тебя до самых дверей.