Паучок
Месяц спустя:
— Я в школу! — крикнула Эрика, вышла за дверь и свернула в противоположную сторону.
— Ай-ай-ай, как нехорошо врать родителям! — с иронией прозвучал голос в голове.
— Помолчи, Вени. Я же знаю, что ты рад этому, — с ухмылкой сказала девушка.
— Ты права... и не называй меня Вени!
— Не будь букой, я знаю, что тебе нравится это прозвище. — Зайдя за очередной поворот, она скинула рюкзак за пару картонных коробок. — Давай, Вени, нам надо кое-кого проведать.
Из нее медленно вытекла черная субстанция, облепляя тело. Спустя пару секунд она уже была в его облике.
— Куда отправимся? — спросил Веном.
— В Куинс! — гордо заявила она, и ее тело побежало в сторону другого города.
***
Два месяца. Прошло уже два месяца с начала новой жизни Питера. После того как его укусил паук, жизнь Паркера разделилась на «до» и «после». Он стал Человеком-пауком. Но хотел ли он этого сам — другой вопрос.
Разобравшись с очередным грабителем, Питер отправился к своему укрытию. Он не знал, что за ним следят.
***
Проследив за лучшим другом, Эрика вернулась в человеческое обличье.
— Такое в его жизни произошло, а со мной не поделился, — вслух возмущалась она.
— Будто ты ему много чего рассказываешь! — с нотками иронии ответил Веном.
— Ты на чьей стороне? — она слегка удивилась. — Его секрет — только его. Мой секрет, да еще и твой секрет — наш. Так что сам все понял.
Закончив подглядывание, Эрика спустилась по пожарной лестнице с крыши и стала поджидать Паркера. Он вышел из прохода и сначала прошел мимо, не заметив ее.
— Эй, тайный рыцарь Стэйси, — окликнула его Эрика.
Питер обернулся. Глаза расширились.
— Старк? Ты что тут забыла?
Он бросился к ней и крепко обнял, чуть не сбив с ног.
— Тебя приехала навестить, — с улыбкой ответила она, похлопывая его по спине. — Отпусти, задушишь.
— Прости, — он отстранился, но руки не убрал, держал за плечи, будто проверяя, настоящая ли. — А мистер Старк знает об этом?
— Пф, нет конечно. Пойдем.
Она развернулась и пошла к знакомой забегаловке на углу.
— Нам нужно многое обсудить.
Они сели за дальний столик у окна. Заказали кофе и по сэндвичу. Эрика рассказывала про Лондон — про дожди, про новую школу, про родителей, которые ненавидят ее. Питер слушал, кивал, улыбался. Но Эрика чувствовала — он что-то недоговаривает.
— А как поживает прекрасная мисс Стэйси? — спросила Эрика, зная о влюбленности друга в умную блондинку.
— Неплохо. Позвала меня на ужин с ее семьей через неделю, — скромно улыбнувшись, ответил Паркер.
— Вот оно как! — воскликнула Старк. — И не рассказывал мне?
— Вот из-за этой реакции и не говорил, — усмехнулся он.
Она засмеялась, но смех быстро сошел на нет. Эрика отложила сэндвич, вытерла руки салфеткой и посмотрела на друга серьезно.
— Она знает?
— Что? О чем ты? — не понял Питер.
— Ты знаешь, о чем я.
Она вытащила из кармана свернутую газету и бросила ее на стол. На листе помятой газеты виднелась фотография Человека-паука, а снизу имя фотографа: Питер Паркер.
— Думал, я не пойму?
Питер побледнел. Отодвинул чашку с кофе, будто она мешала ему думать.
— О чем ты, Эрика? Я тебя не понимаю.
— Сколько тебе платят за собственные фото?
— Ты считаешь, что я Человек-паук? — Он издал нервный смешок. — Это смешно. С чего ты взяла?
— С того, что я не дура, Паркер.
Питер замолчал. Сжал губы. Посмотрел в окно, потом на свои руки.
— Знаешь, что самое обидное? — продолжила Эрика, понизив голос. — Не то, что ты паук. А то, что ты мне не доверяешь.
— Эрика, я клянусь, я не знаю, о чем ты говоришь, — он перешел на шепот.
— Как об стенку горох. — Она покачала головой. — Вени, покажи ему.
— Вени? Кто это... — не успел договорить Питер.
Эрика протянула руку через стол и едва коснулась его пальцев. Черное нечто перелилось на него быстрее, чем он успел моргнуть. Питер дернулся, но не от боли — от ярких вспышек, которые хлынули в сознание. Он увидел себя со стороны: вот он летит между домами, вот приземляется на крышу, вот стягивает маску, тяжело дыша после драки. Кадры сменяли друг друга. Это длилось несколько секунд.
Когда видение исчезло, Питер откинулся на спинку стула.
— Что это было?
— Мой секрет, — процедила сквозь зубы Эрика. — Теперь мы квиты.
Она встала, бросила на стол несколько купюр.
— Рика! — Питер вскочил. — Подожди!
Она уже шла к выходу. Он догнал ее на улице, схватил за руку.
— Пусти.
— Нет, пока не поговорим.
— Мы все сказали.
Она вырвала руку и свернула в переулок. Питер зашел следом. В проходе между домами было сыро и пусто. Только мусорные баки и старые кирпичные стены.
— Зачем ты приехала? — спросил он. — Чтобы устроить сцену?
— Я приехала, потому что скучала, — ответила Эрика. — почему молчал? — Она развернулась к нему лицом. — Два месяца, Питер. Два месяца ты врал мне в глаза. Говорил, что устал, что много домашки, что у Мей проблемы. А сам летал по городу в трико.
— Это не трико.
— Серьезно? Это твой ответ? Не трико?
— Я молчал, потому что это опасно, — сказал он, сжимая кулаки. — Ты понимаешь, что за мной охотятся? Что если кто-то узнает, кто я, под угрозой будет каждый, кого я знаю?
— Я не «каждый». Я твоя лучшая подруга.
— Именно поэтому я и молчал. Чтобы ты была в безопасности.
— А ты не думал, что я хочу сама решать, что для меня безопасно, а что нет?
— А ты не думала, что я не хочу твоей смерти на совести? — голос Питера сорвался на крик. — Что если бы они узнали про тебя? Что если бы пришли к тебе? В Лондон? Что бы я делал?
— Ты мог бы мне сказать. И мы бы вместе придумали, что делать.
— Вместе? — Питер усмехнулся, но без веселья. — Ты в Лондоне. Я в Куинсе. Какое «вместе»?
— А сейчас ты говоришь мне в лицо. И ничего не случилось.
— Пока не случилось.
— Ты просто боишься, — сказала Эрика тихо. — Не за меня. За себя. Боишься, что кто-то узнает. Боишься, что не справишься. И легче сделать вид, что меня не существует, чем рискнуть.
— Это неправда.
— Правда. И ты это знаешь. — Она сделала шаг назад. — Я приехала к тебе через полмира. Потому что ты мой друг. А ты даже не обрадовался.
— Я обрадовался!
— Ты испугался. Испугался, что я узнаю. Испугался, что придется объяснять. Ты с первого момента не «как я рад тебя видеть», а «как бы она не догадалась».
Питер открыл рот, но ничего не сказал.
— Думаешь, я не заметила? — продолжила Эрика. — Ты весь разговор сидел как на иголках. Оглядывался. Проверял, не смотрит ли кто. Ты не со мной разговаривал. Ты отбывал номер.
— Эрика, хватит.
— Что, больно слышать? А мне больно, Паркер. Мне очень больно, что мой лучший друг считает меня обузой.
— Я не считаю тебя обузой! — крикнул он. — Я пытаюсь тебя защитить!
— От чего? От правды?
— От людей, которые убьют тебя, если узнают, что ты связана со мной!
Повисла тишина. Тяжелая, злая. Эрика смотрела на него, и в глазах у нее стояли слезы, но она не плакала.
— Знаешь, в чем ирония? — сказала она почти шепотом. — У меня тоже есть секрет. Такой же большой, как твой. И я хотела тебе рассказать. Сегодня. Поэтому и приехала.
Питер замер.
— Какой секрет?
— А вот теперь уже не узнаешь. — Она горько усмехнулась. — Ты не первый решил, что я слишком слаба, чтобы знать правду. Но ты — первый, от кого я этого не ожидала.
— Эрика...
— Не надо. — Она подняла руку, останавливая его. — Ты сделал свой выбор. Ты выбрал одиночество. Ну и живи с ним.
— Ты не понимаешь.
— Я все понимаю. Это ты ничего не понимаешь.
Она повернулась спиной. Питер шагнул вперед, но не коснулся ее.
— Ты хотя бы напиши, когда доберешься, — сказал он тихо.
— Зачем? Ты же все равно не ответишь. Будешь слишком занят, спасая город.
Она вышла из переулка. Питер остался стоять, глядя ей вслед.
Он не окликнул ее. Она не обернулась.
Эрика шла быстро, не разбирая дороги. Веном молчал внутри. Только когда она завернула за угол и скрылась из виду, он тихо сказал:
—Ты была жестока.
— Он заслужил, — вслух ответила она. Голос дрожал.
—Может быть. Но тебе от этого не легче.
— Заткнись, Вени.
Она вытерла глаза рукавом и ускорила шаг.
***
Несколько месяцев спустя:
С того дня они не общались. Питер звонил. Сначала каждый день по несколько раз. Потом просто каждый день. Потом пару раз в неделю. А вскоре и вовсе перестал.
Эрика сбрасывала звонки. Сначала принципиально — потому что злилась. Потом — потому что не знала, что сказать. А потом звонки просто перестали приходить.
Она скучала. Злилась. Снова скучала. Но первая не звонила. Гордость не позволяла. Или страх, что он снова начнет врать.
***
Эрика шла по темной, промозглой улице Лондона. За каждым поворотом ее поджидала лишь непроглядная тьма, усугубленная моросящим дождем. Завернув за очередной угол, она ощутила что-то неладное. Тревожное предчувствие сковало сердце. Небольшие камешки, разбросанные по асфальту, грязные мусорные баки и мрачное здание поблизости начали едва заметно вибрировать, словно предчувствуя неминуемую катастрофу. С каждой секундой напряжение нарастало, точно скручиваемая пружина.
И вдруг прямо перед ногами девушки асфальт начал неестественно изгибаться, трескаться, ломаясь с ужасающим хрустом. Мгновение спустя перед ней разверзлась зловещая трещина шириной около метра.
— Что за...? — пробормотала Эрика, удивленно снимая наушники, из которых до этого лилась музыка.
В следующее мгновение трещина начала разрастаться с невероятной скоростью, пожирая все на пути. Земля содрогнулась в чудовищной агонии, да так сильно, что Эрика потеряла равновесие и рухнула на холодный асфальт.
— Черт! — прокричала она, пытаясь удержаться, пока разлом начал безжалостно засасывать ее в свою зияющую пасть. — Помоги...
Она отчаянно попыталась воззвать о помощи, но голос утонул в грохоте разрушающейся земли. Эрика полностью исчезла в разломе, словно ее никогда и не существовало. Как только она пропала, разлом сомкнулся так же внезапно, как и появился, оставив после себя лишь ровный асфальт, будто ничего и не происходило. На улице воцарилась зловещая тишина. Лишь редкие капли дождя нарушали ее, словно оплакивая исчезнувшую девушку.
***
Эрика с усилием открыла глаза. Она лежала в каком-то переулке. Голова гудела, тело ломило, будто ее пропустили через бетономешалку. С трудом поднявшись, она вышла на улицу. Солнечный свет ударил в лицо, тошнота застряла в горле. Она зажмурилась, потом открыла глаза снова. Оглянулась по сторонам.
Знакомые вывески. Знакомые запахи. Знакомый шум.
Это не Лондон.
— Что за...? — прошептала она, узнавая улицу.
Куинс. Она снова в Куинсе.
— Интересно — прозвучал в голове голос Венома. В нем не было паники. Только холодное любопытство. — Очень интересно.
Эрика не ответила. Она смотрела на знакомые дома и понимала, что обратного пути, скорее всего, нет.