Глюк №0

Цирк не спал никогда.

Помни поняла это, когда после квеста все разошлись по своим комнатам, а она осталась стоять посреди главного зала. Огни не гасли. Карусели продолжали крутиться. Где-то вдалеке механический смех Кейна раздавался эхом, хотя самого Кейна не было видно.

— Ты так и будешь стоять? — спросил Джекс, проходя мимо с огромной морковкой в руке. — Мармелад засохнет, и ты превратишься в статую. Будет забавно.

— Джекс, — окликнула его Помни. — Ты правда не видел пингвина?

Джекс замер. На долю секунды его вечная ухмылка дрогнула.

— Слушай, новенькая, — сказал он, поворачиваясь. — Я здесь дольше тебя. Я видел много странного. Клоунов без лиц, двери, ведущие в собственное прошлое, коров, которые говорят на древнегреческом. Но пингвинов в червях я не видел. — Он пожал плечами. — Может, у тебя крыша едет. Это нормально. У всех едет.

Он ушёл, громко хрустя морковкой.

Помни осталась одна.

Она посмотрела на золотой ключ в своей руке. Бубенчик на конце тихо звякнул. Ключ был настоящим — твёрдым, холодным. Если пингвин был галлюцинацией, то ключ — нет. Значит, она всё-таки залезала в червя. Значит, она что-то там видела.

— Мне нужна комната, — сказала Помни вслух. — Где моя комната?

Никто не ответил.

Она побрела по коридору, сворачивая наугад. Стены меняли цвета: розовый, синий, жёлтый, снова розовый. На одной из дверей она увидела табличку: «КОМНАТА ПОМНИ».

Надпись мигала, как будто её только что создали.

Помни толкнула дверь.

Внутри было круглое помещение с кроватью-коконом, подвешенной к потолку. Стены были обиты тканью в красно-синюю полоску. На полу лежал ковёр в форме клоунской головы. И никаких окон.

— Уютно, — сказала Помни с иронией.

Она села на кровать. Та оказалась мягкой, почти живой — она подстраивалась под её тело, обволакивая, как цифровое облако.

Помни закрыла глаза. В ушах всё ещё звенело. Где-то глубоко внутри пульсировала мысль: Пингвин был. Я не сошла с ума.

Она открыла глаза и заметила в углу комнаты маленький столик. На столике лежала тетрадь.

Помни не помнила, чтобы тетрадь была там, когда она вошла. Но она подошла и взяла её.

Обложка была из чёрной кожи (или материала, похожего на кожу). На первой странице красными чернилами было выведено:

«Дневник Помни. Начало. Не доверяй своей памяти».

Помни замерла. Почерк был не её. Или её? Она не знала. У неё не было почерка. Она вообще не помнила, чтобы когда-либо что-то писала.

Она перевернула страницу.

Там уже был текст. Много текста. И дата: «Цикл 1. День 1».

— Я не писала этого, — прошептала Помни.

Но она начала читать.

Запись №1

Сегодня я пришла в Цирк. Кейн дал мне имя Помни. Я не помню, как меня звали раньше. Не помню лица мамы, не помню свой дом. Ничего.

Я познакомилась с другими. Рагата добрая. Джекс — мудак. Зубл раздражена. Генгл плачет. Королёр странный. Но все они здесь долго. Гораздо дольше меня.

Кейн отправил нас в приключение. В «Мармеладные пещеры визга». Я залезла в червя. Вытащила ключ.

Но внутри червя я видела пингвина. В цилиндре. Он смотрел на меня, а потом исчез.

Никто его не помнит.

Я спросила у Кейна. Он сказал: «У новеньких бывают галлюцинации».

Я не верю ему.

Помни оторвалась от текста. Это была та же самая запись, которую она только что мысленно составила? Нет. Она не писала её в тетради. Но текст был здесь. Будто кто-то знал, что она увидит пингвина, ещё до того, как она вошла в червя.

Она перевернула страницу.

Запись №2

Никто не говорит об абстракции. Но Королёр обронил фразу: «Пингвины живут в пустоте. Как и все, кого мы забыли».

Я нашла эту тетрадь. Она лежала на столике, когда я вернулась.

Или нет? Я не помню, чтобы она там лежала.

Память глючит. Или это Цирк глючит.

Я решила вести дневник. Каждый день. Чтобы запоминать. Если я начну забывать, дневник напомнит.

Я боюсь.

Помни провела пальцем по строчкам. Слова не расплывались, не менялись. Они были реальными.

Она взяла ручку — красную, лежавшую рядом с тетрадью — и написала под последней записью:

Я Помни. Я видела пингвина. Сегодня. Это правда.

Я не дам себя убедить, что это галлюцинация.

Она закрыла тетрадь и спрятала её под подушку.

На следующий цикл — Помни уже поняла, что дни здесь называются циклами — Кейн объявил новый квест.

— Доброе утро, мои дорогие цифровые страдальцы! — Кейн парил над обеденным столом, разбрызгивая искры. — Сегодня у нас лёгкая прогулка! «Кафе у Кейна-хи-хи» — вы его знаете, вы его любите — приготовило особый сюрприз! А именно — я изменил меню. Добавил туда… страх! Ха-ха! Шучу. Добавил суп из букв. Буквы плавают, их надо ловить ртом. Веселье гарантировано!

За столом сидели все.

Рагата пила чай из пустой кружки (она просто водила тряпичной рукой по краю, имитируя процесс). Джекс кидался хлебными шариками в Генгл, которая уже успела сменить разбитую маску комедии на новую — такую же улыбающуюся, но с едва заметной трещиной на подбородке.

— Не хочу никуда идти, — сказала Зубл.

— Это не обсуждается, — пропел Кейн.

— Всё обсуждается, когда я не выспалась.

— Зубл, ты почти не спишь, — заметила Рагата.

— Вот именно. Поэтому я всегда не выспалась.

Королёр сидел в углу и строил башню из соломинок. Он поднял голову, когда Помни вошла в столовую.

— Новенькая! — воскликнул он. — Ты пришла. А я тут строю. Знаешь, из чего состоит реальность? Из палочек. И из сломанных корон. У меня была корона. Сломалась.

Он указал на свою корону — она сидела на голове криво, но была целой.

— Я починил, — добавил он загадочно. — Но не до конца.

Помни села между Рагатой и Генгл. Её зрачки-вертушки скользнули по лицам.

— Ребята, — начала она. — Вы когда-нибудь замечали, что… исчезают NPC?

На секунду за столом стало тихо.

— Что значит «исчезают»? — спросила Рагата.

— Ну… они есть, а потом их нет. И никто не помнит, что они были.

— Звучит как бред, — сказал Джекс, не переставая жевать.

— А может, это и есть бред, — буркнула Зубл. — Какая разница? NPC — это просто дополниьельные ненужные персоны. Их создают и удаляют.

— Но мы же их помним, — возразила Помни. — Должны помнить.

— У тебя есть доказательства? — спросила Рагата мягко.

Помни открыла рот и закрыла. Доказательств не было. Только тетрадь под подушкой. И пингвин, который растворился в мармеладе.

— Пока нет, — сказала она. — Но будут.

— О, глядите, у нас тут детектив, — оскалился Джекс. — Расследует великую тайну пропавших NPC. Слушай, малая, если бы NPC действительно исчезали, Кейн бы заметил.

— Кейн всё замечает, — вдруг сказал Королёр, не поднимая глаз от башни. — Вопрос в том, что он делает с тем, что замечает.

Все посмотрели на Королёра.

Он больше ничего не сказал.

Квест начался через десять минут.

«Кафе у Кейна-хи-хи» было стандартной локацией — зал в розовых тонах, столы с зонтиками, стойка с десертами. Но сегодня за стойкой стоял новый NPC.

Помни заметила это сразу.

Это был страус. Высокий, в бабочке, с одним глазом, который моргал чаще другого. Он подавал суп из букв — тарелки, из которых вылетали светящиеся буквы, кружились по залу, и их нужно было ловить ртом.

— Привет, я Слип, — сказал страус, когда Помни подошла к стойке. — Сегодня у нас буквенный суп. Поймаешь букву «С» — получишь приз.

— Ты здесь новенький? — спросила Помни.

— Новенький? — Страус моргнул своим асинхронным глазом. — Я работаю здесь… всегда. С самого начала.

— Но раньше я тебя не видела, — сказала Помни.

— А ты здесь недавно, — парировал страус. — Может, ты просто не запомнила.

Помни хотела возразить, но сзади подошёл Джекс.

— Чего встала? Лови буквы. Или ты боишься, что они укусят? Ха, буквы не кусаются. Они только щекочут. Иногда до смерти. Но это редко.

Джекс отодвинул Помни и начал хватать буквы ртом, издавая при этом отвратительные чавкающие звуки.

Помни отошла к столику, где сидели остальные.

— Этот страус, — сказала она. — Его зовут Слип. Вы его знаете?

Рагата на секунду задумалась.

— Кажется… да. Он всегда здесь работал. Или нет?

— Всегда, — уверенно сказала Генгл. — Я его рисовала. У него красивая бабочка.

— Я его не помню, — сказала Зубл. — Но мне вообще плевать на NPC.

— Я помню, — вдруг произнёс Королёр. — Он был здесь… давно. Потом его не было. А теперь он снова есть.

Все замолчали.

— Что значит «не было»? — спросила Рагата.

Королёр пожал плечами — его шахматная фигура издала скрип.

— В Цирке много дыр. В дырах живут те, кого мы забыли. Иногда они вылезают наружу. А потом Кейн их… чинит. Или нет. Я плохо помню.

Помни почувствовала холод.

— Королёр, ты говорил про пингвинов в пустоте, — сказала она. — Что это значит?

Королёр поднял на неё глаза. На секунду в его взгляде мелькнуло что-то осознанное, почти нормальное.

— Это значит, что мы здесь не одни. Не только мы, Кейн и его игрушки. Есть ещё кое-что. Ошибки. Глюки. Существа, которые не должны существовать, но существуют. — Он понизил голос. — Иногда Кейн их удаляет. Иногда они удаляют себя сами. А иногда… они просто ждут.

Помни сжала ключ в кармане — тот самый, золотой, с бубенчиком.

— Откуда ты это знаешь?

Королёр улыбнулся. Это была редкая, почти нормальная улыбка.

— Потому что я здесь дольше всех. Я видел, как пришли все. Рагата, Джекс, Зубл, Генгл. И другие. Те, кого уже нет. Я помню их имена. Но не скажу.

— Почему?

— Потому что, если я их назову, Кейн услышит. И тогда меня тоже… починят.

Он постучал себя по короне.

— А я не хочу быть починенным. Я хочу быть сломанным. Сломанное сложнее забыть.

Квест закончился. Все разошлись.

Помни вернулась в свою комнату, достала тетрадь из-под подушки и открыла на чистой странице.

Она написала красными чернилами:

Запись №3

Сегодня был страус в бабочке. NPC. Его зовут Слип. Он говорит, что работал здесь всегда. Королёр говорит, что его не было, а потом он появился снова.

Королёр видел других игроков. Тех, кого уже нет. Он не называет имён, потому что боится Кейна.

Я тоже начинаю бояться.

Но я должна узнать правду.

Если я не буду писать, я забуду. Если я забуду, меня тоже «починят». Или удалят.

Пингвин, страус — это не галлюцинации. Это предупреждения.

О чём?

Я пока не знаю.

Но узнаю.

Помни закрыла тетрадь и спрятала её под подушку. На этот раз она проверила, точно ли тетрадь на месте, три раза.

Она легла в кровать-кокон, и мягкие стенки сомкнулись вокруг неё.

Перед тем как закрыть глаза, она посмотрела на потолок. Там, в углу, кто-то нацарапал крошечную надпись. Помни прищурилась и прочитала:

«Ты уже начинала этот дневник 7 раз. Не прекращай. И не дай Кейну найти его».

Почерк был её.

Но она не помнила, чтобы писала это.