18 часть.
Я прижалась спиной к холодной стене и на секунду закрыла глаза.
Ошибка.
Мир тут же повело.
Температура била изнутри, как ударная волна.
Каждый вдох отдавался в груди тупой болью.
Сверху — крики.
Где-то в здании.
Не рядом, но достаточно близко, чтобы понимать: заражённые уже разошлись по этажам.
Я сжала зубы и заставила себя открыть глаза.
— Думай… — прошептала я.
Нужно было двигаться.
Стоять здесь — значит ждать, пока меня найдут.
Я оглянулась.
Слева — двор школы, тёмный, мокрый, пустой.
Справа — стенка здания и узкий проход между корпусами.
И там, и там риск.
Но в открытом пространстве меня увидят сразу.
Я выбрала узкий проход.
Хромая, почти волоча ногу, я пошла вдоль стены.
Каждый шаг — как игла в сустав.
Но останавливаться было нельзя.
Дождь усилился.
Капли били по лицу, смешиваясь с потом и кровью на руках.
Я не знала, сколько времени прошло.
Минуты.
Или час.
Звук школы постепенно становился глуше.
И это было странно.
Слишком тихо.
Слишком пусто.
Как будто я не в эпицентре ада, а просто… вне его.
Я свернула за угол.
И остановилась.
Передо мной был запасной вход.
Металлическая дверь.
Полузакрытая.
С выбитым стеклом рядом.
И внутри — темнота.
Я знала это место.
Служебный коридор.
Связь между корпусами.
Там могли быть выходы.
И, возможно…
хоть кто-то из выживших.
Сверху раздался крик.
Глухой.
И тут же оборвался.
Я резко подняла голову.
— Джимин… — вырвалось у меня почти автоматически.
И сразу же я себя остановила.
Нет.
Сейчас нельзя думать об этом.
Я толкнула дверь плечом.
Она поддалась.
Медленно.
Со скрипом.
Внутри пахло сыростью и железом.
Я вошла.
Темно.
Тесно.
Тихо.
И именно эта тишина была хуже всего.
Потому что в ней слышно было всё:
моё дыхание,
стук сердца,
и медленные шаги где-то глубже в коридоре.
Я замерла.
Сжала топор.
Шаги остановились.
Тишина.
Потом — тихий звук.
Не рёв.
Не шарканье.
А… выдох.
Человеческий.
Из темноты впереди кто-то был.
И он уже знал, что я здесь.