17 часть.
Дверь снова дёрнулась.
На этот раз — сильнее.
И дерево тихо, противно застонало, как будто уже устало сопротивляться.
Я медленно поднялась.
Не потому что хотела.
Потому что сидеть было хуже.
БУМ.
Ещё удар.
Снаружи уже не просто били.
Скорее пытались выломать целиком.
Я оглянулась по кабинету быстрее.
Пусто.
Стол.
Шкаф.
Доска.
Окна высоко, но не полностью безнадёжно — если встать на парту.
Но сначала дверь.
Я сжала топор.
Руки дрожали, но не остановились.
БУМ.
И тут дверь треснула.
Не громко.
Не эффектно.
Просто сухой, мерзкий хруст.
И в щель сразу же полезли пальцы.
Серые.
С ободранной кожей.
Я сделала шаг вперёд.
И ударила.
Один раз.
Потом второй.
Пальцы исчезли.
Но за ними тут же появились новые.
И теперь уже не одиночные.
Они чувствовали нас.
Я понимала: это не задержать.
Я развернулась.
Быстро.
Парты.
Окно.
Прыжок решения.
Я закинула топор на плечо, схватилась за первую парту и дёрнула.
Громко.
Металл по полу.
Скрежет.
БУМ за спиной усилился.
Я уже не смотрела туда.
Взобралась на парту.
Пальцы соскальзывали.
Температура делала тело ватным.
Но я всё равно поднялась.
Окно.
Рама старая.
Но не заколоченная.
— Давай… — прошептала я себе.
Сзади что-то с силой врезалось в дверь.
Она почти полностью открылась.
Я ударила топором по замку окна.
Один раз.
Второй.
Стекло треснуло.
Третий.
Оно посыпалось вниз.
И в тот же момент за спиной раздался рёв уже внутри кабинета.
Они вошли.
Я не оборачивалась.
Просто выбросила тело вперёд.
В окно.
Стекло обожгло руки и плечо.
Холодный воздух ударил в лицо.
И я вывалилась наружу, на мокрый карниз и затем вниз — на землю первого этажа.
Удар был жёсткий.
Нога вспыхнула болью так, что перед глазами потемнело.
Я на секунду просто лежала.
Дышала.
Живая.
Пока.
Сверху в окне показались первые лица.
Они уже лезли к проёму.
Я стиснула зубы.
Поднялась.
Хромая.
Почти падая.
И побежала вдоль стены школы, куда угодно — только подальше от этого окна.
Сзади раздался крик.
И звук падающих тел.
Они не остановились.
Они просто потеряли меня на секунду.
Но не навсегда.
Я свернула за угол.
И только там, прижавшись к холодной стене, впервые позволила себе вдохнуть нормально.
Грудь горела.
Нога не слушалась.
Руки тряслись.
Но я была вне кабинета.
Вне ловушки.
Пока что.
И теперь оставался только один вопрос:
куда идти дальше, если все остальные — в другом крыле, а школа вокруг меня уже давно не школа.