Озвучивание не поддерживается в этом браузере
Пещера
Сьюзи проснулась в темноте. Часы на тумбочке показывали начало четвёртого. За окном спальни в Хогвартсе ещё даже не серело — замок спал, только редкие факелы мерцали в коридорах, отбрасывая дрожащие тени на каменные стены. Она лежала и смотрела в потолок, чувствуя, как страх растекается по телу — не волнами, а ровным, непрерывным гулом. Он был в животе, в горле, в кончиках пальцев.
Она знала, что сегодня. Знала точную дату. Волдеморт показал ей это в одном из тех снов, которые были не снами — он стоял над ней и смеялся, а за его спиной разворачивалась картина: пещера, чёрная вода, мальчик с лицом Сириуса, пьющий из чаши. Регулус падал на камни, и вода смыкалась над ним. «Смотри, Сьюзан. Смотри, что станет с теми, кто меня предаёт». Она просыпалась тогда с криком — и запомнила дату. Запомнила время. Запомнила каждую деталь.
Сегодня. 31 декабря. Последний день года. Регулус пропал два дня назад. В Хогвартсе все знали — младший Блэк исчез, Вальбурга в ярости, авроры обыскивают поместье. Но Сьюзи знала правду. Он уже там, в той пещере, наедине с тьмой. И если они не успеют — он умрёт.
Она повернулась на бок. Сириус лежал рядом, но она знала, что он не спит. Его дыхание было слишком частым, слишком напряжённым.
— Ты не спишь, — прошептала она.
— Не могу. Слишком страшно.
— Мне тоже.
Она села на кровати, обхватив колени руками. Её знобило, хотя в комнате было тепло. Мышцы были напряжены до боли, челюсть сжата так, что ныли зубы. Она попыталась расслабиться — не получилось.
— Меня тошнит, — сказала она. — От страха. Буквально тошнит.
— Это нормально.
— Ненормально. Меня сейчас вывернет.
Он сел рядом, положил руку ей на спину.
— Дыши. Медленно. Вдох — раз, два, три. Выдох — раз, два, три.
Она попыталась. С первого раза не получилось — вдох сорвался, перешёл в судорожный всхлип. Со второго — чуть лучше. С пятого — она смогла дышать ровно.
— Я боюсь за тебя, — прошептала она. — Ты полезешь его спасать и погибнешь. Я знаю тебя. Ты будешь геройствовать.
— Я обещал не геройствовать.
— Ты обещал много раз. И каждый раз лез в самое пекло.
— Сьюзи. — Он взял её лицо в ладони и заставил посмотреть на себя. — Я вернусь. Мы оба вернёмся. Я тебе обещаю.
— Ты не можешь обещать.
— Могу. Потому что я тебя люблю. И я не оставлю тебя одну. Снова.
Она закрыла глаза. Ком в горле стал ещё больше. Она не могла говорить.
Они встали, оделись. Сьюзи заметила, что застёгивает мантию не с первого раза — пальцы дрожали так сильно, что пуговицы выскальзывали. Сириус молча помог ей. Его руки тоже дрожали, но меньше. Она видела, как он сжимает челюсти — он боялся не меньше её.
Она взяла меч Гриффиндора. Он был тяжёлым. Очень тяжёлым.
В коридоре было пусто. Они шли бесшумно, как тени, минуя спящие портреты и патрули Филча. Тайный ход, который они нашли ещё на первом курсе, вывел их прямо к Гремучей Иве. Лунный свет заливал замёрзший сад. Сириус достал палочку, беззвучно шевельнул губами, и ветви Ивы замерли, открывая чёрный вход в туннель.
— Готова? — спросил он.
— Нет. Но идём.
Они трансгрессировали.
Северное море встретило их ураганным ветром. Сьюзи чуть не упала, как только ноги коснулись земли — порыв был такой силы, что её отбросило назад. Сириус поймал её, прижал к себе.
— Держись за меня!
Она вцепилась в его плечо. Ветер ревел так, что они не слышали друг друга с расстояния вытянутой руки. Волны внизу разбивались о скалы с грохотом, от которого дрожала земля. Брызги долетали даже сюда, наверх, и вода была ледяной — такой ледяной, что обжигала кожу.
— ТАМ! — Сириус указал вниз.
Пещера пряталась между скалами — узкая, тёмная щель, почти невидимая среди камней. Если не знать, что ищешь, — никогда не найдёшь. Волны били прямо в неё.
— КАК МЫ ТУДА СПУСТИМСЯ?!
— ПО КАМНЯМ! ИДИ ЗА МНОЙ!
Спуск был адом. Скалы были мокрыми, скользкими, покрытыми водорослями и острыми ракушками. Сьюзи сорвалась на первом же шаге — нога соскользнула с мокрого камня, и она полетела вниз. Сириус поймал её за руку, дёрнул на себя. Она ударилась плечом о скалу, но он удержал.
— ДЕРЖИСЬ!
— Я ПЫТАЮСЬ!
Они ползли вниз — иначе это нельзя было назвать. Сириус спускался первым, нащупывал опору, потом протягивал руку ей. Она цеплялась за его пальцы, за его плечо, за его мантию. Камни крошились под ногами. Вода хлестала в лицо. Один раз огромная волна ударила прямо в скалу рядом с ними, и Сьюзи на секунду оказалась полностью под водой — ледяной, солёной, удушающей. Она закашлялась, вынырнула, и Сириус снова её подхватил.
— ЕЩЁ НЕМНОГО!
— Я НЕ МОГУ!
— МОЖЕШЬ! ДАВАЙ!
Она не знала, сколько времени занял спуск. Может, пятнадцать минут. Может, полчаса. Может, вечность. Когда они наконец оказались у входа в пещеру, она дрожала так, что зубы стучали. Мантия промокла насквозь. Руки были исцарапаны в кровь. Плечо ныло от удара о скалу.
Сириус снял свой шарф — единственную сухую вещь, которая на нём осталась, — и обмотал вокруг её шеи.
— Держи.
— Ты замёрзнешь.
— Я в порядке. Ты дрожишь. Бери.
У неё не было сил спорить. Он взял её за руку, и они вошли в темноту.
Пещера была огромной. Свод уходил куда-то вверх, теряясь в темноте. Воздух был холодным, влажным, с привкусом соли и чего-то ещё — чего-то гнилого, мёртвого. Сьюзи зажгла люмос, и слабый свет заплясал на стенах, отражаясь в чёрной воде.
Озеро. Огромное, неподвижное, бездонное. Вода была такой тёмной, что казалась не жидкостью, а дырой в никуда. В центре, на каменном островке размером с обеденный стол, стояла чаша. А рядом — тело. Маленькое, сжавшееся, наполовину в воде.
— Регулус, — выдохнул Сириус.
И тут Сьюзи увидела их. Сначала ей показалось, что это блики света на воде. Но блики не двигаются. А эти — двигались. Медленно, плавно, как водоросли. Из чёрной воды поднимались фигуры. Белые, раздутые, с пустыми глазницами. Одна. Вторая. Третья. Десятки. Сотни. Они появлялись отовсюду — из глубины, из темноты, из-под камней. Инфералы.
— Господи, — прошептала Сьюзи.
— ЛОДКА! — заорал Сириус и бросился в воду.
Она побежала за ним, не думая. Вода была ледяной — такой ледяной, что перехватило дыхание. Они вскарабкались в лодку, привязанную к скале. Сириус схватил весло, Сьюзи вскинула палочку.
Инфералы приближались. Один ухватился за борт — она ударила заклинанием, и его отбросило. Второй попытался забраться с другой стороны — она ударила снова. Третий, четвёртый, пятый. Они лезли, как муравьи, как крысы, как саранча. Их было слишком много.
— СЬЮЗИ, Я ПЛЫВУ! ТЫ ОТБИВАЙСЯ!
Она метала заклинания одно за другим. Ступефай. Редукто. Экспеллиармус — бесполезно, но она уже не думала, просто кидала всё подряд. Инфералы падали в воду, но на их место вставали новые. Один ухватил её за руку — холодную, мёртвую, — и она с криком вырвалась.
Тело Регулюса начали утаскивать под воду. Двое инфералов тянули его за ноги, третий — за плечо.
— СИРИУС! ОНИ УТАСКИВАЮТ ЕГО!
Лодка врезалась в островок. Сириус выпрыгнул на камни и бросился к брату. Он схватил его, потянул, но инфералы держали крепко. Он упёрся ногами в камень, рванул изо всех сил — и вытащил. Регулус был синим, безжизненным.
— ВЫТЯГИВАЙ ЕГО! — орал Сириус, хотя он уже вытащил. Он просто кричал, не контролируя себя. — ВЫТЯГИВАЙ! СУКА, КАК ОТ НИХ ОТБИТЬСЯ!
И тут они напали на него. Трое инфералов одновременно — один вцепился в ногу, второй в руку, третий в шею. Сириус упал. Вода сомкнулась над ним.
У Сьюзи всё остановилось внутри. Сердце. Дыхание. Время. Она видела, как его утаскивают под воду — медленно, неотвратимо. Видела его лицо — искажённое ужасом, но всё ещё живое. Видела, как он пытается вырваться.
Огонь. Ариана говорила — огонь уничтожает инфералов.
— ИНСЕНДИО!
Пламя вырвалось из её палочки. Не просто струя — стена огня, яркая, ревущая, всепожирающая. Инфералы закричали — беззвучно, но их тела начали корчиться и гореть. Огонь распространялся по воде, перекидываясь с одного на другого, как живой. Запахло горелой плотью. Сьюзи, рыдая в голос, бросилась в воду, схватила Сириуса за плечо и рванула на себя. Он был тяжёлым — слишком тяжёлым, намокшая одежда тянула вниз. Она тащила его из последних сил, цепляясь за камни, за водоросли, за что угодно.
— ДАВАЙ! — кричала она. — ДАВАЙ, СИРИУС, ПОМОГИ МНЕ!
Он закашлялся, выплюнул воду, упёрся ногами в дно. Вместе они выползли на камни. Рядом лежал Регулус — всё ещё синий, всё ещё бездыханный. Инфералы горели, их крик стоял в ушах, но они больше не нападали.
Сириус упал на колени перед братом.
— Рег. Рег, братик мой. Я знаю, что бросил тебя. Знаю, что не был рядом. Когда я ушёл из дома, я оставил тебя с ней. Я думал, ты справишься. Я думал... я не думал. Прости меня. Прости. Пожалуйста, очнись. Очнись, Рег. Ну же. Давай. Дыши.
Он начал давить на грудную клетку — раз, два, три. Наклонился, вдохнул воздух в рот брату. Снова надавил. Снова вдохнул.
— ДАВАЙ! ДЫШИ, СУКА, ДЫШИ!
Сьюзи, всё ещё дрожащая, подошла к телу Регулюса. В его мёртвой руке был зажат медальон — тот самый крестраж. Она осторожно разжала его пальцы. Они были холодными, как лёд. Она взяла медальон.
И тьма начала разливаться по её телу. Это было не тепло и не холод. Это было что-то другое — что-то, чего она никогда не чувствовала. Темнота. Настоящая темнота, которая текла по венам, как яд. Медальон шептал — она не слышала слов, но понимала их. Он говорил о её страхах. О её слабостях. О том, что она никогда не сможет никого спасти. Что все, кого она любит, умрут.
Она положила медальон на камень. Достала меч Гриффиндора. Замахнулась. И замерла.
Перед ней стояла Лили. Та Лили, которую она нашла в Годриковой Впадине — с открытими глазами, с рыжими волосами на полу. Рядом — Джеймс, без очков, с пустым взглядом. Марлин — с запёкшейся кровью на разбитых губах. Мэри — висящая под потолком. И Сириус. Её Сириус. Мёртвый, холодный, с остановившимся сердцем.
— Ты не спасла их, — шептал медальон. — Ты не спасла никого. И его не спасёшь. Он умрёт, как все остальные.
Сьюзи стояла на коленях. Меч был занесён над головой. Слёзы текли по щекам. Она не могла ударить.
— СЬЮЗИ!
Сириус оказался рядом. Он увидел её лицо — пустое, отчаянное, залитое слезами. Увидел меч в её руках. Увидел, как она дрожит.
— Сьюзи, посмотри на меня. Посмотри на меня!
Она не могла. Она смотрела на мёртвую Лили.
— СЬЮЗИ! — он схватил её за плечи, развернул к себе. — Я живой! Слышишь? Я живой! И ты живая! Мы здесь! Мы справились! Давай, любимая. Давай вместе.
Он обхватил её руки своими. Вместе они замахнулись. Вместе ударили. Раз. Два. Три. Четыре.
Из медальона вырвался вопль — нечеловеческий, полный боли и ярости. Темнота начала вытекать из него чёрным дымом, сгущаясь в форму змеи. Змея закричала и исчезла, растворилась в воздухе. Медальон раскололся на две половинки и затих.
Сьюзи рухнула на колени. Меч выпал из её рук со звоном. Сириус прижал её к себе, гладил по волосам, шептал что-то — она не слышала слов, только звук его голоса. Тёплый. Живой. Настоящий.
— Сириус?
Голос был слабым, хриплым, едва слышным. Они оба обернулись. Регулюс лежал на камнях. Его глаза были открыты. Он дышал.
— Ты выглядишь как тридцатилетний, — прошептал он. — Это галлюцинации? Я умер?
Сириус бросился к нему, схватил за плечи.
— Нет! Ты жив! Ты жив, Рег! Это я! Мы из будущего! Мы пришли за тобой!
— Вы не можете быть из будущего...
— Можем. Мы вернулись, чтобы спасти тебя.
Регулюс перевёл взгляд на Сьюзи. Узнал её.
— Вы вместе?
— Да. Уже много лет.
— Я думал, ты её ненавидишь...
— Я её люблю. Всегда любил.
Регулюс закрыл глаза.
— Либо я умер, либо сошёл с ума...
— Ты жив, — сказала Сьюзи. — Мы вытащили тебя. Но нам нужно уходить. Сейчас.
Они переплыли озеро. Выбрались из пещеры. Снаружи всё ещё бушевал ветер, и волны били в скалы, но Сьюзи уже не чувствовала холода. Она вообще ничего не чувствовала. Только пустоту. И усталость.
Сириус взял Регулюса на руки, Сьюзи — за руку. Они трансгрессировали.
Они появились в Выручай-комнате. Внутри было тепло, горел камин. Сьюзи зажгла свечи, пока Сириус укладывал Регулюса на диван, закутывал в плед. Она нашла противоядие — они заготовили его заранее. Регулюс выпил, закашлялся, но его лицо начало обретать цвет.
Сириус бегал вокруг него. Проверял пульс. Бинтовал ссадины. Поправлял плед. Спрашивал, не холодно ли ему. Не хочет ли он пить. Регулюс слабо отмахивался, но Сириус не останавливался.
Сьюзи только сейчас заметила, что её рука расцарапана в кровь. Нога — длинная рваная рана. Спина болела так, будто по ней прошлись молотком. Она попыталась дойти до аптечки, но её повело в сторону.
— Сьюзи? — Сириус поднял голову. — Что с тобой?
— Ничего. Царапины.
— Ты еле стоишь.
— Я в порядке. Занимайся Регулюсом.
— Регулюс спит. — Он подошёл к ней, взял за плечи. — Сядь. Дай я посмотрю.
Она села. Он обработал её раны — молча, сосредоточенно. Его руки, которыми он только что вытаскивал брата из мёртвой воды, теперь осторожно бинтовали её ногу. Она смотрела на него и чувствовала, как напряжение отпускает.
Потом, когда Регулюс уснул, они вышли в коридор. Ночь была тёмной, холодной. Сьюзи прислонилась к стене и закрыла глаза.
— Мы сделали это, — прошептала она.
— Да, — ответил он. — Мы сделали это.
Она смотрела на него, и слёзы текли по её щекам.
— Я видела вас всех мёртвыми. Крестраж показал мне. Я не могла ударить.
— Но ты ударила.
— Ты помог.
— Мы сделали это вместе.
Он обнял её, прижал к себе. Она чувствовала его тепло, его дыхание, его руки. Она знала, что рядом с ним она может выдержать всё.
— Уже почти шесть утра, — сказал он, глядя на серое небо за окном. — Нам нужно вернуться в комнату до того, как ученики проснутся.
Она кивнула, но не могла заставить себя двинуться. Тело было тяжёлым, словно каждая кость наполнилась свинцом. Сириус обнял её за плечи, поддерживая, и они медленно пошли по коридору.
Замок просыпался. Где-то вдалеке хлопнула дверь, послышались голоса — кто-то из оставшихся на каникулы учеников уже спускался к завтраку. Они свернули в боковой коридор, минуя портрет толстой дамы, которая сонно зевнула и не обратила на них внимания.
В их комнате было тихо. Сьюзи рухнула на кровать, даже не сняв мантию. Сириус достал флаконы с оборотным зельем — они были на исходе, но на этот раз хватило.
— Пей, — сказал он, протягивая ей флакон.
Она взяла его дрожащими руками. Жидкость обожгла горло, и через минуту она снова стала Лиззи Грей — тёмные волосы, карие глаза, чужое лицо. Сириус выпил своё зелье, и перед ней снова стоял Ник Уайт.
Она смотрела на свои руки — не свои. Чужие. Она уже привыкла к ним, но сегодня они казались особенно неправильными.
— Я хочу быть собой, — прошептала она. — Я хочу, чтобы меня видели. Настоящую.
— Я знаю, — сказал он, садясь рядом. — Я тоже. Но пока мы не можем.
— Я знаю.
Он взял её за руку. Его пальцы были тёплыми, и она чувствовала, как они сжимают её ладонь.
— Мы сделали это, — сказал он. — Регулус жив. Крестраж уничтожен.
— А что насчёт остальных? — спросила она. — Лили? Джеймс? Гарри?
— Мы будем искать дальше, — сказал он. — Мы не остановимся.
Она смотрела на него, и в её глазах была усталость. Но рядом с ним она чувствовала, что может выдержать всё.
— Я люблю тебя, — сказала она.
— Я тоже тебя люблю, — ответил он. — И мы справимся.
Они сидели молча, слушая, как замок просыпается. Где-то вдалеке слышались голоса, смех, шаги — ученики, которые остались на каникулы, начинали свой день. Сьюзи закрыла глаза и почувствовала, как усталость накрывает её тёплой волной.
— Отдохни, — сказал он. — Я посторожу.
— Ты тоже устал, — прошептала она.
— Я посплю позже. Сейчас ты важнее.
Она хотела возразить, но не нашла сил. Она легла на кровать, и он укрыл её одеялом. Её глаза закрылись, и она провалилась в сон — глубокий, без сновидений.
В доме Поттеров утро тоже начиналось. Джеймс спустился на кухню и увидел юного Сириуса, сидящего за столом с пустой кружкой в руках. Он смотрел в одну точку и не двигался.
— Ты вообще спал? — спросил Джеймс, садясь напротив.
— Нет, — ответил юный Сириус. — Не мог.
— Из-за Регулюса?
— Из-за всего. Из-за того, что он пропал. Из-за того, что мать сходит с ума. Из-за того, что я сижу здесь и ничего не могу сделать.
Джеймс помолчал. Потом сказал:
— Ты не можешь ничего сделать. Пока что. Но мы найдём его. Мы всегда находим.
— Откуда ты знаешь? — спросил юный Сириус, поднимая голову.
— Потому что мы команда, — сказал Джеймс. — Мы всегда были командой. И мы не бросаем своих.
Юный Сириус смотрел на него, и в его глазах была благодарность.
— Спасибо, — сказал он.
— Не за что, — ответил Джеймс.
Лили спустилась через несколько минут, за ней Марлин и Мэри. Они сели за стол, и Лили взяла юного Сириуса за руку.
— Мы найдём его, — сказала она.
— Откуда ты знаешь? — спросил он.
Она посмотрела на него, и в её глазах была уверенность.
— Потому что мы всегда находим, — сказала она.
Юный Сириус ничего не ответил. Но он сжал её руку в ответ.
Ариана была в гостях у Тины и Ньюта в Дорсете. Она сидела в их уютном доме, слушала, как Ньют рассказывает о лунных тельцах, и чувствовала, как внутри неё растёт тревога. Она не знала, что случилось, но чувствовала — что-то произошло.
— Всё хорошо, звёздочка? — спросила Тина, заметив её взгляд.
— Не знаю, — ответила Ариана. — Мне кажется, что я что-то пропустила. Но я не знаю что.
Тина улыбнулась и погладила её по голове.
— Ты всегда чувствуешь, — сказала она. — Это твой дар. И он приведёт тебя туда, где нужно.
Ариана кивнула, но внутри неё осталась тревога.
В Хогвартсе Сьюзи проснулась через несколько часов. Солнце уже поднялось, и в комнате было светло. Сириус сидел рядом, и она чувствовала тепло его руки на своей.
— Ты не спал, — сказала она.
— Немного, — ответил он. — Я не мог.
— Из-за Регулюса?
— Из-за всего. Из-за того, что мы сделали. Из-за того, что нам ещё предстоит.
Она села и посмотрела на него. Его глаза были уставшими, но в них была решимость.
— Мы справимся, — сказала она.
— Я знаю, — ответил он. — Просто сегодня было тяжело.
Она взяла его за руку и сжала её.
— Мы справимся, — повторила она. — Вместе.
Он улыбнулся, и в этой улыбке было всё — и усталость, и любовь, и надежда.
— Идём, — сказал он. — Нам нужно к Дамблдору. Рассказать ему, что мы сделали.
Они встали и вышли из комнаты.
Кабинет Дамблдора был тих. Фоукс сидел на своей жёрдочке, и в комнате пахло дымом и старыми книгами. Дамблдор поднял голову, когда они вошли.
— Вы сделали это? — спросил он.
— Да, — ответил Сириус. — Регулус жив. Крестраж уничтожен.
Дамблдор выдохнул — впервые за долгое время.
— Хорошо, — сказал он. — Вы сделали больше, чем могли. Но это только начало.
— Мы знаем, — сказала Сьюзи.
Дамблдор помолчал, потом добавил:
— Ваши друзья часто посещают Выручай-комнату. Мародёры. Они используют её для своих тренировок. Вам нужно найти способ, чтобы Регулюс не столкнулся с ними, пока он не будет готов.
— Мы спрячем его в другой части Выручай-комнаты, — сказал Сириус. — Мы знаем, как это работает.
— Хорошо, — кивнул Дамблдор. — Я тоже присмотрю за ним. Но вы должны быть осторожны. Если кто-то узнает, что Регулус жив...
— Мы знаем, — сказал Сириус. — Мы будем осторожны.
Они вышли из кабинета, и в коридоре было тихо. Сьюзи взяла Сириуса за руку.
— Мы справимся, — сказала она.
— Да, — ответил он. — Мы справимся.
Они стояли в пустом коридоре, держась за руки, пока в замке просыпался новый день. Впереди были ещё крестражи, ещё опасности, ещё битвы. Но сегодня они победили. И это было главное.
Комментарии