За закрытой дверью или история Сьюзан Фоули

Сентябрь 1992 года. Хогвартс.

Сьюзи вернулась в замок за неделю до начала семестра. Она любила это время — пустые коридоры, тишина, отсутствие суеты. Можно было просто бродить по замку, вспоминать. Здесь они с Сириусом прятались от Филча. Здесь Лили помогала ей с зельями. Здесь Марлин фотографировала всех подряд.

Теперь здесь было тихо. Слишком тихо.

Впрочем, тишина продлилась недолго. Как только начался учебный год, в её кабинет ворвались Фред и Джордж Уизли.

— Профессор Фоули! — заорал Фред, распахивая дверь. — Мы вернулись!

— Я заметила, — сухо ответила Сьюзи. — Вы пропустили мой урок.

— Это была жертва, — серьёзно сказал Джордж. — Мы жертвовали вашим уроком ради высшей цели.

— Какой?

— Мы испытывали новую сладость. На Перси.

Сьюзи помолчала.

— И как?

— У него выросли ослиные уши.

— На полчаса, — добавил Фред. — Он был в ярости.

Сьюзи вздохнула, но уголки губ дрогнули. Близнецы это заметили и просияли.

— Вы улыбнулись! — обвиняюще сказал Джордж. — Мы видели!

— Это нервное, — ответила Сьюзи.

— Нервная улыбка — тоже улыбка, — философски заметил Фред. — Мы идём к успеху.

Они заходили к ней почти каждый вечер. Иногда просто так — поболтать, выпить чаю, рассказать о своих проделках. Иногда — спрятаться от Филча после очередной шалости. Сьюзи делала вид, что это её раздражает, но на самом деле ждала этих визитов. Близнецы напоминали ей о прошлом. О Сириусе и Джеймсе, которые точно так же врывались в гостиную Гриффиндора с криками и смехом.

— Вы сегодня какие-то тихие, — заметила Сьюзи однажды вечером. — Что-то случилось?

— Мы думаем, — сказал Фред.

— Это опасно, — добавил Джордж.

— О чём?

— О том, профессор, — Фред наклонился вперёд, — что вы сегодня грустная.

Сьюзи моргнула.

— Я в порядке.

— Врёте, — сказал Джордж. — Но мы не лезем. Просто... если что — мы здесь.

Сьюзи посмотрела на них — на двух мальчишек, которые ещё вчера казались ей детьми. И почувствовала, как к горлу подступает ком.

— Спасибо, — тихо сказала она.

Хлоя умерла в конце сентября.

Это случилось ночью. Сьюзи проснулась от тишины — Хлоя всегда мурлыкала, а теперь было тихо. Она встала, подошла к камину и увидела её. Кошка лежала, свернувшись клубком, и не дышала.

Двадцать лет. Хлоя была с ней двадцать лет. С первого курса Хогвартса, с того самого дня, когда маленькая Сьюзи Фоули уговорила отца купить «вон ту красивую кошечку». Она помнила всех. Лили, которая чесала её за ухом. Джеймса, который пытался научить её летать на метле. Сириуса, который ворчал, что кошка смотрит на него «как на преступника».

Сьюзи завернула её в свой старый гриффиндорский шарф и похоронила под дубом на окраине Запретного леса. Ариана стояла рядом.

— Она была хорошей кошкой, — сказала Ариана.

— Лучшей, — ответила Сьюзи.

Днём она держалась. Преподавала, улыбалась студентам, даже отпустила пару саркастичных комментариев на уроке. Но вечером, когда двери закрылись, она села в кресло и заплакала.

Она не слышала, как открылась дверь.

— Профессор Фоули? — голос Фреда был неожиданно тихим.

Сьюзи подняла голову. Фред и Джордж стояли в дверях. Она не успела вытереть слёзы.

— Мы пришли... — начал Джордж и осёкся. — Что случилось?

— Ничего, — Сьюзи попыталась взять себя в руки. — Просто...

Она посмотрела на фотографию, которую держала в руках. Старая колдография — Орден Феникса, 1979 год. Все стоят в гостиной дома Альфарда. Лили — с огромным животом, смеётся. Джеймс — обнимает её. Марлин — с фотоаппаратом, кричит что-то. Мэри — тихо улыбается. Римус — с книгой. Сириус — смотрит на Сьюзи. И она сама — молодая, счастливая, не знающая, что будет дальше.

— Это они? — тихо спросил Фред. — Ваши друзья?

— Да, — прошептала Сьюзи. — Это моя семья.

Близнецы переглянулись. Потом, без слов, сели по обе стороны от неё.

— Мы не уйдём, — сказал Джордж. — Пока вы не перестанете плакать.

— А я не перестану, — ответила Сьюзи.

— Тогда мы будем сидеть долго, — сказал Фред. — У нас времени много.

Они сидели втроём в тишине, и Сьюзи плакала, а близнецы молчали. И почему-то от этого молчания становилось легче.

Азкабан. Северное море.

Сириус лежал в форме собаки. Так было легче. Но сегодня он был человеком — хотел слышать.

— Фоули, — позвал он.

Тишина. Потом — шорох. Джон Фоули подполз к решётке.

— Блэк, — голос был хриплым. — Что тебе нужно?

— Я хочу знать, — сказал Сириус. — Зачем ты это сделал? Зачем ты служил ему? У тебя была дочь. У тебя была Сьюзи. Как ты мог?

Долгое молчание.

— Я боялся, — наконец сказал Джон. — Он угрожал ей. Он сказал: если я не присоединюсь, он убьёт её. Сьюзи. Мою девочку. Я думал, что защищаю её. А потом... потом я уже не мог остановиться.

— Ты мог, — жёстко сказал Сириус. — Ты просто не захотел.

— Может быть. — Джон замолчал. — Ты любишь её?

— Больше всего на свете.

— Тогда выберись отсюда. Выберись и защити её. Я не смог. А ты сможешь.

Сириус не ответил. Но где-то глубоко внутри он знал: он выберется. Обязательно.

Гарри Поттер впервые появился в её кабинете не по своей воле.

Макгонагалл привела его за ухо — ну, почти. Оказалось, что Гарри и Рон угнали летающий форд мистера Уизли и врезались в Гремучую Иву. Сьюзи, услышав это, едва сдержала смех.

— Поттер, — сказала Макгонагалл, — вы будете отбывать наказание у профессора Фоули. Поможете ей с конспектами.

Когда Макгонагалл ушла, Гарри стоял, опустив голову.

— Простите, профессор, — пробормотал он.

— За что? — спросила Сьюзи.

— За форд. И за Иву. И за...

— Поттер, — перебила она. — Садись.

Он сел. Она поставила перед ним чашку чая.

— Вы не будете заставлять меня переписывать конспекты?

— Нет. Я скажу Макгонагалл, что ты помогал. А на самом деле... — она помолчала. — Расскажи мне о себе, Гарри.

Он удивлённо посмотрел на неё.

— Что рассказать?

— Всё. Как ты живёшь. Что любишь. О чём мечтаешь.

И он начал рассказывать. Сначала неуверенно, потом всё смелее. О том, как впервые сел на метлу. О том, как подружился с Роном и Гермионой. О том, что больше всего на свете хочет узнать о своих родителях.

Сьюзи слушала, и её сердце разрывалось от нежности и боли.

— Я знала их, — сказала она, когда он замолчал. — Джеймса и Лили. Они были лучшими людьми. И ты очень на них похож.

Гарри посмотрел на неё с надеждой.

— Правда?

— Правда. Особенно когда угоняешь форды.

Он рассмеялся. И Сьюзи впервые за долгое время улыбнулась по-настоящему.

Шёпот в стенах становился громче.

Сьюзи слышала его всё чаще — особенно по ночам. «Кровь... я чую кровь...» Это был не призрак. Не Пивз. Что-то другое. Что-то живое.

Однажды утром на стене коридора появилась надпись: «Тайная комната открыта. Враги наследника, берегитесь». А под ней — окаменевший кот Филча.

Сьюзи стояла перед надписью и чувствовала, как внутри разливается холод. Тайная комната. Василиск. Наследник Слизерина. Всё это было связано с Томом Реддлом. С Волдемортом.

— Я знаю этот почерк, — прошептала она. — Это он.

Ариана пришла к ней в тот же вечер.

— Я видела сон, — сказала она. — Змея. Огромная змея. И дневник.

— Дневник Тома Реддла?

— Да. Он всё ещё здесь. В замке. И он... живой.

— Это крестраж, — сказала Сьюзи. — Дамблдор был прав. Мы должны найти его.

Гермиона Грейнджер зашла к ней через несколько дней. Сьюзи уже привыкла к неожиданным визитам — её кабинет, кажется, стал чем-то вроде убежища для гриффиндорцев.

— Профессор Фоули, — начала Гермиона, — вы не знаете, что такое Тайная комната?

Сьюзи отложила пергамент.

— Почему ты спрашиваешь?

— Потому что Гарри слышит голос в стенах. И я думаю, что это связано.

Сьюзи долго смотрела на неё. Умная девочка. Очень умная.

— Садись, — сказала она. — Я расскажу тебе всё, что знаю.

Поздним вечером Сьюзи сидела у камина и записывала в блокнот:

«Хлоя умерла. Тихо, во сне. Я похоронила её под дубом. Теперь в этом замке стало ещё тише.

Близнецы приходят почти каждый вечер. Они не дают мне утонуть. Гарри отбывает у меня наказание, но на самом деле мы просто разговариваем. Гермиона задаёт правильные вопросы.

В замке шёпот. Тайная комната открыта. Где-то здесь дневник Тома Реддла. Я найду его.

Сириус. Отец в соседней камере от тебя. Я не знаю, о чём вы говорите. Но я знаю, что ты жив. Кулон тёплый. Пожалуйста, держись».

Она закрыла блокнот. В стенах снова зашептали. Сьюзи сжала кулон-руну и закрыла глаза.