Алая кровь. Выбор

Габи

Проснулись мы с Драко сами, никто нас не беспокоил. Какое-то время мы нежились в постели, наслаждались тишиной и спокойствием. Просто лежали и обнимались. Разговаривали о предстоящем дне. О моем розыгрыше для Уизли, как это будет. Драко очень хотелось увидеть все, что произойдет между мной и Чарли, своими глазами. И я не могла отказать девушке в этом удовольствии. Обещала подумать, как все организовать.

Только Чарли, сам того не осознавая, в этом помог. Мы с Драко уже покинули постель, приводили себя в надлежащий вид, переодевались и собирались к завтраку, как бесцеремонно и беспардонно в мою комнату ворвался Патронус. От неожиданности даже Хэдвиг встрепенулась и возмущенно ухнула.

— Милая Габриэлла! Приглашаю тебя на прогулку по улицам славного Лондона. Буду ждать тебя в 13.00 у кафе «Шёлк». Твой Чарли!

— Вот и решение, — сказала, перехватывая руку Драко, ведя ее вниз, — ты придешь в кафе чуть раньше. Закажешь чашку кофе, пирожное и будешь наблюдать за нами с Чарли со стороны. Воочию видеть, как планы Молли, с ней и директора, летят в Тартатр!

— Поделишься подробностями? — спрашивает Драко, предвкушая веселье только по одному моему взгляду и блеску белоснежных клыков.

— Поделюсь, — пообещала, — но после завтрака.

Завтрак Кричер приготовил отменный. Воздушные блинчики с сиропами, чай и тосты с сыром. Только завтракали мы с Драко одни. Сириус и Римус все еще спали. Сириус у себя в комнате, а Римус на диване у камина. Судя по остаточному шлейфу из запахов алкоголя, кофе и табака, ночь у друзей была долгая. И обсуждали они, как я поняла, нас с Драко. Точнее, решение Магии, связавшей наши с Драко жизни и судьбы в единый путь, освещаемый серебряным светом луны.

— Габи, Драко, доброе утро, — послышался сонный голос крестного, которого еще шатало от выпитого. — Кричер, кофе! — приказал Сириус и рухнул на стул рядом с нами. — А Луни, видимо, еще спит, — пробормотал он, запуская руку в волосы и с силой их стягивая.

— Да. На диване у камина, — сказала я, отпивая глоток чая.

— Угу, — буркнул Сириус, потирая ноющие виски. Когда взгляд его стал не таким рассеянным, а картинка не кружилась перед глазами, он посмотрел на Драко и сказал: — прости за вчерашний прием, Драко. У нас с твоим отцом, сама понимаешь, отношения неважные. Но ты не виновата. Что до вас с Габи, — и посмотрев на меня, улыбнувшись, добавил, — если она счастлива, то я и тоже.

— Счастлива, — сказала крестному, чуть подтолкнув Малфой плечом, — а обиды прошлого в прошлом. Да, Драко? — девушка улыбнулась и кивнула. Соглашаясь с тем, что прошлое — это прошлое, а настоящее и будущее куда важнее. — Настоящее! Точно! — вспомнила я о том, что сегодня должно произойти.

Доев тост, выпив остатки чая, повела Драко в комнату. А там, разбирая свой гардероб, делилась с ней маггловскими вещами. Из всего вороха Драко выбрала облегающие и подчеркивающие ее бедра и талию черные джинсы на высокой посадке, белую рубашку и джинсовый жилет, обхватывающий и выделяющий ее грудь не хуже корсета. Из обуви позаимствовала высокие ботинки на шнуровке. А для тепла я отдала ей свое черное длинное пальто. Шарф Слизерина прилагался, как и темно-зеленый берет.

— А ты? — спросила у меня блондинка, — чем будешь удивлять отпрыска Предателей крови?

Вместо ответа я достала из шкафа образ байкерши. Черные джинсы, порванные на бедре и колене, черную футболку, на которой череп оплетают лозы роз, распустивших свои бутоны. На запястья надела несколько кожаных ремешков. На шею ошейник с шипами. Левое ухо украсила колечками. Ногти покрасила в черный цвет. На ноги кеды. А для тепла на плечи легла черная в цепях и шипах куртка, на молнии, едва доходящая до талии. На руки перчатки без пальцев. Волосы хотела затянуть в тугой пучок, но передумала. Оставила распущенными.

— Чарли не устоит! — воскликнула Драко.

— Пошли? — пригласила ее, — у нас еще время, чтобы просто так погулять. Пройтись и подышать маггловским воздухом. — Драко ответила на приглашение согласием. Устроила свою руку на моем локте и шла рядом.

Отступление

В назначенное время, чуть раньше, мальчик рода Уизли ждал девушку дома Поттер в условленном месте. В кафе «Шёлк», за столиком. Ему не терпелось увидеть красивую, воспитанную леди, как и описывала матушка. Он не находил себе места. Смотрел на часы каждую минуту, оглядывался по сторонам. Не останавливая свое внимание на магглах, транспорте, не слушая чужих разговоров. Просто всматривался в толпу. Искал идущую к нему навстречу девушку.

— Здравствуй, Чарли! — раздался над ухом девичий голос, как гром среди ясного. Она. Это была она. Ее голос. Но вот облик...

С образом леди, который себе создал Чарли в мыслях ничего общего. Вместо рубашки или блузки — черная футболка с черепом и алыми розами. Там, где должна быть или юбка, или брюки — черные рваные джинсы, слишком обтягивающие, облегающие и выставляющие напоказ круглые бедра. Вдобавок в этому черная кожаная куртка на молнии, с шипами и клёпками.

«Это не она!» — грешным делом подумал Чарли, но эти колдовские зеленые глаза рода Поттер, как у покойных Карлуса и Флимонта. Они отличительная черта Габриэллы. И черные волосы, которые, по словам матушки и Джинни, девушка связывает в косы или тугие пучки, но никак не оставляет на роспуск.

— П-п-привет, — промямлил Уизли, протягивая ей руку, приглашая сесть за столик. Девушка не отказалась. Опустилась напротив и потянулась к волосам, падающим ей на грудь. Тогда Чарли увидел ухо, усыпанное колечками, и ногти, выкрашенные в черный цвет.

В его груди все перевернулось. Сердце сначала сжалось от разочарования, а потом рухнуло вниз, разбившись вдребезги. Разум не шептал, а кричал: «Беги от нее!», «Тебе с ней не по пути!». И это правда. Между ними ничего общего. Пропасть. К тому же, никакая Поттер не леди, а самая настоящая распутница и оторва. Претворяется воспитанной, культурной девочкой, а на деле...

— Эм, Габриэлла... — обратил на себя ее внимание Чарли.

— Да, что такое? — поинтересовалась девушка, смотря, словно сама невинность.

— Так неловко, — начал было он искать причину, по которой спешно бы покинул ее, но ничего лучше, как сказать о делах, о которых он забыл, так и не придумал. — Совсем забыл, мне нужно на Косую Аллею, купить кое-что для... — замялся и, — работы. Полировка для драконьих когтей закончилась.

И под полный недоумения взгляд Габриэллы стал собираться. Шарил по карманам в поисках маггловских купюр и монет, чтобы оплатить кофе. «Бросает!», «Пригласил на свидание, а сам сбегает!», «Разве так можно?» — слышались отовсюду шепотки, сопровождаемые осуждающим взглядом. Магглы, сидящие за столиками и просто проходящие мимо кафе, сочувствовали девушке. Да, она не такая, как тот рассчитывал. Красота ее экстравагантная. Вызывающая. Ну и что!

— Нам не по пути, да, Чарли? — на глаза девушки накатывали слезы. В голосе грусть и тоска. — Я тебе такая не нравлюсь? — спросила она, кусая губы, показала на себя, свои распущенные волосы, колечки в ухе, черные ногти, внешний вид.

— Не на такое свидание я рассчитывал, — сказал Чарли, накручивая на шею ярко-алый шарф. — Мама сказала, что ты... — слов не мог подобрать, только вновь представить идеальный образ, но тут: — а ты... — и показал на нее, не соответствующую идеальному образу. — Прости, — и развернувшись, пошел к ближайшей телефонной будке со скрытым переходом в министерство.

— Я могу измениться, стать другой! Ради тебя! — вскочила девушка, и пошла было за юношей, потянула к нему руку. Хотела схватить, остановить. И ей это почти удалось. Но Чарли с силой разжимал ее пальцы, отталкивая от себя. «Нет!» — сказал он. Горючие слезы катились из глаз Габриэллы. Вой рвался из груди. У всех, кто был свидетелем данной ситуации, сердце сжалось от жалости. Почти каждый, заставший сцену с самого начала, хотел подойти и пожалеть, поддержать. Но никто не решался. Стояли и смотрели. Осуждали парня и сочувствовали девушке.

— Плюнь на него! — раздался звонкий девичий голос со стороны соседнего столика. — Он тебя не достоин! — выдала шикарная блондинка, одетая с иголочки, словно только с показа мод. — Если не ценит тебя настоящую, не оценит и перемены, на которые ты ради него пойдешь.

— Мха, — тяжко выдохнула жгучая брюнетка. Поднимаясь на ноги, отряхиваясь от дорожной пыли, заняла стул напротив блондинки. Расслабившись, отпустив ситуацию, сказав: — Ты права. Не нужен мне этот Уизли, — и, затянув волосы в тугой пучок, потянулась к меню с пирожными и напитками.

Ситуацию магглы забыли быстро. Через два десятка минут уже никто не помнил что тут было. А сидящие девушки, обсуждающие бессовестных парней, казалось, они тут давно. С самого начала. Одна — пепельно-белая блондинка с серыми, как тучи, глазами. Эталон аристократической молодежи. Другая — ее противоположность. С волосами иссиня тьма, ядовито-зелеными глазами. Дерзкая, яркая. Они такие разные, друг на друга не похожие, но родные. Словно у каждой в груди бьется часть чужого сердца.

Смотришь на них и думаешь: «Идиллия!»