Алая кровь. Выбор

В Норе семьи Уизли...

Тишину домашнего уюта, умиротворения и кулинарного процесса нарушает оглушительный грохот, исходящий из камина. Глава семьи, скинув с рук муку, поспешила на звук. В ее руке палочка, на конце готово сорваться в нарушителя спокойствия жалящее заклинание. Но...

— Чарли? — удивляется мать семейства, убирая палочку, протягивая руку сыну, помогая тому подняться. — А разве ты не должен быть на свидании с Габриэллой? — Молли пребывает в недоумении. — Рано ведь еще, — смотрит на часы, отмечая, что мальчик только полчаса как ушел. За это время толком не погуляешь, ничего не обсудишь, даже чашку кофе не выпьешь. Значит, что-то произошло. — Рассказывай, дорогой. Все, как есть, — сказала Молли, усаживая сына за стол, ставя перед ним большую кружку с чаем, капая туда Умиротворяющий бальзам.

— Ты меня обманула, мам, — с претензией сказал Чарли. Смотря на родительницу с укором, поджимал губы и дул щеки, словно маленький ребенок, — ты сказала, что Поттер воспитанная, культурная. Одевается скромно. А она... — и тут снова перед глазами черный ужас. Ничего светлого и доброго в ней нет. От шарма ни грамма. Одна сплошная тьма. — Явилась вся в черном. Кожаная куртка, драные джинсы, футболка с черепом едва живот прикрывает. Волосы распущены, в беспорядке, ногти в черный выкрашены. Ухо так вообще серьгами завешано!

Слушая рассказ Чарли, мать семейства недоумевала как так! Ведь по рассказам Джинни, близнецов - Габриэлла скромна и элегантна. Да, предпочитает темные цвета. Но чтобы кожаная куртка, короткая футболка и, упаси предки, рваные джинсы, нет. А растрепанные волосы? По словам дочери, Поттер давно не распускала волосы. Они или в косах, или в тугих пучках. Странно. Очень странно.

— Хм... — задумалась мать Уизли, — на нее это не похоже.

— Да? И что же это тогда было? Обман зрения, иллюзия?! — Чарли откровенно срывался на мать, с каждым словом повышал голос. Основательно забывая, что с ним за это будет. Но он находился в шоке, панике и гневе, на первый раз простительно. — Я, да не только я, все гости кафе видели, в каком та приперлась виде. Смотрели на нее и на меня, как на... — и замялся, так как не знал, какие подобрать слова. Но не нужно было. Молли все за него сказала:

— Как на фею и тролля, — с таким сравнением Чарли не возражал. Был на сто процентов согласен. — Все ясно, — сказала Молли, спешно собираясь. — Разберемся, — пообещала она сыну, — Альбус поможет.

Более-менее успокоившись, взяв мысли и эмоции под контроль, Чарли был готов пересказать все директору. В деталях. А лучше поделиться воспоминаниями через Омут памяти. Так проще и надежнее. Молли, оставив записку Джинни с просьбой по возможности присоединиться, а с этим немного летучего пороха, взяв Чарли под локоть, шла к камину. Адрес, бросок пороха, столп зеленого пламени, и вот они в кабинете Альбуса.

— Молли, девочка моя, что случилось? — недоумевал директор, которого прервали на самом важном моменте — сотворении очередного документа, украшенного подписями и печатями попечителей. — Могла бы хоть предупредить о своем визите.

— Это очень срочно, Альбус, — сказала Молли, толкнув Чарли к директору. Прямиком в кресло напротив. Альбус, подняв на Молли полный недоумения взгляд, требовал незамедлительного ответа. Мать Узили, встав за спиной сына, опустив руки к нему на плечи, сказала: — как ты и обещал, девочка пришла на встречу, — директор улыбнулся, подумав, что не все потеряно. Поттер еще можно спасти, вернуть на путь света под его началом. Только: — но ее внешний вид! — громок, визгливо возмущалась Молли, покрываясь пятнами гнева. — Это просто какой-то кошмар!

Как Чарли и рассчитывал, Альбус повел его к Омуту памяти. Так, позаимствовав воспоминания, и правда будет надежнее. Перед тем, как забрать воспоминания, директор попросил ярче и точнее вспомнить их с девочкой Поттер встречу. Чтобы ничего не упустить. Чарли вспомнил, кивнул, и палочка Альбуса оказалась у виска драконовода. Мгновение и белоснежное марево потянулось и опустилось в воды Омута, растворяясь и сливаясь, показывая все то, что произошло некоторое время назад. Подробно, детально.

— Все ясно, — процедил сквозь зубы Альбус, покидая воспоминания Чарли, отлавливая их и возвращая хозяину.

— Что делать будем, Альбус? — обеспокоено спрашивает Молли, — как девочку спасать? На путь света возвращать?

Директор не ответил, только махнул рукой и убрал Омут на прежнее место. Некоторое время он молчал, расхаживая по кабинету, не обращая внимания на Уизли, рассуждал о вариантах. Разговоры? Однообразны. Уговоры и просьбы? Унизительны. Приказы и требования? Бесполезны. Так как девочка уже не дитё в мире магии. Многое знает и умеет. Так что:

— Ультиматум! — именно его собирался поставить Габриэлле при личном визите на Гриммо в сопровождении Чарли и Молли. — Условия, от которых та не сможет отказаться. Пункты, которые заставят ее не только следовать проложенному мной пути, но и стать частью чужой семьи в обход желанию, — лишь бы соулмейта не было, в противном случае бесполезно. Но Альбус был уверен в том, что Поттер не может так повести. Ей, простой полукровкеЛеди: да-да директор, «полукровке», пусть и потомку старого магического рода, соулмейта не видать.Леди: директор, это Поттер, а как известно, представителям этого семейства всегда Везёт

— Альбус, не медлим, — восторженно сказала Молли, приводя Чарли в порядок и надлежащий сватовству вид. Стирая с его лица золу камина. Поправляя воротник рубашки. Укладывая в прическу волосы. — Нельзя терять ни минуты!

Директор был с матерью Уизли полностью согласен. Пока Поттер не достигла семнадцати лет, получив малое совершеннолетие, он может принудить, приказать и заставить, не как опекун, а как директор учебного заведения, в котором девочка учится. Ведь будучи студенткой магической школы, она находится в его власти. Каждый шаг, действие, не только им контролируется, но и по возможности направляется.

Захочет, и девочка до конца года будет в распоряжении Филча драить полы и полировать перила лестниц. Прикажет, и Северус сгноит ее в отработках, с последующим драиньем котлов. И такой привилегии, как статус «Староста», она тоже по щелчку пальцев лишится.

Много чего можно придумать, чтобы превратить ее жизнь в стенах школы в ад. У Альбуса весьма богатая фантазия на изощренные наказания. Как и на поощрения. Осталось только подобрать их для Поттер. Представить все, как вынужденную меру, чтобы избавить ее душу и сердце от тьмы. Ведь в ней есть добро. Глубоко внутри. Дремлет в крови. Нужно только открыть нужную дверь, подобрать ключ.

— Молли, то варево, оно при тебе? — интересуется директор, — оно нам пригодится. Чарли, — обращается Альбус к сыну Уизли, — купи самый большой торт. Обязательно с лимонной пропиткой. Габи такое любит. — Уизли, получив средства и координаты, где подобные кондитерские изделия продаются, покинул кабинет директора. — А ты, Молли, как только торт прибудет, сдобришь его зельем. Выльешь всю склянку.

— О! Габи не устоит! — просияла мать рыжего семейства, потирая руки и мысленно представляя недалекую свадьбу Габи и Чарли. Даже список составила, гостей как надо рассадила и платье для Поттер нашла. В магазинчике «У Рокси». Знатной сплетницы, но толковой портнихи.

С этими воодушевляющими мыслями и планами, окропив лимонную радость Габи зельем «Подчинения», натянув самую обворожительную улыбку, шагнула в камин следом за Альбусом и Чарли, оказываясь на Гриммо 12, посреди гостиной, наполненной девичьим смехом. Голос одной девочки Молли знаком, а вот вторая... она сомневалась до последнего момента, до тех пор, пока не увидела, кто гостит в доме Блэк.

— Малфой!

Габи

Мы с Малфой, обойдя десяток маггловских магазинов с одеждой, обувью, аксессуарами, заглянув в пару кафетериев по пути, вернулись на Гриммо. Уже ближе к вечеру. С пакетами и желанием рухнуть на кровать, отдохнуть. Но планам не удалось сбыться. По некоторым причинам. Первая — Сириус и Римус, окончательно протрезвев, решили для нас с Малфой устроить семейный ужин. Принять Драко в близкий круг, как и полагается Мародерам. Что Сириус, что Римус желали нам с Дракошей счастья, любви и взаимопонимания. Поднимали бокалы с клюквенным морсом, так как алкоголя на ближайшее время друзьям достаточно.

А вот вторая причина, отложившая наш с Драко отдых и объятия на кровати под одеялом — визит матриарха семейства Уизли с отпрыском, в сопровождении Альбуса. Улыбающегося, довольного собой. Компания переступила камин дома Блэк без дозволения Сириуса в тот самый момент, когда мы с Драко сидели на диване, вспоминали «свидание» с Чарли. Смеялись, примеряли на себя роли. То она была мной, а я Чарли, то наоборот.

— Малфой! — гневно воскликнула Молли, смотря на меня таким взглядом, словно еще немного, и я стану пеплом.

— Как это понимать, мисс Поттер? — задался вопросом директор, показывая на нас с Драко. И на наш с ней внешний вид, точнее мой. Привычный, а не тот, в котором я предстала перед Чарли.

Я почему-то была уверена, что рыжий после нашего несостоявшегося свидания прибежит к Молли жаловаться, ругать меня, обвинять в распутстве. И я оказалась права. Побежал. Теми же ногами. А Молли, в свою очередь, к вышестоящему начальнику — Альбусу. Интересно, врываясь на Гриммо такой компанией, да с тортом в руке, что они планировали? Переговоры, уговоры?

«Приворот и забытье, — сказал Йен, нарушивший мое ментальное пространство, — тени одного Ужаса шепнули мне, что торт обильно сдобрен зельем «Подчинение». Не ешь, на всякий случай», — попросил Йен, а я и не собиралась.

«Передай спасибо профессору Снейпу за предупреждение», — сказала я Мастеру, закрывая на время ментальное пространство. А вслух говоря:

— Драко — мой репетитор. Она помогает мне с зельями, — сказала то, что первое в голову пришло, — профессор Снейп настоятельно рекомендовал сделать упор на его предмет, если я хочу поступить на курсы целителей к мадам Помфри в следующем году. Лучшей кандидатуры на роль репетитора на нашем потоке нет. Она непредвзята.

С этим ни директор, ни сама Малфой не спорили. Хотела высказаться против Молли, выставить блондинку вон, как на помощь пришли Сириус и Римус. Сгладили ситуацию и пригласили незваных гостей на кухню выпить чаю с тортом, раз пришли. А нас с Драко отпустили. Сказали, что нам нужно отдохнуть. Учеба хорошо, но отдых тоже важен.

— Сириус, в торте убойная доза зелья «Подчинения», — шепнула я крестному, предупреждая. Тот, еле сдержав рык, усмирив клокочущий в груди гнев, кивнул. Шепнул в ответ, что они с Римусом ни кусочка не съедят.

— Хватит под чужую дудку петь, — рыкнул Сириус напоследок, отпуская меня в объятия Драко.