Призрачный дар Шеола

Матвей

Я сидел в кабинете отца и смотрел на карту Камчатки, развёрнутую на столе. Красные маркеры отмечали точки, где за последние полгода были зафиксированы вселения. Синие — места, где «Чистота» провела зачистку. Чёрный крест стоял на Уке. Там, где находилась школа.

Отец стоял у окна, спиной ко мне. Он всегда так делал, когда собирался сказать что-то важное. Я знал эту привычку с детства. Знал и ненавидел.

— Ты помнишь, как умерла твоя мать? — спросил он, не оборачиваясь.

— Мне было два года. Ты знаешь, что я не помню.

— Я рассказывал тебе. Но никогда не рассказывал всего.

Я напрягся. Отец редко говорил о матери. Обычно — сухими фразами: «погибла при исполнении», «ты был слишком мал», «не время для этих разговоров». Я привык. Но сейчас его голос звучал иначе — тяжелее, глуше, словно каждое слово давалось ему с трудом.

— Двадцать шесть лет назад на заставе в Уке случился прорыв, — начал он. — Пятеро нинвитов вырвались из Шеола. Ты знаешь это. Но ты не знаешь, что один из них вселился в обычного солдата, который проходил службу на Камчатке. Дух затаился. Солдат не проявлял признаков одержимости несколько лет. Он демобилизовался, вернулся на материк, жил обычной жизнью. А потом дух проснулся.

Отец замолчал, глядя в стену.

— Этот человек переезжал из города в город. Никто не замечал, что с ним что-то не так. А потом он оказался в Хабаровске, где мы тогда жили. Твоя мать работала медсестрой в небольшом медпункте на окраине. В тот день у неё была ночная смена. Тот человек — одержимый — ворвался внутрь и убил всех, кто там был. Врача, ещё одну медсестру, двух пациентов. И твою мать.

— Ты был там? — спросил я.

— Я был дома, с тобой. Мне позвонили из больницы. Когда я приехал, всё уже закончилось. Одержимый покончил с собой. Выстрелил в голову. Дух, который сидел в нём, погиб вместе с телом. Но остались записи с камер наблюдения.

Отец повернулся ко мне. Его серые глаза смотрели в упор.

— Я был врачом, Матвей. Обычным гражданским врачом. Я ничего не знал о духах, о Шеоле, о прорывах. Но когда я увидел тело твоей матери и получил доступ к записям с больничных камер, я понял, что человек, который это сделал, не был сумасшедшим. На плёнке было видно то, чего не видят обычные люди: его глаза светились. Из его рта выходил пар, хотя в помещении было тепло. А за секунду до того, как он нажал на курок, от его тела отделилась тень — чёрная, плотная, похожая на дым. Она висела в воздухе несколько мгновений, а потом рассеялась. Дух покинул тело до выстрела. Он выжил.

— Выжил? — переспросил я.

— Да. Тот, кто убил твою мать, был мёртв. Но дух, который им управлял, ушёл. Я видел это собственными глазами. И тогда я начал копать. Изучать. Искать. Я потратил годы, чтобы понять, с чем мы столкнулись. Я нашёл других людей, потерявших близких. Я нашёл спонсоров. Я создал «Чистоту». И я поклялся, что такое не повторится.

— Но мать убил дух, — тихо сказал я. — Её убил не сам человек, в которого дух вселился.

— Разницы нет. Дух без носителя — просто тень. Но когда он находит тело, он становится оружием. И это оружие нужно уничтожить. Любой ценой.

Структура «Чистоты»

После разговора с отцом я вышел в операционный зал. Здесь, под землёй, кипела работа. Бункер под Петропавловском был хорошо замаскирован: сверху — заброшенный склад рыбзавода, ржавые контейнеры и бурьян. Снизу — современный штаб с оборудованием, которому позавидовала бы любая спецслужба.

В «Чистоте» служило около сорока человек. Бывшие военные, полицейские, врачи, хакеры. Все они потеряли кого-то из-за одержимых. У каждого была своя история, свой счёт к духам. Отец умел находить таких людей и объединять их общей целью.

Финансирование шло из нескольких источников. Первый — золотодобывающая артель «Северный прииск», в которой отец владел долей. Он приобрёл её несколько лет назад, когда понял, что для охоты на духов нужны серьёзные деньги: оборудование, транспорт, оружие, люди. Второй — частные пожертвования от людей, потерявших близких из-за одержимых. Третий источник — радикальные националистические группы, считавшие, что Россия должна быть очищена не только от мигрантов, но и от «паразитов» — носителей. Они давали деньги тихо, без расписок, и не требовали отчётов. Им нужна была чистая страна. «Чистоте» — чистый мир. Пока им было по пути.

Для обычных людей организация выглядела как охранное предприятие «Северный щит». Легальный бизнес: телохранители, патрули, системы безопасности. Никто не задавал вопросов. Никто не догадывался, что за этим фасадом скрывается машина по уничтожению носителей.

Олег Рябов стал информатором три года назад. Его семья погибла во время прорыва в Вилючинске, и он, как и многие в «Чистоте», искал способ отомстить. Когда его завербовали, он уже служил в СКАЯ — оперативником на заставе. Его должность давала доступ к расписаниям, маршрутам и данным о носителях.

Первые сообщения от Олега были осторожными: даты выездов, список учеников, расписание смены караула. Потом — более детальными: карта заставы, расположение корпусов, количество солдат в роте.

Феликс, один из оперативников, следил за вспышками паранормальности и сразу передавал данные в штаб. Эти данные, в попытке на опережение и сливал Олег Чистоте. Когда на заставу прибыла Юлианна, Олег передал её досье в тот же день. Именно он и сообщил о её способностях, о третьей ступени, о фиолетовом цвете.

— Ты внедришься как ученик, — сказал отец на последнем совещании. — Олег подделает документы. Ты будешь носителем второй ступени, цвет — голубой. Этого достаточно, чтобы тебя приняли. Дальше — собирай информацию, входи в доверие. Когда будешь готов — мы ударим.

— И тогда? — спросил я.

— Мы уничтожим всех носителей разом. А затем — портал. Хватит сдерживать это. Хватит играть в защиту. Мы покончим с этим навсегда.

Я кивнул.

Вечер на заставе

Я сидел в своей комнате и смотрел на передатчик. Маленький, зашифрованный, он лежал на тумбочке и молчал. Отец ждал от меня первого доклада.

Я взял передатчик в руки. Включил. Экран засветился, показывая строку для сообщения.

«На месте. Принят в группу. Начинаю наблюдение».

Я стёр. Написал снова:

«Всё сложнее, чем я думал».

Стёр снова.

И выключил передатчик.