Аметистовая

Заиндевелая лента дороги, разрезающая ночную мглу, иногда заносит машину, но я не могу позволить себе потерять ни минуты. При очередном повороте приходится войти в управляемый занос, сохранив контроль над траекторией. Линкольн остался позади, растворяясь в зеркалах заднего вида, и я чувствую, как теряю то самое тепло. Когда вернусь, обниму Рэй настолько крепко, чтобы кости у неё захрустели.

Переношу с заднего сидения сумку на переднюю и коротко проверяю глазами, а потом рукой начинаю шарить в поисках второго телефона. В быстром наборе у меня самый жестокий и отбитый парень на моей памяти, у него есть только один плюс, он не действует без приказа. Деньги, которые я вложил в то, чтобы вытащить его задницу из тюрьмы, окупились фактически в первый же год.

- Янис, оцепи дом Аделин в районе Уэйбриджа. – Только и отрезаю я, когда постукивания на другой стороне прекращаются вместе со сладкими стонами. – Ты что, блять, трахаешься?

- Ну вы же просили быть двадцать четыре на семь на линии. – У меня даже рук свободных нет, чтобы ударить себя по лбу. Ну, в принципе это в его духе. – А в чём дело?

- Арчибальда Припроуза выпустили, у меня ещё не было шанса проверить отпустили его по УДО или он просто сбежал, но гнида угрожает моей сестре. Я примерно в часе от Лондона. – Вывернув руль при очередном заносе, вхожу в другой город, методично обходя полицейские посты. – Собери двоих-троих и проверьте гараж, задний двор, всё, что может вызвать подозрение, но пока ничего не предпринимайте, он ищет меня.

- Принял, босс. Будем на месте через сорок минут. Какое вооружение? – Когда речь заходит о деле он становится как всегда сух и деловит. Кажется, свою женщину сегодня он оставит неудовлетворённую.

- Сдерживающее. Если Арчи высунет нос не стрелять. Он нужен мне живым.

Отключившись от разговора с Янисом, набираю Габриеля. Старый друг по участку, который слишком любит деньги, чтобы оставаться честным копом, но слишком боится меня, чтобы предать.

- Я тебе глаз на жопу натяну если ещё раз позвонишь. – Раздаётся его сонный, но слишком уж раздражённый голос.

- Да ну?

- Хейл? – Между нами висит недолгая пауза, кажется, проверяя незнакомый номер. – Чего в такую рань звонишь? Знаешь, вообще-то нормальные...

- Примпроуз на воле и какого-то хрена передаёт мне привет от Уолкотт, – прерываю его монолог. – Ничего не хочешь сказать? – Но, так и не дождавшись хотя бы словечка его оправданий, я продолжаю. – Замнём. Если пойдут вызовы по адресу Аделин, – сухой ком царапает горло, когда стараюсь его проглотить, – придержи патруль. Перенаправляй, запутывай диспетчеров на пару часов. Ты знаешь, как это делается. Буду должен.

- Я должен начать брать фиксированную плату за свои услуги. Слушай, я не хочу влезать в твои дела, но, если кто-то прознает о том, что делаю я. – Да, ожидаемо в его тоне услышать, что он хочет уплату за риск. – Если прольётся кровь...

- Кровь в любом случае прольётся, – перебиваю я, глядя на спидометр, – мне просто нужно знать, что её не увидят те, кому не положено.

Не дождавшись утвердительного ответа, я просто бросаю телефон на соседнее сидение. Этого и не нужно, Габриель сделает всё как надо, даже если в итоге его могут посчитать сумасшедшим. Я бы мог посидеть и посочувствовать его незавидной судьбе, быть на побегушки у капитана полиции, шестёркой в не особо опасной мафии, и так себе отцом и сыном, но меня это не особо заботит. У него свой моральный кодекс, у меня свой, и волноваться из-за его проблем не моя забота.

Почти доехав до Лондона, я снова проверяю время, пол шестого. Успела ли проснуться Рэй? Не опаздывает на работу? Как бы мне хотелось не просто проконтролировать этот момент, я бы заварил её дешёвый кофе, и оставил бы у окна на пару минут, чтобы оно остыло, пока моя малышка кутается в огромный шарф. Ну и, может быть, отымел перед работой, чтобы весь день думала о моём члене в ней. Грёбанный недотрах делает меня совершенно без тормозов. Чувствую себя взведённым курком.

Спустя два с половиной часа из Линкольна я наконец доезжаю до Лондона. Серое, промозглое марево Лондона при свинцовом рассвете в разы хуже, чем я помню. Проезжаю мимо Хитроу, вдалеке огни заходящих на посадку самолётов кажутся холодными звездами. Огромные лайнеры тяжело нависают над шоссе, их гул на мгновение заглушает рёв мотора машины.

Проходит не так много времени, когда колеса с гулким рокотом проносятся по мосту через Темзу. Старая река внизу кажется потоком жидкого чугуна, равнодушная ко всему, что творится в этом проклятом городе.

Уэйбридж встречает меня сонной тишиной элитных пригородов, которая сейчас кажется зловещей. Я паркуюсь в пятистах метрах от дома Аделин, в тени раскидистых деревьев, и торопливо проверяю ствол на поясе и подключаю гарнитуру к уху. Оказавшись в непосредственной близости к дому, я успел сотню раз пожалеть, что не взял с собой куртку с меховой подкладкой. Свет во всех окнах горит, но ничего не видно, из-за чего я набираю Янису.

- А полной картины нет. – Как-то насмешливо произносит он, что мне хочется в тот же час найти его и выбить зубы. – Движений почти не наблюдается, шторы везде задёрнуты, лишь изредка заметна крупная тень в гостиной. Вероятно Примроуз.

- Ясно. – Провожу я рукой по волосам, смахнув падающие снежинки. – Докладывай, если обстановка изменится.

Пыл, вспыхнувший агрессией, почти угас и решив всё же идти на свой страх и риск, приближаюсь к дому. Скольжу вдоль забора, стараясь раствориться в тени столетних дубов. Лезть внутрь наобум удел дилетантов, и, ножом отколов льдинки с усыпанного камушками тропинки, собираю горстку в руки. Ты у меня выйдешь, хочешь того или нет.

Мелкие удары камушков по стеклу режут тишину и тут же заметно будто сорванное с места движение в гостиной.

- Арчи! – Кричу я, перекидывая камушки из одной руки в другую из-за режущего руки холода. – Выходи поиграть! Играть в прятки одному скучно.

Каждая секунда растягивается каплей смолы. Это ожидание доводит до нервного тика. Хотел же меня видеть, чего он так медлит?! И наконец замок щёлкает и дверь с размаху открывается настежь, выплёвывая на холодный воздух не только свет, но и застоявшееся тепло.

- Ты бы вышел, – бросаю я, делая шаг ближе и сокращая дистанцию. – Поболтаем по-мужски, с глазу на глаз. Хватит прятаться за мамочкиной юбкой.

- Я как-то уже поверил твоим словам. Больше такой ошибки не будет. – Голос Арчи недалеко от дверного проёма звучит натянуто. – Хочешь увидеть любимую сестрёнку? – Краем глаза подмечаю парней, двигающихся к заднему ходу и прямой контакт с Янисом. – Заходи, не стесняйся. – Дёргаю головой в ту самую сторону, фактически дав добро на проникновение. – Нэйтан как раз успел за это время собрать замечательный пазл из маминых фотографий. – Холод прошибает позвоночник. Нэйтан тут!

Приходится моментально попятиться и незаметно набрав Яниса, почти в одну секунду объявляю отбой. Дерьма кусок, держать в заложниках даже собственного сына просто низко.

- Арч, твои разборки со мной. – Вернувшись ближе к порогу, прощупываю его интонацию и примерное психологическое состояние. Зажатый в угол психопат худшая смесь. – Отпусти мою сестру и племянника, и мы спокойно всё обсудим. Ты же знаешь, я человек слова.

- Закрой пасть и не лезь мне в голову! – Мельком подмечаю его руку, он дёргается, неуверен и зол. Он не будет подаваться на мои уговоры, предложи я ему даже трахнуть королеву. – Думаешь, я не знаю, что ты здесь не один?!

- Ты только удлиняешь свой срок. – Оказываюсь полностью на крыльце, всё же разглядев как он прижимается спиной к стене у двери. – Если ты добровольно пойдёшь мне навстречу, твой уговор могут скостить. Я смогу на это повлиять, у меня остались связи, о которых ты даже не представляешь. – Конечно я блефую, но ничего не помешает мне подставить его так, что светить ему будет только электрический стул.

- Нихрена ты не можешь!

Из проема двери молниеносно высовывается рука с пистолетом. Успеваю дёрнуться и ухожу с линии огня, жаль свинец оказывается быстрее. Молниеносная боль прошивает плечо, точно раскалённый прут, проворачиваемый мне в руке. Валюсь в сторону за декоративный кустарник и устраиваясь под окном. Липкое тепло пропитывает рукав пальто, участив моё дыхание.

И опять плечо, Рэй заразила меня этой мишенью? А ведь только-только порез начал заживать.

Придерживаю рану рукой, ощутив, как кровь пульсирует под пальцами. Сжав кулак убеждаюсь, что рука всё ещё работает. Больно, но терпеть можно. Это пока не иссяк запал адреналина. Приходится снова связаться с Янисом и пока я буду отвлекать Арчи, Янис с флангов сможет вывести Аделин и Нэйта из дома по возможности. Им придётся действовать вслепую.

Арчи колеблется, его силуэт дрожит в дверном проёме, он всё ещё не знает, что со мной и это может оказаться моим шансом. Делает осторожный шаг наружу, пытаясь разглядеть мою тушу на крыльце, но в этот же момент тыл дома взрывается грохотом.

Срываюсь с места, игнорируя вспышку боли в плече. Схватив с бедра нож, он покидает ладонь раньше, чем Арчи успевает повернуть голову. Сталь входит точно в кисть, пригвоздив его руку к распахнутой двери и тут же Аделин вырывается из его рук и уходит в сторону. Оказавшись в шаге от него, вдавливаю пальцы в его трахею, пока он не начинает сопротивляться. Развернув его спиной к себе, его же рукой ломаю позвоночник с глухим хрустом, ставя точку в тщедушной биографии. Обмякшее тело брезгливо скидываю с крыльца.

Дерьмо! Надо было его расспросить откуда сраный мерзавец знает Уолкотт.

Нестерпимое жжение выстреливает в плечо и снова прикоснувшись к руке, поворачиваюсь к проёму двери. Упираясь руками в пол и подобрав ноги под себя, Аделин с ужасом голубых глаз смотрела не на отброшенное в сторону тело, а на меня. Ярко фиолетовый синяк зрел на её щеке, наливаясь чернотой, а одежда свисает лохмотьями. Подхожу к ней, и она дёргается, когда я, сняв с себя пальто, окутываю её плечи.

- Где Нэйт? – Тихо, чтобы лишний раз её не пугать, проговариваю я

- Н-на кухне... – жалобно опустив голову, она почти не смотрит в сторону, которую указывает.

Оглянувшись на ворвавшуюся в дом команду, киваю в сторону кухни и провожаю одного из них взглядом.

- В доме есть ещё кто-то? – Отрицательно качнув головой, сестра с трудом поднимается с пола и уходит в сторону кресла-качалки напротив окна.

Ради их же безопасности дом всё-таки проверили дважды. Аделин может и видела только Арчи, но он якшался с не совсем подходящей для семейной жизни компании. По моему распоряжению Янис позвонил Габриелю, чтобы снять запрет с приближения полиции. В жизни Аделин и так произошло слишком много дерьма, чтобы марать её репутацию ещё и убийством на её крыльце.

Слишком на мой взгляд юная девушка в маске подошла ко мне, предложив всё-таки позвонить в полицию и предупредить их об убитом преступнике. Выслушав её до конца, поднимаю взгляд на Яниса, который тут же скрылся из виду. Ну, то что именно он взял её в команду не удивительно, а вот то, что она согласилась с ним переспать меня прямо до глубины души трогает. Если бы она у меня была. Не каждый согласится спать с двухметровым шкафом, которого будто только вчера сняли с ринга УФС, да ещё со шрамом на пол-лица.

Ну, я могу и ошибаться.

Не согласившись с предложением девушки отдаю приказ на утилизацию тела. Крови не было, так что и крыльцо Аделин мыть не придётся, а вот по гостиной будто смерч прошёлся. Стеклянные рамки семейных фотографий разбросаны по полу, до пореза всего один неверный босой шаг. Несколько вазончиков с цветами раскиданы по полу, где-то на стене даже видна вмятина от броска.

- Отвали! – Кричит Аделин, привлекая наше внимание.

Новенькая была с маленькой аптечкой, рядом с сестрой, а она так огрызается будто её снова побить хотят. Она устремляет злой взгляд ко мне, нахмурив брови. Морщины ей не идут.

- Зачем? – Пропитанным ядом голосом проговаривает она, приобняв себя за плечи.

- Он тебя не только поколотил, но ещё и мозги отбил? – Бровь как-то сама собой взлетает выше, пока я подхожу ближе.

- Риз... больше не приезжай. Никогда.

Замираю в полушаге от сестры, так и не дотянувшись до неё. Провожу рукой по лицу и поворачиваюсь к парню, пришедшим из кухни с моим племянником на руках. Нескладный пацан, с моими чертами лица, запертый в теле восьмилетнего ребёнка, бледный как мел, но держится. Глаза точная копия Аделин, смотрит на меня с тем самым вопросом, на который у меня нет права отвечать.

Рука замирает, когда я тянусь к его плечу, а он вздрагивает и медленно, почти через силу, заставляет поставить его на пол. Я опускаюсь на одно колено перед ним, кость сухо щёлкает в тишине комнаты, пропахшей порохом.

- Ты как, боец? – Видимо, только в присутствии этого ребёнка голос у меня садится и становится мягче.

Нэйтан какое-то время молчит, лишь крепче сжимая в руках потрёпанного робота. Смотрю на его тонкие запястья и в груди под толстым слоем бронежилета что-то болезненно переворачивается. Пустота, которую я обычно заливаю адреналином и чужими секретами, сейчас скалится. У меня нет дома, нет сына, нет права на то, чтобы этот мальчик звал меня дядя.

- Где папа? – Наконец выдавливает он. – Я слышал хлопок.

- Это просто старая дверь. Сквозняк. – Снова тяну руку к нему, но замираю при виде струйки крови скатывающейся между пальцами. Ему к этому прикоснуться не позволю. – Дом старый, всякое бывает. Может, ещё и приведений увидишь.

- Я видел! – Вдруг взрывается он, повернувшись в сторону камина. – Там, он сидел и читал.

- Я тоже. – С жгучей болью вырываю из себя измученную улыбку.

- Перестань с ним говорить! – Вдруг взрывается Аделин за нашей спиной. – Ты не имеешь права...

- Нэйт, – не обращаю я внимание на возгласы сестры и привлекаю внимание племянника. – Сейчас ты пойдешь наверх с моим другом Янисом. Он отличный парень, знает всё про гоночные машины. Поговорите?

Мальчик видит, как Янис делает шаг вперёд и ему приходится задрать голову, после чего быстро мотает головой.

- Теперь я интересуюсь только мотоциклами! – С очевидной гордостью проговаривает он. – Вам такое не понять. – Машет он рукой и снова поворачивается ко мне, но его взгляд временами скользит мне за спину, к Аделин.

- А какие нравятся? – Подошёл Янис ближе, упираясь руками в колени. – У меня есть Харлей дома, хочешь покажу фотки? – Племянник вдруг оживился и будто забыв какой на вид этот человек страстно начал объяснять ему разницу между Харлеем и Кавасаки, миниатюрная модель, которая у него есть.

Когда они скрываются на лестнице, я с трудом поднимаюсь, а Аделин в этот же момент хватает меня за локоть той самой руки, с силой заставив повернуться. Скривившись от боли пытаюсь не показывать своё лицо подчинённым и отдаю приказ выйти.

- Я знаю, что это ты отправляешь деньги. – Голос разбивается в голове на междометье и приходится с трудом сосредотачиваться. – Перестань, понял меня? Они все лежат в банке, можешь забрать их.

- Деньги я отправлял на содержание дома. – С силой заставляю поднять на неё глаза. – Я тоже тут вырос. – Мы оба какое-то время молчим, явно не решаясь начать первыми. Ещё бы она не знала этот приём, с меня взяла пример. – Я понять не могу, что я тебе такого сделал?

- Что ты... – обрывается она на полуслове громко ударив себя по лбу ладонью. Осторожнее, ещё один синяк заработаешь. – Ты издеваешься?! Мама оставила нас на папашу алкоголика, который помер едва мне исполнилось десять. Из-за тебя я несколько лет жила у родственников, которые были уверены, что отец не пропил всё и старались дорваться до наследства. Из-за тебя я несколько лет моталась по приютам, из-за тебя я познакомилась с Арчи. Из-за твоих делишек наша жизнь постепенно разрушалась.

- Хорош преувеличивать, через два года я тебя забрал.

- Знаешь что? Пошёл ты! – Сморщив нос и скривив губы тычет она пальцем в мою сторону.

- Мир стал лучше без отца, ты не можешь с этим спорить. – Упираюсь в столешницу, уже не в силах держать себя на ногах. – А мама сделала правильный выбор.

- Да сколько мо...

- Ты не знаешь, что отец творил. – Сглатываю я в очередной раз, проведя руками по лицу чтобы не заснуть.

- И мне полагается благодарить?!

- Просто забери долбанные деньги из банка, и я больше не буду тебя доставать, ладно? – Издевательски оскалившись на неё, прикусываю уголок губ.

Аделин снова кидаеться на меня с кулаками, колотить по моей груди. Кровь с плеча с новой силой хлынула из раны, но я продолжаю стоять и теперь терплю её обзывательства и копившуюся годами злость. Она имеет право злиться на меня, я фактически разрушил нашу семью. Пока она продолжает бить слабыми кулачками, обнимаю её, вжимая в себя и чувствуя ту же захлёстывающую ярость. Мы давно остались единственными в мире друг у друга.

Даже если она меня ненавидит, даже если продолжит обзывать и бить, только бы позволила изредка навещать. Единственная мне родная кровь и та презирает.

- На нас видимо какое-то проклятье. – Всхлипывает она мне в грудь.

- Всё с нами нормально. Мы просто такие. – Аделин резко отстраняется, становясь на вид будто острее.

- Ты убил нашего отца. – Шепчет она, даже не глядя в мою сторону. – А сейчас убил и отца Нэйтана. Если проклятья нет на нас, оно точно на тебе, Риз.

- Только не говори, что будешь горевать по этому ублюдку. – Закатил я глаза, чувствуя, как внутри окончательно догорает последний мост. Развернувшись на пятках, хочу отправится на второй этаж, но Аделин опять начинает голосит о моих тёмных делишках. – Ты, блять не имеешь право ограничивать моё общение с племянником. – Бросаю я через плечо.

- Ещё как имею! – Отрезает он и в её интонации проскальзывает та самая сталь приказа, унаследованная от отца. – Это мой сын. И уж такой, как ты, не коснётся его будущего. Именно из-за этой твоей черты, из-за этой жажды ломать всё, к чему прикасаешься и ни перед чем не останавливаться, тебя и выперли из полиции!

Я ничего не отвечаю, только отдаю приказ Янису спуститься, и мы уходим. Оказавшись вблизи своей машины Янис о чём-то продолжает тараторить, пока я вынимал из багажника аптечку.

- Раны зашивать умеешь? – Оглядываюсь на него через открытый багажник.

- По мере возможностей.

Каким-то боком он всё же справился с поставленной задачей в не самой стерильной обстановке моей машины. Будем надеяться, что я не подхвачу инфекцию. И оставшись один на один с машиной, я понимаю, что в таком состоянии до Линкольна просто не доеду. Откинувшись на заднее сиденье и плотно укутавшись в пальто, я всё же засыпаю.

В машине я проспал почти до заката, теперь мало того, что заснуть не смогу, так ещё и кашлять начал. Простуды мне не хватает. Дорога обратно в Линкольн превращается в бесконечный тоннель. Адреналин отходит и обеими руками становится сложно рулить, так-то и добирался я до города часа за четыре, может больше.

И вместо того чтобы поехать в отель, я сначала хочу проведать мою малышку. Мне нужна Рэй. Мне нужно коснуться чего-то живого, пока я окончательно не замёрз в грёбанной машине.

Дом пуст, но одежда на месте, всё на своих местах. Проверив дом соседки, там её тоже не было. Трекер последнее, к чему я хотел прибегать, но всё же нахожу её у набережной. Какое-то время я просто следую за ней тенью, двигаюсь бесшумно, вижу, как она кутается в куртку, как пар покидает, наверное, до боли сладкие губы. Мне нужно не больше минуты, чтобы ощутить давление в штанах раскалённым узлом. И боль в плече сразу прошла, стоило представить как я всё же навещу её этой ночью.

Но идиллия рушится в момент, когда она подсаживается к одному пацану и они бурно что-то обсуждают. Знакомый? Или моя малышка просто ангел смерти? Но вскоре оба идут в сторону припаркованной машины. Обычный пикап, ничего примечательного, но Рэй не колеблется ни секунду перед тем как сесть к ублюдку. В глазах темнеет от силы, с которой я сжимаю зубы, а все мои принципы постепенно летят к чертям.

Сжимаю кулаки и в плечо моментально стреляет болью, кровь снова начинает подмачивать повязку, но я на это почти не обращаю внимание.