Глава 5
Терра только вернулась с вечернего построения. Сегодня капитан Томин впервые похвалил её за форму и отличную тренировку:
- Твоя сила растёт, как и твои умения. Ты молодец, - сказал он. - Однако сильно не зазнавайся. Тебе ещё многому предстоит научиться.
Девушка вернулась в свою комнату, сняла сапоги, распустила кудрявые волосы, переоделась в рубашку и умывшись отправилась в кровать.
Ночь. Тишина - такая плотная, что кажется, её можно потрогать.
За окном - луна. Не полная, не молодая - какая-то старая, усталая, прячущаяся за облаками. Её свет падает на пол бледными прямоугольниками, и в этих прямоугольниках танцуют тени от веток.
Терра уснула. Дыхание неровное - то глубокое, то поверхностное, как будто она бежит во сне.
Она и бежит.
***
Белый коридор. Бесконечный. Стены из гладкого камня, без единой трещины. Пол — тоже белый, отполированный до блеска, скользкий под босыми ногами.
Терра бежит. Ноги не слушаются — скользят, разъезжаются. Позади — шаги. Тяжёлые, ритмичные. Бум. Бум. Бум.
Не оглядывается. Боится увидеть.
Впереди — дверь. Единственная дверь в этом бесконечном коридоре. Чёрная, металлическая, без ручки.
Она врезается в дверь. Та не поддаётся.
Шаги ближе.
Она стучит кулаками в дверь. В ладони — огонь, но дверь не горит. Металл не нагревается.
Шаги за спиной останавливаются. Она замирает.
Голос — мужской, спокойный, почти ласковый, как будто он разговаривает с напуганным ребёнком.
— Ты убежала. Зачем? Тебе здесь безопаснее. Снаружи — война, хаос. А здесь — тишина.
Девушка не оборачивается, лишь продолжает смотреть на дверь, сжимая кулаки.
- Повернись. Я не сделаю больно, - голос всё ближе.
Она не верит, лишь сильнее сжимает кулаки. Огонь в её ладонях разгорается ярче.
- Все вы такие. А потом кричите, - вздыхает, будто разочарован.
Он протягивает руку — тонкую, с длинными пальцами, с металлическими пластинами на суставах. В свете белых стен рука кажется синей.
Девушка чувствует прикосновение, не на плече, не на руке. Рука легла на виски, холодная, как лёд.
В голове - пустота. И боль. Не острая, но тягучая, как расплавленный свинец.
- Спи, - шепчет он. - Завтра продолжим.
***
Терра проснулась от собственного крика. Не громким, скорее с хриплым выдохом, застрявшим в горле.
Присев на кровати, она обхватила себя руками. Тело дрожало, не от холода, от страха. Простыня скомкалась и промокла от пота. Волосы влажные, слиплись на виске.
Чуть погодя девушка трогает лицо: щёки холодные, лоб ледяной, будто к нему только что прикасались.
Это был сон, - говорит она себе. - Просто сон.
Но дрожь не проходит.
Терра сжимает пальца, пробуя вызвать огонь. Пламя разгорается - слабое, трепетное, но живое. Тепло разливается по ладони, поднимаясь выше к запястью, потом к локтю.
Сжимает руку в кулак - огонь погас.
В комнате тихо. Темно. Лишь луна за окном.
Немного успокоившись, девушка смотрит на свои руки: кожа цела. Ни следов от игл, но шрамов.
Но тело помнит.
До самого утра девушка не сомкнула глаз. Сидев на кровати, она смотрела в окно, наблюдая, как светлая луна ползёт по небу, как облака закрывают её, как открывают снова.
Первый луч солнца застаёт её всё в той же позе — с прямой спиной и пустым взглядом.
Девушка наконец встаёт. Идёт умыться, дабы чуть-чуть взбодриться. Вода из кувшина ледяная - она плещет ей в лицо, пока щёки не становятся красными.
Перед собой висело зеркало. В зеркале - чужая девушка. Бледная, с кругами под глазами и потрескавшимися губами.
Ты - солдат, - говорит она себе. - Солдаты не показывают слабости.
Собравшись с мыслями, девушка одевает форму, заплетает волосы в тугую косу и надевает кинжал на пояс.
Пора на выход.
***
Плац. Раннее утро. Небо серое, облака низкие, тяжёлые — к дождю.
Стражники строятся в две шеренги. Слышен только топот сапог и команды — короткие, рубленые.
Томин проходит вдоль строя:
- Рен! Пряжка!
Рен торопливо поправляет пряжку на поясе.
- Тень! Открой глаза!
Тень, молчаливый парень с бледным лицом, моргает и вытягивается.
Томин доходит до Терры и останавливается. Смотрит на неё — на круги под глазами, на бледность, на то, как она держится неестественно прямо, как будто боится согнуться.
Он ничего не говорит. Просто смотрит. Долго смотрит. Потом идёт дальше.
Заметил, - думает девушка.
После построения следует завтрак в столовой для стражи.
Длинные столы, грубые скамьи, запах каши, жареного хлеба и дешёвого чая. На стенах — старые знамёна, выцветшие, с дырами от моли.
Терра садится в углу, спиной к стене — привычка, которую она не осознаёт, но никогда не нарушает. Перед ней — миска овсянки и кружка чая.
Овсянка не лезет в горло. Она отодвигает её и просто пьёт чай — маленькими глотками, как учил Айро: «Чай нельзя пить быстро. Быстро пьют только те, кто боится, что чай отберут». Похоже эта фраза плотно засела в её голове.
Рядом плюхается Тан. Веснушчатый, лохматый, с огромной кружкой и тарелкой каши, которую он навалил горой.
- Ты чего такая кислая? - Спрашивает Тан с набитым кашей ртом.
- Не выспалась. - Отвечает Терра.
- Это у тебя часто. Может к лекарю сходить? У них там травы какие-то. Я слышал от бессонницы хорошо помогают.
- Не помогают.
Тан проглатывает и смотрит на неё внимательно:
- От чего же?
Терра молчит. Тан вздыхает и, не дожидаясь ответа, вновь заговорил:
- Ладно. Не хочешь — не говори. Но знаешь что? После патруля голова меньше болит. Проверено. - Он доедает кашу, вытирает рот рукавом. - Кстати, сегодня мы с тобой в паре. Капитан сказал: «Молния идёт с Таном, пусть учится разговаривать».
- Учится разговаривать?
- Ну, ты же молчаливая. А я - нет. Капитан думает, я тебя разговорю.
- Не разговоришь.
- Это мы ещё посмотрим. - Он встаёт и собирает посуду. - Выход через десять минут. Не опаздывай.
Терра остаётся одна. Допивая тёплый чай, она смотрит в окно на серое небо.
Сегодня будет дождь, - думает она.
***
Закончив с завтраком, Терра убрала за собой посуду. Она уже шла к выходу, когда её нагоняет посыльный - мальчишка лет четырнадцати, весь красный от быстрого бега.
- Стражник Терра, - крихтя произносит он.
Терра оборачивается.
- Лорд Огня требует вас и капитана Томина к себе. Немедленно.
Будто из воздуха, рядом возникает страх капитан Томин с кружкой чая в руке.
- Что на этот раз? - Спрашивает он.
- Не сказал, - отвечает мальчишка.
Томин вздыхает, отставляя свою кружку неровную кружку со сколом у рукоятки в сторону.
- Идём, Молния. Посмотрим, чем мы провинились.
Комната на втором этаже, с узкими окнами, выходящими во внутренний двор. Стены тёмно-красные — почти бордовые. На них — карты, старые, в деревянных рамках, с потрескавшимся лаком.
На столе — разложенные вещи шпионов: два кинжала с чёрными лезвиями, карта дворца с пометками красными чернилами, маленький амулет на кожаном шнурке.
Зуко сидит за столом. Перед ним — раскрытая папка с документами, исписанными мелким, убористым почерком. Рядом — чашка чая, давно остывшего. Он не пьёт — просто смотрит в бумаги, но видно, что не читает.
Терра и Томин замирают у порога.
Зуко поднимает голову.
- Входите. И закройте за собой дверь. - Усталый голос.
Томин закрывает дверь — плотно, с глухим стуком. Они подходят к столу.
- Это нашли у шпионов в вашем крыле. - Он указал на вещи. - Кинжалы — старые, времён войны. Судя по клейму — деланы в столице, но мастерская закрылась двадцать лет назад.
Терра взяла один из кинжалов в руки.
Что-то не сходилось в этой легенде. Зачем же тем шпионам нужны были кинжалы, если они и не собирались ими пользоваться. А может...
- Они не пытались защищаться. Я видела тела. У них даже не были вынуты ножи.
- Что ты хочешь сказать? - Спросил Томин.
- Шпионы, которые не защищаются, когда их ловят... это не шпионы. Это подстава. Их послали умереть.
Зуко задумывается. Он ничего не говорит, но Терра видит, как он сжимает челюсть.
Затем лорд берёт в руки карту и разворачивает:
- Карта дворца. Точная, с пометками, где кто из стражи стоит, когда смена, где посты слабее.
Откладывает карту. Берёт амулет — маленький металлический диск, потемневший от времени, с выгравированным символом: круг, внутри которого три точки.
- А это - ничего не говорит ни моим советникам, ни дяде. Никто не знает этот знак. - Он вертит амулет в пальцах. - Но дядя просил меня показать его тебе. - Зуко протянул девушке амулет.
Терра взяла его. Пальцы слегка дрожат — она не может это контролировать. Диск холодный, тяжёлый, не по размеру. Она переворачивает его, рассматривает.
Круг. Три точки.
Внутри — холод. Не от металла — откуда-то из глубины, из памяти, которой нет.
Она видела это. Во сне. На стене лаборатории. Вырезано в камне, грубо, наспех, но от этого ещё страшнее.
- Я знаю этот знак, - наконец говорит она.
Зуко подался чуть вперёд. Томин замирает.
- Откуда? - Спрашивает лорд.
- Из снов. - Она не отрывает от амулета взгляда. - Там, где надо мной ставили опыты... этот знак был на стене. Вырезан в камне. Я видела его каждый раз. Перед тем, как они втыкали иглы.
Голос срывается на последних словах. Она сжимает амулет в кулаке.
Томин переглядывается с Зуко.
— Значит, тот, кто тебя мучил, связан с этими шпионами. И он всё ещё здесь. - Голос лорда был тихим, но твёрдым.
- Или его люди, - добавил Томин.
Зуко кивнул и посмотрел на Терру:
- Ты — единственная, кто может опознать его, потому что ты была в его лаборатории. Я хочу, чтобы ты продолжила патрулировать восточный сектор. Там его люди могут появиться снова.
- Что я должна искать?
- Этот знак. - Лорд указал на амулет. - Людей, которые его носят. Подозрительных, которые слишком интересуются дворцом. Если увидишь — не вступай в бой. Докладывай сразу мне или капитану.
Он посмотрел на Томина:
- Она не может идти одна. Ей нужен надёжный напарник.
- Тан пойдёт с ней, - ответил Томин. - Парень болтливый, но надёжный. С ним не пропадёт.
- Прекрасно. И ещё кое-что, - он повернулся к Терре. - Ты нужна мне живой. Так что постарайся не геройствовать.
Терра вытягивается:
- Есть, лорд Огня.
- Можете идти.
Терра и Томин повернулись в сторону двери.
- И... если тебе снова приснится что-то, что может помочь — приходи сразу. Не жди утра. - Зуко сказал им в спину.
Терра обернулась, но Зуко уже смотрел в бумаги.
Терра и Томин на выходе из комнаты, а лорд, посмотрев им вслед, вновь склонился над документами - война, блокада, поставки продовольствия, вечные проблемы мира, который никак не наступит по-настоящему.
Терра задерживается у двери на полшага.
Её взгляд падает на вещи шпионов — они всё ещё разложены на столе. Кинжалы, карта, амулет.
Что-то не так.
Она не знает, что именно — но что-то цепляет взгляд. Как заусенец на гладкой поверхности.
- Ты идёшь, Молния? - Обернулся Томин.
- Да, капитан.
И они вышли из комнаты.
***
Вечером Терра направлялась в казарму. Коридор длинный, пустой — только факелы мерцают на стенах, отбрасывая пляшущие тени.
Она прокручивает в голове детали.
Кинжалы. Старые, но наточенные. Карта. Точная, с пометками. Амулет. Странный символ.
И тела.
Она видела их мельком, когда стражники выносили из крыла. Два тела. Безоружные.
Почему они не защищались?
Её шаги гулко отдаются от каменного пола. В конце коридора — окно, за которым темнеет небо.
- Стражник Терра.
Голос — из-за спины. Она узнаёт его сразу, и оборачивается.
Зуко идёт к ней быстрым шагом. Без сопровождения — один.
На нём всё ещё дорожная одежда - он вернулся с совета только час назад, но плащ расстёгнут, волосы растрёпаны.
Девушка вытягивается:
- Лорд Огня.
Зуко останавливается, показывая жестом «вольно»:
- Не нужно. Я просто хотел... сказать кое-что.
Он посмотрел по сторонам. Коридор пуст.
- Ты заметила то, что пропустили или советники. - Тихо сказал он.
- Что именно?
- Шпионы не защищались.
Терра замолчала. Ждала, пока лорд снова заговорит.
- Мои стражники нашли их в коридоре. У них даже не были вынуты ножи. Они не бежали. Не сопротивлялись. Просто... стояли и дали себя убить. - Он проводит рукой по лицу — жест усталости, который он редко позволяет себе при посторонних. - Совет говорит, что это неважно. Главное — они мертвы, угроза устранена.
- Но вы так не считаете.
Зуко посмотрел на неё.
- Нет. Я считаю, что это странно. Шпионы, которые не защищаются — это не шпионы. Это... жертвы. Подстава. - Он делает шаг ближе. Теперь они почти на расстоянии вытянутой руки. - Ты видела их. Скажи мне — как они выглядели?
Терра на секунду закрыла глаза. Вспоминает.
- Они были... спокойными. Я видела их лица, когда стражники выносили тела. Не искажённые страхом. Не злые. Просто... пустые. - Открывает глаза. - Как будто они знали, что умрут. И не пытались этого изменить.
Зуко кивает. Жёстко.
- Именно.
Пауза. Где-то далеко хлопает дверь. В коридор залетает сквозняк — факелы колышутся, тени прыгают.
- Моя сестра — монстр. - Он произнёс это тише, почти шёпотом. - Я знаю это лучше, чем кто-либо. Но она не посылает на смерть людей, которые не готовы умереть. Она использует тех, кто хочет сражаться.
- Вы думаете, это не она?
Зуко молчит. Долго.
- Я думаю, что улики слишком идеальны. Слишком... чисты. Как будто их разложили по полочкам, чтобы все посмотрели и сказали: «А, ну конечно, Азула».
Он смотрит ей в глаза — серые, усталые, но внимательные.
- Ты знаешь, что такое «козёл отпущения»?
- Тот, на кого вешают чужую вину.
- Да. И я боюсь, что моя сестра — именно он.
Ли не знает, что ответить.
Она не знает Азулу. Не помнит её. Только холодный голос из сна.
Но Зуко знает. И он сомневается.
Если он сомневается — значит, есть причина.
- Что вы будете делать?
Лорд отступил на шаг назад и сделал глубокий вдох:
- То же, что и всегда - искать правду. - Он развернулся, чтобы уйти. - И спасибо. За то, что заметила. - Затем ушёл.
Факелы колышутся от сквозняка. Терра осталась одна в пустом коридоре. Она смотрела ему вслед, пока тень лорда не исчезла за поворотом.
Он сомневается, - думает она. - Значит, и я должна сомневаться.