S. S. S.

Всё рухнуло в среду.

Обычную, серую, ничем не примечательную среду. Соник пришёл в библиотеку, как обычно — босиком, в шортах, с красным пятном на губе, которое он торопливо стёр тыльной стороной ладони. Шедоу заметил. Шедоу всегда замечал.

— Опять? — спросил Шедоу, не поднимая головы от книги.

— Опять что? — Соник плюхнулся в кресло, закутался в плед (который уже стал «его») и сделал вид, что интересуется корешком учебника.

— Кровь.

— Откуда ты…

— У тебя на пальце осталось. Не заметил?

Соник посмотрел на свою руку. Белая перчатка без пальцев — на указательном, совсем у костяшки, маленькая алая полоска.

— Это яблоко, — соврал Соник.

— Яблоки не красные внутри.

— Бывают красные.

— Соник.

Голос Шедоу был спокойным. Слишком спокойным. Таким, каким он становился перед тем, как взорваться. Соник знал этот тон. И боялся его. Потому что когда Шедоу злился тихо — значит, кому-то сейчас очень больно.

— Мефилес берёт у тебя энергию, — сказал Шедоу. Это был не вопрос. Это было утверждение.

— Он… мы друзья. Он просто…

— Он тебя убивает, Соник. Ты это видишь? Ты посмотрел на себя в зеркало? У тебя под глазами круги, как у покойника. Ты кашляешь кровью. Ты перестал есть яблоки. Ты перестал СМЕЯТЬСЯ.

Шедоу встал. Стул грохнулся на пол. Он подошёл к Сонику, взял его за подбородок, повернул к свету.

— Посмотри на меня, — приказал он.

Соник посмотрел. Зрачки — обычные, пустые. Без звёздочек. Без треугольников. Даже спиралей не было. Просто… дыры.

— Я в порядке, — сказал Соник. — Мефи сказал, что это временно. Что я просто переутомился. Что я сильный и…

— Мефи сказал? — Шедоу дёрнулся, как от пощёчины. — Ты веришь ему больше, чем мне?

Соник промолчал. И это молчание было громче любого крика.

Шедоу отпустил его. Отошёл к окну. Встал спиной. Его плечи — идеально прямые, всегда — вдруг опустились.

— Знаешь, — сказал он тихо, — я тоже сильный. Я мог бы защитить тебя. Если бы ты позволил.

— Я не нуждаюсь в защите, — огрызнулся Соник. Но привычной едкости не было. Только усталость.

— Уже нуждаешься. Только не хочешь этого признавать.

Они замолчали. Библиотека гудела тишиной.

А потом дверь открылась, и на пороге появилась Руж.

Не обычная — не улыбчивая, не кокетливая. Серьёзная. С телефоном в руке и странным выражением на лице — смесью злорадства и… сочувствия?

— У меня для вас новости, — сказала она. — И они вам не понравятся.

---

Она поставила телефон на стол. На экране — переписка. Сообщения от «Мефилеса».

«Соник, привет! Как дела? Я в командировке, но скоро вернусь. Ты чего не отвечаешь?»

«Сонник, ты там живой? Я слышал, у вас соревнования были. Расскажи потом!»

«Соник?»

«Соник, это уже не смешно. Ответь. Я волнуюсь».

Руж пролистала вниз. Последнее сообщение — сегодня утром.

«Соник, я приеду через неделю. Не скучай. И, кстати, я никому не разрешал пользоваться моим именем. Если кто-то представляется мной — это не я. Береги себя».

— Что… — начал Шедоу.

— А теперь смотрите сюда, — Руж открыла другую вкладку. Фото. Сделанное сегодня, час назад, на камеру наблюдения в холле.

На фото — Мефилес. Точнее, тот, кого все считали Мефилесом. Он стоял у окна, улыбался и держал в руке… маленький серебряный кулон. Такой же, как у Инфинита.

— Иллюзия, — выдохнул Шедоу. — Это всё время был Инфинит.

Соник сидел в кресле, глядя на экран. Его лицо ничего не выражало.

— Он притворялся Мефилесом, — продолжала Руж. — Чтобы выкачивать из тебя энергию. А настоящий Мефилес даже не знал. Он был в другом городе. Всё это время. Писал тебе. А ты не отвечал.

— Я… — голос Соника сел. — Я думал, это спам. Или… он же приходил каждый день. Говорил, что телефон сломал. Что…

— Что он твой друг, — закончила Руж. — Я знаю.

Тишина. Тяжёлая, как могильная плита.

Соник медленно поднялся. Его ноги дрожали. Он сделал шаг — и вдруг согнулся пополам, закашлявшись. В ладонь. Громко. Страшно.

Когда он выпрямился, на белой перчатке была кровь. Много.

— Этого не может быть, — прошептал Соник. — Он же… он обнимал меня. Он говорил, что скучал. Он… — Соник поднял глаза на Шедоу. Пустые. Абсолютно пустые. — Я назвал тебя Проектом. Из-за него. Я поверил ему. А ты…

Он не договорил. Не смог.

Шедоу шагнул к нему. Протянул руку. Соник отшатнулся.

— Не трогай меня, — сказал он. — Я… я сейчас… мне нужно…

Он не знал, что ему нужно. Пойти к Инфиниту и разорвать его на части? Найти настоящего Мефилеса и извиниться? Упасть на пол и не вставать?

Вместо этого он просто развернулся и вышел. Медленно. Без привычной вспышки. Без ветра. Без скорости.

Шедоу смотрел ему вслед, сжимая кулаки так, что ногти впились в ладони.

— Найди его, — сказала Руж тихо. — Не дай ему сделать глупость.

— Он не будет делать глупость, — ответил Шедоу. — Он будет сидеть где-нибудь в углу и делать вид, что всё нормально. А внутри умирать.

— И ты позволишь?

Шедоу посмотрел на неё. И в его глазах — красных, спокойных, вечных — на секунду вспыхнуло что-то, что Руж никогда раньше не видела.

Боль.

— Нет, — сказал он. — Не позволю.

И вышел следом.

---

Соника нашли в пустом классе. Он сидел на полу, прижавшись спиной к стене, и сжимал в руке телефон. На экране — переписка с настоящим Мефилесом. Сообщение, которое он только что написал:

«Мефи, прости. Я не знал. Я думал, это ты. Он сказал, что ты разрешил. Я ему поверил. Потому что ты мой друг. А он… он украл твоё лицо. И мою энергию. И мою веру. Прости. Просто… прости».

Ответ пришёл через минуту.

«Соник, ты дурак. Конечно, прощаю. Но когда я вернусь — убью тебя. И того, кто это сделал. Договорились?»

Соник усмехнулся — криво, беззубо, почти плача.

— Договорились, — прошептал он.

Шедоу сел рядом. Не касаясь. Просто близко.

— Можно? — спросил он, указывая на плечо Соника.

— Если ты не превратишься в Мефилеса в следующую секунду — можно.

— Я не умею превращаться. Только в кошку.

Соник замер. Повернул голову. Посмотрел на Шедоу долгим, странным взглядом.

— Что?

— Ничего, — Шедоу отвернулся. — Не обращай внимания.

Они сидели так до самого вечера. В пустом классе. На холодном полу. Двое.

И никто из них не сказал главного. Но оба знали.

Дружба — это когда ты веришь. Даже когда тебя обманывают. Даже когда ты ошибаешься. Даже когда больно.

Потому что настоящие друзья не исчезают. Даже когда им больно.

Настоящий Мефилес был в другом городе. И он обещал вернуться.

Фальшивый Мефилес — Инфинит — уже упаковывал чемодан. Потому что Руж отправила его фото всем, кому можно. И кому нельзя. И завтра он не появится в академии. Никогда.

А Соник сидел, прижавшись к плечу Шедоу, и впервые за много дней его зрачки стали обычными.

Не пустыми. Обычными.

Как у человека, который только что перестал умирать.