S. S. S.

После соревнований Соник изменился.

Не сразу. Сначала никто ничего не замечал. Ну, подумаешь, стал чуть бледнее обычного. Ну, чуть тише. Ну, перестал смеяться в голос — только усмехался, краем рта, осторожно, как будто боялся, что смех что-то сломает внутри.

Тейлз заметил первым. Потому что брат.

— Ты в порядке? — спросил он, когда Соник в пятый раз за час отхлебнул из своей банки энергетика, хотя обычно пил только по утрам.

— Ага, — Соник улыбнулся. Острые зубы блеснули, но глаза остались пустыми. Обычные зрачки. Без звёздочек. Без треугольников. Без всего. — Всё супер. Мефи просто забавный. Мы болтали всю ночь.

— Всю ночь? — Тейлз нахмурился. — Но у тебя же… у тебя тени под глазами.

— Это модно, — Соник потрепал его по голове и ушёл. Быстро. Как будто убегал.

Тейлз остался сидеть, сжимая в руке кружку с недопитым чаем.

«Что-то не так», — подумал он. Но не знал, что именно.

---

Мефилес приходил каждый день.

Иногда — утром, когда Соник ещё не проснулся. Иногда — вечером, когда Соник уже вырубался от усталости. Иногда — среди ночи, с горящими глазами и пустыми карманами.

— Привет, — говорил он, улыбаясь. — Дай немного энергии, а? Я устал. А ты же не эгоист, правда?

Соник смотрел на него. На друга. На того, кто единственный (кроме Шедоу, но Шедоу сейчас… не надо о Шедоу) понимал его без слов.

— Конечно, — говорил Соник. — Мы же друзья.

Протягивал руку. Чувствовал, как тепло утекает из пальцев. Как что-то важное, живое, искрящееся перетекает в другого.

Мефилес забирал. Много. Всё больше. В первый раз — чуть-чуть, как воробей клюнул. В пятый — как голодный зверь. В десятый…

— Ещё, — шептал Мефилес, сжимая его ладонь. — Ты же сильный. Ты можешь дать ещё. Ты ведь хочешь помочь своему другу?

Соник кивал. Глаза слипались. В груди что-то сжималось.

— Да, — шептал он. — Конечно.

«Мы же друзья».

---

Через три дня после соревнований Соник впервые кашлянул кровью.

Это случилось утром, в ванной. Он чистил зубы — и вдруг. Просто. Неожиданно. Пятно на раковине, ярко-алая капля среди белой пены.

— Что за… — прошептал он, поднося пальцы к губам.

На подушечках осталось красное. Горячее. Живое.

Соник посмотрел на своё отражение. Бледное лицо. Синие волосы, которые стали тусклее. Глаза — пустые. Обычные зрачки.

«Это из-за энергии? — подумал он. — Или просто… переутомление? Мефи сказал, что я сильный. Что я могу дать ещё немного. Что это не повредит».

Он сполоснул раковину. Тщательно, до последнего развода. Вытер лицо. Улыбнулся отражению — привычной, острой, опасной улыбкой.

— Всё нормально, — сказал он своему отражению. — Ты просто устал. Поешь яблоко — и пройдёт.

Яблоко не помогло.

Кровь пришла снова. Вечером. После того, как Мефилес забрал «совсем чуть-чуть, на один щит».

Соник сидел на подоконнике в своей комнате, сжимая в руке огрызок, и смотрел, как алая капля падает на белую кожуру.

«Надо к врачу, — подумал он. — Или к Шедоу. Он умеет исцелять. Он…»

Он не договорил. Потому что вспомнил.

Соревнования. Мефилес. Шедоу с занесённым шаром. Своё тело, которое бросилось между ними, даже не думая. Слова: «Я не думал, что ты такой эгоистичный, Проект Тень».

«Я назвал его Проектом, — осознал Соник. — Я. Назвал. Его. Проектом».

Он вдруг почувствовал, как пол уходит из-под ног. Не буквально — он и так висел в воздухе. Внутри.

— Я ему не поверил, — прошептал Соник. — Даже не спросил. Просто… поверил Мефи. Потому что он мой друг. А Шедоу… Шедоу всегда был рядом. А я…

Он не заплакал. Соник не плакал. Никогда. Но в комнате вдруг стало слишком тихо. И слишком холодно.

---

На следующий день Соник пошёл в библиотеку.

Не потому, что хотел читать. И не потому, что ему нужна была книга. А потому, что там был Шедоу. Каждый вторник. Как часы.

Шедоу сидел за кафедрой, перебирая карточки. Когда дверь скрипнула, он поднял голову — и замер.

Соник стоял на пороге. Босиком. В тех же коротких шортах и растянутой футболке. И выглядел… плохо. Бледно. Синие пряди потускнели, глаза впали, под ними залегли тени. Он улыбался — но та улыбка не доходила до глаз.

— Привет, — сказал Соник. Голос — хриплый, мягкий, не кричащий. — Можно к тебе? Я… почитаю. Тихо.

Шедоу молчал три секунды. Потом кивнул.

— Проходи.

Соник прошёл в самый дальний угол, где никто не ходил, сел на пол, прислонившись спиной к стене, и закрыл глаза.

Не читал. Просто сидел. И дышал.

Шедоу смотрел на него из-за кафедры. На поникшие плечи. На бледные руки, сжимающие колени. На то, как Соник то и дело прижимает ладонь ко рту.

«Он болен», — понял Шедоу.

Он встал, взял плед (в библиотеке всегда был плед, потому что Руж жаловалась на сквозняки), подошёл и накинул его на плечи Соника.

— Замёрзнешь, — сказал он. — Пол холодный.

Соник открыл глаза. Посмотрел на Шедоу снизу вверх. Зрачки на секунду стали треугольниками — и снова обычными.

— Ты не злишься? — спросил он. Шёпотом.

— Злюсь, — ответил Шедоу. — Но это не отменяет того, что я забочусь о тебе. Идиот.

Он сел рядом. Не касаясь. Просто близко.

Соник выдохнул — и вдруг, впервые за несколько дней, его плечи немного расслабились.

— Можно я буду приходить? — спросил он. — Не каждый день. Иногда. Посидеть.

Шедоу посмотрел на него. На синяки под глазами. На дрожащие пальцы. На то, как Соник прячет руки в плед, как будто боится, что их увидят.

— Ты всегда можешь прийти, — сказал Шедоу. — Независимо от того, поссорились мы или нет. Запомни это.

Соник кивнул. И закрыл глаза.

В библиотеке было тихо. Пахло книгами, деревом и… безопасностью. Здесь не было Мефилеса. Не было просьб «дать немного энергии». Не было липкого сиропа лжи.

Было только тепло. И чьё-то молчаливое присутствие рядом.

---

А через два дня Мефилес пришёл снова.

— Привет, — сказал он, входя в комнату Соника без стука. — Я так устал. Дай немного энергии, а?

Соник сидел на кровати, сжимая в руках книгу из библиотеки — учебник по магическому искусству управления тентаклями. Тот самый.

— Мефи, — сказал он тихо, — мне кажется, я беру слишком много. У меня кровь…

— Это просто усталость, — перебил Мефилес, улыбаясь. — Ты же сильный. Самый сильный в академии. Ты можешь дать ещё немного. Не будь эгоистом, Соник. Я же твой друг, правда?

Соник посмотрел на него. Долго. Вглядываясь в знакомые черты, в тёплую улыбку, в глаза, которые… которые почему-то не отражали свет.

— Правда, — прошептал Соник. И протянул руку.

Энергия утекала. Тепло — уходило. Где-то в груди снова что-то сжалось, и ко рту подступил металлический привкус.

«Мы же друзья, — повторял про себя Соник. — Он же мой друг. Он не сделает мне плохо. Правда?»

Он не был уверен.

Но руку не убрал.

А в библиотеке Шедоу сидел один и ждал. Синий вихрь сегодня не пришёл.

«Завтра, — подумал Шедоу. — Завтра он придёт. Обязательно».

И он ждал.