S. S. S.

Второй раунд начался под вой сирены.

— Команда «Синий Вихрь»! — голос ведущего разрывал динамики. — Против команды «Серебряная угроза»: Скордж, Инфинит и… Мефилес!

Трибуны взорвались. Кто-то аплодировал, кто-то испуганно притих. Руж в первом ряду отложила попкорн.

— Мефилес? — переспросила Эми. — Это же… друг Соника?

— Друг, который никогда не участвовал в соревнованиях, — тихо ответила Руж. — Это будет интересно.

Соник, стоявший в центре арены, вдруг расплылся в улыбке. Не своей обычной — хищной, зубастой. А настоящей. С широко распахнутыми глазами и звёздочками в зрачках.

— Мефи! — крикнул он, и это имя прозвучало так, будто он нашёл потерянного брата.

Шедоу напрягся. Он не любил Мефилеса. Не потому, что тот был злым или опасным. А потому, что Соник рядом с ним становился другим — мягче, уязвимее, человечнее. И Шедоу не знал, как с этим быть.

Сильвер просто сжал кулаки. Ещё один. Ещё один человек, который смотрит на Соника. Ещё один, кому Соник улыбается так, как не улыбается никому.

— Начали! — крикнул ведущий.

И ничего не произошло.

Потому что Соник и Мефилес, вместо того чтобы атаковать, бросились друг к другу.

— БОЖЕЕЕЕ! — заорал Соник, врезаясь в Мефилеса на сверхзвуковой скорости. Они оба упали на землю, но даже не заметили боли. — Я ТАК СКУЧАЛ!

— Я ТОЖЕ! — Мефилес сжимал его так крепко, будто боялся, что Соник исчезнет. — Ты не представляешь, как мне надоело тренироваться с этими… — он кивнул в сторону Скорджа, который скрежетал зубами.

— Скордж — козёл, я знаю.

— Эй! — крикнул Скордж. — Я здесь!

— Идиот, — ласково добавил Соник, не отпуская Мефилеса. — Ты такой идиот, Мефи. Ты почему не звонил?

— Телефон сломал.

— Опять?

— Опять.

Они рассмеялись. Обнимались. Качались из стороны в сторону, как два щенка, которые нашли друг друга после долгой разлуки.

Зрители замерли. Профессора в замешательстве переглядывались.

— Это… это разрешено правилами? — спросил кто-то.

— Нет, — ответил ведущий. — Но мы не можем их разнять. Тот, кто попытается, умрёт от умиления. Или от удара тентаклем.

Шедоу смотрел на это. Смотрел, как Соник обнимает Мефилеса. Как треплет его за волосы. Как шепчет что-то на ухо, и Мефилес смеётся — тихо, по-дружески, без намёка на угрозу.

«У него есть друг, — подумал Шедоу. — Настоящий. Такой, которому он доверяет безоговорочно. А я…»

Он не договорил. Потому что в этот момент Скордж атаковал.

---

Скордж налетел на Сильвера, как ураган. Зелёный, злой, с горящими глазами и скоростью, которая почти догоняла Соника.

— Ты тут новенький? — рявкнул он, нанося удар. — Слаба-а-ак!

Сильвер выставил щит. Серебряный, хрупкий, дрожащий. Удар раскрошил его в пыль.

— Я… я не слабый! — выдавил Сильвер, откатываясь в сторону.

— Слабый! — Скордж ударил снова. — Посмотри на себя! Ты дрожишь!

Щит. Осколки. Ещё щит. Ещё осколки.

Сильвер летал по всей арене, как тряпичная кукла, едва успевая ставить защиту. Каждый удар отбрасывал его на несколько метров. Каждый раз он вставал. И каждый раз щит разбивался вдребезги.

— Помогите… ему… — прошептал Сильвер, но никто не слышал.

Потому что Инфинит напал на Соника.

---

Инфинит был мастером иллюзий. Он создал сотню копий себя, окружив Соника со всех сторон.

— Попался, — прошептал он голосами всех копий сразу.

Соник стоял в центре. Босиком. В коротких шортах. С каменным лицом.

— Серьёзно? — спросил он. — Ты серьёзно?

Он щёлкнул пальцами.

Из земли вырвались тентакли — синие, мощные, неуклюжие. Они схватили каждую копию, каждую иллюзию, каждую тень. Инфинит, настоящий, дёрнулся — но тентакль уже обвил его ноги, потом руки, потом всё тело.

— Пусти!

— Неа, — Соник подошёл к нему, лениво, как на прогулке. Покрутил пальцем у виска. — Ты слишком медленный для меня. И скучный. Иди, поиграй с кем-нибудь другим.

Он свистнул — и тентакли подбросили Инфинита в воздух, отправив в полёт за пределы арены.

Всё. Один противник готов.

Соник обернулся, чтобы помочь Сильверу. Но замер.

Потому что на другом конце арены происходило нечто иное.

---

Мефилес напал на Шедоу.

Не сразу. Сначала они просто стояли друг напротив друга. Красное и чёрное. Свет и тьма. Спокойствие и хаос.

— Ну привет, соперник, — сказал Мефилес, растягивая слова. — Не ожидал увидеть тебя… снова.

Шедоу ничего не ответил. Он просто выставил защитный купол вокруг себя — багровый, идеально круглый, непробиваемый.

В ту же секунду купол рассыпался в прах.

— Как… — начал Шедоу.

— Кажется, у твоего друга бесконечная энергия, — Мефилес поднял руку, и в ней засветился шар — синий, пульсирующий, знакомый до боли. — А я ведь взял совсем немного…

Шедоу расширил глаза.

— Ты… питался его энергией?!

— Он сам мне разрешил, — Мефилес улыбнулся. — Мы же друзья.

Шар полетел в Шедоу. Тот едва увернулся, откатившись в сторону. Земля в месте удара взорвалась, оставив воронку.

«Энергия Соника, — понял Шедоу. — Он использует его энергию против меня. И она сильнее. Намного сильнее».

Мефилес нанёс ещё один удар. Ещё. Ещё. Шедоу уклонялся, ставил щиты — но они лопались, как мыльные пузыри. Он не мог атаковать. Только защищаться. Только отступать.

— Что, слабо? — Мефилес рассмеялся. — А где твоя гордость, Проект Тень?

Шедоу остановился. Он вдруг понял, что отступать некуда. Позади — край арены. Впереди — Мефилес, полный чужой энергии. И Соник, который всё ещё не смотрит в их сторону.

«Если я сейчас не атакую, — подумал Шедоу, — я проиграю. А если проиграю — он будет смеяться. Не Мефилес. Соник».

Он собрал всю свою магию. Красную, чистую, выстраданную. Сжал в кулаке, направил в Мефилеса. Шар рос, пульсировал, набирал силу.

Мефилес стоял, не двигаясь. И ждал.

— Давай, — прошептал он. — Ударь меня. Покажи всем, какой ты сильный.

Шедоу замахнулся.

И в этот момент кто-то закричал.

— СТОЙ!

Синяя вспышка. Ветер. Запах яблок и дыма.

Соник оказался между ними в долю секунды. Он не думал. Не анализировал. Просто действовал — как всегда. Тентакли вырвались из земли, сплетаясь в огромный синий щит. Он закрыл Мефилеса полностью — от макушки до пят.

Шар Шедоу ударил в щит. И отлетел назад. Ударная волна подбросила Шедоу в воздух и отправила в другой конец арены. Он приземлился на спину, выбив облако пыли. Аэроботинки зашипели, перегреваясь.

Соник даже не взглянул туда.

Он стоял спиной к Шедоу. Перед Мефилесом. С горящими глазами, в которых зрачки превратились в рваные, хаотичные линии. И говорил быстро, скороговоркой, на выдохе:

— Я не думал, что ты такой эгоистичный, Проект Тень.

Шедоу замер. Сердце пропустило удар.

«Проект Тень. — Он назвал меня Проектом. Не Шедоу. Не Шедс. Проектом. — Как тогда. В самом начале. Когда мы не были… никем друг для друга».

Соник повернулся к Мефилесу, и его голос изменился — стал мягким, встревоженным, почти детским. Он схватил друга за рукав, теребя, как маленький ребёнок:

— Тебе не больно? Он тебя ударил? Он первый начал, да?

Мефилес посмотрел на Соника. На Шедоу, распластанного в пыли. На замерший зал.

— Да, — сказал Мефилес. Голос — спокойный, ласковый, лживый. — Он первый начал. Я хотел предложить ничью, но он… такой эгоист!

Соник выдохнул. С облегчением. И поверил. Конечно, поверил. Они же друзья.

— Я знал, — сказал Соник, обнимая Мефилеса за плечи. — Я знал, что ты не мог первый. Ты хороший.

Шедоу лежал в пыли. Смотрел в небо. И чувствовал, как внутри что-то обрывается. Не громко. Без крика. Тихо. Как струна, которую перерезали ножницами.

«Он поверил ему, — понял Шедоу. — Даже не спросил меня. Даже не посмотрел в мою сторону».

Соник увёл Мефилеса с арены, продолжая что-то говорить — быстро, ласково, по-японски. Шедоу не разбирал слов. Только видел их спины. Две синие спины, которые удалялись вместе.

— Второй раунд… — голос ведущего звучал растерянно. — Победила команда «Серебряная угроза» ввиду… отказа от боя? Дисквалификации? Кто-нибудь понимает, что произошло?

Никто не понимал.

Сильвер, весь в синяках и ссадинах, подошёл к Шедоу. Протянул руку.

— Вставай, — тихо сказал он. — Он не со зла. Он просто… не знал.

Шедоу посмотрел на его руку. Потом на удаляющуюся синюю спину.

— Знаю, — ответил Шедоу. И встал сам. — Он никогда не знает. Это его главная сила. И главная слабость.

Он отряхнул кимоно, развернулся и ушёл в противоположную сторону. Один.

А Сильвер остался стоять посреди разбитой арены, сжимая кулаки, в которых серебряная искра билась в агонии.

«Я хотел быть на его месте, — подумал он. — На месте Шедоу. А теперь я рад, что я не он».

Где-то за кулисами смеялись двое. Синий и Серый. А третий, чёрный, уходил в тишину, сжимая в кармане изумруд Хаоса.

Изумруд, который за секунду до этого треснул.