S. S. S.

Утро началось с того, что Шедоу проснулся с чётким планом.

Он редко улыбался. Сегодня — не улыбнулся. Но уголок его губ дёрнулся на миллиметр вверх, когда он достал с верхней полки шкафа маленькую шкатулку с рунами.

— Ты серьёзно? — спросила Руж, сидящая на его кровати с ногой на ногу. Она пришла заколку забыть. Или за сплетнями. Или за тем и другим. — Ты собираешься провернуть это сейчас?

— Я собираюсь провернуть это четырнадцать минут назад, — ответил Шедоу, не оборачиваясь. — Но ты меня отвлекла.

— Ты превращаешься в кошку. Кошку Соника. Чтобы он тебя целовал.

— Чтобы находиться под защитой, — поправил Шедоу. — И да. Ты будешь моим двойником в библиотеке.

Руж моргнула. Потом рассмеялась — низко, бархатно, с нотками восхищения.

— Господи, ты влюблён до мозга костей. Ладно. Но я хочу подробности. Каждый вечер.

— Договорились.

Он щёлкнул пальцами. Руны на шкатулке засветились алым. Руж моргнула — и на кровати уже сидела точная копия Шедоу в традиционном костюме. Та же осанка. Тот же взгляд. Но если присмотреться — в глазах мерцала летучая мышь.

— Не позорь меня, — сказал настоящий Шедоу. Голос уже начинал меняться.

— Я воплощение достоинства, — фальшивый Шедоу поправил воротник. — Иди, мяукай. Я прикрою.

Шедоу шагнул в тень — и растворился.

---

Сумрак проснулась на подоконнике в комнате Соника ровно за три минуты до того, как её хозяин влетел в дверь с яблоком в зубах.

Она была красивой кошкой. Серой, почти чёрной, с густой шерстью и изумрудными глазами — Соник специально подбирал такую же расцветку, как у него самого. Говорил: «Мы с тобой одной крови, Сумрак. Только у тебя шерсти больше, а у меня совести меньше».

Сумрак лениво потянулась, выгнув спину. Шедоу внутри неё чувствовал каждую мышцу, каждый позвонок. Остроту слуха. Тепло шерсти на солнце. И запах. Боже, запах.

Яблоко. Дым. Герань из коридорного горшка. И Соник.

— Сумрааак, — пропел синий вихрь, падая на колени перед подоконником. — Я соскучился!

Он запустил пальцы в её шерсть. Грубовато, по-свойски, но с такой нежностью, что у Шедоу внутри кошки замерло сердце. Он не мог ответить. Только урчать.

Соник почесал её за ухом. Потом под ухом. Потом по спине.

— Хорошая девочка. Самая лучшая девочка. Не то что некоторые ёжики, которые сегодня дежурят в библиотеке и не придут меня бесить.

Шедоу-Сумрак прищурился. Ах, значит, двойник сработал. Отлично.

— Пойдём гулять? — Соник подхватил её на руки, прижал к груди. — Я сегодня весь день свободен. Наклз в спортзале, Тейлз в лаборатории, Шедоу… ну, Шедоу в библиотеке с каменным лицом. Так что мы с тобой будем шалить.

Он чмокнул её в лоб.

Шедоу-Сумрак замер.

Губы Соника были сухими, чуть тёплыми, пахли яблоком и табаком. И это был поцелуй. В лоб. Как котёнку. Но Шедоу вдруг понял, что ради этого готов провести в шкуре кошки весь день. Всю неделю. Всю жизнь.

— Ты какая-то задумчивая сегодня, — заметил Соник, зарываясь носом в её загривок. — Не заболела?

Шедоу ткнулся носом в его щеку в ответ. Максимально кошачье движение. Но внутри он думал: «Ты понятия не имеешь, кто сейчас трётся о твою шею, синий дурак».

---

День тянулся медленно, как патока.

Соник таскал Сумрак с собой везде. В столовую — подкармливал со стола, пока Тейлз делал вид, что не замечает. На крышу — там они сидели на парапете, и Соник курил, выпуская дым в другую сторону, чтобы не дуть кошке в морду. В спортзал — Сумрак спала на скамейке, пока Соник дразнил Наклза скоростью.

Шедоу наблюдал. Впитывал. Запоминал, как Соник улыбается, когда никто не видит. Как гладит Сумрак живот — медленно, рассеянно, будто успокаивая себя. Как говорит с ней на пониженных тонах, признаваясь в том, что никогда не скажет людям.

— ...и Шедоу сегодня какой-то странный, — бормотал Соник, сидя на корточках перед кошкой в заброшенном крыле. — Пришёл в библиотеку, а даже не огрызнулся, когда я заглянул. Просто сидит и смотрит в стену. Скучно. А его двойник — даже хуже оригинала. Вообще никакой.

Шедоу-Сумрак мотнул головой. Он знал, что двойник — Руж — просто не умеет правильно изображать его ненависть к Сонику. Это искусство. Им нужно овладеть.

— Ладно, — Соник вздохнул. — Пойдём, Сумрак. Пора навестить библиотеку по-настоящему.

У Шедоу внутри ёкнуло. Если они зайдут, а там сидит Руж в его облике и, скажем, улыбается — всё пропало.

Но Соник свернул к лестнице, ведущей в общежитие. Не к библиотеке.

— Шучу. Я не пойду туда. Там скучно. А мне с тобой весело.

Он подхватил кошку на руки, прижал к груди и чмокнул в нос. Потом в щёку. Потом снова в лоб.

— Ты моя единственная женщина, Сумрак. Не считая Эми, но она меня бесит. И Руж. И Блейз. Ладно, ты одна.

Шедоу-Сумрак уткнулся мордой в сонную ключицу. И разрешил себе на секунду закрыть глаза.

---

Вечером Соник уснул на диване в гостиной. С кошкой на животе.

Шедоу, уже человек, сидел в кресле напротив и смотрел, как поднимается и опускается серая шерсть в такт дыханию. Сумрак (настоящая) была выпущена гулять на весь день — и сейчас, наверное, ловила птиц в саду. А он, Шедоу, отсидел в шкуре кошки двенадцать часов.

— Ты вернулся, — раздалось из угла. Руж, скинувшая иллюзию, пила чай и улыбалась. — Ну как?

Шедоу посмотрел на спящего Соника. На его расслабленное лицо, разметавшиеся синие волосы. На то, как его рука во сне продолжала гладить кошку, которой больше не было.

— Ты не поверишь, — тихо сказал Шедоу. — Он целует её в лоб.

— Знаю. Я видела.

— Он сказал, что она — его единственная женщина.

— Знаю. Я слышала.

Шедоу замолчал. Потом медленно, осторожно подошёл к дивану. Сел на пол рядом. И, глядя на Соника, чуть наклонил голову.

Руж замерла с чашкой у губ.

— Ты… сейчас сделаешь что-то невероятно глупое?

— Нет. — Шедоу протянул руку и коснулся синих волос. Аккуратно. Кончиками пальцев. Так, как гладил бы кошку. — Я просто… проверяю теорию.

Соник во сне потянулся к его руке. Как котёнок. Как Сумрак.

Шедоу убрал ладонь. Встал. Поправил кимоно.

— Завтра повторю, — сказал он, ни к кому не обращаясь. — Двойник справится?

Руж вздохнула.

— Ты безнадёжен, Шедоу.

— Знаю.

Он вышел. А в гостиной остался спать Соник, не зная, что целовал вовсе не кошку.