Глава 4. Четвёртый день
Марк заворожённо гипнотизировал стену. Влажные буквы медленно оплывали, оставляя на обоях тёмные дорожки, словно надпись нанесли всего секунду назад.
«ТЕБЕ НЕ СТОИЛО ОТВЕЧАТЬ»
В квартире повисла мертвенная, удушливая тишина. Лишь из темноты кухни доносился монотонный, раздражающий звук: кап... кап... кап...
Марк резко отвернулся, зажмурившись.
— Нет. Чушь. Этого просто не может быть...
Преодолевая дрожь, он вновь шагнул к кровати и несмело коснулся букв кончиками пальцев. Подушечки обожгло ледяной влагой. Марк с отвращением отдёрнул руку — сердце в груди колотилось как сумасшедшее. Схватив первое попавшееся полотенце, он принялся ожесточённо, с яростью стирать надпись.
По обоям расползлись бесформенные сырые разводы. Но буквы не исчезли — слова по-прежнему отчётливо читались, словно они въелись глубоко в штукатурку или проступали изнутри самой стены. Так, будто они находились там всегда.
Нормально уснуть парень уже не смог. Весь остаток ночи он вздрагивал от малейшего шороха: от натужного скрипа водопроводных труб, глухих шагов соседей сверху, монотонного гула лифта в шахте.
В четыре утра Марк уже сидел за кухонным столом при пронзительном свете люминесцентной лампы, судорожно сжимая кружку с остывшим черным кофе. Перед ним веером лежали распечатки, которые он забрал у Леры: фотографии, вырезки из криминальной хроники, полицейские сводки.
Он принялся методично сверять даты смертей, и в какой-то момент его рука застыла.
Первый звонок. А затем ровно четыре дня. Всегда. Без единого исключения.
Марк медленно откинулся на спинку стула, чувствуя, как немеют пальцы.
— Четыре дня...
Он принялся лихорадочно перебирать архивные листы. Каждый из этого списка погибал ровно на четвертые сутки после рокового вызова. Причины были разными: кто-то шагал с крыши высотки, кого-то вылавливали из реки, кто-то бесследно растворялся в воздухе, и тело находили спустя недели. Но временной интервал совпадал с точностью до часа.
Марка обдало волной первобытного ужаса. Сегодня шел только второй день. Значит, в его распоряжении оставалось всего сорок восемь часов.
Внезапно лежащий на столе смартфон коротко взвыл вибросигналом. Марк дернулся так резко, что выплеснул остатки кофе на стол. На экране высветилось сообщение от неопределенного абонента:
ОН БЛИЖЕ, ЧЕМ ТЫ ДУМАЕШЬ.
Дисплей судорожно моргнул, и строчка растаяла, оставив девственно чистый интерфейс.
— Да хватит уже... — Марк со стоном запустил пятерню в волосы и сжал голову.
Грань между затянувшимся кошмаром и реальностью окончательно размылась.
К вечеру город вновь утонул в серой пелене проливного дождя. Марк возвращался к себе, поглубже натянув капюшон куртки и уставившись под ноги. Улицы практически вымерли — лишь изредка проносились автомобили, разбрызгивая лужи, в которых дрожали неоновые отсветы фонарей.
Мобильник в кармане вибрировал каждые несколько минут, но у Марка просто не хватало духу лишний раз взглянуть на экран.
Когда впереди, на стыке кварталов, тревожно замигали сине-красные огни спецтранспорта, он поначалу вознамерился ускорить шаг и пройти мимо. Но, заметив плотную толпу зевак у обнесенного лентой подъезда, инстинктивно притормозил. Внутренности неприятно скрутило тугим узлом.
Карета скорой помощи, патрульные машины, приглушенные рыдания, вспышки телефонных камер. Марк протиснулся чуть ближе к заграждению.
— Что здесь стряслось? — негромко спросил он у кутающейся в плащ женщины.
Та испуганно перекрестилась, косясь на открытые двери парадной:
— Парня нашли. Мертвого. Молодой совсем, девятнадцать всего... Говорят, сам с собой порешил.
У Марка внутри всё похолодело.
— Какого парня?
В этот момент из подъезда показались санитары, бережно несущие пластиковые носилки с тяжелым черным мешком. Толпа приглушенно ахнула и зашепталась. Марк замер, не в силах отвести взгляд: из-под неплотно застегнутой молнии мешка бессильно свисала бледная кисть, а в окоченевших пальцах был намертво зажат старый кнопочный аппарат.
В глазах у Марка на мгновение потемнело, земля ушла из-под ног.
— Эй.
Чья-то тяжелая ладонь бесцеремонно опустилась ему на плечо. Марк резко развернулся, едва не потеряв равновесие. Перед ним стоял крепкий мужчина лет сорока в намокшей темной куртке. Густая щетина, утомленное лицо и пронзительный, излишне цепкий взгляд.
— Ты его знал?
— Что?.. — Марк растерянно захлопал глазами.
— Я спрашиваю: погибший тебе знаком?
Марк судорожно сглотнул подступивший к горлу ком:
— Нет. Впервые вижу.
Мужчина еще несколько секунд буравил его взглядом, словно рентгеном, после чего неторопливо извлек из внутреннего кармана служебное удостоверение:
— Детектив Романов. Убойный отдел. Опрашиваем возможных свидетелей.
По спине Марка пробежал ледяной пот.
— Я... я просто шел мимо. Живу неподалеку.
Романов перевел хмурый взгляд на двери подъезда, за которыми скрылись санитары.
— Странное совпадение. Вторые сутки — второй похожий труп в районе. И оба случая как-то странно завязаны на телефонных звонках.
Марк оцепенел, едва удерживая маску безразличия:
— Каких еще звонках?
Романов снова резко перевел взгляд на него, заглядывая прямо в зрачки:
— Значит, ты всё-таки что-то слышал об этом.
«Чёрт», — мысленно выругался Марк, поспешно отводя глаза в сторону.
— В сети сейчас много всякого бреда пишут. Форумы, паблики...
Детектив какое-то время молчал, слушая, как тяжелые капли дождя барабанят по его капюшону.
— Люди падки на городские страшилки, — негромко произнес Романов. — Особенно когда до смерти напуганы.
— А вы? Вы тоже верите в страшилки?
— А я верю исключительно в сухие факты, — отрезал следователь. Он сделал весомую паузу и добавил чуть тише: — А факты таковы, что этот парень за сутки до смерти без конца повторял окружающим одну и ту же фразу.
Марк ощутил, как сердце пропустило удар, а затем бешено заколотилось где-то в районе горла.
— Какую фра...
Романов слегка наклонился к нему, понизив голос до заговорщицкого шёпота:
— «Он уже рядом».
Наступило глухое оцепенение. Шум ливня вокруг словно выкрутили на максимум, превращая в оглушительный гул.
— Откуда вам это известно?..
— Потому что это далеко не первый случай в моей практике, парень.
Детектив пристально, с пристрастием фиксировал малейшие изменения в мимике Марка. Затем полез в карман и протянул ему небольшую картонную карточку.
— Если вдруг вспомнишь что-то важное или... заметишь странное — набери меня.
Марк онемевшими, ледяными пальцами перенял визитку.
— И еще кое-что, — негромко добавил Романов, уже разворачиваясь.
— Что?
— Не шатайся по улицам в одиночку после полуночи.
С этими словами детектив скрылся в бурлящей суете полицейских машин. Марк еще долго стоял под проливным дождем, невидящим взором уставившись на удаляющуюся скорую помощь.
Ночная квартира встретила его привычным сквозняком и давящим безмолвием.
Марк запер входную дверь на все обороты. Тщательно проверил оконные шпингалеты, заглянул в ванную, обследовал углы. Никого. Однако удушливое ощущение того, что за его спиной кто-то стоит, лишь усиливалось с каждой минутой.
Чтобы хоть как-то разогнать эту гнетущую атмосферу, он щелкнул пультом телевизора — пустил фоном какой-то ночной эфир. Любые звуки были лучше этой звенящей тишины. На экране вяло сменяли друг друга кадры криминальной хроники: «...правоохранительные органы пока не усматривают взаимосвязи между недавними происшествиями в спальных районах...»
Марк бессильно опустился на край постели. Экран телефона услужливо подсказал время: 02:47. До заветной отметки оставалось ровно двадцать шесть минут. Парень ощущал это неумолимое приближение стрелок почти физически — словно само время осязаемой тенью медленно подползало к нему из темного угла комнаты.
02:58. Где-то в коридоре протяжно, натужно скрипнула половица. Марк вскинул голову. Тишина.
03:04. На кухне с тяжелым стуком сорвалась очередная капля воды. Кап.
03:09. Из прихожей донесся едва уловимый, шаркающий звук. Будто кто-то невидимый медленно, с трудом переставляя ноги, идет вдоль стены. Шаг. Еще шаг. Марк перестал дышать, вжавшись в матрас.
03:12. Смартфон в его руке судорожно моргнул и полностью отключился. Экран превратился в черное зеркало.
А секунду спустя... квартиру разрезал пронзительный, дребезжащий звонок.
Это был не его мобильный. Звук — резкий, допотопный, аналоговый — доносился прямиком с темной кухни. Там надрывался оставленный на столе кнопочный телефон.
Хотя Марк точно знал: в этой квартире он был совершенно один.