Глава 44. Золотая клетка
Юна была в бешенстве. Не просто зла — она кипела, как чайник на плите, который забыли выключить. Две недели её планы рушились один за другим: Рита не сломалась, Чонгук не отступил, арми успокоились, а эта чёртова «троюродная сестра» только укрепила его позиции. Юна ходила по своей дорогой квартире, сжимая в руке телефон, который хотелось швырнуть в стену.
— Она не должна была выиграть, — прошептала она, глядя на своё отражение в зеркале. — Я не проигрываю. Никогда.
Идея пришла неожиданно — как удар током. Если Рита не идёт на контакт, не поддаётся на угрозы, не боится её самого страшного оружия — значит, нужны другие методы. Радикальные. Такие, после которых русская поймёт, что с Юной шутки плохи.
Она достала телефон, нашла нужный контакт. Набрала сообщение:
«Есть работа. Оплата хорошая. Завтра ночью».
Ответ пришёл через минуту: «Адрес и фото объекта».
Юна скинула фото Риты — то самое, из студенческой карточки, где она ещё с русыми волосами и длинными волосами. И адрес круглосуточного магазина, где Рита работала по ночам.
— Прости, детка, — прошептала Юна, отключая телефон. — Ты сама виновата. Не надо было отказывать.
---
Рита не подозревала ничего. День прошёл почти нормально: лекции, обед с Субин (которая всё ещё ходила за ней тенью), потом учёба в библиотеке. Хейт в интернете почти утих, в коридорах на неё смотрели с любопытством, но без прежней злобы. Феликс помахал ей рукой, Чонин молча кивнул, Бан Чан спросил, не нужно ли помочь.
— Всё хорошо, — ответила Рита и почти поверила в это.
Вечером она пошла на работу. Ночная смена в магазине шла своим чередом: редкие клиенты, сканер, касса, усталость, которая стала привычной. В два часа ночи она вышла на перекурить — хотя не курила, просто подышать воздухом. Закурила? Нет, просто стояла у входа, глядя на пустую улицу.
Подъехала чёрная машина. Рита не обратила внимания — мало ли, кто-то решил купить сигарет. Дверца открылась, из неё вышел мужчина в чёрной маске и перчатках. Рита хотела спросить «чем помочь?», но не успела. Он подошёл, схватил её за плечо, и она почувствовала укол в шею — острый, холодный.
— Что вы... — начала она, но мир поплыл, ноги подкосились, и она провалилась в темноту.
---
Очнулась Рита от того, что голова гудела, а во рту было сухо, как в пустыне. Она открыла глаза — и не поняла, где находится. Потолок белый, кремовый, с лепниной. Стены обиты тканью — мягкие, приглушённого розового цвета. Свет исходил от ламп, вмонтированных в потолок, — тёплый, приятный.
«Подвал? — подумала Рита, приподнимаясь. — Слишком уютно для подвала».
Она сидела на большой кровати — королевского размера, с атласным бельём и множеством подушек. Рядом стоял маленький холодильник, забитый водой, соками и йогуртами. В углу — душ и туалет, отгороженные матовым стеклом. Книжный шкаф, полный новинок. Даже телевизор на стене.
Рита попыталась встать — и услышала металлический звон. Посмотрела вниз. На её левой ноге, чуть выше щиколотки, была тонкая золотая цепочка. Другая её часть крепилась к ножке кровати — незаметно, почти элегантно. Рита дёрнула — цепочка не поддалась, но и не впилась в кожу. Она была длинной — метра три, так что можно было дойти до холодильника, до душа, до туалета, но не до двери, которая виднелась в противоположной стене.
— Что за херня? — прошептала Рита.
Внутри нарастала паника. Она сжала цепочку, потянула сильнее — бесполезно. Золото не рвалось, замок был надёжным, без ключа не открыть.
— Эй! — крикнула она, но голос сорвался на хрип. — Есть кто?
Тишина. Только холодильник тихо гудел.
Рита села на кровать, обхватила колени руками. Голова всё ещё болела от снотворного, в горле пересохло. Она заставила себя встать, подойти к холодильнику. Открыла, достала бутылку воды, жадно выпила пол-литра залпом. Села обратно на кровать.
— Кому я понадобилась? — спросила она у пустоты. — У меня нет денег. Нет врагов. Только...
Она замолчала. Только Юна. Та самая, которая прижимала её к стене, угрожала, флиртовала. Которая потеряла Чонгука и теперь, наверное, решила отомстить.
— Сука, — выдохнула Рита. — Ты совсем больная.
Она не знала, сколько времени. Часов не было, телефон исчез — видимо, забрали. В животе урчало. Она подошла к холодильнику, достала йогурт. Съела, потом ещё один. Запила соком.
— Не буду я умирать от голода, — сказала она вслух. — Не дождётесь.
---
Через несколько часов — или минут, Рита не понимала — в двери щёлкнул замок. Она напряглась, сжала в руке пустую бутылку (на всякий случай). Дверь открылась, и на пороге появилась...
Юна. В коротком платье, с идеальной укладкой, с красной помадой на губах. Она улыбалась — холодно, победоносно.
— Привет, детка, — сказала она, входя. — Как спалось?
Рита не ответила. Смотрела на неё, сжимая бутылку.
— Не бойся, — Юна прошла к кровати, села на край, даже не спросив разрешения. — Здесь всё для тебя. Еда, вода, душ. Даже книги. Я не зверь.
— Ты похитила меня, — прохрипела Рита. — Ты больная, Юна.
— Возможно, — согласилась Юна, поправляя волосы. — Но ты мне нравишься, Рита. По-настоящему. Не как те, кто только и умеют, что визжать. Ты — другая. Я хочу, чтобы ты была рядом. По-хорошему или по-плохому — мне всё равно.
— Я не буду с тобой, — твёрдо сказала Рита. — Ни по-хорошему, ни по-плохому.
Юна вздохнула, покачала головой.
— У тебя есть время подумать, — сказала она, вставая. — Дверь закрыта, цепь надёжная, люди снаружи. Не пытайся бежать — это бесполезно. А когда передумаешь — просто скажи. Я услышу.
Она развернулась и вышла. Дверь закрылась с мягким щелчком. Рита осталась одна в этой золотой клетке, сжимая в руке пустую бутылку и чувствуя, как внутри поднимается новая волна паники.
— Чонгук, — прошептала она, глядя на розовые стены. — Найди меня. Пожалуйста.
Но ответа не было. Только тишина и звон тонкой золотой цепи.
Конец сорок четвёртой главы.