Глава 43. Тишина после бури Часть вторая
Рита уснула быстро — сказалась бессонная ночь, нервное напряжение и тёплый плед, которым укрыла её Субин. Дыхание стало ровным, лицо расслабилось, и даже во сне она выглядела уставшей — под глазами залегли тени, губы чуть приоткрыты, на лбу застыла едва заметная морщинка.
Субин посидела рядом, посмотрела на соседку. Потом бесшумно встала, вышла в коридор, прикрыв дверь. Прислонилась спиной к стене, достала телефон.
Вибрация. Экран загорелся.
Она открыла чат с Юнги. Их переписка была короткой — в основном «ты где?», «иди есть», «спокойной ночи». Но сейчас Субин набрала:
«Она спит. Еле уговорила поесть. Вы там как?»
Ответ пришёл через минуту.
«Херово. Чонгук злой. Продюсеры давят. Намджун пытается всех мирить. Тэхён и Чимин опять не разговаривают».
«А ты?»
«Я устал. И боюсь, что это только начало».
Субин закусила губу. Набрала:
«Её хейтят. В универе косо смотрят. Но мы справимся. Я ей сказала, что ты тоже за неё».
«Я за неё. И за тебя. Ты держись. И её береги».
«Всегда»
Она убрала телефон, выдохнула. В коридоре было тихо — только вентиляция гудела под потолком. Субин постояла ещё немного, потом вернулась в комнату, легла на свою кровать и долго смотрела в потолок, слушая ровное дыхание Риты.
---
В интернете тем временем начинало стихать. Не сразу — волна ненависти не могла улечься мгновенно. Но острые посты тонули в новых новостях, в мемах, в обсуждении концертов и альбомов. Арми разделились, но те, кто поверил в «троюродную сестру», начали переубеждать сомневающихся.
«Вы что, не видите? Они же похожи!» — писала одна девушка, выкладывая рядом фото Риты и Чонгука с натянутыми улыбками.
«Похожи, как помидор и огурец», — отвечали ей.
«Прекратите травить человека! Она не виновата, что у неё такая семья!»
«Какая семья? Она из России, а он из Пусана. Троюродная сестра? Бред».
Но тон комментариев менялся. Гнев постепенно сменялся усталостью. Люди устали ненавидеть. Устали спорить. Устали доказывать.
К вечеру второго дня хейт почти сошёл на нет. Остались только редкие вкрапления злости — их быстро заминусовывали или просто игнорировали. Пост агентства набрал миллионы лайков, и большинство комментариев были поддерживающими:
«Чонгук, мы верим тебе!»
«Береги себя и свою семью»
«Любим вас, мальчики. Не обращайте внимания на глупых людей»
---
Юна сидела в своей дорогой квартире, сжимая в руке бокал с вином, и смотрела в экран ноутбука.
— Какого хрена? — прошипела она, прокручивая ленту. — Они поверили? Они реально поверили в эту сказку про троюродную сестру?
Рядом на диване сидела Минсо — пришла по приглашению, но теперь жалела об этом. Юна была злой, а злая Юна — это страшно.
— Может, они и правда родственники? — робко предположила Минсо.
Юна швырнула в неё подушку.
— Ты тупая? Ты видела, как они целовались? Я так свою троюродную сестру не целую, поверь!
— Не знаю... — Минсо пожала плечами. — Может, у них в России такие обычаи.
— Какие, блядь, обычаи? — Юна вскочила, заходила по комнате. — Я потратила кучу денег на эти фото, на этот слив! А они всё замолчали! Замолчали, как будто ничего не случилось!
— Может, это знак, — тихо сказала Минсо. — Может, пора оставить их в покое.
Юна остановилась, медленно повернулась к ней. Глаза сузились, на губах зазмеилась холодная улыбка.
— Ты что, жалеешь их?
— Нет, просто...
— Заткнись, — отрезала Юна. — Ты никто, Минсо. Ты даже не подруга мне — так, приживалка. Будешь умничать — вылетишь вон.
Минсо замолчала. Внутри всё кипело, но она сдержалась. Встала, взяла сумку.
— Я пойду, — сказала она.
— Иди, — бросила Юна, уже отвернувшись к окну. — И запомни: это ещё не конец.
Минсо вышла, тихо закрыв дверь. В лифте она выдохнула, прижалась лбом к холодной стене.
— Зачем я с ней вообще общаюсь? — прошептала она.
Ответа не было.
---
В общежитии BTS тоже выдохнули. Не полностью — напряжение оставалось, но оно перестало быть катастрофическим. Намджун разлил чай по кружкам, раздал всем.
— Всё будет нормально, — сказал он, садясь на диван. — Мы переживём.
— Ты уверен? — спросил Чимин, всё ещё хмурый.
— Нет, — честно ответил Намджун. — Но выбора у нас нет. Только верить.
Чонгук сидел в углу, сжимая в руке телефон. Экран погас — он уже прочитал все сообщения от Риты, от менеджеров, от фанатов. В голове шумело, но внутри стало чуть спокойнее. Пост сработал. Не полностью, не идеально, но сработал. Хейт утихал. Рита была в безопасности.
— Спи, — сказал Хосок, проходя мимо и потрепав его по плечу. — Завтра новый день.
— Трудный день, — ответил Чонгук.
— Все дни трудные, — усмехнулся Хосок. — Мы привыкли.
Чонгук кивнул, поднялся. Пошёл в свою комнату, лёг, не раздеваясь. Закрыл глаза.
Перед сном он написал Рите сообщение:
«Спи хорошо. Завтра я придумаю, как увидеться. Ты не одна. Обещаю».
И отправил.
Ответ пришёл через минуту — не от Риты, от Субин.
«Она спит. Но когда проснётся — прочитает. Береги себя, айдол. Ты ей нужен живым и здоровым»
Чонгук улыбнулся. Впервые за два дня. Убрал телефон, повернулся на бок и закрыл глаза.
За окном шумел ноябрьский ветер. Где-то в другом крыле города спала девушка со светлыми волосами, которая перевернула его жизнь. И он знал — это только начало. Хорошее или плохое — пока неизвестно. Но начало.
Конец второй части сорок третьей главы.