Озвучивание не поддерживается в этом браузере
Правда
Весь этот мир, всё сущее подчиняется Правилам.
Словно единый путь, оно направляет каждое живое существо в каждом маленьком мире к предопределённой судьбе.
Правило появлялось редко. В восстановленных воспоминаниях Ду Линя оно было похоже на бездушный, холодный механизм, взирающий на всё свысока. Если Ду Линь был воплощением разума и порядка, а Владыка Бездны — олицетворением хаоса и злобы, то Правило стояло над ними обоими... рождённое ещё на заре хаоса, древнейшее из божеств.
— Закон Вселенной.
У него не было формы, но оно протянуло Ду Линю руку помощи через слова:
【Ду Линь, я пришёл забрать тебя домой.】
Ду Линь уставился на золотые письмена — он не был удивлён. Его отношения с Владыкой Правил были сложными. Разум и порядок куда ближе к Правилу... хаос и злоба — лишь малая вероятность, добавленная, чтобы мир не был таким скучным.
...
Правило предпочитало Ду Линя Владыке Бездны.
Слово «предпочитало» звучало ненадёжно. Первозданная сущность не должна иметь пристрастий. Но несколько раз, когда Ду Линь выполнял свои обязанности в опасных мирах, Правило ждало его, чтобы открыть ему путь.
Путь домой.
Путь обратно в самое начало мира, обратно к Нему.
Это уже было ненормальным исключением... больше похожим на странную одержимость.
Черноволосый юноша не находил в этом ничего странного. Он, как и прежде, протянул руку в ответ.
Увидев это, бесформенное Правило, присутствующее в каждом атоме воздуха, во всём гнилом и прекрасном... довольно улыбнулось.
«Даже если ты создал все эти миры сценариев ценой своей жизни, он всё равно будет моим. Он будет стремиться к разуму, пока не...»
— НЕТ!
Внезапно раздался пронзительный, резкий крик... словно кто-то сжимал шею существа, вынуждая его говорить искалеченными голосовыми связками.
— Дурин... ты не можешь пойти с ним!
Дверь палаты медленно открылась.
Это был главный герой-гун Дэн Фаньчуань, пришедший к Ду Линю в смятении и спешке. Но в тот миг, когда он коснулся дверной ручки, чёрный туман вонзился в его уши. Странный золотой вертикальный зрачок вспыхнул в его глазах.
Маленький монстр снова сменил оболочку. Прежняя была уродливой, разорванной в отчаянии, поэтому он выбрал ту, что могла бы понравиться Ду Линю. Чтобы его больше не назвали отвратительным.
«Это наша последняя встреча... нужно выглядеть хорошо».
— Дурин... — робко позвал Владыка Бездны. В его глазах, полных кровавых слёз, застыло отчаяние... — Ты не можешь уйти с ним... Останься здесь, в этом маленьком мире, навсегда.
Ду Линь обернулся, и в его красивых глазах мелькнула насмешка:
— Думаешь, я соглашусь? — спросил он едва слышно. — Останусь здесь, чтобы ты опутал меня своими щупальцами, привязал к больничной койке и заполнил всего себя?
Глядя в его глаза, маленький монстр почувствовал, как его тело, холодное, как плот, уносит по течению кровавой реки.
«Но я не могу отступить. Я зашёл так далеко... остался последний шаг».
Собравшись, Владыка Бездны в оболочке Дэн Фаньчуаня снова обрёл спокойствие.
— Дурин... если ты всё равно уйдёшь с ним, без тебя я не смогу жить, — тихо сказал он, глядя на Ду Линя с решимостью, смешанной с отчаянием. — Если ты уйдёшь... убей меня. Своими руками.
«Убить его?»
Ду Линь замер. Он и правда ненавидел это маленькое чудовище. Хотел вонзить в него нож в отместку за все те муки, что он вынес под видом любви. Но ранить и убить — это совершенно разные вещи. Чтобы убить божество, нужно, чтобы оно само согласилось на это, не сопротивлялось, не возродилось. Чтобы другое божество, используя высшую силу Правил, стёрло его в прах.
«Неужели он всё это время ждал этого момента? Это было частью его плана?»
Странное, тревожное чувство закралось в сердце Ду Линя.
Да, всё было слишком идеально: он вселился в хрупкого человека, именно в тот момент, когда его легче всего уничтожить; Ду Линь только что вернул все свои воспоминания, переполненный отвращением; и Правило, появившись, протянуло ему нож. Все условия были соблюдены.
«Почему? Почему он так настаивает на том, чтобы умереть от моей руки?»
Ду Линь колебался. Но слова Правила на бумаге, казалось, ликовали, его буквы плясали, покрывая всю страницу.
Он принял условия монстра.
【Как пожелаешь.】
Бумага развернулась перед Ду Линем, и перо легко коснулось его ладони, словно щекочущее пёрышко. Злобные слова, пропитанные ревностью, заполнили страницу.
Правило не имело тела... и завидовало этому уродливому монстру, который мог принимать разные обличья и обнимать Ду Линя. Создавать миры, играть роли в бесчисленных телах.
«В начале нас было трое... Почему только ты можешь обнимать его, только ты можешь целовать его?»
И теперь у него был способ избавиться от этой помехи.
【Раз он так хочет умереть, исполни его желание, Дурин. Напиши Правило. Когда маленький монстр исчезнет, я заберу тебя домой.】
Последние слова были написаны с медовой сладостью искушения.
【Без него, без этого низкого, жалкого существа, которое причинило тебе боль, в конце мира останемся только мы двое.】
Перо смерти покоилось в руке Ду Линя.
Черноволосый юноша поднял глаза на маленького монстра.
Владыка Бездны не шелохнулся. Даже чувствуя опасность, сжимающую его душу, он стоял неподвижно и послушно смотрел на Ду Линя.
Он был готов умереть.
Это зрелище заставило Ду Линя на мгновение замереть. Он вдруг увидел того самого маленького прилипалу, который когда-то тёрся о его лодыжку, пуская пузыри и умоляя отрезать ему щупальце, лишь бы остаться рядом.
«Но почему всё зашло так далеко?»
Иногда он чувствовал к нему жалость. Если бы маленький монстр остался таким же милым и послушным... возможно, это было бы не так уж плохо. Но почему он изменился?
«Неужели он действительно хотел, чтобы я потерял рассудок, лишь из-за своей неразделённой любви?»
【Давай же, Дурин!】 — торопило Правило.
Но перо не двигалось.
Ду Линь пристально посмотрел на монстра и вдруг спросил:
— Тебе есть что сказать?
«Объяснить?..»
Главный герой-гун Дэн Фаньчуань моргнул, и на его лице появилась мягкая улыбка.
— Да... Дурин, я правда тебя люблю. — Его голос был тихим, как ветер, который можно раздавить пальцами.
«Люблю настолько, что замыслил всё это... ради одной цели: защитить тебя и дать тебе свободу. Настоящую свободу. Но я не могу сказать тебе сейчас... если скажу, ты не захочешь писать».
Ду Линь медленно прищурился. Разум подсказывал ему, что здесь что-то скрыто, что-то важное. Прежде чем выяснить, что именно, он не собирался браться за перо.
Но Правило торопило. Это был идеальный шанс избавиться от монстра и навсегда завладеть Дурин. Сейчас Хаос был слаб, и если упустить момент, его можно было не дождаться. Тело Ду Линя в этом сценарии было всего лишь человеческим, а люди подвластны Правилу. Правилу нужна была лишь секунда его рассеянности.
Черноволосый юноша моргнул.
Время, казалось, остановилось. Когда он снова пришёл в себя, на бумаге уже было выведено слово высшей силы:
【Да будет Хаос стёрт в прах, никогда не возродится.】
«Это я написал?»
Ду Линь замер. Он поднял взгляд... и увидел, как маленький монстр перед ним наконец расслабился и улыбнулся. Он жадно смотрел на Ду Линя, запоминая каждую его черту, каждое мгновение тепла, прежде чем исчезнуть. Его губы шевелились, произнося последние слова, последнее признание.
— Дурин... я хотел сказать тебе...
В его взгляде, полном боли и облегчения, горел такой жар, что, казалось, обжигал душу.
— Это...
Зрачки Ду Линя расширились.
Весь мир вокруг начал искажаться: больничная палата выгибалась, чёрные линии на потолке то вытягивались, то сжимались, приобретая уродливые формы. Этот мир сценария, державшийся на силе Владыки Бездны, начал беззвучно разрушаться и исчезать.
【Нет... почему... почему даже я... почему меня отталкивает от Ду Линя —】
В разрушающемся мире буквы Правила, написанные на бумаге, потеряли свою лёгкую, насмешливую форму, становясь всё более хаотичными и искажёнными, заполняя собой каждый дюйм страницы.
【Почему, почему, почему?!】
Правило вытеснялось за пределы этого мира, теряя возможность войти, прикоснуться к Ду Линю...
Это была последняя ловушка Владыки Бездны.
Он почти не мог выносить боли, его сознание угасало, и он мягко закрыл глаза.
— Я... я правда люблю тебя...
Он потёрся о шею Ду Линя, и удовлетворённо улыбнулся.
— Дурин... Дурин... Я люблю тебя.
——————
Когда Правило было изгнано, бумага наконец обрела свой прежний вид. Она колебалась, глядя на черноволосого юношу, который смотрел на умирающего Владыку Бездны, и её механический голос прозвучал:
【Хозяин... если хочешь, я расскажу тебе правду. Я сам узнал её только в конце. Он так хорошо всё это скрывал. Я тоже думал, что он создал эти сценарии, чтобы сломать тебя, чтобы сделать тебя марионеткой. Но теперь я знаю правду.】
Сердце, окутанное чёрным туманом, в тот миг, когда маленький монстр в Бездне начал исчезать, передало Ду Линю все свои чувства, все свои воспоминания. И он наконец увидел истинную цель Владыки Бездны.
——————
— Гу-гу-гу...
— Гу-гу-гу...
Воспоминания вернулись к самому началу...
Владыка Бездны, словно надоедливый, капризный ребёнок, упорно следовал за Ду Линем, пуская пузыри, извиваясь своим уродливым телом, отчаянно пытаясь привлечь внимание молодого божества.
«Посмотри на меня, хоть одним глазком... Дурин... Если ты обратишь на меня внимание, я буду так счастлив...»
Хотя он был назойлив, он знал меру. Он всегда вовремя убирал щупальца, стоило Ду Линю нахмуриться.
«Нельзя перегибать палку... он рассердится. Я не хочу, чтобы он злился из-за меня».
Он постоянно переходил из состояния уныния в состояние надежды, пытаясь взбодрить себя. Иногда, когда Ду Линь был слишком холоден, ему становилось грустно. Но он подавлял свои тёмные инстинкты, убеждая себя никогда не причинять боль Дурин, никогда не заставлять его страдать. Он был похож на глупого мопса, который махал хвостом и пускал пузыри, пытаясь привлечь внимание божества.
...
«Почему всё изменилось?»
Сердце сжала невидимая рука. Ду Линь продолжил смотреть. Интуиция подсказывала ему, что это самое глубокое, самое тёмное недоразумение между ними.
...
Образы начали таять, как отражение луны в воде.
После очередного отказа отправиться с Ду Линем в один из миров, маленький монстр сидел в углу, обхватив себя щупальцами, и уныло смотрел в пустоту. И тут в воздухе появилась золотая рябь — появилось Правило.
Правило уже давно завидовало монстру. Почему он может так открыто выражать свою любовь? Почему оно, бесформенное и холодное, должно лишь наблюдать эту счастливую сцену?
Оно смотрело, как Владыка Бездны трётся о своё щупальце — на нём всё ещё сохранилось тепло тела Ду Линя, с его воротника. Это было невыносимо.
Холодным, злобным голосом Правило произнесло:
【Как же ты жалок... Ты знаешь, что Ду Линь предназначен мне?】
Маленький монстр замер, не понимая скрытого смысла.
Правило самодовольно продолжило:
【Ты, глупое создание, собравшее в себе всю негативную энергию... знаешь, что такое высшая форма разума? Это — слиться со мной. Разум и Правила неразделимы. Со временем Ду Линь выйдет за свои пределы и станет частью Правил. Он потеряет все чувства, все желания, все воспоминания и станет пустым законом времени и пространства. Он будет принадлежать мне. Навсегда.】
Маленький монстр моргнул. Ему казалось, что чёрная кровь в его жилах течёт вспять. Он запаниковал.
«Стать Правилом... Что это значит? Я не понимаю... но... потерять форму жизни... это ведь значит умереть, да?»
Он не хотел, чтобы Дурин умер. Ни за что.
Уродливый маленький монстр из Бездны с самого начала хотел лишь одного — спасти Ду Линя. Он не хотел, чтобы он потерял себя, чтобы он стал частью холодного Правила ради стабильности этого мира.
Поэтому он придумал план: если Ду Линь познает желания, любовь, весь этот хаотичный и яркий мир, что лежит за пределами разума, и откажется от рациональности, он не сможет слиться с Правилом.
Но это было нелегко.
Правило, поняв его намерения, наложило запрет. Оно лишило его голоса, запретило говорить Ду Линю правду. Всё было бесполезно. Маленький монстр пытался разными способами, даже отрезал себе часть голосовых связок, пытаясь избавиться от запрета, но, используя «язык» и «слова», он не мог нарушить этот закон.
Это было высшее табу, установленное Правилом. Правило хотело, чтобы Ду Линь полностью и беспрепятственно слился с ним.
И тогда Владыка Бездны придумал последний план: под видом заточения, вопреки явному отказу Ду Линя, он утащил его в Бездну, пытаясь пробудить в нём желание, пытаясь заставить его полюбить. Но это не сработало. Ду Линь так и не принял его любви. Он даже вонзил нож в свою душу, чтобы сбежать от него, потерять память и уйти в мир людей.
【Сдайся, это бесполезно. Он рождён, чтобы принадлежать мне. Как разум может быть побеждён любовью? Твои попытки смешны.】
Правило смеялось, наблюдая за ним. Маленький монстр стиснул зубы. Он сделал вид, что сдался, отчаявшись. Но у него был последний план:
«Жертва».
Он создал эти миры-сценарии. Внешне они были полны зла, каждое растение и существо в них было создано из худшей, самой тёмной злобы этого мира. Все эти злодеи были его аватарами — существами, которых нельзя простить. Они были созданы так, чтобы вызывать у Ду Линя отвращение. Это было похоже на то, как обиженный ребёнок, зная, что ничего не изменить, в гневе разбивает свои игрушки.
Так он усыпил бдительность Правила.
Но на самом деле, под этой маской зла, скрывалась самая чистая вещь — любовь маленького монстра, который с самого начала, сжавшись в комок, смотрел на Ду Линя с тоской и преданностью. Это была любовь. Он любил его настолько, что был готов пожертвовать собой, чтобы подарить ему свободу, чтобы отдать ему все свои чувства, чтобы он мог жить.
Чтобы Ду Линь был свободен.
Цена была проста — его смерть. Всё, что было нужно, — чтобы Ду Линь ненавидел его и написал Правило, которое уничтожит его навсегда. Тогда Ду Линь станет по-настоящему свободным.
——————
【Хозяин...】
Истина, как яркая, чистая любовь, написанная на белой бумаге, постепенно проступала в сознании Ду Линя. Он наконец понял.
【Динь — Обнаружение — Обнаружение —】
【Основное задание 2: Степень изученности всех сценариев: 100% —】
— Я хотел лишь, чтобы ты был свободен, Дурин. Заточение, безумие — всё это было притворством. Я... я больше всех хотел, чтобы ты был свободен.
Ду Линь смотрел, как монстр перед ним медленно тает. Он был так слаб, что едва мог говорить, его голос звучал, как лопающиеся пузырьки воздуха. Но он больше не был тем жалким, плачущим созданием, умоляющим о пощаде. Он отрезал одно из своих щупалец и положил его в руку Ду Линя, оставляя ему свой взгляд.
— Потому что, Дурин, до самого конца мира... я буду защищать тебя. Я всегда буду любить тебя.
Он глупо улыбнулся, и его голос стал тише, чем шёпот. Его лицо, его плоть сгорали в огне Правил, от которого содрогались и корчились даже боги. Но монстр старался сохранять спокойное выражение лица — он боялся, что Дурин снова назовёт его уродливым. Это был их последний миг, и он должен был выглядеть достойно, чтобы Дурин запомнил его.
— Даже если это будет стоить мне жизни... Это моё истинное признание. Ты всегда говорил, что я не знаю, что такое любовь, но я знаю. Я просто притворялся, что не знаю, чтобы обмануть Правило.
Любовь — это защищать, давать свободу, освобождать от контроля... от любого контроля, включая Правило.
В этот момент раздался звук распадающейся плоти — монстр исчез, превратившись в прах, который рассыпался у него в руках.
— Теперь я наконец достиг своей цели — защитил тебя, Дурин.
【Нет! Он мой! Он должен слиться с Правилом!】
За пределами этого мира Правило яростно билось о невидимую стену. Оно чувствовало, как юноша ускользает от него.
Но всё было кончено. Маленький монстр из Бездны умер. В момент его смерти бесчисленные чёрные точки, огромная энергия, впитались в тело Ду Линя. Это была свобода. И в то же время — смерть того глупого монстра, который вечно следовал за ним, который, когда Ду Линь был в хорошем настроении, позволял сжимать себя, как мяч.
— Прощай, Ду Линь, Дурин... не грусти. Ты свободен. — его голос, словно мурлыканье, прошептал ему на ухо.
Сердце Ду Линя пронзила острая боль, как будто ледяной ветер ворвался в его грудь. Слёзы, впервые за всю его жизнь, потекли из его всегда холодных глаз. И в этот момент он понял, что такое любовь. Монстр отдал ему свои чувства, научив его этому.
«Прощай, Дурин».
Как и в самом начале, когда он впервые оказался в этом тёмном мире сценариев, он услышал эти слова. Слова, которые всегда были самым нежным признанием:
«Весь этот мир сценариев был создан для тебя».
Комментарии