Обида сироты (III)
Ду Линь медленно шёл следом за главной служанкой вглубь старого особняка семьи Е.
Особняк семьи Е выглядел по-настоящему внушительно: красные стены, тёмная черепица, тяжёлое дыхание истории в каждой детали. Говорили, ещё во времена Китайской Республики здесь жил военачальник, державший под контролем целый регион, а место считалось исключительно удачным с точки зрения фэншуй.
Е Чжифэн верил в подобные вещи.
Поэтому, унаследовав семью, он почти не изменил внешний вид особняка, а интерьер заполнил старинными предметами, выкупленными со всех уголков страны.
【Ду Линь: Дом выглядит довольно роскошно.】
【Рэньпичжи: Хи-хи, и правда. Жаль только, хосту недолго здесь жить. В конце концов, позже главный босс всё равно сожжёт это место дотла. Чисто, красиво и без остатка.】
【Ду Линь: ............】
В этот момент идущая впереди главная служанка медленно заговорила:
— Дворецкий Ду, вы сегодня вернулись поздно. Господин... не в лучшем настроении.
Ду Линь промолчал.
Он знал лишь общую сюжетную линию этого хоррорного мира, но не детали. К тому же оригинальный «Ду Линь» по характеру был немногословным человеком.
А значит — чем меньше слов, тем меньше ошибок.
Некоторых деталей лучше дождаться из чужих уст.
Главная служанка, похоже, давно привыкла к его молчаливости.
Она остановилась и обернулась.
В тусклом свете холла её чрезмерно загнутый орлиный нос и тёмные тени на лице делали женщину особенно мрачной.
— Вы ведь знаете характер господина. Людей, которым он доверяет, немного... Если он поздно выпьет лечебное вино, это плохо скажется на его здоровье.
Из её дальнейших слов Ду Линь наконец понял:
у Е Чжифэна, гуна этого мира, были проблемы с сердцем.
Именно поэтому личный дворецкий «Ду Линь» когда-то специально добыл лечебный рецепт и приготовил на его основе особое лекарственное вино, которое господин пил перед сном.
【Дзынь. Проверка. Проверка.】
【Главная сюжетная линия №2: степень исследования сюжета — 5%】
И тогда Ду Линь окончательно понял, почему в оригинальном сюжете Е Чжифэн пришёл в такую ярость, узнав о подмешанном препарате.
Четырнадцать лет оригинальный «Ду Линь» преданно служил ему, выполнял любую работу без жалоб и ошибок.
Но стоило подавленным чувствам вырваться наружу через один глупый поступок...
И гун не только не простил его — он молча застрелил его прямо в кабинете.
Чисто. Быстро. Без колебаний.
Очень в духе гуна.
Когда Ду Линь только получил этот сценарий, он ещё удивлялся: если даже держать собаку рядом больше десяти лет, разве не возникнет хоть какая-то привязанность?
Ду Линь опустил глаза.
Теперь понятно.
Сегодня ты можешь подмешать возбуждающее средство в лекарственное вино.
А завтра — смертельный яд.
Для человека вроде Е Чжифэна, поднявшегося так высоко, контроль и подозрительность были практически частью натуры.
Стоило кому-то хоть немного поставить под угрозу его безопасность — и этот человек мгновенно исчезал.
Подумав об этом, Ду Линь внезапно даже немного посочувствовал шоу — Е Янмину.
Быть любимым таким человеком... Вряд ли можно назвать удачей.
Особенно если после его смерти появляется ещё и бесчеловечный главный босс.
——————
Подготовив лекарственное вино, Ду Линь подошёл к кабинету Е Чжифэна.
Он тихо постучал.
— Господин.
Изнутри почти сразу донёсся холодный мужской голос:
— Входи.
Ду Линь вошёл в кабинет.
Мужчина, сидевший в кресле, был одет в серую домашнюю рубашку свободного кроя. Раз он находился дома, одежда была менее официальной, чем обычно.
Но даже это не смягчало исходящего от него давления.
Холодное красивое лицо. Очки в тонкой золотой оправе. Глубокие тёмные глаза.
От него веяло властью и опасностью.
Никакой мягкости.
Е Чжифэн просматривал документы компании по грузовым поставкам на границе. Чёрная перьевая ручка медленно вращалась между его длинных пальцев.
Только увидев Ду Линя, он отложил её.
Ду Линь спокойно продолжил играть роль идеального дворецкого.
— Господин, прошу прощения за опоздание.
Е Чжифэн взял чашу с лекарственным вином, сделал несколько глотков и слегка прищурился.
Сегодня его молодой дворецкий выглядел немного иначе.
Как и всегда, тот молча стоял за его креслом, стараясь превратиться в незаметную тень — будто одного права следовать за хозяином ему уже было достаточно.
Для Е Чжифэна прежний «Ду Линь» и правда был всего лишь удобной тенью.
Безупречно выполнял любую задачу.
Пользоваться им было удобно.
И только.
Но сейчас...
Взгляд мужчины чуть поднялся выше.
Часть идеально выглаженного чёрного костюма оказалась влажной от алкоголя. Хотя Ду Линь явно пытался всё вытереть, воротник всё же немного опал набок, открывая кусочек бледной кожи.
Даже всегда безупречно уложенные чёрные волосы слегка намокли.
И это придавало ему странную, почти опасную привлекательность.
Взгляд Е Чжифэна потемнел.
— Подойди.
Ду Линь сделал несколько шагов вперёд и, следуя образу, слегка наклонился, ожидая распоряжений.
Но вместо этого мужчина отставил чашу и неожиданно запустил пальцы в его волосы, медленно зачесав их назад.
— Как ребёнок... даже волосы умудрился намочить. И от тебя пахнет алкоголем. Кто это сделал? Е Янмин?
Ду Линь:
Да. Именно твой драгоценный племянник.
Но вслух он ничего не сказал, лишь опустил глаза.
Почувствовав редкое прикосновение Е Чжифэна, холодные черты его лица будто слегка смягчились.
Словно домашний зверёк, наслаждающийся лаской хозяина.
И эта покорность неожиданно задела Е Чжифэна где-то внутри.
— Я сам случайно пролил, — тихо ответил Ду Линь.
Е Чжифэн слегка приподнял бровь.
Очевидно, он не поверил.
Но руку всё же убрал и больше ничего не сказал, спокойно продолжая пить лекарственное вино, пока Ду Линь так и стоял рядом, слегка наклонившись.
Конечно, Е Чжифэн прекрасно понимал, что это ложь.
Он отлично знал, насколько распущенно ведёт себя его племянник и сколько проблем «Ду Линь» тайно разгребал за ним все эти годы.
Ну и что?
Ему было не слишком важно, каким человеком являлся Е Янмин, но тот всё же оставался членом семьи Е.
А «Ду Линь»...
всего лишь случайно спасённая вещь.
Что-то вроде подобранного на улице кота или собаки.
Разумеется, сравнивать их было невозможно.
Прошло довольно много времени, прежде чем Е Чжифэн наконец поднял взгляд и позволил Ду Линю уйти вместе с чашей.
Но уже у самой двери Ду Линь услышал за спиной спокойный голос:
— Я не люблю, когда от меня что-то скрывают, Ду Линь.
Он обернулся.
Мужчина медленно постукивал пальцами по столу.
В глубине его глаз невозможно было прочитать хоть какие-то эмоции.
— Я знаю, что Е Янмин ведёт себя отвратительно. Но мне не нравится, когда ты что-либо скрываешь. Неважно зачем.
— Помни своё место, Ду Линь. Ты можешь быть предан только мне. Передо мной у тебя нет ни достоинства, ни права что-либо утаивать.
— Запомни. Ничего.
На мгновение лицо молодого дворецкого дрогнуло.
Его тело едва заметно напряглось, а в красивых жёстких чертах появилась тихая печаль.
Но всё равно он мягко ответил:
— Да, господин. Я всегда предан только вам.
Именно такая хрупкая покорность на столь красивом лице почти любого заставила бы почувствовать жалость.
Губы Е Чжифэна слегка шевельнулись.
Вообще-то он хотел сказать, чтобы Ду Линь не принимал сегодняшнее близко к сердцу и просто пошёл отдыхать.
Но так и не произнёс этого.
Он не должен уделять слишком много эмоций постороннему человеку.
В конце концов, это всего лишь вещь, случайно спасённая когда-то из разбитой машины.
Но ощущение влажных волос всё ещё оставалось на его пальцах.
И почему-то это раздражало.
Поэтому Е Чжифэн просто махнул рукой, отпуская его.
——————
Как только дверь закрылась, печальное выражение на лице Ду Линя мгновенно исчезло.
Снова осталась только привычная холодная красота.
【Ду Линь: Какая же у этого гуна извращённая жажда контроля. Не зря это мир хоррора.】
Е Чжифэн был эгоистичен до крайности.
Из их разговора Ду Линь прекрасно понял: гун вообще не воспринимал его всерьёз.
Впрочем, сам Ду Линь тоже не испытывал к таким людям никакой симпатии.
Если точнее — он вообще никогда никого не любил.
Его эмоции были слишком слабыми.
Он прошёл через множество миров, видел, как люди сходят по нему с ума, признаются ему в болезненной любви, теряют рассудок...
но сам ни разу по-настоящему никого не полюбил.
Ни единого человека.