Скованные

Фрэнсис.

Тристан приехал к нам домой.

Его лицо было первым, что я увидела, как только зашла внутрь. Настолько безразличное и наплевательское, что хотелось пырнуть ножом ему в сердце. Может, хоть тогда это выражение лица спадёт?

Он устроился на диване в зале, не стесняясь раскинув ноги, а правая рука вольготно лежала на спинке. Его взгляд скользнул по мне лишь мимолётно, потеряв всякий интерес, словно я была очередной вещью или аксессуаром в этой комнате.

— Здравствуйте, — произнесла я, глядя на него и спуская сумку с плеча.

— Привет.

Ну да, что я ещё ожидала от короля безразличия?

— Вы ждёте отца?

Прошлый «разговор», если это вообще можно было так назвать, оставил неприятный осадок где-то в районе груди. Нечто вроде незакрытого гештальта, от которого немедленно требовалось избавиться. И как можно быстрее.

Конечно, чем ещё мне заниматься, кроме как донимать его.

Мой взгляд скользнул по нему, словно проверяя на невредимость. Мало ли что могло произойти за это время. Ведь учитывая причины наших последних встреч, стоило бы и побеспокоиться за его состояние.

— Если ты думаешь, что после того раза, как облевала мне машину, мы стали друзьями, то глубоко ошибаешься, — произнёс он.

Типичная для него грубость никуда не делась.

— А я и не думала.

— Тогда отлично. Значит, мы друг друга поняли.

Я закатила глаза.

— Не переживайте, мистер Мрачность. Я не собираюсь навязываться.

— Уже навязываешься.

На секунду мне захотелось схватить ближайшую подушку и запустить её ему прямо в голову, но я лишь сжала кулак за спиной и мило улыбнулась ему. Будем играть роль хорошей девочки до конца.

Самое раздражающее заключалось в том, что он даже не смотрел на меня. Продолжал сидеть с таким видом, будто разговор ему наскучил ещё до того, как начался.

— Знаете, вам бы иногда не помешало вести себя как нормальный человек.

Он ещё даже не удосужился взглянуть на меня, лишь смотрел в окно, а я лишь словно шум.

— А тебе не помешало бы перестать лезть туда, куда тебя не просят.

И почему-то именно эта фраза прозвучала совсем не так безразлично, как все остальные.

— В клубы особенно.

В этот раз его глаза впились в мои. Оцепенение не дало сделать ни шага вперёд или назад, я просто стояла как вкопанная, надеясь, что выживу после разговора с ним.

— Я сама знаю, что мне делать. — Вырвалось у меня.

Его глаза по-опасному сузились.

Лёгкая поза переменилась чем-то более напряжённым. Я видела, как его плечи поймали эту самую волну, а взгляд неотрывен от меня.

— Напиваться и после звонить каким-то парням забрать тебя с клуба — это ведь так по-взрослому, да, Фрэнсис? — Тристан словно выливал весь свой яд на душе мне прямо в лицо.

Сразу ведь поняла, о ком он говорит. Тревер.

— Тот, кому я планировала звонить — это мой близкий друг.

Его, кажется, это вообще не убедило. От слова совсем, мужчина даже не повёл бровью на мои слова.

— Конечно. — Некий сарказм вырывался с его губ, после чего он встал.

Возвышаясь, Тристан подошёл ко мне, сохраняя дистанцию в два шага. Так, чтобы моё дыхание практически перестало функционировать, а сердце — биться. Он шагнул снова вперёд, на этот раз мы стояли неприлично близко друг к другу. Я глядела в его глаза, стараясь уловить ход его мыслей, однако получилось отвратительно. Запах сигарет и кофе, терпко впившийся буквально во всю его одежду, дошёл и до меня. Мои колени переставали слушаться меня, что пришлось опереться о стену сзади.

— В следующий раз хотя бы дождись восемнадцати и после твори что хочешь, Фрэнсис. — Голос низкий и хриплый, переходящий на шёпот. — Иначе твой отец узнает, чем занимается его дочь, пока он в отъездах.

— Это было всего один раз, — перебиваю я его, чем вызываю крайнее недовольство и хмурый взгляд. — Так что простительно.

Тристан недовольно приподнял одну бровь. Мои слова явно не произвели на него впечатления, которого я добивалась.

— Сколько тебе? Семнадцать?

«Достаточно, чтобы знать, что я хочу вас».

Буквально за секунду пронеслось в мыслях, прежде чем я успела привести их в порядок и не выглядеть той, у кого план стремительно рушится под чьим-то давлением.

— Да.

Вся абсурдность ситуации лишь украшало то, что у нас немалая разница в возрасте. Это ещё было совершенно ничем в сравнении с тем, что Флойд являлся самым близким другом отца.

— Ты практически годишься мне в дочери. — Хрипит он, но я мало различаю слова, ведь мой взгляд устремлён на его губы.

Тристан ловит мой взгляд на недоступной мне зоне и поддаётся слегка вперёд. Наши взгляды встречаются перед тем, как его рука расположилась на стене, прижимая меня к ней.

— Тристан... — шепчу я, будучи пойманной в ловушке словно птичка.

Его тело вжимает меня к себе впритык. Я чувствую каждую его твёрдую мышцу под этой рубашкой, так неистово хочется снять её и поддаться этому желанию.

Мужчина наклоняется к моему уху так, что я чувствовала жар, исходящий от него. Внизу живота жестоко заныло.

— Иди делать уроки, Фрэнсис. Может хоть тогда начнёшь соображать.

Лишь секунда потребовалась для того, чтобы всё вернулось на круги своя. Флойд оттолкнулся от стены и, даже не взглянув на меня, вышел из зала именно в тот момент, когда послышался голос отца где-то в доме.

Он оставил меня стоять с жаром между ног и желанием.

Казалось, ещё чуть-чуть — и я вовсе потеряю сознание прямо здесь, ведь впервые чувствовать его так близко — настоящее удовольствие, не сравнимое ни с чем.
Ведь я уверена, этот момент ещё долго будет находиться в моих мыслях.

Слышу отдаленные шаги и закрывающуюся дверь в прихожей — они ушли.

Я окончательно рухнула на пол, тяжело дыша и всё ещё ощущая его горячее дыхание в районе шеи и этот шёпот, что сводит с ума.

Моя ненависть к нему являлась особой неразрывной связью с ним привязанная годами, а сейчас всё рухнуло как карточный домик при дуновении ветра. Всё ощущалось таким несправедливым.

Ведь даже завтра я не знаю что произойдет со мной.

Между нами.

Что вообще между нами? Мы ведь в естестве никто друг другу, как я вообще допускаю такие мысли?

Тело окатило дрожь, то ли от холода, то ли от той опасной и извилистой дорожке по которой мне придется пройти, если я пойду на кону своих чувств. Ведь если это всё окажется лишь игрой судьбы, то я рискую потерять абсолютно всё.

Эта игра заберёт или даст мне всё сполна.

***

Ближе к вечеру я листала телефон, пока не услышала шум снизу. Пролежав целый день в комнате, я и не заметила, как затекла спина, а стоило подняться с кровати, как голова тут же дала знать о себе лёгким головокружением. Всё на несколько секунд помутнело перед глазами, заставив меня ухватиться за край стола, но вскоре вновь встало на свои места.

Снизу отчётливо доносились голоса.

Мужские.

И ещё один — высокий женский.

Напряжение достигло меня молниеносно.

Я быстро подошла к зеркалу и застыла, недовольно рассматривая своё отражение. Волосы растрепались после сна, под глазами залегли тени, а вид был таким, будто последние несколько дней я жила исключительно на кофе и нервных срывах.

Прекрасно.

В спешке пришлось хоть как-то привести себя в порядок. Я пригладила волосы руками, пытаясь сделать их более презентабельными, а затем принялась рыться в шкафу.

Под руку попались лишь джинсовые шорты и лёгкая широкая футболка.
Не самый впечатляющий образ, но выбирать было уже некогда.

Голоса внизу становились всё отчётливее.

Любопытство окончательно победило здравый смысл. Сделав глубокий вдох, я вышла из комнаты и направилась к лестнице. Первый голос принадлежал безошибочно отцу, второй Тристану, а третий женский?

Я натянула фальшивую улыбку, прежде чем предстать перед ними.

Всё случилось разом.

Тристан стоял рядом с этой женщиной, а его рука покоилась где-то у её талии. Они весело что-то обсуждали, и тогда впервые я увидела на его лице нечто похожее на улыбку.

Не ту ухмылку, которую он изредка бросал в мою сторону.

Настоящую.

Хоть и не во все зубы.

Она же оказалась блондинкой со смуглой кожей и высоким ростом. Красивой. Из тех женщин, рядом с которыми невольно начинаешь искать недостатки в себе.

Они заметили меня не сразу.

Лишь когда отец повернул голову в мою сторону и представил меня ей.

Я вежливо поздоровалась, а она ответила такой же приветливой улыбкой.

Но всё моё внимание было приковано совсем не к ней.

К Тристану.

Я видела то, как он смотрел на меня.

И то, как он смотрел на неё.

На меня — с привычным безразличием, будто я была очередным предметом мебели в этом доме.

На неё — внимательно. Мягче. Живее.

Разница была настолько очевидной, что я заметила её сразу. Как уголь во рту, который надо было разжевать и наконец дать этому вкус определение.

Я присоединилась к ним, стараясь понять кто она вообще такая.

Судя по деловым разговорам и тому, как она вечно совала нос куда не следует — секретарша Тристана. А по виду мразь настоящая.

Мои глаза то и дело возвращались к ней. Я пыталась понять, сообразить, что он вообще нашёл в ней такого?

Красивая. Высокая. Уверенная в себе.

И что дальше?

В её движениях, улыбках и даже голосе задним фоном играла та же фальшь, что и у меня. Будто она тоже носила маску, просто гораздо лучше научилась её прятать.

Она смеялась над словами отца, легко касалась руки Тристана во время разговора и выглядела так, словно находилась здесь уже очень давно.

Слишком комфортно.

Слишком свободно.

А самое раздражающее заключалось в том, что он позволял ей это.

Тот самый Тристан, который смотрел на людей так, будто мечтал выставить их за дверь. Тот самый Тристан, которому вечно всё не нравилось и который отвечал грубостью быстрее, чем приветствием.

Сейчас же он выглядел почти нормальным человеком, привычная маска безразличного ко всему мужчины стремительно пала мне под ноги как издёвка.

В конце концов данного цирка я не выдержала, сдержанно улыбнулась пробубнив то, что мне нужно отлучиться и стремительно направилась вверх к себе. К черту его. К черту её. Их двоих.

Мои шаги были быстрее, чем я намеревалась, явно выдавая что я не особо довольствовалась их компанией.

Я стояла в одном с коридоров второго этажа, облокотив голову о стену и приводя мысли в порядок. Что если она его жена? Девушка? Да кто угодно, близкий ему человек.

Не успела я опомниться как крепкая хватка сзади перевернула меня к себе и прижала к стене.

Знакомый запах духов резко впился в нос, я не успела и ахнуть как его широкая ладонь закрыла мне рот.

В темноте мало что было видно, лишь слышно его спокойное дыхание и мое — более прерывистое и потерянное.

— Фрэнсис... — Прошептал он. — Тише, девочка.

Нечто ласковое промелькнуло в его словах, на что я перестала сопротивляться его хватке и лишь тогда он опустил руку с моего рта.

— Уходи.

Единое слово вырывалось из меня.

Как вдруг его губы впились в мои, а рука зарылась в волосах. Извращённое удовольствие волной накрыло меня, когда мужчина властно втолкнув в мой рот свой язык и жадно исследовал внутри, оставляя меня практически без воздуха.

Поцелуй не был нежным, а чем-то более страстным и одержимым. Таким, от которого колени подогнулись.

Я ответила на поцелуй не менее страстно, держась за него словно за последнюю надежду на якобы спасение. Ведь узнала что с ним и придет моя погибель.

Тристан вскоре оторвался от моих губ, тяжело дыша и тогда я услышала его прерывистое и полностью сбитое дыхание. Он отошёл на два шага от меня не давая дотронуться до себя и даже повторить то, что было между нами.

После его тень двинулась, а далее как я услышала он спускался по лестнице и покинул дом.

_______

тгк: cecimoro