Скованные

Фрэнсис.

Убивать себя — хорошая идея, когда всё становится слишком запутанно?

Одна проблема сменяла другую, словно намеренно пытаясь довести меня до точки, где я окончательно сдамся.

Поцелуй с Тристаном стал точкой невозврата, тем, что я предпочту хранить в тайне до самой смерти. Лучше унести это безобразие с собой в могилу.

Его губы на моих стали неким клеймом, гулко отдающимся в сердце и перерастающим во что-то, что пускало корни глубоко внутри. Туда, где даже душа не знала пощады.

С приездом Флойда бессонные ночи стали привычным явлением. Порой я просто лежала, глядя в потолок и утопая во тьме. Не смыкая глаз, прокручивала в голове всё произошедшее до тех пор, пока на следующий день голова не раскалывалась надвое, причиняя адскую боль.

Всё это казалось какой-то злой шуткой, в которой мне досталась единственная роль — клоуна.

Снова ночь.

Я лежала на мягкой кровати, ощущая незакрытую потребность в его ласке. Хотя бы в разговоре после того поцелуя.

Почему он так ушёл?

Не дав мне сказать ни слова. Не позволив снова почувствовать его рядом.

До боли прикусив нижнюю губу, я ощутила во рту знакомый привкус металла и крови. Сон не шёл ни в какую, оставляя меня наедине с мыслями, которые медленно пожирали изнутри.

Это больше была не вражда.

А нечто куда более острое и хрупкое, по чему он заставил меня идти, испытывая мою удачу и терпение. Впрочем, с последним у меня всегда были явные проблемы.

Так незаметно ночь сменилась утром. Я даже не взглянула на время и начала собираться в школу.

Плевать, что до занятий, возможно, ещё часа четыре.

Мне жизненно необходимо было хоть как-нибудь отвлечь себя.

Хотя бы сегодня сообщения Джоша прекратились. Вечные угрозы и спам, приходившие на телефон, изрядно раздражали, а его бесконечные звонки посреди ночи окончательно выматывали. Но сегодня, кажется, особый день. С самого утра ни одного сообщения. Ни одного пропущенного.

Я довольно хмыкнула, отметив это про себя.

И что мне до него?

Свалил — и к счастью.

Без него проблем у меня и так целая куча.

Я расчесала волосы, надела школьную форму и довольно оглядела себя в зеркале. Отвлекаться получалось более-менее сносно.

По крайней мере, до тех пор, пока мысли снова не возвращались к Тристану.

Школа проходила как обычно — Белла, всё так же очарованная своим парнем, и нудные монотонные голоса преподавателей, погружавшие в сон куда лучше любого молока с печеньем. Но сегодня ни в одном, ни в другом я не нуждалась.

Учитывая то, как прошла эта ночь.

Точнее, как я пролежала её с открытыми глазами, бесконечно прокручивая в голове всё произошедшее. К утру мысли превратились в тупую боль, отдававшуюся в висках при каждом движении.

Каждый звонок казался громче обычного, а уроки — длиннее, чем были на самом деле. А голоса казались лишь шумным фоном.

Я сидела за партой, делая вид, что внимательно слушаю учителя, хотя в действительности не запомнила ни единого сказанного слова. Глаза неудержимо закрывались, и Белла, прикрыв меня собой, позволила немного прилечь. Как только голова коснулась парты, веки тут же сомкнулись. Всё вокруг стало безумно расплывчатым и неосязаемым, а сон мгновенно вернул меня в тот момент, на котором всё оборвалось.

В тёмный коридор.

Я всё так же стояла под его властью, растерянная и не способная мыслить здраво. Только теперь нашла в себе силы ответить на поцелуй и крепче прижать Тристана к себе, словно нуждалась в нём так же, как в воздухе. Всё происходило настолько реалистично, что казалось, я слышала его голос и тяжёлое дыхание, касавшееся моих губ. Я смотрела ему в глаза — по крайней мере, мне так казалось, хотя на самом деле всё вокруг утопало в тумане.

Меня резко вырвали из сна, заставив словно вынырнуть из глубин океана.

Белла дёрнула меня за рукав и что-то прошептала о том, что урок скоро закончится. А мне, по правде говоря, было плевать.

Нам нужно поговорить с Беллой. Я должна хотя бы рассказать ей о том, что произошло между нами. Но даже ей в этой ситуации я не могла полностью довериться. Слишком опасную тайну хранила в себе, и она всё глубже утягивала меня за собой.

— Как я заметила, — начала Белла, даже не глядя на меня и собирая свои тетради в сумку. — Твоего бывшего сегодня даже нету на месте.

— Ты соскучилась по нему? — хрипло выдаю я, пытаясь прийти в себя после сна.

Она сощуривает глаза.

— Обычно он и дня не пропускает.

— Да плевать на него, пусть сдохнет. — Но лучше бы я этого не произносила.

Бровь Бель приподнимается, я вижу, как на её лице появилось нечто похожее на веселье.

— Да ладно тебе, забей на него. Неужели он сегодня не звонил?

Я даже не гляжу на подругу, лишь рассматривая толпу в коридоре, смешавшуюся из лиц и голосов. Ответа на вопрос так и не последовало. Я замечаю знакомую кудрявую макушку в толпе, отчего сердце начинает непроизвольно биться сильнее, а ладони — потеть.

Бред.

Он же не может быть здесь?

Успокаиваюсь лишь тогда, когда парень оборачивается.

Не Тристан.

Облегчённо выдыхаю и поворачиваюсь к Белле. Та же, в свою очередь, снова нырнула в телефон, быстро клацая по клавиатуре. Уже знаю, кому она так рьяно пишет.

Эндрю, конечно. Кому ещё.

Моментами я даже завидую тому, как у них всё спокойно происходит. Недели удовольствий и тот тип отношений, в которых не надо скрываться или прятать друг друга. Лишь чистое влечение, возможность быть рядом и не думать о последствиях. Мне же остаётся лишь мечтать о таком, ведь с Тристаном этого никогда не добьёшься.

И каковы вообще шансы?

У него есть Натали.

Но я до сих пор не уверена, что между ними нет ничего, помимо рабочих взаимоотношений. Всё слишком мутно и запутанно, настолько, что даже не хочется в это втягиваться. Даже если это уже случилось поневоле. И, кажется, выбраться из этого будет гораздо сложнее, чем я думала.

Предчувствие чего-то плохого, с чем мне предстояло столкнуться, не давало покоя ещё со вчерашнего дня. Оно затаилось где-то в глубине, медленно съедая всю мою уверенность к чертям. Едва я находила хоть одну положительную сторону этой ситуации, как её тут же сменяли отрицательные мысли — одна страшнее другой. Страх, медленно подкрадывающийся под рёбра, уже невозможно было скрывать.

Наверное, именно поэтому я постоянно оглядывалась по сторонам, цепляясь взглядом за каждого проходящего мимо человека. Казалось, что вот-вот должно произойти что-то, что окончательно перевернёт всё с ног на голову. Это чувство не отпускало ни на секунду, заставляя вздрагивать от каждого резкого звука и невольно искать опасность там, где её, возможно, вовсе не было.

Но хуже всего было то, что я не понимала, чего именно боюсь — неизвестности. Единственное, что всегда пугало меня.

Толпа медленно рассасывалась по кабинетам, а шум в коридоре становился всё громче. Белла всё ещё что-то печатала в телефоне, пока я бездумно переступала с ноги на ногу, крепче сжимая лямку рюкзака.

— Идём? — наконец спросила она, убирая телефон в карман.

Я лишь коротко кивнула.

Мы двинулись вперёд, неспешно пробираясь сквозь поток учеников. Я всё ещё невольно всматривалась в лица, будто искала кого-то или, наоборот, надеялась не встретить.

— Ты сегодня какая-то странная, — бросила Белла, покосившись на меня.

— Не выспалась.

Правда сорвалась с губ слишком легко, будто только и ждала своего момента. Я тут же отмахнулась от собственных слов, словно сказанное ничего не значило.

Белла ничего не ответила. Лишь пожала плечами, принимая мой ответ таким, каким он был, и мы молча продолжили идти дальше. Вокруг кипела школьная жизнь: кто-то громко смеялся, кто-то пробегал мимо, едва не задевая нас плечом, из кабинетов доносились голоса учителей, а по коридору эхом разлетался звонкий стук десятков подошв. Всё это сливалось в один сплошной шум, который сегодня раздражал сильнее обычного.

— Как ваши отношения с Эндрю? — начинаю я, скорее пытаясь отвлечься от собственных мыслей, чем действительно сменить тему.

Бель поджимает губы и не отвечает несколько секунд, задумчиво рассматривая экран уже заблокированного телефона. Кажется, она перебирает в голове нужные слова, не желая говорить лишнего.

— В последнее время он слишком занят, чтобы мы выходили куда-то, как раньше, — наконец произносит она, пожимая плечами и старательно изображая безразличие. Но по её голосу всё было понятно. — Однако надеюсь, со временем всё будет хорошо.

Я молча смотрю на неё.

Внутри бурлит настоящий ураган из мыслей и эмоций, но сейчас я понимаю только одно — мы обе оказались практически в одинаковом положении. Просто у каждой своя причина переживать.

— Он просто занят. Не волнуйся ты так, — тихо говорю я, легко коснувшись её плеча в попытке поддержать, пока мы сворачиваем к лестнице.

Белла лишь коротко улыбается, но улыбка выходит какой-то натянутой.
Мы начинаем подниматься на третий этаж, где должен был пройти наш последний урок. Ступени лениво скрипят под ногами, а поток учеников вокруг постепенно редеет. Однако уже через несколько секунд становится понятно, что что-то не так.

Навстречу нам по лестнице спускаются наши одноклассники.

Причём не по одному или по двое, а почти всем классом.

Мы с Беллой одновременно останавливаемся.

Она быстро хватает одну из девочек за рукав.

— Что происходит?

Та лишь довольно улыбается, будто сама только что выиграла в лотерею.

— Урок отменили. Сказали домой идти.

На несколько секунд мы с рыжей переглядываемся, словно не до конца веря услышанному.

А потом почти одновременно разворачиваемся, меняя направление к выходу из школы.

— Небеса услышали меня, — благоговейно произносит Бель, хватая меня за плечи и слегка встряхивая.

Я невольно усмехаюсь.

Впервые за весь день внутри становится хоть немного легче.

Мы вливаемся в поток учеников, направляющихся к выходу. На улице нас встречает тёплый ветер, тут же растрепавший волосы. Кто-то уже вызывал такси, кто-то громко обсуждал внезапную отмену урока, а кто-то, не теряя времени, поспешил скрыться за школьными воротами.

Белла, заметно оживившись, тут же достаёт телефон.

— Напишу Эндрю, может, он тоже уже освободился.

Я лишь киваю, медленно спускаясь по широким ступеням. В груди по-прежнему неприятно тянуло. Казалось, вместе с отменённым уроком должно было исчезнуть и моё тревожное предчувствие, но оно никуда не делось. Наоборот. Стало ещё навязчивее.

— Занят, — разочарованно шепчет она, переводя взгляд с телефона на меня. Тут же убирает его в карман, пытаясь скрыть своё разочарование, но уголки губ всё равно предательски опускаются. — У нас тут рядом новое кафе появилось. Не хочешь туда сходить?

Предложение оказалось внезапным. Ещё несколько секунд назад она ждала сообщения от Эндрю, а теперь уже пыталась заполнить образовавшуюся пустоту хоть чем-нибудь.

Я перевожу взгляд на дорогу, затем снова на Беллу.

Если честно, сейчас мне меньше всего хотелось куда-либо идти. Голова всё ещё была забита мыслями о Тристане, а тревога, поселившаяся внутри ещё со вчерашнего вечера, никуда не исчезла. Но, взглянув на подругу, я поняла, что ей тоже не помешает отвлечься.

— Хорошо, — тихо соглашаюсь я. — Всё равно дома делать нечего.

Лицо Беллы тут же заметно светлеет.

— Тогда идём. Тут буквально пять минут пешком.

Она тут же хватает меня под локоть, и мы сворачиваем с привычной дороги домой, направляясь в сторону незнакомой улицы.

Мы неспешно идём по тротуару, подстраиваясь под шаг друг друга. После шумных школьных коридоров улица казалась непривычно спокойной. Машины проезжали мимо одна за другой, где-то неподалёку лаяла собака, а тёплый ветер время от времени приносил запах свежей выпечки.

Белла рассказывала что-то о новом кафе — что его открыли совсем недавно, что там, по словам одноклассников, вкусный кофе и дешёвые десерты. Я слушала её вполуха, лишь изредка кивая в нужные моменты.

Через несколько минут впереди показалась небольшая вывеска с названием кафе, а за большими окнами виднелись уютные столики и несколько посетителей.

— Вот оно, — довольно произносит Белла, ускоряя шаг.

Толкнув стеклянную дверь, она пропускает меня вперёд, и нас сразу окутывает аромат свежей выпечки, кофе и сладкого сиропа. Внутри играла негромкая музыка, у окна сидела молодая пара, а за дальним столиком компания студентов громко обсуждала что-то, то и дело перебивая друг друга смехом.

Мы переглядываемся и направляемся к свободному столику возле окна.

Белла тут же стягивает с плеч рюкзак и ставит его рядом со стулом, а я устало опускаюсь напротив неё. Несколько секунд мы просто молчим, оглядывая новое место. Из кофемашины доносится негромкое шипение, где-то позади звенят чашки, а официантка за стойкой что-то быстро записывает в блокнот.

Как только я успела расслабиться и перевести дух от жары на улице, оказавшись в прохладном помещении, в кармане завибрировал телефон от пришедшего сообщения.

Я сразу напряглась.

Руки недоверчиво вытащили телефон, как на экране всплыло сообщение от до боли знакомого номера.

Тристан.

«Он больше тебя не потревожит.»

Единая строчка, что принесла с собой мурашки по коже и тошноту, подкатывающую к горлу.

Судорожно открываю чат и печатаю в ответ:

«О чём ты говоришь?»

Сообщение было прочитано, но ответ пришёл не сразу.

«Твой милый бывший, Фрэнсис. Говорю, что ты больше его не увидишь.»

Джош мёртв?

Что он мог подразумевать под словами «больше не потревожит»?

Почему-то именно сейчас это сообщение ощущалось не как освобождение, которого я так отчаянно ждала, а скорее как приговор, подписанный рукой палача.

______________

спойлеры и разная информация в моем тгк: cecimoro