Скованные

Фрэнсис.

Прошло три дня с того злополучного ужина, полного взаимной ненависти и так называемых «открытых разговоров».

С тех пор отец стал появляться дома всё реже.

Я ловила его лишь на считанные минуты: то за остатками ужина, когда он торопливо допивал остывший кофе, то в прихожей, пока на ходу застёгивал пиджак. Его неизменное: «Я опаздываю на работу» — стало едва ли не единственной фразой, адресованной мне за последние дни.

И я прекрасно знала причину этих внезапных исчезновений.

Тристан.

Одно только имя вызывало во мне раздражение. Всё навалилось слишком быстро, превращаясь в огромный спутанный клубок проблем, который предстояло распутывать нитка за ниткой.

К счастью, сегодня Бель пригласила меня к себе.

Отказаться я не могла, да и выговориться кому-то было просто необходимо. Голова уже трещала от бесконечных мыслей, вопросов и предположений.

Я надела удобную одежду, заранее представляя, как мы будем валяться на её кровати, заказывать вредную еду и перемывать косточки всем, кто попадётся под руку.

Хотя в моём случае главной темой разговора должен был стать тот самый парень.

Чувство вины неприятно саднило где-то под рёбрами, напоминая о себе в самые неподходящие моменты. Из-за меня пострадала его машина, а я даже не знала, кто он на самом деле.

По крайней мере, я должна была посмотреть ему в глаза и искренне извиниться.

Но если он представился Тревером, а на следующее утро я обнаружила абсолютно пустую историю звонков, то что мне вообще оставалось делать?

Ничего.

Однако сейчас было не время отчаиваться, когда по улицам совершенно спокойно разгуливал такой демон, как Тристан Флойд, и с завидным упорством продолжал портить мне жизнь. Причём вполне осознанно.

Поднявшись на нужный этаж, я остановилась перед квартирой Бель и в третий раз набрала её номер.

Гудки тянулись один за другим.

Я уже собиралась сбросить вызов, когда наконец услышала её голос. Одновременно за дверью что-то с грохотом упало, послышалась торопливая возня, а спустя несколько секунд замок щёлкнул.

Дверь распахнулась.

Передо мной стояла Бель — непривычно счастливая и сияющая.

Не успела я ничего сказать, как она бросилась ко мне с объятиями.

— Ты сейчас нужна мне как воздух, — простонала я, с трудом высвобождаясь из её хватки.

— И тебе привет.

Только сейчас я заметила на её шее яркий след.

Мои брови моментально взлетели вверх.

Бель проследила за моим взглядом и тут же попыталась прикрыть засос волосами.

Безуспешно.

— Это тот парень, — пробормотала она, заметно смущаясь. — Его, кстати, Эндрю зовут.

Мне стоило огромных усилий не закатить глаза.

Вместо этого я лишь многозначительно хмыкнула и прошла внутрь квартиры.

Дом Бель всегда действовал на меня успокаивающе. Здесь всё напоминало о бесконечных ночёвках, когда мы не спали до самого утра, смотрели глупые фильмы, заказывали слишком много еды и обсуждали абсолютно всё — от школьных драм до планов на будущее.

И впервые за последние дни мне показалось, что, возможно, хотя бы на пару часов я смогу забыть о Тристане, загадочном незнакомце и всех проблемах, которые они притащили в мою жизнь.

Хотя, если честно, историю Бель тоже стоило обсудить.

Она удобно устроилась на кровати напротив огромного плазменного телевизора. Ещё одно преимущество её квартиры.

На комоде красовалась целая коллекция сладостей: солёные мармеладки, шоколадные батончики, чёрный шоколад и разноцветные драже. Настоящее отражение наших вкусов — странных, хаотичных и совершенно несовместимых.

Я с облегчением скинула туфли, которые весь день натирали ноги словно кандалы, и прошла к кровати.

— Это была самая страстная неделя в моей жизни, ты просто не представляешь, Фрэнсис, — выпалила Бель так быстро, что мне пришлось мысленно повторить её слова, чтобы разобрать смысл.

Эйфория буквально светилась в её глазах.

Я усмехнулась.

— И теперь вы... встречаетесь?

Бель посмотрела на меня так, словно я только что предложила ей уйти в монастырь.

— Что? Нет, конечно.

— Нет?

— Просто секс.

Она произнесла это так буднично, словно говорила о погоде за окном.

После чего откинулась на подушки и растянулась на простынях.

Я последовала её примеру. Матрас приятно прогнулся под весом тела, а мягкая ткань наконец позволила расслабить напряжённые мышцы.

Несколько секунд мы молчали.

Затем я уставилась в потолок и произнесла:

— Тристан вернулся.

Рядом послышался шелест простыней.

Бель мгновенно повернула голову ко мне.

— В смысле вернулся?

По её голосу было понятно: новость вызвала у неё куда больше интереса, чем следовало.

— Оказалось, что вся история с предательством была подстроена. По крайней мере, так говорят. Отец чуть ли не счастливее всех на свете. Теперь сутками крутится вокруг него.

Я шумно выдохнула.

— Хотя знаешь... в детстве это бесило гораздо сильнее. Тогда Тристан постоянно перетягивал внимание отца на себя. Сейчас мне это уже не должно быть важно, правда?

Последние слова прозвучали менее уверенно, чем хотелось. Потому что в глубине души я понимала: вру сама себе.

Как бы я ни старалась казаться независимой, единственным человеком, который всегда оставался рядом со мной, был отец.

И когда его внимание вдруг исчезло, внутри образовалась неприятная пустота.

Я упрямо искала этому разумное объяснение.

Может, всё дело в том, что я уже взрослая. Почти взрослая.

Скоро мне исполнится восемнадцать.
Наверное, в этом возрасте уже не положено ревновать собственного отца.

Но почему тогда это всё ещё так задевает?

С какого перепугу он вообще постоянно меня задевает?

— Может ты на этот раз будешь или постараешься его игнорировать? Без всяких стычек. — Задаёт она вопрос, опирая голову об руку.

Идея казалось вполне реализуемой, но дело было в другом. Характер.

— Он попросту не оставит меня, Бель.

Все мои попытки когда-либо забыть Тристана Флойда оборачивались самым жутким и несчастным провалом, из которого было неимоверно сложно выбраться. Чувства накрывали с новой силой. Снова.

Нужно этому помешать, пока всё не пустило корни глубоко внутри. Если это уже не произошло. Из-за явной невзаимности моих чувств всё переросло в жгучую ненависть, которой я сама боялась. Что-то пылающее, не дающее покоя.

Поэтому я врала. Врала Бель. Врала себе.

Что ненависть, когда-то бывшая похожей на симпатию, существует не потому, что мои чувства запретны, а потому, что он отбирает у меня всё. Хотя разве это не правда?

Я прикрыла лицо вспотевшими от стресса ладонями, стараясь — буквально пытаясь — не думать о нём.

Совсем.

Хочу, чтобы он исчез и больше никогда не появлялся. Чтобы я наконец смогла честно забыть о его существовании. О существовании своих чувств к нему.

Всё это кажется какой-то несмешной шуткой несправедливой вселенной.
Именно эта больная привязанность стала последней точкой.

Тогда то, когда я жаждала внимания и умирала от своих чувств к Тристану – появился Джош.
Он был всем тем, чем Тристан не был.

Джош умел ухаживать и достойно лить воду в уши со своими обещаниями и красивыми словами. В тот момент как от того, от кого я желала услышать эти слова – молчал.

Отчасти он и выглядел как Тристан, только обладал странным чувством юмора и был гораздо ниже своего соперника. Я поняла что на едином Тристана и строились мои предпочтения и вкус, хоть и если тот был редкостным козлом. Джош же напротив всегда старался угождать мне.

Всё в наших отношениях было прекрасно до тех пор, пока одна из его подружек не показала мне видео и фотографии, где он трётся о других девушек и целует их. А позже я узнала от одной из них, что они провели ночь вместе.

И старая рана тут же вскрылась, словно кто-то со всей силы ударил меня битой по голове.

— Джош недавно писал мне, — скупо произнесла Бель, постукивая пальцами по шёлковой ткани. — Спрашивал, не в отношениях ли ты.

Я нахмурилась.

— Зачем ему это знать?

— Может, пытается вернуть тебя. Всё же бросить его было твоей лучшей идеей. И самой адекватной.

Я кивнула, чувствуя, как гордость за себя за считанные секунды разливается теплом по груди.

— Кстати... — неловко начала я, вспоминая того незнакомца. — В баре, когда я напилась, то позвонила кому-то, и этот парень привёз меня к тебе домой. Вообще я звонила Треверу, но он отрицает, что это был он. По звонкам я тоже ничего не смогла выяснить. История вызовов за тот день очищена.

Глаза Бель расширились, а рот слегка приоткрылся.

Я решила опустить тот неловкий момент, когда буквально испортила чужую машину. Мне до сих пор было безумно стыдно. Узнай я сразу, кто это был, может, уже стояла бы перед ним на коленях и вымаливала прощение.

Хотя это звучало как-то совсем жалко.

— То есть ты хочешь сказать, что тебя забрал какой-то парень, а ты ни черта не помнишь, кто это был? — Она буквально рычала от негодования.

— Вообще не помню, — тут же вырвалось у меня. — Всё в последние дни очень... смешалось.

По ней было видно, что она не слишком мне верит. Бель выгнула одну бровь, явно думая, что я специально скрываю личность того незнакомца, чтобы сохранить её в тайне.

А секретов между мной и Бель быть не должно.

По крайней мере тех, которыми мы готовы делиться.

В остальном всё проходило идеально. Почти как в старые времена, когда мы были немного младше и вместо того, чтобы днями бездельничать у себя дома, я гостила у Бель. Это случалось настолько часто, что её квартира давно стала для меня чем-то родным. Здесь я знала каждый угол, каждую полку и даже скрип половиц возле кухни.

Мы смеялись над глупыми шутками, обсуждали знакомых, смотрели фильмы и без разбора ели сладости, запивая их колой. В такие моменты проблемы будто оставались где-то за дверью квартиры, не имея права переступить порог.

На несколько часов я почти забыла обо всём: о Тристане, об отце, о бесконечных обязанностях и мыслях, которые не давали покоя последние недели. Словно я в какой-то момент оказалась в исповедальне, рассказывая о самых закрытых тайнах.

Всё казалось удивительно беззаботным.

До тех пор, пока осознание того, что мне скоро придётся уходить, не напомнило о себе в самый неподходящий момент.

Я бросила взгляд на часы.

19:34.

Становилось поздно.

На этот раз я не могла позволить себе задержаться. Перед уходом из дома я оставила горничным несколько поручений, проверить которые было моей прямой обязанностью. Большинству из них я доверяла без колебаний, но всегда находилась та самая малая часть, которая умудрялась выполнять работу спустя рукава.

Именно это раздражало сильнее всего.

Не ошибки. Не случайности.
А откровенное безразличие к тому, что от них требовалось.

Поэтому чем позже я вернусь домой, тем больше вероятность обнаружить очередной повод для недовольства.
А мне и без того хватало причин, чтобы чувствовать себя уставшей.

Возвращаясь домой, я снова увидела несколько пропущенных звонков от Джоша и целую реку сообщений, в которых он клялся мне в вечных чувствах. Ещё с десяток были наполнены громкими эпитетами о том, как много я теряю без него.

Меня охватило лишь раздражение.

Отвращение вызывали его попытки вернуть всё на свои места, словно ничего не произошло. Словно виновата была я, а не он.

Будто предательство можно исправить парой красивых слов и бесконечными сообщениями.

Урод.

Дверь поддалась без колебаний, хотя я ожидала обратного.

Возможно, отец был дома.

Радует.

Ноги ступили на каменистую дорожку, ведущую прямо к особняку. Сад тут же окутал меня ароматом роз и гортензий, заставляя плечи заметно расслабиться. Усталость постепенно брала своё, а на губах стремительно появилась едва заметная улыбка от этого неожиданно тёплого чувства.

Дом всегда умел действовать на меня подобным образом.

Впереди послышался звук открывающейся двери.

Надеясь увидеть отца, я невольно ускорила шаг.

Однако тут же замерла.

Тристан.

Он выходил из дома вместе с отцом, напряжённо о чём-то разговаривая. Это был тот самый тип разговора, который я уже наблюдала на ужине. Тот самый тип разговора, который, казалось, между ними никогда не заканчивался.

Они обсуждали бизнес.

Всегда бизнес.

Тристан шёл рядом с ним своей привычной вальяжной походкой, выглядя настолько расслабленным, словно его совершенно ничего не беспокоило. Пространство вокруг будто само расступалось перед ним.

Их разговор не прерывался ни на секунду.

По крайней мере до тех пор, пока не появилась я.

В этот момент дверь за моей спиной предательски хлопнула, ударившись о раму с таким грохотом, что я невольно вздрогнула.

Звук эхом прокатился по двору, мгновенно привлекая внимание обоих мужчин.

И теперь они смотрели на меня.

Отцовский взгляд полный заботы и радости моему появлению, и его – напротив смотрящий на меня, словно я являлась лишь очередной декорацией в этом саду.

Это безразличие жгло меня по самое горло. Пальцы, державшие сумку едва заметно дрогнули из-за напряжение, что окатило меня с ног до головы когда я поняла, что всё это время смотрела ему в глаза. Хотелось взять нож и проткнуть себе сердце, дабы в его взгляде проскользнула хоть малость эмоций. Но нет, Тристан был ко мне безразличен. Как всегда.

Ноги наконец начали слушаться и отходить от прежней застывшей позиции, поочерёдно, но размашисто ведя меня прямо к ним.

В нос тут же впился запах чужого парфюма — его.

Кудри лежали идеально, и мне хотелось спросить, в каком салоне он добыл это мастерство. Вместо этого я лишь поджала губы и надела маску послушной девочки, которая не станет портить отцу настроение и не покажет Тристану, насколько безумной может быть.

— Фрэнсис, мы как раз собирались уехать. — Отец коснулся моего предплечья, искренне улыбаясь. — Я купил тебе сладости по дороге. Они на столе.

Он кивнул в сторону дома, на что я лишь что-то невнятно промычала в ответ.

— Здравствуйте, мистер Флойд, — вырвалось у меня прежде, чем я успела осознать, что только что произнесла.

Мои глаза нашли его.

Такое же безразличие.

Такой же непоколебимый айсберг.

Ни один мускул на его лице не дрогнул.

— Здравствуй.

Сухой, короткий ответ.

И от одного только его голоса у меня уже начинали подкашиваться ноги.

— Что ж... — прервал эту неловкость отец, делая шаг вперёд. — Доброй ночи, милая.

По пути он поцеловал меня в лоб, а я на несколько секунд осталась стоять напротив Тристана, пока отец медленно шёл вдоль сада, наверняка ожидая услышать шаги своего друга за спиной.

И это произошло.

Тристан двинулся вперёд почти механически. Его плечо едва задело меня, а вместе с этим я почувствовала прикосновение пальцев к своей талии.

Медленное.

Почти мучительно долгое.

Они скользнули по ткани платья и исчезли именно в тот момент, когда я успела осознать произошедшее.

Рот слегка приоткрылся от удивления.
Смесь шока и какой-то необъяснимой эйфории накрыла меня с головой, в секунды когда я осмысливала произошедшее.

Я смотрела ему вслед.

На широкие плечи.
На кудрявые волосы, которые сводили меня с ума и заставляли искать похожие в толпе всякий раз, когда я оказывалась среди людей.

Но всё было тщетно.

Именно в такие моменты я понимала, что никто не сможет его заменить.