2
Утро следующего дня встретило тебя шумом Большого зала и ароматом свежих тостов. Ты едва притронулась к завтраку, то и дело поглядывая на слизеринский стол. Драко Малфой сидел в окружении Крэбба и Гойла, лениво ковыряя вилкой в тарелке. Заметив твой взгляд, он едва заметно кивнул на выход.
Твое сердце забилось чаще. Ты быстро попрощалась с Седриком, который увлеченно обсуждал с друзьями новую метлу, и выскользнула в коридор.
Малфой уже ждал тебя у массивных дубовых дверей. Рядом с ним не было его вечных телохранителей, что немного успокаивало. Однако стоило тебе подойти, как он с королевским видом поправил мантию и сбросил со своего плеча тяжелую, набитую доверху кожаную сумку с учебниками. Она с глухим стуком приземлилась прямо к твоим ногам.
— Твое первое задание, Диггори, — высокомерно произнес Драко, скрестив руки на груди. — Неси. И смотри, не урони, там хрупкие флаконы для зелий.
Ты вздохнула, мысленно отругав себя за то, что согласилась на эту авантюру, но обещание есть обещание. Ты наклонилась, подхватила лямку и закинула сумку на плечо. Она оказалась жутко тяжелой. От неожиданного веса ты даже покачнулась, что вызвало у Малфоя довольную, самодовольную ухмылку.
— Отлично. Наш первый урок — Заклинания, на третьем этаже. Шагай впереди, — скомандовал он.
Вы пошли по заполненному студентами коридору. Ты шла на полшага впереди, сгибаясь под тяжестью двух сумок — своей и слизеринца. Драко шел следом, засунув руки в карманы брюк, с самым невозмутимым и гордым видом. Проходящие мимо гриффиндорцы оборачивались и шептались, а слизеринцы откровенно посмеивались. Ты заливалась краской от смущения, но упорно шла вперед.
— Эй, Т/И! Что здесь происходит? — раздался вдруг громкий, строгий и до боли знакомый голос.
Из-за поворота вышел Седрик. Его улыбка мгновенно испарилась, когда он увидел твою согнутую спину и шагающего позади Малфоя. Твой брат стремительно подошел к вам, его лицо потемнело от злости. Он решительно перехватил лямку сумки Драко, снимая её с твоего плеча, и встал между тобой и слизеринцем.
— Малфой, ты совсем страх потерял? — процедил Седрик, нависая над парнем. — С каких пор моя сестра таскает твои вещи?
Драко даже не дрогнул. Он лениво перевел взгляд с Седрика на тебя, в его серых глазах заплясали опасные и насмешливые огоньки. Он ждал, что ты скажешь. Ведь если ты проболтаешься о ночной прогулке, Снейп узнает, что Драко соврал, и вам обоим несдобровать.
Драко даже не вздрогнул под гневным взглядом твоего брата. Он лениво вытащил руки из карманов, сделал шаг навстречу Седрику и сверху вниз посмотрел на него со своей фирменной порцией презрения.
— А тебя, Диггори, это как-то касается? — огрызнулся Драко, и в его голосе прорезались опасные, ядовитые нотки. — Твоя сестрица сама согласилась помочь. Или старосты Пуффендуя теперь суют свой нос в чужие дела вместо того, чтобы следить за первокурсниками?
— Малфой, закрой рот, — процедил Седрик, его кулаки сжались, а палочка в кармане мантии едва заметно зашевелилась. — Если я еще раз увижу, что ты используешь её как прислугу, тебе не помогут ни твои деньги, ни твой папочка.
— О, как страшно, — Драко театрально вскинул брови и сделал вид, что испугался, хотя его серые глаза так и вспыхнули от ярости. Он терпеть не мог, когда ему указывали, особенно пуффендуйцы. — Пойди пожалуйся Дамблдору, Диггори. Твоя сестра дала мне слово. Спроси у неё сам, если твоих куриных мозгов не хватает, чтобы понять простые вещи.
— Драко, прекрати! Седрик, стой! — испуганно вмешалась ты, протискиваясь между ними. Вокруг вас уже начала собираться толпа любопытных студентов, которые предвкушали громкий скандал между Слизерином и Пуффендуем.
Если бы они сейчас подрались, Снейп или Макгонагалл тут же лишили бы факультеты баллов, а ваша с Малфоем ночная тайна выплыла бы наружу.
Ты быстро выхватила тяжелую сумку Драко из рук брата и умоляюще посмотрела на Седрика:
— Седж, пожалуйста, не надо. Мы просто… поспорили. Да, мы заключили пари на трансфигурации, и я проиграла! Это просто глупый спор, честно. Я сама согласилась.
Седрик перевел тяжелый взгляд с тебя на Драко. Он явно не до конца поверил в эту историю, но устраивать дуэль посреди коридора на глазах у половины школы тоже не хотел.
— Мы еще поговорим об этом в гостиной, Т/И, — строго сказал брат, смерив Малфоя последним предупреждающим взглядом, и, развернувшись, зашагал прочь.
Толпа зевак стала неохотно расходиться. Драко проводил Седрика тяжелым взглядом, а затем повернулся к тебе. Его лицо все еще было бледным от злости, но в глубине глаз промелькнуло что-то похожее на уважение за то, что ты не выдала его секрет.
— Твой братец невыносим, — буркнул он, забирая у тебя свою сумку. — Ладно, Диггори. На сегодня ты свободна от сумок. Пошли на урок, пока нас не заперли.
Вечерняя библиотека Хогвартса была погружена в полумрак. Мягкий свет от настольных ламп едва рассеивал темноту между высокими книжными стеллажами. В самым дальнем углу, заваленном старыми свитками, сидели вы с Драко.
После утренней стычки с Седриком ты ожидала от Малфоя какого-нибудь очередного вредного задания. Однако его второе «требование» оказалось неожиданно простым — он велел тебе прийти в библиотеку и помочь ему со сложным эссе по Древним рунам.
— Нет, Малфой, ты здесь неправильно перевел символ, — тихо сказала ты, пододвигая к себе его пергамент. — Это не «смерть», это «испытание». Если ты напишешь так, профессор Бабблинг поставит тебе «Тролль».
— Да какая разница, — проворчал Драко, устало откидываясь на спинку стула и запуская пальцы в свои платиновые волосы. — Эти руны сводят меня с ума.
Ты лишь покачала головой, улыбнувшись, и снова наклонилась над старинной книгой. Ты увлеченно выписывала нужные значения, полностью погрузившись в работу. Твои волосы выбились из прически и занавесили лицо, мешая читать мелкий шрифт. Ты попыталась смахнуть прядь рукой, в которой держала перо, но только сильнее запуталась.
Вдруг ты почувствовала легкое прикосновение.
Драко подался вперед. Его прохладные пальцы аккуратно коснулись твоей щеки. Он медленно, почти невесомо убрал непослушную прядь волос тебе за ухо. Его пальцы на секунду задержались на твоей коже, и ты почувствовала, как по телу пробежали мелкие мурашки.
Ты замерла и подняла на него глаза. Драко смотрел на тебя совсем не так, как утром в коридоре. В его серых глазах не было ни капли высокомерия или злости — только странное, непривычное тепло и пристальное внимание. Расстояние между вашими лицами сократилось до нескольких сантиметров. Вы оба слышали дыхание друг друга.
— Так... гораздо лучше, Диггори, — тихо, почти шепотом произнес он, но руку убирать не спешил, продолжая едва заметно поглаживать твою скулу большим пальцем.
Твое сердце застучало так громко, что, казалось, этот стук слышен на всю библиотеку. Ты и подумать не могла, что под маской холодного слизеринского принца скрывается кто-то, способный на такую нежность.
Ты испугалась этой внезапной близости, бешеного стука собственного сердца и того, как легко этот слизеринец разрушил твою бдительность. Ты резко отпрянула назад, едва не опрокинув чернильницу. Стул с глухим стуком сдвинулся по каменному полу.
Драко тут же отдернул руку, словно обжёгся. Секунду он смотрел на тебя растерянно, но маска безразличия вернулась на его лицо так быстро, будто её и не снимали. Он вальяжно откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди, пытаясь скрыть легкий румянец, проступивший на бледных скулах.
— Что, Диггори, испугалась? — с напускной насмешкой протянул он, хотя его голос слегка дрогнул. — Не бойся, я не кусаюсь. Если, конечно, эссе будет написано идеально.
— Я не испугалась, Малфой, — быстро соврала ты, поспешно утыкаясь носом в пергамент, чтобы он не заметил, как горят твои щеки. — Просто… чернила могли разлиться на твою работу. И вообще, мы здесь ради Древних рун.
— Конечно, ради рун, — буркнул он, отворачиваясь к окну.
Оставшийся вечер прошел в напряженном молчании. Вы оба старались больше не встречаться глазами и говорить исключительно по делу. Драко больше не язвил, а ты механически переводила строчку за строчкой. Напряжение между вами можно было буквально резать ножом.
Когда библиотека закрылась, вы молча разошлись в разные стороны. Но вернувшись в уютную гостиную Пуффендуя, ты поймала себя на мысли, что до сих пор чувствуешь прохладу его пальцев на своей щеке.