Глава 11
Гаррет Вальдор подъехал к воротам дворца Кайдзэн, и его конь, покрытый пеной и чужой кровью, всхрапнул, чувствуя запах смерти, что шёл из-за этих стен. Сам Гаррет уже не чувствовал ничего - ни боли, ни усталости, ни даже злости. Только глухую, пульсирующую пустоту, которая заполняла каждую клетку его измученного тела. Он держался на коне только потому, что не умел падать. Потому что если он упадёт сейчас - всё, что он сделал, всё, что он пережил, все эти тысячи трупов, оставленных за спиной, - всё это станет бессмысленным.
- Маги, - голос Гаррета прозвучал хрипло, едва слышно, но в тишине, наступившей перед последним штурмом, его услышали все. - К чертям эти ворота. Сломайте их.
Трое магов воздуха - Цуи, Элионор и Ник, те самые, что исцелили его несколько часов назад, - вышли вперёд, подняли руки, и ветер, спрессованный до состояния камня, ударил по створкам. Ворота заскрежетали, застонали, но не поддались. Слишком старые, слишком крепкие, слишком магически укреплённые. Кайдзэн десятилетиями готовилась к осаде, и их оборона была построена на века.
- Ещё раз, - приказал Гаррет, и маги ударили снова. На этот раз к ним присоединились остальные - десятки, сотни магов Вальдории, которые ещё могли стоять, ещё могли колдовать, ещё могли дышать. Ветер, земля, огонь - всё смешалось в один удар, и ворота рухнули, как подкошенный великан, поднимая тучу пыли и щебня.
И тут же, из-за обломков, хлынула армия Кайдзэн. Они ждали. Они знали, что враг придёт. Они стояли насмерть, и их было много - слишком много для тех, кто уже проиграл битву, но не сдался. Гаррет смотрел на них и не чувствовал ничего. Только пустоту. И холодную, ледяную злость, которая поднималась из глубины, заменяя ему усталость, заменяя страх, заменяя всё, что могло бы его остановить.
- Вперёд, - сказал он, и армия Вальдории ринулась в пролом.
Это была не битва. Это была резня. Кайдзэн дралась отчаянно, как зверь, загнанный в угол, но Вальдория была злее, голоднее, беспощаднее. Гаррет видел, как падают его солдаты, как маги Кайдзэн взрывают землю под ногами рыцарей, как сталь встречается со сталью, как кровь заливает мраморные плиты, по которым ещё вчера ходили придворные. Он не считал потерь. Он не думал о том, сколько своих он потерял сегодня. Он просто рубил. Разрубал. Пробивал себе путь к центру, к тронному залу, к тому, ради чего он сюда пришёл.
- ГДЕ ОНИ? - заорал он, перекрывая грохот битвы. - ГДЕ КОРОЛЬ И СТАРЕЙШИНЫ?
Никто не ответил. Враги не знали или не хотели говорить. Гаррет выругался, вытер лицо от чужой крови и приказал привести Сайру.
Рыцарь, который держал пленную принцессу, подтащил её к Гаррету. Сайра была бледной, как полотно, её руки были связаны за спиной, на щеках засохли слёзы, но она стояла прямо, не падала, хотя ноги её дрожали. Гаррет схватил её за волосы - грубо, безжалостно, дёрнул вверх, заставляя смотреть ему в глаза. Его голос, измученный, слабый, почти безжизненный, тем не менее звучал как приказ, который нельзя ослушаться.
- Показывай, - сказал он тихо, но в этой тишине было больше угрозы, чем в любом крике. - Где король? Где старейшины? Где они прячутся?
Сайра смотрела на него секунду, две, три. Её губы дрожали, слёзы снова покатились по щекам, но она не отвернулась. Она знала, что если скажет - предаст свою семью. Если промолчит - умрёт. Но выбор был не за ней. Гаррет дёрнул её волосы сильнее, и она вскрикнула - тихо, почти беззвучно.
- Подвал, - прошептала она. - Там... под тронным залом. Есть потайная дверь. Они там.
Гаррет отпустил её, развернулся и пошёл вперёд, не оглядываясь. Сайра спотыкалась, падала, её тащили следом, но она не сопротивлялась. Она вела их по длинному коридору, мимо трупов, мимо горящих факелов, мимо статуй древних королей Кайдзэн, которые смотрели на неё с укором. В подвале было темно, сыро, холодно. Коридор вился, как змея, и каждый поворот мог стать последним, но Сайра не останавливалась. Она извинялась перед родителями мысленно, снова и снова, пока слёзы текли по её лицу, смешиваясь с пылью и кровью.
У последней двери Гаррет остановился. Дверь была массивной, обитой железом, с тяжёлым засовом снаружи. Он швырнул Сайру на землю, приказал одному из рыцарей связать её покрепче, а сам подошёл к двери. Ударил ногой - глухо, бесполезно. Ударил плечом - дверь даже не дрогнула.
В голове у Гаррета было пусто. И одновременно полно. Он слышал собственное дыхание, хриплое, прерывистое. Он чувствовал, как ноют мышцы, как горит бок от недавней раны, как немеют пальцы, сжимающие меч. Мысли путались, но одна из них пробивалась сквозь туман - «я должен». Я должен показать свою силу. Я должен показать им, что Вальдория непобедима. Я должен показать Хайли, что я сдержу слово, чего бы это ни стоило.
Боль пульсировала в висках, в груди, во всём теле. Он ударил снова, и дверь поддалась. Ещё удар, ещё, и она рухнула внутрь, открывая небольшое помещение с низким потолком, где вжались в стену несколько фигур.
Король Кайдзэн. Старый, седой, с трясущимися руками и глазами, полными ужаса. Рядом с ним - трое старейшин, главных советников, тех, кто сидел в тени и правил страной, пока король дрожал. На одном из них, на старейшине с длинной седой бородой и дрожащими пальцами, Гаррет увидел бумаги. Те самые. Компромат на Вальдорию. Информация, которую Эвилин передала Кайдзэн несколько недель назад.
Гаррет шагнул вперёд. Его взгляд был затуманенным, но он всё видел. Видел, как старейшины кричат, как король пытается спрятаться за их спинами, как один из них пытается спрятать бумаги за спину. Гаррет усмехнулся. Странно, сухо, почти беззвучно. Он стоял перед ними, весь в крови - своей и чужой, с пустыми глазами и мечом, который казался продолжением его руки.
- Не успели, - прошептал он тихо, будто одержимый. - Слава богам.
Он не стал ждать. Не стал задавать вопросов. Одним движением, быстрым, как удар змеи, он отрубил головы трём старейшинам. Три тела упали почти одновременно, три головы покатились по каменному полу. Кровь брызнула на стены, на бумаги, на лицо короля, который взвизгнул, как испуганный ребёнок.
Гаррет оставил короля живым. Потому что король должен был ехать в Вальдорию. Потому что его должны были увидеть министры, знать, весь мир. Он должен был стать символом того, что случается с теми, кто посмел угрожать Вальдории. Символом, который будет жить и мучиться до конца своих дней.
- Свяжите его, - приказал Гаррет, и двое рыцарей шагнули вперёд.
А потом он взял бумаги. Те самые, ради которых он пришёл. Те, которые стоили тысячам жизней. Он поднёс их к посоху мага, который стоял рядом, и маг зажёг огонь. Бумаги вспыхнули, зашипели, скрутились в пепел, и Гаррет смотрел, как они горят, как исчезает последняя угроза, последний секрет, который мог уничтожить его семью.
- Я смог, - прошептал он, и в голосе его не было радости. Только пустота. Только усталость. Только облегчение, которое не приносило покоя.
Он уронил меч. Рухнул на колени, потом на землю. И провалился в темноту.
---
В Вальдории новость о победе узнали через три часа. Один из рыцарей, тот самый, которого Гаррет отправил на самом быстром драконе, прилетел в столицу с радостной вестью - Кайдзэн пала, король взят в плен, бумаги сожжены, принц жив. Люди высыпали на улицы, кричали, обнимались, плакали от счастья. Вся столица гудела, как растревоженный улей, и даже самые хмурые лица расплылись в улыбках. Победа. Наконец-то победа после стольких лет страха и неопределённости.
Половина армии осталась в Кайдзэн, чтобы добить оставшихся врагов, уничтожить последние очаги сопротивления и обеспечить порядок в завоёванной столице. Другая половина уже двигалась обратно, везя с собой связанного короля Кайдзэн и израненного, но живого принца Гаррета. Слухи о его подвигах опережали армию, и в Вальдории уже готовили триумфальную встречу - факелы, цветы, парадные знамёна, всё, что полагается герою, который смог невозможное.
Эвилин стояла у окна в длинном коридоре дворца и смотрела вниз, на двор, где слуги и рыцари уже праздновали. Они кричали, обнимались, пили вино, которое кто-то вытащил из подвалов. Кто-то танцевал, кто-то плакал от счастья, кто-то просто стоял и смотрел в небо, будто благодарил богов за то, что выжил. В воздухе пахло надеждой и весельем - запахом, который Эвилин не чувствовала уже много лет.
Она улыбалась. Медленно, спокойно, без капли радости.
- Значит, первая часть плана выполнена, - прошептала она, и голос её был тихим, как шелест листьев на ветру. - Теперь начинается вторая.
Её пальцы легко коснулись подоконника, и она провела по камню, оставляя едва заметный след. Она не плакала, не радовалась, не боялась. Она просто стояла и смотрела вниз, на толпу, которая ликовала, не подозревая, что их победа была лишь началом чего-то гораздо более страшного. Кайдзэн не планировала победу. Кайдзэн планировала нечто другое. Они знали, что проиграют эту битву. Они знали, что Вальдория войдёт в их столицу, сожжёт их бумаги, убьёт их короля и старейшин. Они позволили этому случиться. Потому что это был лишь первый шаг.
Эвилин отвернулась от окна и пошла по коридору. Бесшумно, как тень. Как всегда. Её шаги не издавали ни звука, будто она и не касалась пола, и в этом безмолвии было что-то жуткое, что-то, что не вписывалось в праздничную картину победы. Она шла по дворцу, где всё ещё пахло вином и радостью, и улыбалась той же спокойной, мрачной улыбкой.
А внизу люди всё ещё праздновали, не зная, что только что потеряли больше, чем выиграли.
От автора 🌺
Простите что глава короткая🙏🏻
В последние дни я очень занята,я писала это и в новой главе "последняя инстанция" так что я написала эту главу поспешно.
И 12 глава будет более объемнее и интереснее,поверьте мне.