Я против этого брака!

Дженни:

Прошла неделя после разоблачения Алисии. Её судили быстро — покушение на невесту кронпринца тянуло на измену. Поговаривали, что сошлют в дальний монастырь. Я не злорадствовала. Просто выдохнула с облегчением: одной проблемой меньше.

За эту неделю я окончательно обжилась во дворце. Мой кабинет наставницы находился в восточном крыле — светлая комната с большим окном и книжными полками. Дети приходили три раза в неделю, и я честно получала за это деньги. Не огромные, но свои. Первые заработанные деньги в этом мире. Это было приятно.

Отношения с Тэхёном стали... странными. Он больше не смотрел на меня как на врага. Но и не стал открытым и тёплым. Мы сталкивались в коридорах, обменивались короткими фразами, иногда он заходил на мои уроки — якобы проверить, чему я учу детей. Сидел в углу, слушал, а потом уходил без комментариев. Я не понимала его поведения, но перестала бояться. Почти.

И тут пришло письмо от Бэтти.

Мария принесла его утром, когда я завтракала. Маленький конверт, запечатанный фамильным гербом. Я разорвала бумагу и пробежала глазами по строчкам.

«Дорогая сестра! Отец говорит, что скоро бал и что я тоже должна ехать во дворец. Я боюсь. Ты же знаешь, я неуклюжая и некрасивая, надо мной будут смеяться. Пожалуйста, помоги. Бэтти».

Я отложила письмо и задумалась. В оригинальной книге именно на этом балу настоящая Дженни выставила сестру посмешищем. Она нарядила Бэтти в уродливое платье, подговорила кавалеров, и бедная девушка опозорилась на весь двор.

Что ж. В этот раз всё будет иначе.

Я взяла лист бумаги и написала ответ:

«Бэтти, приезжай немедленно. Я встречу тебя. Ничего не бойся. Я всё устрою. Твоя сестра».

Бэтти приехала через два дня.

Я встречала её во дворе, у главных ворот. Карета остановилась, дверца открылась, и на землю спустилась тоненькая фигурка в скромном дорожном платье. Бэтти была бледной и испуганной, как птенец. Её глаза бегали по сторонам, а руки теребили шнурок плаща.

— Сестра! — она бросилась ко мне и вцепилась в руку. — Я так волновалась! Здесь так страшно!

— Тише, — я обняла её, чувствуя, как она дрожит. — Никто тебя не тронет. Пойдём, я покажу твою комнату.

Комната, которую я приготовила для Бэтти, была рядом с моей — светлая, уютная, с камином и мягкой постелью. Я заранее попросила слуг поставить туда цветы и корзину с фруктами. Бэтти огляделась, и её глаза наполнились слезами.

— Ты такая добрая, — прошептала она. — Раньше ты была другой. Я боялась тебя.

— Я знаю, — я села рядом и взяла её за руку. — Но теперь всё изменилось. Я изменилась. И я не дам тебя в обиду.

Бэтти всхлипнула и уткнулась лицом в моё плечо. Я гладила её по волосам и думала: неужели я и правда становлюсь старшей сестрой для этой девочки? В прошлой жизни у меня не было сестёр. Но сейчас я чувствовала ответственность. Настоящую.

— Бал через три дня, — сказала я, когда она успокоилась. — Мы пойдём вместе. И ты будешь самой красивой.

— Но я некрасивая, — прошептала Бэтти, опуская глаза.

— Ты просто не видела себя в правильном платье, — я улыбнулась. — Доверься мне.

Следующие два дня я занималась Бэтти вплотную. Мы нашли лучшую портниху во дворце — пожилую женщину с золотыми руками. Я сама выбрала ткань: нежно-голубой шёлк, который подходил к глазам Бэтти. Никаких дурацких рюшей и бантов, как в оригинале. Простой, но изящный фасон — высокая талия, мягкая юбка, тонкое кружево по подолу.

— Леди Дженни, — портниха не могла скрыть удивления, — вы сами придумываете фасон?

— Да. И украшения — только жемчуг.

Бэтти стояла перед зеркалом во время примерок и не верила своим глазам. Она поворачивалась то так, то эдак, разглядывая себя.

— Это правда я? — шептала она.

— Правда, — я стояла за её спиной и улыбалась. — Ты красивая, Бэтти. Просто раньше тебе этого никто не говорил.

Вечером накануне бала ко мне в кабинет зашёл Тэхён. Я как раз заканчивала проверять записи учеников.

— Я слышал, вы взяли под опеку сестру, — сказал он, усаживаясь на край стола. — И портнихи говорят, что вы создали какое-то особенное платье.

— У вас везде шпионы, — заметила я.

— Не шпионы. Просто слуги любят болтать, а я люблю слушать.

Я отложила перо и посмотрела на него. Сегодня он был в простой белой рубашке, без камзола. Выглядел почти по-домашнему.

— Моя сестра боится бала, — сказала я. — Она думает, что некрасивая и что над ней будут смеяться. Я хочу сделать так, чтобы она чувствовала себя уверенно.

Тэхён посмотрел на меня странным взглядом — долгим, изучающим.

— Прежняя Дженни ненавидела сестру, — произнёс он медленно. — Она бы скорее толкнула её под карету, чем помогла.

— Я не прежняя Дженни.

— Я уже понял.

Он помолчал, а потом вдруг сказал:

— Я могу помочь. Назначу Бэтти танец.

Я удивлённо подняла брови.

— Вы?

— Не я лично. Я попрошу Чимина. Он отличный танцор и умеет быть обаятельным. Если герцог пригласит вашу сестру на первый танец, никто не посмеет над ней смеяться.

Я обдумала это. А ведь неплохая идея. Чимин — герцог, друг кронпринца, завидный холостяк. Его внимание к Бэтти поднимет её статус мгновенно.

— Спасибо, — сказала я. — Это очень благородно с вашей стороны.

— Я не благородный, — он усмехнулся. — Просто хочу посмотреть, как вы счастливы.

— Что?

Он наклонился ко мне через стол. Слишком близко.

— Вы счастливы, когда помогаете, — сказал он тихо. — Я заметил. И мне нравится на это смотреть.

У меня перехватило дыхание. Он смотрел на мои губы. Я смотрела на его глаза. Момент тянулся и тянулся.

— Тэхён, мы договаривались без провокаций.

— Я ничего не делаю, — его губы дрогнули. — Просто сижу.

— Вы не «просто сидите». Вы...

Я не договорила. Потому что в этот момент в дверь постучали, и в кабинет заглянула Мария.

— Леди Дженни, леди Бэтти готова к последней примерке!

Тэхён отодвинулся. Момент исчез.

— Идите, — сказал он. — Делайте сестру красивой. А о Чимине я позабочусь.

Я кивнула и быстро вышла. Сердце колотилось, щёки горели. Мария, не замечая ничего, щебетала про платье. А я думала о том, что Тэхён сказал: «Мне нравится смотреть, как вы счастливы».

И это пугало меня сильнее, чем все яды Алисии.

День бала настал.

Дворец сиял. Сотни свечей, цветы, музыка, дамы в пышных платьях и кавалеры в бархатных камзолах. Я стояла в бальном зале рядом с Бэтти и держала её за руку.

— Волнуешься?

— Очень, — она была бледной, но в голубом платье и жемчугах выглядела как маленькая принцесса.

— Посмотри на себя в зеркало, — сказала я. — Ты прекрасна. И помни: герцог Чимин пригласит тебя на танец.

— Он правда это сделает? — её глаза расширились.

— Обещаю.

В этот момент к нам подошёл Чимин. Сегодня он был особенно хорош — в тёмно-бордовом камзоле, с улыбкой во всё лицо.

— Леди Бэтти! — он поклонился с преувеличенной галантностью. — Вы сегодня ослепительны. Можно пригласить вас на первый танец?

Бэтти покраснела до корней волос, но кивнула. Чимин взял её за руку и повёл в центр зала. Я видела, как придворные зашептались. Кто-то удивлённо, кто-то одобрительно. Но никто не смеялся. Никто.

Я выдохнула. Получилось.

— Вы довольны? — раздался знакомый голос за спиной.

Я обернулась. Тэхён стоял рядом в чёрном камзоле, расшитом серебром. Волосы уложены назад, на лице — едва заметная улыбка.

— Очень, — честно ответила я. — Спасибо за Чимина.

— Он сам согласился. Сказал, что ваша сестра — милая.

— Она милая.

— А вы — упрямая и опасная, — он подал мне руку. — Но я всё равно хочу с вами танцевать. Идёмте.

Я вложила пальцы в его ладонь, и мы вышли в центр зала. Заиграла музыка.

— Помните, что я веду? — спросила я, вспоминая наши уроки.

— Помню. Первый танец ведёт дама. Я в вашей власти, леди Дженни.

— В моей власти, — повторила я с улыбкой. — Мне нравится, как это звучит.

Мы начали танцевать. Я вела, он следовал — плавно, уверенно, ни разу не сбившись. Его рука лежала на моей талии, тёплая и тяжёлая. Его глаза не отпускали моих. Вокруг кружились другие пары, но я не замечала никого. Только он. Только мы.

— Дженни, — сказал он тихо, когда музыка сменилась на более медленную.

— Да?

— Я хочу вас кое о чём спросить. Серьёзно.

— Спрашивайте.

— Вы всё ещё боитесь меня?

Я помолчала, делая очередной поворот. А потом ответила:

— Уже меньше.

— А влюбиться боитесь?

— Этого — да.

— Почему?

— Потому что если я влюблюсь, то перестану быть осторожной. А в этом дворце осторожность — единственное, что меня защищает.

Он кивнул, будто понял что-то важное.

— Тогда я скажу так, — произнёс он, наклоняясь к моему уху. — Я не буду торопить. Но я буду ждать. Когда вы перестанете бояться.

Музыка закончилась. Зал взорвался аплодисментами. Мы остановились, всё ещё глядя друг на друга.

— Вы странный, Тэхён, — прошептала я.

— Я знаю, — он улыбнулся. — Но вам же это нравится.

И он был прав.

Прода на 7 звезд.