Молодость

Последние дни всегда проходят быстрее остальных.

Виктория поняла это слишком поздно.

Сначала ей казалось, что две недели — это много.

Потом неделя.

Потом пять дней.

Теперь оставалось всего три.

Три дня до того момента, когда Арвид снова сядет в самолёт и вернётся в тот мир, который существовал задолго до неё.

Она старалась об этом не думать.

Правда старалась.

Но мысль всё равно появлялась каждый раз, когда она замечала его чемодан возле стены.

Пустой.

Пока ещё пустой.

Но всё равно напоминающий о том, что скоро его придётся собирать.

Утром они проснулись поздно.

Впервые за долгое время никуда не нужно было спешить.

Арвид лежал на спине, закинув руку за голову, и смотрел в потолок.

Виктория устроилась рядом.

— О чём думаешь?

— Ни о чём.

— Врёшь.

— Почему сразу вру?

— Потому что ты уже минут пять смотришь в одну точку.

Арвид повернул голову.

— А ты уже пять минут наблюдаешь за мной.

— Это другое.

— Конечно.

Она улыбнулась.

Он протянул руку и притянул её ближе.

Это тоже стало привычкой.

Каждый раз, когда она оказывалась рядом, Арвид будто автоматически касался её.

Брал за руку.

Обнимал за плечи.

Прижимал к себе.

Словно всё ещё не мог до конца поверить, что она настоящая.

И что теперь ему не нужно искать её на экране телефона.

Иногда Виктории казалось, что она чувствует то же самое.

Особенно по утрам.

Когда просыпалась раньше него и несколько секунд просто смотрела.

На его лицо.

На растрёпанные волосы.

На лёгкую морщинку между бровями.

На едва заметный шрам возле подбородка, который он когда-то получил в картинге.

Такие моменты были совершенно обычными.

Но именно они почему-то запоминались сильнее всего.

⸻

После обеда пошёл снег.

Лёгкие хлопья кружились над улицами Софии.

— Пойдём гулять.

Арвид посмотрел на неё так, будто она предложила что-то безумное.

— На улице минус три.

— И что?

— Нормальные люди сидят дома.

— А мы не нормальные.

— Тут сложно спорить.

Через двадцать минут они уже шли по центру города.

Арвид держал её за руку, засунув вторую в карман куртки.

— Ты уже решила?

— Насчёт чего?

— Амстердам.

Она кивнула.

— Почти.

— Почти?

— Мне страшно.

Арвид усмехнулся.

— Хороший ответ.

— Самый честный.

— Знаешь, мне тоже было страшно.

— Когда?

— Когда я переехал.

— Ты переехал ради Формулы-1.

— Да.

— Это другое.

— Нет.

Он остановился возле пешеходного перехода.

— Тори.

Она посмотрела на него.

— Все важные решения одинаково страшные.

Потому что никто не знает, что будет дальше.

Она задумалась.

Наверное, в этом был смысл.

Арвид выглядел человеком, который всегда знает, что делает.

Но за последние недели она успела понять одну вещь.

Большую часть времени он просто двигался вперёд.

Так же, как и все остальные.

Не имея никаких гарантий.

⸻

Вечером они готовили ужин вместе.

Точнее, Виктория готовила.

Арвид мешал.

Как обычно.

— Перестань.

— Что?

— Есть ингредиенты до того, как блюдо готово.

— Я проверяю качество.

— Ты проверил уже четыре раза.

— Ответственная работа.

Она закатила глаза.

Арвид рассмеялся.

А потом неожиданно замолчал.

Виктория обернулась.

Он стоял возле кухонного стола и просто смотрел на неё.

— Что?

— Ничего.

— Нет, что?

Арвид слегка улыбнулся.

— Я просто пытаюсь запомнить тебя.

Сердце предательски сжалось.

— Не смотри на меня так.

— Как?

— Будто завтра конец света.

Арвид усмехнулся.

— До конца света ещё далеко.

— Тогда прекрати.

Он подошёл ближе.

Совсем близко.

— Хорошо.

И Виктория вдруг поняла, насколько сильно изменились их отношения за эти месяцы.

Раньше рядом с ним она постоянно переживала.

Думала, что сказать.

Как выглядеть.

Как себя вести.

⸻

В ту ночь они долго разговаривали.

Лежали под одним одеялом.

Слушали ветер за окном.

Говорили обо всём и ни о чём одновременно.

О детстве.

О родителях.

О будущем.

О том, какими они представляли свою жизнь пять лет назад.

Потом разговор постепенно стих.

Слова стали не нужны.

Арвид осторожно коснулся её щеки.

Так, словно спрашивал разрешение.

Хотя давно его получил.

Виктория придвинулась ближе.

Она больше не чувствовала той неловкости, которая была между ними раньше.

Не чувствовала страха.

И когда он поцеловал её, в этом уже не было торопливости первых встреч.

Не было волнения первых признаний.

Только близость двух людей, которые постепенно учились принадлежать друг другу.

За окном медленно падал снег.

А где-то совсем рядом продолжало тикать время.

До отъезда оставалось меньше сорока восьми часов.

Следующий день наступил слишком быстро.

Виктория поняла это в тот момент, когда увидела открытый чемодан на полу спальни.

Арвид сидел рядом и складывал вещи.

Футболки.

Толстовки.

Спортивную форму.

Зарядки.

Документы.

Самые обычные вещи.

Но почему-то именно они делали его отъезд реальным.

До этого всё казалось чем-то далёким.

Теперь нет.

Теперь каждая сложенная вещь словно приближала момент прощания.

— Ненавижу чемоданы.

Арвид поднял голову.

— Неожиданно.

— Они всегда означают, что кто-то уезжает.

— Или приезжает.

— Сейчас первый вариант.

Он вздохнул.

— Да.

В комнате повисла тишина.

Совсем не похожая на ту уютную тишину, которая сопровождала их последние недели.

Арвид застегнул боковой карман чемодана.

Потом неожиданно встал.

Подошёл к ней.

Обнял.

Виктория уткнулась лицом ему в плечо.

— Мне это не нравится.

— Мне тоже.

— Совсем.

— Я знаю.

Она закрыла глаза.

На секунду ей захотелось быть ужасно эгоистичной.

Сказать ему остаться.

Пропустить тесты.

Пропустить сезон.

Пропустить всё.

Но это было невозможно.

Потому что гонки были частью Арвида задолго до неё.

И останутся частью его жизни независимо от того, рядом она или нет.

Наверное, именно это и означало любить кого-то.

Не пытаться удержать.

Даже когда очень хочется.

⸻

Последний вечер они провели дома.

В какой-то момент Арвид сидел на полу возле дивана, а Виктория перебирала его волосы.

— Ты нервничаешь?

— Немного.

— Из-за тестов?

— Из-за всего.

Он тихо усмехнулся.

— Справедливо.

— А ты?

Арвид задумался.

— Обычно перед сезоном я думаю только о машине.

— А сейчас?

— Сейчас думаю о том, как буду возвращаться в пустую квартиру.

Виктория почувствовала, как внутри что-то болезненно дрогнуло.

Она привыкла видеть в нём гонщика.

Арвид поднял голову.

— Не смотри так.

— Как?

— Будто сейчас заплачешь.

— Не собираюсь.

— Врёшь.

— Немного.

Он улыбнулся.

Очень грустно.

И впервые за всё время Виктория поняла, что этот отъезд даётся ему ничуть не легче.

⸻

Они почти не спали.

Всю ночь.

Будто подсознательно пытались украсть ещё несколько часов.

Ещё немного времени.

Ещё немного друг друга.

А потом наступило утро.

Самое нелюбимое утро за последние недели.

Дорога до аэропорта прошла слишком быстро.

София за окном автомобиля казалась непривычно серой.

Арвид держал её за руку всю дорогу.

И никто из них почти не говорил.

Потому что все слова уже были сказаны.

Когда объявили посадку, Виктория впервые по-настоящему возненавидела аэропорты.

Арвид поставил сумку на пол.

Посмотрел на неё.

Несколько секунд молча.

Будто тоже не знал, что сказать.

— Я позвоню сразу после посадки.

— Я знаю.

— Каждый день.

— Я знаю.

— Тори...

Она покачала головой.

— Не надо.

— Что?

— Делать вид, что это навсегда.

Арвид замер.

Потом медленно улыбнулся.

— Хорошо.

Она сделала шаг вперёд и крепко его обняла.

Настолько крепко, насколько могла.

Запоминая.

Запах его куртки.

Тепло рук.

Биение сердца.

Всё.

Абсолютно всё.

Арвид поцеловал её в волосы.

— Я люблю тебя.

Виктория зажмурилась.

— Я тоже тебя люблю.

Это прозвучало тихо.

Но он услышал.

Конечно услышал.

Потом ему всё-таки пришлось уйти.

⸻

В самолёте Арвид почти не спал.

Он смотрел в иллюминатор и впервые за долгое время чувствовал странную пустоту.

Обычно перед новым сезоном его переполняло возбуждение.

Азарт.

Предвкушение.

Сейчас всё было иначе.

Потому что впервые в жизни ему было кого оставлять позади.

⸻

Через два дня он уже находился на базе команды.

Знакомые лица.

Инженеры.

Механики.

Брифинги.

Симулятор.

Технические встречи.

Фотосессии.

Расписание снова заполнило каждую минуту.

Жизнь стремительно возвращалась в привычный ритм.

Но теперь между обсуждением настроек машины и разговорами с инженерами Арвид автоматически проверял телефон.

Сообщения от Виктории.

Фотографии.

Голосовые.

Маленькие кусочки её жизни.

Которые внезапно стали необходимыми.

На третий день начались предсезонные тесты.

Когда он впервые увидел новый болид в гараже, знакомое волнение наконец вернулось.

Почти.

Арвид надел шлем.

Сел в кокпит.

Опустил визор.

Двигатель ожил.

Гараж наполнился шумом.

Всё было привычно.

До боли привычно.

Но уже после первых кругов он почувствовал проблему.

Машина вела себя нестабильно.

Баланс постоянно менялся.

Задняя часть срывалась там, где не должна была.

Инженеры заметили это почти сразу.

После серии кругов Арвид вернулся в боксы.

Снял шлем.

Посмотрел на главного инженера.

Тот выглядел недовольным.

Очень недовольным.

— Всё настолько плохо?

Инженер переглянулся с коллегами.

— Нам предстоит много работы.

Это был дипломатичный ответ.

Слишком дипломатичный.

Арвид понял это мгновенно.

Он посмотрел на экран с телеметрией.

Потом на болид.

И впервые за долгое время почувствовал неприятное ощущение где-то под рёбрами.

Сезон ещё даже не начался.

А проблемы уже появились.

И были гораздо серьёзнее, чем ему хотелось верить.