Молодость

Несколько секунд после объятий никто из них не двигался.

Наверное, потому что оба слишком долго представляли этот момент.

И теперь реальность неожиданно оказалась гораздо тише, чем фантазии.

Когда они наконец отстранились друг от друга, Виктория почувствовала, как к лицу приливает кровь.

Теперь стало неловко.

Очень неловко.

Потому что одно дело — мечтать о встрече.

Совсем другое — стоять напротив человека, с которым последние месяцы начинались и заканчивались почти все твои дни.

— Ну...

Арвид тоже выглядел немного растерянным.

— Ну...

— Отличное начало разговора.

Он рассмеялся.

— Согласен.

Виктория покачала головой.

Потом посмотрела на дверь своих апартаментов.

Потом снова на него.

— Может... зайдёшь?

Она тут же пожалела о том, как это прозвучало.

Но Арвид лишь кивнул.

Будто это было самой естественной вещью в мире.

— Если ты уверена.

— Да.

Наверное.

— Очень убедительно.

— Замолчи.

Он улыбнулся.

И впервые за весь вечер напряжение немного отпустило.

⸻

Апартаменты были небольшими.

Очень небольшими.

Спальня.

Кухонный уголок.

Стол возле окна.

Диван.

Пара чемоданов.

Но сейчас Виктории казалось, что это самое неудобное место на планете.

Потому что внезапно всё стало слишком личным.

Она никогда раньше не задумывалась о том, как выглядит её жизнь со стороны.

А теперь Арвид видел её книги.

Её одежду.

Её блокнот с заметками про университет.

Её кружку с треснувшей ручкой, которую она всё равно продолжала использовать.

Все эти маленькие вещи, из которых состояла её реальность.

Арвид медленно оглядел комнату.

Подошёл к столу.

Увидел стопку брошюр университета.

— Ты действительно серьёзно к этому относишься.

— Конечно серьёзно.

— Просто раньше это были разговоры.

А теперь всё выглядит настоящим.

Виктория усмехнулась.

— Поверь, я сама до сих пор не привыкла.

Он сел на край дивана.

— И что думаешь?

— Про университет?

— Угу.

Она задумалась.

Посмотрела в окно.

На канал.

На огни города.

— Мне кажется, впервые в жизни я увидела место, где могу представить себя через пять лет.

Арвид внимательно слушал.

Не перебивая.

Как всегда.

— И?

— И это немного страшно.

— Почему?

— Потому что тогда всё становится реальным.

Он улыбнулся.

— У тебя привычка бояться хороших вещей.

— А у тебя привычка говорить неприятную правду.

— Именно поэтому мы дружим.

От слова «дружим» внутри что-то странно кольнуло.

Настолько быстро, что Виктория даже не успела понять почему.

⸻

Следующие несколько дней пролетели так быстро, что потом она долго не могла вспомнить их по отдельности.

Они словно слились в одну длинную историю.

Амстердам оказался невероятным городом для прогулок.

Особенно зимой.

Даже серое небо здесь выглядело красиво.

Они много ходили пешком.

Сидели в маленьких кафе.

Говорили обо всём подряд.

Иногда Арвиду приходилось отвлекаться на работу.

На звонки.

На какие-то встречи.

На бесконечные обязанности, которые сопровождали жизнь гонщика Формулы-1.

Но даже тогда он неизменно возвращался.

Словно не хотел упускать ни одной лишней минуты.

На третий день Виктория познакомилась с Амилем.

Младший брат Арвида оказался полной противоположностью.

Они сидели в кофейне возле канала.

Арвид отошёл отвечать на телефонный звонок.

А Амиль внезапно посмотрел на Викторию.

— Теперь я понимаю.

— Что именно?

— Почему он приехал.

Она чуть не подавилась кофе.

— Что?

— Он последние недели только о тебе и говорил.

— Это неправда.

— Правда.

— Амиль.

— Что?

— Замолчи.

Подросток довольно улыбнулся.

— Я просто говорю факты.

Виктория покачала головой.

Но почему-то почувствовала, как сердце начинает биться быстрее.

⸻

Тем же вечером они возвращались вдвоём через центр города.

Было холодно.

Настолько, что приходилось прятать руки в карманы.

Ветер гулял вдоль каналов.

Поверхность воды отражала тысячи огней.

— Устала?

— Немного.

— Тогда можем вернуться.

— Не хочу.

Арвид посмотрел на неё.

— Почему?

Она улыбнулась.

— Потому что мне здесь нравится.

Он ничего не ответил.

⸻

На следующий день они пошли смотреть университет ещё раз.

Виктория хотела уточнить детали программы.

Поговорить с преподавателями.

Посмотреть общежитие.

Арвид терпеливо сопровождал её несколько часов подряд.

Хотя совершенно ничего не понимал в образовательных программах.

— Итак.

— Что?

— Объясни ещё раз.

— Что именно?

— Чем отличается этот курс от того курса.

Она рассмеялась.

— Ты вообще слушал?

— Нет.

— Тогда зачем спрашиваешь?

— Мне нравится слушать, как ты рассказываешь о вещах, которые тебе нравятся.

Она замолчала.

И впервые Виктория поймала себя на мысли, что начинает бояться конца этой поездки.

До отъезда оставалось всего два дня.

И почему-то эта мысль совсем ей не нравилась.

⸻

Поздно вечером того же дня она сидела у окна своих апартаментов.

Арвид уже ушёл.

Амстердам постепенно засыпал.

На улице почти не осталось людей.

Телефон завибрировал.

Сообщение.

От Арвида.

Всего одна строчка.

«Ты знаешь, что стала моей любимой частью этой поездки?»

Виктория долго смотрела на экран.

Очень долго.

Потом написала:

«Спокойной ночи, Арвид.»

Ответ пришёл почти сразу.

«Спокойной ночи, Тори.»

Но почему-то оба понимали, что речь шла совсем не о пожелании спокойной ночи.

И впервые за всё время Виктория почувствовала, что приближается момент, после которого ничего уже не будет прежним.

⸻

На следующее утро Виктория проснулась раньше обычного.

Несколько секунд она лежала, глядя в потолок, и пыталась понять, почему внутри поселилось такое странное чувство.

А потом вспомнила.

До отъезда оставалось два дня.

Всего два.

Мысль оказалась неожиданно неприятной.

Настолько неприятной, что она тут же попыталась переключиться на что-нибудь другое.

На университет.

На документы.

На расписание.

На что угодно.

Но каждый раз мысли возвращались к одному и тому же.

Через два дня она снова окажется в Софии.

Он — где-нибудь между Лондоном, Миланом и базой команды.

И всё вернётся к звонкам через экран.

К сообщениям.

К ожиданию.

Виктория резко села на кровати.

— Прекрати.

Сама себе.

Потому что это начинало становиться опасным.

Очень опасным.

⸻

Днём они встретились возле центрального вокзала.

Арвид выглядел непривычно серьёзным.

Словно о чём-то думал.

Причём уже давно.

Они гуляли несколько часов.

Заходили в книжные магазины.

Спорили о фильмах.

Смеялись над туристами, которые умудрялись падать с велосипедов.

Разговоры были такими же лёгкими, как всегда.

Но под ними появилось что-то ещё.

Что-то невысказанное.

И оба это чувствовали.

К вечеру они вышли к одному из каналов.

Там было удивительно тихо.

Большая часть туристов уже разошлась.

Вода казалась почти чёрной.

Огни домов отражались в ней длинными золотыми полосами.

Ветер слегка трепал волосы.

Виктория сильнее закуталась в шарф.

Арвид молчал.

Необычно долго.

— Всё нормально? — наконец спросила она.

— Да.

Он посмотрел на воду.

Потом на неё.

И снова отвёл взгляд.

Впервые за всё время знакомства он выглядел человеком, который не знает, что сказать.

И это неожиданно напугало её сильнее всего.

— Арвид?

— Мм?

— Ты меня сейчас пугаешь.

Он тихо усмехнулся.

— Прости.

— Тогда говори.

— Что?

— То, о чём думаешь.

Наступила пауза.

Длиннее обычного.

Потом он глубоко вдохнул.

И наконец посмотрел ей прямо в глаза.

— Ты ведь понимаешь, что я приехал сюда не из-за Амстердама?

Сердце пропустило удар.

Она знала ответ.

Давно знала.

Но всё равно сделала вид, что не понимает.

— Арвид...

— Нет.

Подожди.

Дай мне договорить.

И впервые за всё время его голос прозвучал настолько серьёзно.

— Я пытался не говорить этого несколько месяцев.

Потому что понимал, что это всё усложнит.

И потому что не хотел на тебя давить.

Он сделал шаг ближе.

Совсем немного.

— Но я больше не могу делать вид, что ничего не происходит.

Виктория молчала.

Потому что слова внезапно закончились.

— Когда мы познакомились в Будапеште, я думал, что это просто хороший уикенд.

Потом появились сообщения.

Потом звонки.

Потом я начал замечать, что первым делом утром проверяю телефон.

Потом начал ловить себя на том, что хочу рассказать тебе что-то раньше, чем кому-либо ещё.

Он усмехнулся.

Очень тихо.

— А потом понял, что половина моих дней проходит в ожидании твоих сообщений.

Она смотрела на него не моргая.

— Арвид...

— Подожди.

Ещё немного.

Он провёл рукой по волосам.

Нервно.

Впервые за всю поездку действительно нервно.

— Ты постоянно говоришь, что мы слишком разные.

Что я живу в одном мире, а ты в другом.

Что я гонщик Формулы-1.

Что ты обычная студентка.

Но проблема в том, что мне всё равно.

Совершенно всё равно.

Он улыбнулся.

Слабо.

Почти беззащитно.

— Мне нравится, как ты рассказываешь про университет.

Как ругаешь математику.

Как переживаешь за свою семью.

Как радуешься вещам, которые другие даже не замечают.

Мне нравится, что рядом с тобой я могу быть просто собой.

Просто Арвидом Линдбладом.

Виктория почувствовала, как предательски защипало глаза.

— И именно поэтому я здесь.

После этих слов мир словно стал очень тихим.

Настолько тихим, что она слышала только собственное сердцебиение.

⸻

Она первой отвела взгляд.

Потому что выдерживать его было невозможно.

Слишком много чувств.

Слишком много эмоций.

Слишком много правды.

— Это плохая идея.

Слова сорвались сами собой.

Арвид слегка нахмурился.

— Что?

— Это плохая идея.

Он несколько секунд молчал.

Потом тихо спросил:

— Почему?

Она рассмеялась.

Нервно.

Почти отчаянно.

— Ты серьёзно спрашиваешь?

— Да.

— Потому что ты живёшь одной жизнью, а я другой.

Потому что через два дня я улетаю домой.

Потому что у меня университет.

Работа.

Потому что я не могу просто взять и полететь за тобой в другую страну.

Потому что...

Она запнулась.

Арвид продолжал слушать.

Не перебивая.

— Потому что это всё слишком сложно.

— Возможно.

— Не возможно.

Точно.

Он кивнул.

— Хорошо.

Сложно.

— Арвид...

— Но разве это причина даже не попробовать?

Она открыла рот.

Закрыла.

Снова открыла.

И не нашла ответа.

Потому что где-то глубоко внутри уже знала правду.

Проблема была не в расстоянии.

Не в деньгах.

Не в самолётах.

Проблема была в страхе.

В самом обычном страхе.

⸻

— Я боюсь.

Призналась она наконец.

Почти шёпотом.

Арвид смотрел на неё молча.

— Чего именно?

— Что однажды всё закончится.

Ответ вырвался быстрее, чем она успела подумать.

— Что мы попробуем.

А потом всё равно не получится.

Что ты поймёшь, что я не подхожу для твоей жизни.

Что я...

Она не успела закончить.

Потому что Арвид осторожно взял её за руку.

Впервые.

— Тори.

Она подняла глаза.

— Я не прошу тебя обещать мне десять лет.

Не прошу обещать будущее.

Не прошу переезжать ради меня.

Я прошу только одно.

Попробовать.

Всего одно слово.

Попробовать.

И почему-то именно оно оказалось сильнее всех остальных аргументов.

⸻

Несколько секунд они просто смотрели друг на друга.

Потом Арвид сделал ещё один шаг вперёд.

Очень медленно.

Оставляя ей возможность отступить.

Но Виктория не отступила.

И тогда он поцеловал её.

Осторожно.

Почти неуверенно.

Так, будто боялся спугнуть момент.

Будто сам до конца не верил, что это происходит.

Она ответила почти сразу.

Совершенно естественно.

Словно внутри давно уже существовал ответ на этот вопрос.

Просто никто не решался произнести его вслух.

Когда они наконец отстранились друг от друга, Виктория неожиданно рассмеялась.

— Это всё ещё ужасная идея.

Арвид тоже рассмеялся.

— Возможно.

— Очень ужасная.

— Согласен.

— Просто катастрофическая.

— Абсолютно.

Она покачала головой.

Не переставая улыбаться.

И вдруг поняла, что больше не хочет спорить.

Не хочет искать причины.

Не хочет убегать.

Хотя бы сегодня.

⸻

Позже они медленно шли вдоль канала обратно к её апартаментам.

Держась за руки.

Иногда разговаривая.

Иногда молча.

И впервые за всё время молчание не требовало объяснений.

Когда они остановились возле её дома, город уже почти спал.

Арвид посмотрел на неё.

— Значит, мы попробуем?

Виктория улыбнулась.

Посмотрела на огни города.

На воду канала.

На человека рядом.

И впервые за много месяцев будущее перестало казаться чем-то пугающим.

— Да.

Попробуем.

И впервые это слово не звучало страшно.

Наоборот.

Оно звучало как начало.