25. Канон Нефритовых Костей
Сяо Цин с детства был неописуемо красив. Изначально его притащили в Пещеры как товар на продажу, но по пути планы изменились, и его отправили прямиком на север империи Цзин, в края вечных снегов. Хотя детство Чжоу Сяосяо и было обманом, оно хотя бы было обернуто в красивую обертку. У Сяо Цина всё было иначе.
В безлюдном поместье в горах Аньян время для него словно застыло в вечной мерзлоте. Дугу Цзюэ большую часть времени проводил в кабинете западного флигеля и требовал от Сяо Цина строгого соблюдения графика тренировок, лишая его даже капли свободы.
Однажды, когда Сяо Цин сидел в чане с лекарствами, он сквозь щель в двери увидел, что Дугу Цзюэ куда-то спешит, явно собираясь в путь. Сяо Цин был в том возрасте, когда трудно усидеть на месте, и суровая дисциплина его тяготила. Поэтому, как только Дугу Цзюэ ушел, он впервые не закончил процедуру в ядовитой ванне и тайком выскользнул из комнаты.
Больше всего его манил кабинет, в котором учитель проводил уйму времени. Он осторожно пробрался внутрь и случайно наткнулся на стопку писем. В них содержались подробнейшие записи... о нем самом. Сначала Сяо Цин просто бегло просматривал их, но чем дальше он читал, тем сильнее дрожали его руки. В тот день он сидел, бессильно сжимая листы бумаги, и чувствовал, что ему трудно дышать.
- Оказалось, я вовсе не безымянный сирота, случайно упавший в ущелье. Я жив только потому, что кто-то обменял свою жизнь на мою.
С тех пор Сяо Цин больше ни разу не пожаловался ни на ванны, ни на изнурительные тренировки. Каждый раз, когда его плоть терзали ядовитые насекомые, он неустанно повторял про себя два слова: «Демоническая секта». Он шептал это снова и снова, стиснув зубы от ненависти.
Дугу Цзюэ не раз говорил Сяо Цину, что он лучший ученик, которого тот когда-либо встречал. И это было правдой. В одиннадцать лет Дугу Цзюэ объявил ему, что канон полностью изучен. Стоит лишь набраться опыта, и Сяо Цин одолеет половину мастеров в цзянху. Сяо Цина не волновали рейтинги, он жаждал лишь мести.
Год спустя, после его наводящих вопросов, Дугу Цзюэ наконец признал, что мастерство Сяо Цина достигло совершенства и он готов сразиться с сильнейшими. Дугу Цзюэ обронил это невзначай, и тут же, словно поняв, что сболтнул лишнего, поспешно сменил тему.
- Я до сих пор помню каждое выражение его лица в тот миг, - коротко усмехнулся Сяо Цин. - Игра была бездарной, но я, на свою беду, тогда действительно ему поверил.
Дождавшись глубокой ночи, Сяо Цин украл из потайного ящика в кабинете учителя ядовитый порошок и при свете луны отправился на запад. Приложив неимоверные усилия, он проник в Демоническую секту и повсюду рассыпал отраву. Он затаился в траве, ожидая, когда яд подействует, чтобы одним ударом снести голову Главе секты.
Глава действительно появился именно там, где Сяо Цин устроил засаду. Но стоило юноше броситься в атаку, как огромный тигр одним ударом лапы пригвоздил его к земле. Тигр казался обычным зверем, но был невероятно умен: он не стал убивать Сяо Цина, а просто играл с ним, как кошка с мышкой.
Когда зверь в очередной раз хлестнул его хвостом по ребрам, Сяо Цин выплюнул кровь, окрасив тигриную шкуру в алый цвет.
Он смотрел на высокого мужчину, который стоял поодаль, сложив руки на груди, и внезапно почувствовал запредельное отчаяние и ужас.
Когда мужчина направился к нему, Сяо Цин решил, что смерть неизбежна. Однако тот лишь бесцеремонно схватил его за шиворот и вздернул вверх. Вид у него был сонный: он прищурился и спросил: - Откуда у тебя этот порошок?
В тот момент Сяо Цин мечтал лишь о том, чтобы вгрызться в плоть этого врага и переломать ему кости. Он не только не ответил, но и попытался изловчиться, чтобы нанести удар ладонью. Сяо Цин когда-то с легкостью перебивал ударом дерево в обхват толщиной, поэтому был уверен, что противнику несдобровать. Однако его выпад, совершенный изо всех сил, словно канул в мягкий песок, не причинив врагу ни малейшего вреда.
Но Сяо Цин и не думал сдаваться. Видя, что мальчишка отчаянно сопротивляется и не желает отвечать по-хорошему, Глава Демонической секты, не отличавшийся терпением в общении с детьми, просто задал ему трепку. Если бы огромный тигр в последний момент не заслонил юношу собой, Сяо Цин, возможно, навсегда бы распрощался с боевыми искусствами.
Когда Сяо Цин немного пришел в себя, он увидел невероятную картину: Глава Демонической секты, только что казавшийся воплощением бога смерти, нежно обнимал гигантского тигра. Его голос стал тонким и мягким, пока он поглаживал зверя по плечу, в которое пришелся удар.
Сяо Цин отродясь не видел ничего подобного и застыл в оцепенении. К этому моменту он уже смутно начал догадываться, что здесь что-то не так, и прямо спросил мужчину, зачем тот много лет назад вырезал семью Чжай в Наньяне.
Этот вопрос в одночасье перевернул все представления Сяо Цина о мире, накопленные за последние годы. Тот, кого он считал кровным врагом, на самом деле оказался ни при чем от начала и до конца. А его уважаемый учитель всё это время просто забавлялся за его счет.
- Невозможно! - Сяо Цин всё еще цеплялся за призрачную надежду и тут же возразил: - Демоническая секта творит бесчисленные злодеяния, вы наверняка причастны к этому!
Глава секты лишь небрежно бросил в ответ: - И какая нам выгода от истребления семьи Чжай?
Сяо Цин рефлекторно выпалил: - У семьи Чжай было огромное имение и несметные богатства!
Глава секты встряхнул рукой, на запястье которой красовалась золотая цепь, усыпанная драгоценными камнями: - Подобного добра в нашей секте накоплено целых четыре склада.
Сяо Цин посмотрел на сияющее золото и чистейшие камни размером с голубиное яйцо, и слова застряли у него в горле. Тогда он предположил, что какой-то адепт секты наверняка имел личные счеты с Чжаями и воспользовался мощью секты для мести. Глава бесстрастно ответил: - Просто убить? Слишком скучно. Такая низкопробная месть у нас даже порога не переступит.
В глубине души Сяо Цин уже всё осознал, но продолжал перебирать версии одну за другой, тщетно пытаясь убедить самого себя хоть в чем-то. Когда же он произнес: «Секта могла принять заказ на убийство», то сам почувствовал неладное. И действительно, стоило ему взглянуть на Главу, как он увидел на его лице выражение, с которым смотрят на набитого дурака.
Всем в цзянху было известно, что у Демонической секты есть секретное соглашение с императорским двором Цзин. И одно из условий, которое могли наблюдать все - секта никогда не убивает подданных империи без разбору. Следовательно, если бы они и вырезали Чжаев, то лишь в случае, если бы вся семья была закоренелыми преступниками, с которыми не мог совладать даже закон. Но это звучало слишком нелепо.
Сяо Цин больше не мог найти оправданий и просто сидел на земле в полном оцепенении. Глава секты поначалу не собирался больше возиться с ним, но, зевнув, заметил, как его тигр подошел к Сяо Цину и начал тереться огромной мордой - в три раза больше человеческой головы - о щеку юноши.
Сяо Цин всегда любил животных, но его учитель неизменно убивал любую живность, пробравшуюся в поместье. Поэтому мальчик привык сознательно избегать всего пушистого. И вот теперь, когда тигр ластился к нему, а жесткая шерсть покалывала кожу, у Сяо Цина почему-то защипало в глазах. Не раздумывая, он обнял огромного зверя, похожего на небольшую гору.
Поглаживая тигриную шерсть, Сяо Цин поднял взгляд и увидел, что Глава секты сидит перед ним на корточках с задумчивым видом. - Раз уж Малыш так тебя полюбил, я расскажу тебе еще кое-что, - произнес Глава. - Ты слышал о Тринадцати пещерах Сяолянь?
И вновь остатки и без того истерзанного мировоззрения Сяо Цина были вдребезги разбиты словами Главы. Его выставили вон из секты. Долго размышляв, он так и не вернулся в горы Аньян, а спрятался от мира, прихватив с собой лишь несколько флаконов с целебными мазями, которые дал ему Глава.
Так он скрывался целых два года. Срок небольшой, но мир Сяо Цина изменился до неузнаваемости. Трагедия семьи Чжай, события в Союзе боевых искусств тех лет и даже история Дугу Цзюэ - теперь всё это выстроилось в его голове в четкую и ясную картину.
В мире всегда случаются беспричинные убийства. Демоническая секта не бралась за такую работу, а вот Пещеры Сяолянь это просто обожали. Глава семьи Чжай и его супруга всю жизнь были добросердечными людьми, и их единственной ошибкой стала женщина, которую спас их приемный сын во время поездки. Эта девица вовсе не была обычной крестьянкой, попавшей в беду - она была любовницей главаря местных горных разбойников. Разбойникам надоело прятаться, и они разыграли карту с очаровательной приманкой.
Оба приемных сына Чжай погибли от их рук. Единственная выжившая дочь, узнав правду, отдала себя во власть Пещер Сяолянь, чтобы те уничтожили банду разбойников, захвативших чужой дом. Если бы всё закончилось на этом, Сяо Цин был бы искренне благодарен обитателям Пещер и безропотно развлекал бы Дугу Цзюэ всю оставшуюся жизнь. Но участь женщины, пожертвовавшей собой, была неописуемо ужасна.
Сяо Цин до конца дней не забудет ту женщину с пришитой к телу собачьей шкурой. Она опиралась на обрубки рук и ног и стонала, глядя на него, а из её рта, лишенного языка и зубов, непрерывно текла кровь. Она молила его о смерти.
Сяо Цин исполнил её просьбу, но на этом не остановился. «Канон Нефритовых Костей» состоял из двух томов: первый - «Холодные Кости», второй - «Нефритовый Костный Мозг». Сяо Цин изучил лишь первый том. Тогда он думал, что ледяная вода с ядовитыми насекомыми - это предел мучений, но стоило ему приступить ко второму тому, как боль едва не заставила его лишиться чувств.
Сяо Цину уже было лень гадать, что именно планировал Дугу Цзюэ, когда «позволил» ему найти оба тома Канона. Даже если это была ловушка, он был готов прыгнуть в неё. Дугу Цзюэ говорил, что Сяо Цин - редкий талант, и сокрушался, что не нашел его на пару лет раньше, иначе тот стал бы его вторым воплощением. Но Сяо Цин не оправдал его ожиданий.
Ценой собственной жизни, с изувеченными меридианами и кожей, Сяо Цин в конце концов убил Дугу Цзюэ. Он никогда не станет вторым Дугу Цзюэ. В этом мире навсегда останется только один Сяо Цин.
В этот момент Бай Юаньсю внезапно вспомнил все подробности легенды о «Каноне Нефритовых Костей», которые слышал в детстве. Та женщина когда-то была предана любимым и всю жизнь провела в плену своих чувств. Она создала уникальную технику «Канон Нефритовых Костей», став непревзойденным мастером, способным убивать незримо, по щелчку пальцев. Но вскоре после того, как она покончила с предателем, её жизнь тоже оборвалась. Она ненавидела того, кто предал её, и ненавидела собственную любовь, так тесно переплетенную с этой ненавистью.
Поэтому тот, кто практикует «Канон Нефритовых Костей», никогда в жизни не должен познать любовь.