Демоническая секта по-прежнему безумна.

Хозяин «Цзуйсяньинь» был мертв.

Изначально Бай Юаньсю не хотел в это ввязываться. В этих краях расклад сил был запутанным, а ему, Защитнику Демонической секты в маске «праведного героя», было непросто: случись серьезное столкновение, поддерживать любую из сторон было бы неудобно.

Однако стоило ему развернуться, чтобы уйти, как он увидел Сяо Цина - тот стоял неподалеку под навесом лавки и махал ему рукой. Это была лавка тканей. Зайдя внутрь, Бай Юаньсю узнал, что Сяо Цин купил ему новое платье: уже и ткань, и фасон выбрал, только и ждал, когда тот придет примерить.

Бай Юаньсю коснулся мягкого, приятного к телу шелка, и почувствовал, как в сердце распускаются цветы. Раньше в дороге он жаловался, что старая одежда плотновата - даже когда просто сидишь, воротник словно впивался в горло, натирая кожу.

Сяо Цин, заметив, как он вечно поправляет ворот, спросил, в чем дело. Бай Юаньсю вскользь упомянул, что жарко, и не ожидал, что Сяо Цин запомнит. Едва они вошли в город, тот сразу бросился покупать ему обнову. Глаза Бай Юаньсю засияли. Если бы не толпа вокруг, он бы точно подхватил Сяо Цина на руки и закружил.

Лавочник поначалу просто стоял в сторонке, но прислушавшись к их разговору, вдруг с восторгом шагнул вперед: - Вы тот самый герой Бай, что разгромил конных бандитов?

Бай Юаньсю уже много лет не грабил разбойников, но легенды о том, как он очистил половину империи от свирепых банд, всё еще кочевали по цзянху. Он сам удивился, что его узнали.

Когда окружающие заговорили об убийстве ресторатора, ему не оставалось ничего другого, кроме как изобразить праведный гнев и взять на себя миссию «восстановить справедливость ради невинно убиенного». В душе Бай Юаньсю сокрушался: кажется, этот образ «героя» приклеился к нему намертво. Как же быть? Неужели придется скрывать правду от Сяо Цина всю жизнь?

А Сяо Цин, зная, что в случае беды он будет лишь обузой, в опасные моменты всегда оставался в комнате. Он не бродил где попало, а послушно ждал возвращения Бая, как тот и просил.

Так случилось и в тот раз. Бай Юаньсю устроил засаду на убийцу, когда тот готовил новое покушение в восточной части города, но преступник бросил в него горсть ядовитого порошка, повредив глаза. Яд был мощным. Если бы не колоссальная внутренняя энергия Бай Юаньсю, он бы ослеп на месте. И хотя зрение сохранилось, глаза сильно пострадали: он видел лишь расплывчатые контуры и очертания.

Той ночью Бай Юаньсю не мог уснуть от режущей боли в глазах, как вдруг услышал шорох на заднем дворе постоялого двора. На ощупь он пробрался во двор и увидел белоснежную фигуру, тренирующуюся с мечом.

У воинов обычно немалая сила, но техника, рост и привычки у каждого свои, поэтому длина и вес меча должны подбираться индивидуально. Сяо Цин держал самый обычный меч из лавки, который для человека, никогда не занимавшегося фехтованием, был слишком тяжел. Заметив, как тело юноши неестественно качнулось, Бай Юаньсю бросился на помощь, чтобы поддержать его, но из-за плохого зрения оступился и повалил того на землю.

Бай Юаньсю плохо видел, но реакция мастера осталась при нем: в долю секунды он извернулся так, чтобы Сяо Цин упал не на жесткую землю, а на него самого. И когда он в тревоге начал спрашивать, не ранен ли тот, Сяо Цин вдруг улыбнулся.

Юноша редко проявлял эмоции, но эта внезапная улыбка под луной была подобна распустившемуся цветку эпифиллума - неземная красота, которой не место в мире смертных.

- Ой? Почему у тебя лицо такое красное?

Услышав вопрос Сяо Цина, Бай Юаньсю поспешно соврал, сославшись на то, что летняя ночь слишком душная. Сяо Цин не заподозрил неладного: Бай Юаньсю всегда был горячим, как печка - даже в лютые зимние морозы от него веяло теплом. Поднявшись, юноша сказал: - Научи меня паре приемов.

Бай Юаньсю спросил, зачем ему это, но Сяо Цин ответил лишь, что ему стало любопытно: мол, каждый день смотрит, как тренируется Бай, вот и сам захотел попробовать. Но сейчас, когда глаза Бая были не в порядке, он никак не мог руководить тренировкой. Он уже начал ломать голову над тем, как быть, когда вдруг почувствовал прохладу в своих объятиях.

Он замер. С такого расстояния он чувствовал тонкий запах мыла, исходящий от Сяо Цина, а в затуманенном взоре видел лишь его спокойное лицо. - Так ведь будет проще.

Сяо Цин заставил Бай Юаньсю встать позади него и вести его руку, отрабатывая рубящие удары. Чем дольше Бай Юаньсю учил его, тем жарче ему становилось. Он понимал, что его реакция слишком бурная, но ничего не мог с собой поделать! Боясь, что Сяо Цин заметит его состояние, он провел всего четыре-пять движений и поспешно отступил, оставшись стоять в стороне и не смея больше приближаться.

Позже Бай Юаньсю заказал у кузнеца серебристо-белый меч. Лезвие было тонким, как крыло цикады, и очень легким - как раз под руку Сяо Цину. Получив оружие, Сяо Цин загорелся энтузиазмом. Каждый день еще до рассвета он уходил на пустырь тренироваться. Бай Юаньсю не хотел гасить этот порыв, поэтому просто тайно следовал за ним, оберегая от возможных неприятностей.

Так и шло: один практиковался с мечом, а другой под покровом ночи и зари негласно его охранял. Так пролетело полмесяца.

Однажды Бай Юаньсю, как обычно, следовал за ним, но вдруг заметил тайный знак своей секты. Взглянув на край неба, где уже занималась заря, он прикинул время и направился к месту встречи. Дело было не самым срочным: ему сообщили, что в округе объявился кто-то, кто творит бесчинства, прикрываясь именем Демонической секты. Как Защитнику, Баю следовало обратить на это внимание и при возможности взять наглеца живым.

Покончив с делами секты, Бай Юаньсю со всей возможной скоростью поспешил к заброшенному двору на северо-западе города. Как в империи Цзин есть богатые и бедные земли, так и эта окраина города была безлюдной и дикой, словно другой мир. Хотя сам город днем бурлил жизнью и считался безопасным благодаря постоянным патрулям.

Но когда Бай Юаньсю добрался до места, он увидел лишь обломок серебристо-белого меча. С Сяо Цином что-то случилось. На третий день поисков Бай Юаньсю чувствовал, что сходит с ума.

Он не собирался ждать вестей от властей. Выйдя на улицу, он столкнулся с пожилой женщиной, которая вела за руку девочку лет четырех-пяти. Старуха, едва завидев его, зашлась в рыданиях, а девочка, напротив, заливисто хохотала - зрелище было жутким.

Бай Юаньсю было не до них, но когда они поравнялись, девочка звонко спросила: - Старший братик, ты кого-то ищешь?

В тот момент настроение Бая было хуже некуда, поэтому его улыбка стала еще мягче и ослепительнее: - О?

Любой, кто знал его, понял бы: сейчас его лучше не злить. Но девочка продолжала хихикать: - Я знаю, где он. Пойдем, я отведу тебя.

Бай Юаньсю присел, чтобы оказаться на одном уровне с ребенком: - Хорошо.

И вот, сгорбленная старуха и прыгающая девочка пошли вперед, ведя Бай Юаньсю прямо в игорный дом. Династия Цзин строго запрещала частные казино - за это полагалась смертная казнь. Но этот притон процветал прямо под зданием крупнейшего ресторана города.

Оказалось, рестораны в этом районе служили лишь прикрытием для казино, включая и тот город, где они были раньше. Хозяин «Цзуйсяньинь» погиб не от рук завистливых конкурентов, как решило следствие. Владельцы ресторанов того городка сообща присвоили себе часть доходов казино. Высокий покровитель игорного бизнеса был недоволен, и последовала кара.

Случилось так, что Бай Юаньсю в это впутался. Когда он помешал убийце во второй раз, власти, идя по следу, накрыли несколько точек. Своими действиями Бай Юаньсю стал костью в горле для очень влиятельных людей. Они посылали новых убийц, чтобы убрать его, но те по непонятным причинам погибали в пути. Видя, что Бай Юаньсю в городе, покровитель казино обратился за помощью к «Демонической секте» (как он думал), чтобы похитить близкого ему человека и заманить героя в ловушку.

Старуха и девочка были печально известными в «нечестивом мире» Призрачными Старухами, нанятыми казино в качестве телохранителей. Но эти двое отличались непредсказуемым нравом; по какой-то своей причине они решили сами выйти к Бай Юаньсю и привести его на место.

Бай Юаньсю появился внезапно, застав людей в игорном доме врасплох, но среди них оказались четверо или пятеро мастеров с недюжинным кунг-фу. Они набросились на него скопом и сумели ранить.

Когда казалось, что Бай Юаньсю вот-вот погибнет здесь, Призрачная Старуха внезапно переметнулась на его сторону: одним ударом она отсекла владельцу казино обе ноги, и ситуация мгновенно превратилась в хаос.

Пробираясь по пути, указанному Старухой, Бай Юаньсю нашел потайную комнату. Снаружи уже лежало несколько трупов, а внутри, в углу платяного шкафа, сжался Сяо Цин, и лицо его было залито слезами.

Сердце Бая в тот миг облилось кровью от жалости; он поспешно подхватил юношу на руки и увел из того злополучного места. С того самого дня Сяо Цин стал неразлучен с ним: они проводили вместе все двенадцать страж в сутки, а по ночам спали на одной постели.

Спустя несколько месяцев, той безвременно наступившей зимой, Сяо Цин заболел и даже в жару, в полузабытьи, не выпускал руки Бай Юаньсю.

Тогда Бай Юаньсю был слишком поглощен тревогой за любимого человека и ни о чем другом не помышлял. Но теперь, зная, что Сяо Цин и есть Левый Защитник, он чувствовал на душе горький осадок.

Он не знал, о чем думал Сяо Цин в то время, когда просил научить его владеть мечом, но сам Бай Юаньсю, вспоминая все свои неловкие моменты перед ним, чувствовал себя невыносимо нелепо.

Только он собрался вздохнуть о своей участи, как вдруг услышал прерывистые всхлипы. Обернувшись, Бай увидел ту самую ершистую ученицу главы ордена - она сидела рядом на корточках и вытирала слезы.

Бай Юаньсю: - ?

Девочка, шмыгая носом, пробормотала: - Я больше на тебя не сержусь. У тебя рана на сердце... В таком горе немудрено сорваться и вспылить.

Бай Юаньсю: - ...

Пропал. Он что, опять сболтнул лишнего в забытьи?! И что еще за «рана на сердце»?! Нет у него никакой раны! Он в полном порядке!

Бай Юаньсю провел ладонью по лицу и с самым серьезным видом произнес: - Это должно остаться тайной. Даже наставнице своей ни слова.

Девочка с глубоким сочувствием на лице торжественно закивала. Глядя на неё, Бай Юаньсю почувствовал, как сердце тоскливо сжалось. У него была дурная привычка: когда он слишком глубоко задумывался, то впадал в прострацию и начинал рассуждать вслух.

Бай еще немного потянул из девочки слова и, поняв, что личность Сяо Цина он всё же не выдал, облегченно выдохнул. Вот только с того дня, когда бы он ни приходил присматривать за её тренировками, ученица смотрела на него крайне сложным, полным жалости взглядом.

Бай Юаньсю: - ...Я правда в порядке. Девочка: - Угу-угу, не волнуйся, я всё понимаю. Бай Юаньсю: - ...

Откуда взялось это чувство беспросветной усталости? Впрочем, благодаря этому случаю девочка перестала противиться его наставлениям. На самом деле Бай Юаньсю не слишком умел учить, но эта девчушка, несмотря на малый возраст, была настоящим самородком. Ему оставалось лишь поправлять моменты, где она неверно распределяла силу. После его советов её техника меча заметно выросла.

И вот, когда Левый Защитник по приказу прибыл на территорию ордена Цзюньхуа, чтобы найти кое-кого, он еще издали увидел Бай Юаньсю, который увлеченно и весело беседовал с какой-то юной особой.