7
Ты посмотрела в серые, полные отчаяния глаза Драко, а затем перевела взгляд на Рона, который тяжело дышал и сжимал в руке волшебную палочку. Голова раскалывалась от нахлынувших эмоций, а сердце бешено стучало в груди.
— Мне нужно подумать, Драко. Всё это... слишком, — тихо, но твёрдо сказала ты.
Ты резко развернулась, собираясь шагнуть вслед за братом в спасительный проём за портретом Полной Дамы. Рон уже победно ухмыльнулся, протягивая к тебе руку, но у Малфоя были другие планы.
В ту же секунду его пальцы мёртвой хваткой вцепились в твоё запястье. Хватка была крепкой, но удивительно осторожной — он не хотел причинить тебе боль, но и отпускать не собирался.
— Эй! Слышал, что она сказала, хорёк?! Отпусти её! — взревел Рон, делая шаг вперёд, но Драко сработал на опережение.
Он выхватил палочку свободной рукой и, даже не оборачиваясь, бросил через плечо:
— Коллопортус! — дверь-портрет с грохотом захлокнулась прямо перед носом твоего брата, заперев его внутри гостиной Гриффиндора. Оттуда тут же донеслись яростные удары и глухие проклятия Рона.
— Малфой, ты с ума сошёл?! Отпусти меня сейчас же! — вскрикнула ты, пытаясь вырвать руку, но он упрямо потащил тебя за собой по тёмному, залитому лунным светом коридору.
— Не отпущу, Т/И. Если я отпущу тебя сейчас, ты закроешься в своей спальне, накрутишь себя ещё сильнее, и завтра у меня не будет ни единого шанса, — тяжело дыша, на ходу бросил он.
Он вёл тебя срезанными путями, мимо спящих гобеленов и пустых доспехов, пока вы не оказались перед массивными дверями библиотеки. Время было позднее, мадам Пинс давно ушла, но Малфой коснулся палочкой замка, шепнув запирающее заклинание обратного действия, и толкнул тяжёлую створку.
Внутри царил полумрак. Высокие стеллажи пахнули старой кожей, пергаментом и сушёными травами. Драко завёл тебя в самый дальний, скрытый от чужих глаз проход между полками — туда, где вы ещё пару дней назад тайно целовались, прячась от старост.
Только здесь он, наконец, выпустил твою руку. На твоей коже остался горячий след от его пальцев. Драко заблокировал палочкой проход, облокотился спиной о стеллаж и посмотрел на тебя сверху вниз. Его идеальная причёска окончательно растрепалась, а дыхание было прерывистым.
— Всё. Теперь мы вдвоём, и никакой Уизли нам не помешает, — тихо сказал он, убирая палочку в карман мантии. — Пожалуйста, Т/И. Не молчи. Кричи на меня, прокляни, если хочешь. Но не уходи. Я не переживу, если из-за моей прошлой тупости ты решишь, что эта неделя была фальшивкой.
Ты стояла в полумраке библиотеки, чувствуя, как обида борется с сумасшедшим притяжением к слизеринцу.
Тяжёлые деревянные двери библиотеки со скрипом приоткрылись, и по полу скользнул длинный луч света от чужого люмоса. Послышался знакомый, ни с чем не сравнимый шелест чёрной мантии и размеренные, угрожающие шаги.
Снейп.
Сердце ушло в пятки. Если декан Слизерина поймает вас здесь ночью — после отбоя, да ещё и запершимися в библиотеке, — простым снятием баллов вы не отделаетесь. Особо сурово он спросит с тебя, студентки собственного факультета, которая только что должна была занести ему бумаги.
Драко среагировал мгновенно. Он резко перехватил тебя за талию и рванул на себя, вглубь стеллажей, где в стене скрывался узкий хозяйственный шкаф для старых свитков и чистящих средств. Слизеринец буквально втиснул тебя внутрь и заскочил следом, бесшумно прикрыв за собой дверцу.
Пространства внутри практически не было. Шкаф оказался настолько крошечным, что вы были намертво прижаты друг к другу. Твоя спина упиралась в прохладную заднюю стенку, а Драко всем телом прижимался к тебе, упираясь ладонями в дерево прямо по бокам от твоей головы.
Внутри царила кромешная тьма, нарушаемая лишь тонкой полоской света, пробивающейся сквозь щель в дверце. Шаги Снейпа раздавались совсем рядом — он ходил как раз между теми стеллажами, где вы только что стояли.
— Малфой... — едва слышно, одним дыханием попыталась возмутиться ты, но Драко тут же прижал ладонь к твоим губам, призывая к тишине.
Его пальцы пахли пергаментом и едва уловимым ароматом дорогого одеколона с нотками мяты. Ты замерла, боясь даже вдохнуть. Дыхание Драко было горячим и прерывистым, оно обжигало твою шею и щеку. Из-за тесноты ты отчётливо чувствовала, как бешено и гулко бьётся его сердце под тонкой тканью школьной рубашки — точно так же, как и твоё.
Шаги профессора снаружи замедлились. Судя по звуку, Снейп осматривал столы.
— Странно... — донёсся из-за двери его низкий, бархатный и леденящий душу голос. — Я был уверен, что слышал здесь голоса.
В шкафу стало невыносимо жарко. Драко медленно, стараясь не производить ни звука, убрал ладонь от твоего лица. Но он не отодвинулся — это было просто физически невозможно. Наоборот, он наклонился ещё ближе, чтобы его шёпот долетал прямо до твоего уха:
— Не выдавай нас, Т/И... Пожалуйста, — выдохнул он.
Когда он повернул голову, его лицо оказалось в считанных миллиметрах от твоего. В тусклом свете из щели ты видела, как потемнели его серые глаза. Твой нос практически касался его щеки, а его губы были так близко, что ты чувствовала их тепло. Достаточно было сделать одно минимальное движение, лёгкий наклон вперёд — и вы бы поцеловались.
Обида и злость на спор куда-то испарились, уступив место оглушающему, до дрожи в коленях сильному притяжению. Малфой смотрел на твои губы с такой отчаянной жаждой, будто прямо сейчас решалась его судьба. Он не позволял себе поцеловать тебя без разрешения после всего, что случилось, но то, с каким трудом он сдерживался, читалось в каждом его вздохе.
Снаружи снова послышались шаги — Снейп направлялся прямо к вашему шкафу.
Напряжение в тёмном, тесном шкафу достигло предела. Шаги Снейпа за дверью звучали всё ближе, а Драко был так близко, что ты видела каждую ворсинку на его ресницах. В его серых глазах читалось столько обожания, страха тебя потерять и искренней, отчаянной любви, что все сомнения разом испарились. Спор, Нотт, крики Рона — всё это отошло на второй план. Ты поняла, что если не сделаешь это сейчас, то сойдёшь с ума.
Ты чуть подалась вперёд и сама поцеловала Драко.
Малфой судорожно выдохнул прямо в твои губы. Первую долю секунды он казался ошарашенным — он явно не ожидал, что после всего пережитого ты пойдёшь навстречу. Но уже в следующий миг его растерянность сменилась глухой, собственнической страстью. Его ладони, до этого упиравшиеся в стены шкафа, скользнули к твоему лицу. Он бережно, но крепко обхватил твои скулы, отвечая на поцелуй с такой жаждой, словно умирал от жажды в пустыне.
Этот поцелуй не был похож на те нежные, робкие поцелуи, которые были у вас на этой неделе. Он был глубоким, отчаянным и собственническим. Драко прижал тебя к себе ещё сильнее, если это вообще было возможно в их тесноте. Ты запустила пальцы в его мягкие платиновые волосы, окончательно разрушая их идеальную укладку, и полностью растворилась в его запахе мяты и дорогого парфюма. Вы оба совершенно забыли, что в паре метров от вас, за тонкой деревянной перегородкой, стоит самый опасный профессор Хогвартса.
Снаружи раздался резкий стук — Снейп, проходя мимо шкафа, раздражённо постучал палочкой по соседнему стеллажу.
— Показалось, — недовольно пробормотал декан Слизерина. — Мерзкие домовики опять завели привычку шнырять здесь по ночам.
Послышался тяжёлый шаг, и шуршание мантии начало постепенно отдаляться в сторону выхода. Дверь библиотеки снова скрипнула и, наконец, захлонулась. Наступила абсолютная тишина.
Но Драко не остановился. Чувствуя, что опасность миновала, он стал целовать тебя ещё увереннее. Его губы спустились к твоей челюсти, а затем к шее, заставляя тебя судорожно вздыхать и до боли сжимать пальцами ткань его школьной рубашки.
— Т/И... — хрипло выдохнул он, оторвавшись от твоей кожи лишь на секунду, чтобы заглянуть в глаза. Его дыхание обжигало. — Ты веришь мне? Скажи, что веришь. Я уничтожу Нотта, если хочешь. Я выйду в Большой зал и объявлю перед всеми, что по уши влюблён в тебя. Только не бросай меня.
Ты стояла в его объятиях, чувствуя, как быстро бьётся его сердце, и понимала: этот гордый, высокомерный слизеринец сейчас полностью в твоей власти.