Глава 34.
От лица Билли.
Я лежала на полу в гостиной, раскинувшись так, будто у меня не было ни одной серьёзной обязанности в жизни.
Телефон был прижат к уху, а я лениво крутила ногой в воздухе, уставившись в потолок.
— Я так наелась, боже, — протянула я, чувствуя, как еда буквально мешает мне двигаться.
На другом конце сразу послышался смешок.
— К тебе заезжал твой ЛАНЧЬ? — с абсолютно довольным голосом спросила Одесса.
Я резко закрыла глаза.
— Господи, Одесса.
— Ну а что? Я стараюсь.
— Это не стараешься, это преступление против человечества.
Она засмеялась ещё громче.
Я перевернулась на бок, прижимая телефон к щеке.
— Нет, серьёзно. Ты слушаешь меня или придумываешь новые каламбуры?
— И то, и другое. Вы списывались?
Я на секунду замолчала.
Почему-то каждый раз, когда речь заходила о Леор, всё внутри становилось чуть внимательнее.
Чуть тише.
Чуть серьёзнее.
— Да, — ответила я наконец. — Немного переписывались. Она сегодня заканчивает работу с Эмилией, последние правки над альбомом.
— Угу, — протянула Одесса. — А что так быстро? Люди иногда одну песню месяцами делают.
Я тихо усмехнулась.
— Знаю. Но это же Леор.
— Это не аргумент.
— Для меня — аргумент.
На том конце послышался довольный вздох.
— Она реально такая?
— Какая?
Я улыбнулась, даже не замечая этого.
— Как ты о ней говоришь.
Я на секунду задумалась.
Потом честно ответила:
— Да.
— Это опасно звучит, Билли.
— Почему?
— Потому что ты сейчас звучишь так, будто у тебя в голове уже фан-клуб.
Я фыркнула.
— Не правда.
— Правда.
Я повернулась на спину, глядя в потолок.
— Она просто... умеет делать всё очень спокойно. Даже когда вокруг хаос.
— И?
— И это странно. В хорошем смысле.
Одесса хмыкнула.
— Ты же понимаешь, что это звучит как влюблённость?
— Я это не обсуждаю.
— Значит да.
— Нет.
— Да.
— Одесса!
Она засмеялась.
И в этот момент телефон в руке завибрировал.
Я отняла его от уха и посмотрела на экран.
Леор.
Сообщение.
Сердце почему-то сделало странный скачок, будто не было готово к такому простому факту.
— Эй, ты слушаешь? — донеслось из трубки.
— Прости, — быстро сказала я. — Леор написала.
На другом конце моментально оживились.
— Что пишет? — одновременно почти крикнула Одесса.
Я открыла сообщение, пробегая глазами.
— Она... хочет встретиться.
Тишина длилась ровно секунду.
— Классно, — тут же сказала Одесса. — Пригласи её к себе. Посмотрите нормальный фильм.
Я усмехнулась.
— Да нормальный фильм был.
— Ты сама в это не веришь, — спокойно ответила она.
Я замолчала.
Разговор с Одессой был закончен.
Чат с Леор тоже.
Мы договорились быстро.
Настолько быстро, что уже через несколько минут после переписки я сидела посреди гостиной и смотрела в одну точку, пытаясь понять, почему вдруг так нервничаю.
Леор написала, что заканчивает работу с Эмилией ближе к вечеру и потом сразу поедет ко мне.
Всего одна фраза.
Ничего особенного.
Никаких сердечек.
Никаких намёков.
Никакого «я скучаю».
И всё равно от этой короткой фразы у меня внутри стало как-то слишком тепло.
Шарк лежал на полу возле дивана и лениво жевал игрушку.
Я посмотрела на него.
Потом на комнату.
Потом снова на него.
— Как думаешь, тут всё нормально?
Шарк продолжил жевать игрушку.
— Спасибо за помощь.
Он даже голову не поднял.
Предатель.
Я вздохнула и поднялась с дивана.
Дом выглядел идеально.
Абсолютно нормально.
Настолько нормально, что через десять минут я уже поправляла подушки третий раз подряд.
Потом складывала плед.
Потом снова раскладывала его по-другому.
Потом решила, что предыдущий вариант всё-таки был лучше.
После чего вернула всё обратно.
В какой-то момент я поймала своё отражение в зеркале.
— Боже мой.
Я нервничаю.
По-настоящему нервничаю.
Как подросток перед первым свиданием.
Хотя если быть честной...
Возможно, именно так оно и ощущалось.
Мы уже виделись десятки раз.
Разговаривали часами.
Переписывались каждый день.
Целовались.
Но почему-то именно сейчас мне хотелось, чтобы этот вечер получился хорошим.
Таким, который потом будешь вспоминать с улыбкой.
Поэтому я решила занять себя делом и ушла на кухню.
Готовить оказалось гораздо проще, чем сидеть и думать.
Я открыла холодильник, достала продукты и включила музыку.
Кухня постепенно наполнялась запахами специй, овощей и свежей выпечки.
Я нарезала овощи, периодически пробовала соусы и пару раз чуть не пересолила всё из-за того, что отвлекалась на мысли о Леор.
Каждый раз, когда ловила себя на этом, закатывала глаза.
Потому что это становилось уже смешно.
Я вспоминала, как она серьёзно рассказывает про животных.
Как хмурится, когда пытается подобрать правильные слова.
Как улыбается, когда думает, что никто не видит.
Как выглядит её лицо, когда она слушает музыку.
Как осторожно держит меня за руку.
И почему-то от всех этих воспоминаний становилось ещё хуже.
В хорошем смысле.
Очень в хорошем.
— Это безнадёжно.
Шарк, который уже перебрался на кухню, посмотрел на меня так, будто был полностью согласен.
— Я не с тобой разговариваю.
Он демонстративно отвернулся.
Через некоторое время всё было готово.
На столе уже стояли блюда. Ничего слишком вычурного. Просто вкусная домашняя еда.
Такая, которую хочется есть вечером после тяжёлого дня.
Я оглядела результат своей работы и довольно кивнула.
Леор должно понравиться.
По крайней мере я очень на это надеялась. Потом наступил самый ужасный этап. Ожидание.
Я посмотрела на часы.
Сорок семь минут.
Потом через две минуты посмотрела снова.
Сорок пять.
Это были самые медленные сорок пять минут в моей жизни.
Телефон завибрировал.
Я схватила его быстрее, чем хотела бы признавать.
Сообщение от Леор.
«Выезжаю.»
И всё.
Всего одно слово.
Но я всё равно улыбнулась.
Настолько широко, что самой стало неловко.
— Нет.
Шарк посмотрел на меня.
— Даже не начинай.
Пёс наклонил голову набок.
— Я знаю, как это выглядит.
Судя по выражению его морды, выглядело всё очень плохо.
Минут через сорок с улицы донёсся знакомый звук двигателя.
Я замерла.
Сердце почему-то сразу ускорилось.
Шарк вскочил одновременно со мной.
Мы переглянулись.
Потом одновременно направились к двери.
— Даже не думай обгонять меня.
Шарк немедленно побежал вперёд.
— Предатель.
Я открыла дверь как раз в тот момент, когда машина Леор остановилась возле дома.
Она вышла из автомобиля и первым делом потянулась за чем-то на пассажирском сиденье.
Потом открыла заднюю дверь. Потом багажник. Потом снова заднюю дверь.
Я нахмурилась.
Что она там делает?
Через несколько секунд ответ появился сам.
Потому что Леор начала доставать пакеты. Много пакетов. Очень много пакетов.
Настолько много, что я даже рассмеялась.
— Леор!
Она подняла голову.
И сразу улыбнулась.
Будто тоже была рада меня видеть.
От этой улыбки внутри всё привычно перевернулось.
— Привет.
— Что это?
— Что именно?
— Всё это.
Я указала на гору пакетов. Леор посмотрела на них. Потом на меня.
Потом снова на пакеты.
— А.
— Очень содержательный ответ.
Она засмеялась.
— Я просто заехала в магазин.
— За весь магазин?
— Возможно.
— Возможно?!
Я подошла ближе и заглянула в пакеты.
Там были мои любимые снеки. Любимые батончики. Несколько видов сладостей. Какие-то напитки. Ещё что-то.
И отдельный пакет.
Шарк уже кружил возле него как акула вокруг добычи.
Леор проследила за его взглядом.
— Это ему.
— Ты серьёзно купила подарки моей собаке?
— Конечно.
— Почему конечно?
— Потому что он хороший мальчик.
Шарк моментально сел рядом с ней.
Идеально ровно.
Будто готовился к этому всю жизнь.
Я возмущённо посмотрела на него.
— Невероятно.
Леор достала упаковку лакомств.
И всё.
На этом я официально перестала быть главным человеком в жизни собственной собаки.
Шарк смотрел на неё так, будто готов был подписать документы на усыновление.
— Я потеряла его.
— Нет.
— Потеряла.
— Возможно, немного.
Я засмеялась.
А потом заметила, что она держит ещё один пакет.
— А это?
— Тебе.
Я осторожно заглянула внутрь. И замерла. Потому что сразу узнала. И еще один пакет с продуктами которые я люблю.
Любимые сладости. Те самые.
Которые я упомянула всего один раз.
Случайно. Между делом. Несколько недель назад. Просто в разговоре. И она запомнила.
Среди сотен тем. Среди работы. Среди музыки. Среди всей своей безумной жизни.
Она просто запомнила.
Почему-то именно это тронуло меня сильнее всего.
Я подняла взгляд.
Леор выглядела совершенно спокойной.
Будто не понимала, что делает что-то особенное.
Будто для неё это было естественно.
Запоминать.
Замечать.
Заботиться.
И именно это, наверное, нравилось мне в ней больше всего.
Мы шли по коридору рядом.
Шарк крутился вокруг нас так активно, будто боялся пропустить хоть одну секунду происходящего. То подбегал ко мне, тыкался носом в ладонь, то тут же перебегал к Леор, проверяя, не исчезла ли она случайно за последние три секунды.
Леор рассказывала про работу над альбомом Эмилии.
Спокойно.
Увлечённо.
С той особенной интонацией, которая появлялась у неё всякий раз, когда она говорила о музыке.
Мне нравилось её слушать.
Очень.
Иногда мне даже казалось, что она может рассказывать о чём угодно — о записи вокала, о настройке микрофонов, о структуре песни или о том, как правильно хранить кабели, — а я всё равно буду слушать.
Потому что дело было не в теме.
А в ней самой.
В том, как загорались её глаза.
В том, как она начинала жестикулировать руками.
В том, как улыбалась, когда говорила о вещах, которые действительно любила.
— Мы наконец закончили последние правки, — рассказывала Леор, пока мы шли на кухню. — Честно говоря, я рада.
— Настолько устала?
— Немного.
Она усмехнулась.
— Скорее переживаю.
— За Эмилию?
— Угу.
Леор поправила рукав бомбера, который всё ещё держала в руке.
— Мне хочется, чтобы люди услышали именно то, что она хотела сказать. Там много личного. Очень много.
Она ненадолго замолчала.
— Знаешь, иногда написать песню легче, чем объяснить кому-то свои чувства словами.
Я невольно улыбнулась.
— Говоришь как человек, который пишет песни.
— Говорю как человек, который не умеет нормально говорить о чувствах.
— Справедливо.
Она тихо рассмеялась.
Мы как раз вошли на кухню.
И тут Леор остановилась.
Буквально замерла на месте.
Я проследила за её взглядом.
Стол был накрыт.
Ничего особенного.
Ну... может быть, совсем чуть-чуть особенного.
Свечей не было.
Скатерти тоже.
Но я всё-таки потратила слишком много времени на то, чтобы всё выглядело красиво.
Тарелки.
Салаты.
Основное блюдо.
Свежие овощи.
Соусы.
Напитки.
И ещё куча мелочей, которые мне показались важными.
— Билли...
Она медленно перевела взгляд на меня.
— Что?
— Это всё ты приготовила?
— Нет, конечно.
— Правда?
— Да.
Она прищурилась.
— Врёшь.
— Вру.
Леор засмеялась.
Тихо.
Красиво.
У меня почему-то сразу стало легче дышать.
Я кивнула в сторону раковины.
— Мой руки. Буду тебя кормить.
— Уже мою.
Она подошла к раковине и открыла воду.
— Чёрт.
— Что?
— Пахнет очень вкусно.
Я старалась выглядеть максимально спокойно.
Будто не провела половину дня на кухне.
— Надеюсь.
— Нет, правда.
Она оглянулась через плечо.
— Очень вкусно пахнет.
И почему-то именно эта простая фраза вызвала внутри больше радости, чем любой комплимент за последние несколько месяцев.
Через пару минут мы уже сидели за столом друг напротив друга.
Шарк моментально устроился рядом с Леор.
Предатель. Самый настоящий. Я даже не удивилась.
Леор что-то рассказывала про последние дни работы над альбомом, а я накладывала еду ей в тарелку.
Побольше.
Потом ещё немного.
И ещё.
— Билли.
— Что?
— Мне кажется, этого хватит на троих.
— Ешь.
— Это приказ?
— Абсолютно.
Она покачала головой, но улыбнулась.
Я подвинула тарелку ближе.
— Всё. Теперь ешь.
— Спасибо.
Она сказала это так искренне, что мне снова стало неловко.
Будто я сделала что-то важное.
Хотя всего лишь приготовила ужин.
Леор взяла вилку и попробовала первый кусочек.
Я сразу замолчала.
Совсем.
Потому что внезапно поняла, что жду её реакции сильнее, чем результатов собственных музыкальных релизов.
Она медленно прожевала.
Потом ещё раз посмотрела на тарелку.
Потом на меня.
И я буквально почувствовала, как сердце начинает биться быстрее.
— Ну?
Леор ещё несколько секунд молчала.
Специально.
Я была уверена, что специально.
Потом уголки её губ дрогнули.
— Билли.
— Что?
— Выходи за меня.
Я уставилась на неё.
Леор совершенно серьёзно смотрела в ответ. А потом не выдержала и рассмеялась. Я схватила салфетку и бросила в неё.
— Ненавижу тебя.
— Это очень вкусно!
— Тогда сначала доешь.
— С удовольствием.
И именно в этот момент, наблюдая, как она ест приготовленный мной ужин, улыбается и рассказывает что-то про музыку, я поймала себя на мысли, что давно не чувствовала себя настолько спокойно рядом с кем-то.