Глава 33.
От лица Билли.
Леор была выше меня, и от этого почему-то становилось ещё сложнее смотреть ей в глаза. Каждый раз, когда она стояла так близко, я замечала детали, которые раньше ускользали от внимания: светлые волосы, собранные небрежно, спокойный взгляд, в котором всегда было удивительно много тепла, и эту её особенную привычку слегка наклонять голову, когда она внимательно слушала.
Я поднялась на носочки и осторожно коснулась её щеки.
Леор сразу замерла.
Не отстранилась.
Не отвела взгляд.
Просто смотрела на меня так внимательно, будто боялась пропустить хоть одно движение.
Сердце стучало где-то в горле.
Странно быстро.
Странно сильно.
Но рядом с ней это уже начинало становиться привычным.
Я мягко поцеловала её.
Так же нежно, как она поцеловала меня тогда на скале.
Без попытки превратить этот момент во что-то большее.
Мне просто хотелось быть рядом.
Почувствовать её.
Убедиться, что она действительно здесь.
Обычно всё было иначе.
Я была человеком эмоций, импульсов, быстрых решений. Мне нравилась уверенность, нравилась энергия, нравилось чувствовать момент целиком и сразу.
Но с Леор всё работало по-другому.
Рядом с ней хотелось замедлиться.
Хотелось растянуть каждую секунду подольше.
Запомнить её улыбку.
Её взгляд.
Тепло её рук.
То спокойствие, которое она каким-то невероятным образом приносила с собой.
Её губы мягко ответили на поцелуй.
Так осторожно, словно она до сих пор не могла поверить, что всё это происходит на самом деле.
Я почувствовала, как её рука бережно легла мне на талию.
Настолько осторожно, будто я была чем-то хрупким.
Будто одно неловкое движение могло всё разрушить.
И именно это тронуло меня сильнее всего.
Не потому, что Леор боялась прикосновений.
Нет.
Она просто боялась задеть меня.
Причинить неудобство.
Сделать что-то не так.
Даже сейчас она оставалась удивительно внимательной к моим чувствам.
Такой была вся Леор.
Осторожной.
Терпеливой.
Невероятно заботливой.
Я чуть отстранилась ровно настолько, чтобы посмотреть ей в глаза.
Она выглядела растерянной.
Совсем немного.
Но вместе с тем счастливой.
Той тихой счастливостью, которую невозможно сыграть.
Несколько секунд мы просто стояли рядом.
Молчали.
И почему-то это молчание казалось важнее любых слов.
Мне нравилось ощущать её руку на своей талии.
Нравилось видеть, как она смотрит на меня.
Нравилось понимать, что впервые за долгое время ни одна из нас никуда не спешит.
Не пытается убежать.
Не пытается спрятаться за шутками.
Мы просто были рядом.
Как только ворота закрылись за Леор, а её машина скрылась за поворотом, я ещё несколько секунд стояла посреди двора и смотрела в пустоту.
Потом закрыла калитку.
Зашла в дом.
И только тогда поняла, что улыбаюсь.
Причём не просто улыбаюсь.
Как полная идиотка.
Нет.
Хуже.
Как человек, который только что выиграл в лотерею, нашёл клад и получил пожизненный запас печенья одновременно.
Я захлопнула дверь за спиной и прислонилась к ней.
Улыбка никуда не исчезала.
Наоборот.
Кажется, становилась только шире.
— Боже мой...
Шарк посмотрел на меня с ковра.
Очень внимательно.
С осуждением.
Я ткнула в него пальцем.
— Не смотри на меня так.
Шарк зевнул.
Осуждение осталось.
— Предатель.
Я оттолкнулась от двери и почти бегом направилась в гостиную.
Мне срочно нужно было кому-то это рассказать.
Потому что если не расскажу сейчас, то просто лопну.
Я схватила телефон со стола, запрыгнула на диван с ногами и открыла общий чат.
Пальцы застучали по экрану.
— Кто сейчас свободен и может со мной поговорить? Прошууууу.
Ответ появился буквально через несколько секунд.
— Опять что-то про Леор? — написал Финнеас.
— Если это про Леор, то, милая, я вся во внимании, — тут же ответила Одесса.
— Я! Я! Я могу! — написала Квинлет.
— Ээээ... мне тоже интересно, — появился Айдан.
— И яяяяя, — присоединился Алекс Волф.
Я рассмеялась.
Буквально за минуту чат превратился в птичий рынок.
— Господи, вы вообще чем-нибудь занимаетесь?
— Мы ждали, когда ты напишешь про Леор, — ответила Одесса.
— Это неправда, — написал Финнеас.
Через две секунды добавил:
— Но частично правда.
— Я набираю чат, — появилась надпись от Клаудии.
— НЕТ! — тут же написал Финнеас.
— ДА! — ответили одновременно Одесса и Квинлет.
Телефон завибрировал.
Групповой звонок.
Я нажала принять.
И моментально пожалела.
Потому что на меня одновременно обрушились голоса.
— НУ?!
— ЧТО СЛУЧИЛОСЬ?!
— ВЫ ПОЦЕЛОВАЛИСЬ?
— ОНА СКАЗАЛА, ЧТО ТЫ ЕЙ НРАВИШЬСЯ?
— БИЛЛИ, НЕ МОЛЧИ!
— ДАЙТЕ ЕЙ СКАЗАТЬ! — безуспешно попыталась перекричать всех Клаудия.
Я рассмеялась и уткнулась лицом в подушку.
— Вы невозможны.
— Мы переживаем, — возмутилась Одесса.
— Нет, вы сплетничаете.
— И это тоже, — честно призналась Квинлет.
Я снова рассмеялась.
Потом перевернулась на спину и уставилась в потолок.
Улыбка снова сама появилась на лице.
— Она сказала, что я ей нравлюсь.
На секунду в звонке наступила тишина.
Настоящая.
Шокированная.
А потом...
— Я ЗНАЛА! — закричала Одесса.
— Господи, наконец-то, — выдохнул Финнеас.
— Буквально наконец-то, — согласилась Клаудия.
— Подождите, подождите, — перебила Квинлет. — Она именно так и сказала?
Я почувствовала, как снова начинаю улыбаться.
— Да.
— Дословно?
— Да.
— Боже мой.
— А потом? — потребовал Алекс.
Я прикусила губу.
И на секунду снова увидела Леор на кухне.
Спокойную.
Серьёзную.
Немного растерянную.
И невероятно искреннюю.
— А потом она сказала, что не хочет торопиться.
— О нет, — драматично простонала Одесса.
— Замолчи, — одновременно сказали Финнеас и Клаудия.
— Это была самая романтичная речь про отсутствие отношений, которую я когда-либо слышала.
На другом конце связи воцарилось подозрительное молчание.
— Билли, — осторожно начал Финнеас.
— Да?
— Ты влюбилась.
Я закрыла лицо подушкой.
— Мы пришли к тому, что будем дальше узнавать друг друга, а потом я спросила, можно ли мне её целовать. Она удивилась, но согласилась. А потом я её поцеловала. Она такая чертовски красиваяяяя, — быстро выпалила я, растянув последние слова.
В звонке повисла тишина.
Ровно на одну секунду.
— У вас был секс? — совершенно серьёзно спросил Айдан.
— АЙДАН! — одновременно закричали Одесса, Квинлет и Клаудия.
— Что?! Это логичный вопрос!
— Нет, это вообще не логичный вопрос! — возмутилась Одесса.
— Почему? Они взрослые люди!
— Потому что человек только что пять минут рассказывал нам про цветы, лошадей и романтические признания!
— И что?
— И то!
Я уже согнулась пополам от смеха.
— Нет, Айдан.
— Понял.
— Ты даже не смутился.
— А чего смущаться? Я просто уточнил.
— Ты безнадёжен, — вздохнул Финнеас.
— Спасибо.
— Это не комплимент.
— Я всё равно принимаю.
Квинлет рассмеялась.
— Меня больше интересует другое.
— Что? — спросила я.
— Когда она сказала, что ты ей нравишься, как она это сказала?
Я на секунду задумалась.
Перед глазами сразу возникла Леор, стоящая напротив меня на кухне.
Спокойная.
Немного напряжённая.
И невероятно искренняя.
— Как Леор.
— Это не ответ, — сказала Одесса.
— Нет, это как раз ответ, — неожиданно вмешался Финнеас.
— О?
— Она не умеет красиво врать и не умеет играть в чувства. Поэтому если сказала, значит действительно так думает.
Я улыбнулась.
Потому что именно это и почувствовала тогда.
— Да.
— О нет, — простонала Квинлет.
— Что опять? — спросила Клаудия.
— Всё серьёзно.
— Почему?
— Потому что Билли сейчас улыбается.
— Я не улыбаюсь!
— Улыбаешься, — сказала Одесса.
— Улыбаешься, — подтвердила Клаудия.
— Улыбаешься, — добавил Финнеас.
Я закатила глаза.
— Вы меня не видите.
— Нам не нужно тебя видеть, — засмеялась Одесса.
— Мы тебя слишком давно знаем.
Я уткнулась лицом в подушку.
Шарк поднял голову с ковра и гавкнул на меня так, словно тоже участвовал в разговоре.
— Даже собака согласна, — заявил Айдан.
— Оставьте меня в покое.
— Никогда, — дружно ответили все.
И почему-то впервые за весь вечер мне даже не хотелось спорить.