4
Сбежав с последнего урока, Артём быстрым шагом шел по коридору школы. Он глядел в оба глаза: наврав учительнице про больной живот он должен был уже уйти из школы, и если его вдруг поймают, то возникнут нежелательные вопросы. А времени и так было в обрез.
Позади вялым шагом плелся Егор Васильев. Это был полный парень, из параллели которого Артём уговаривал пойти с ним несколько дней. Он опасливо озирался по сторонам и вздрагивал при каждом постороннем шорохе, ведь, как и Артём сбежал с урока.
Их путь лежал на третий этаж. Там располагался кабинет музыки. Правда ребят он мало заботил. Их привлекало то, что лежало в кабинете. Альберт Валерьевич – худой и старый учитель музыки находился на школьном мероприятии и должен был прийти лишь на следующий урок. Но и этого Артёму было достаточно. Прошмыгнув мимо влюблённой пары неистово поглощающей губы друг друга, друзья забежали в кабинет.
Сам по себе он представлял собой жалкое зрелище. В нем, как и во всей школе лежал пол, состоящий из старых красных досок, который, казалось, провалится от первого сильного удара ногой. Стены, выкрашенные в бледно голубой цвет, облезли, штукатурка с потолка валился при любом чихе. Парты представляли из себя доисторические сооружения века так пятнадцатого, а доска потрескалась в нескольких местах. Деревянные окна почти не защищали в морозы, но имели неограниченный запас торчащих щепок удобных для того, чтобы ткнуть ими какую-нибудь девчонку.
Единственное что в этом кабинете вызывало уважение – это инструменты. Альберт Валерьевич хоть и был редкой скрягой и никогда даже не думал об ремонте своего кабинета, но за своими инструментами он смотрел с невероятной бдительностью. Не дай бог было бедному ученику хоть пальцем тронуть клавишу фортепиано так на него тут же летел старый учитель, грозящий пальцем и кричащий проклятия. Фортепиано это было гладко отполировано, клавиши блестели и были идеально настроены. Когда Альберт Валериевич на нем играл – а играл он недурно – по всему кабинету как будто проходила волна чего-то очень приятного и обволакивающего своим теплом. На секунду ученики даже прислушивались в игре учителя, а это как известно наивысшая похвала для преподавателя музыки.
Помимо фортепиано в кабинете лежала флейта, под которую иногда выступали ученики на школьных конкурсах, маленький треугольник и дирижерская палочка. Последнюю правда никогда не использовали по назначению, лишь иногда Альберт Валерьевич брал ее как указку. Но недавно в кабинете появилось то, из-за чего два разбойника и проникли в это хранилище прекрасной музыки. В углу кабинета стояла черная, потрёпанная гитара. Обклеенная стикерами и не имеющая двух струн, он влекла всех подростков настолько что бедному Альберту Валерьевичу приходилось убирать ее в шкаф под замок. Эту гитару подарил старый ученик Альберта Валерьевича, видимо просто желая избавиться от ненужного барахла, но благодарный учитель опекал эту гитару настолько что она превратилась в главную цель всей школы. Тот, кто хотя бы притронулся к священной реликвии считался на несколько дней школьным божеством, и даже старшеклассники с уважением пожимали таким счастливчикам руку.
По счастливой случайности именно сегодня спеша на мероприятие учитель забыл запереть гитару в шкафу. Что и заметил Артём, наблюдая из кабинета истории, выходившего окнами прямо на кабинет Альберта Валерьевича. Он уже давно планировал прикоснутся к этому инструменту и понял, что возможно шанса лучше уже никогда не будет. После урока он отыскал Егора и после долгих уговоров тот неохотно пошел за ним. Пускай тот и был крайне трусливым и неприятным созданием, он мог сильно пригодиться Артёму. Егор считался одним из лучших учеников среди не только среднего звена, но и всей школы в принципе. Такой человек легко сможет отмазать и себя и Артёма от наказания при возможном обнаружении.
- Смотри Егорка, вот она! – восхищено проговорил Артём. Гитара была уже у него в руках.
- Ну всё Тёма, потрогали и хватит. Погнали давай отсюда, щас Альберт уже вернётся. – жалобно проговорил Егор, опасливо пялясь на часы.
- Да погоди ты, нытик очкастый. Тут такая возможность, а ты тут уже бежать хочешь. А вдруг больше у нас даже приблизиться к ней не получиться! Что тогда? Ты вот играть умеешь?
- Не, ты чего. Я только на пианино могу. – Егор боязливо смотрел на гитару, будто боялся даже пальцем к ней прикоснутся.
- А я вот умею. И планирую вдоволь наиграться, пока эта дылда не вернётся! – заявил Артём и начал играть.
Словами не передать те звуки, которые исходили из гитары в тот момент. И так расстроенный инструмент выдавал под пальцами Артёма такую симфонию что Егор, не выдержав заткнул уши. Артём же, войдя во вкус начал орать на весь кабинет знакомые песни на совсем не знакомый мотив.
- Да замолчи ты Тёма, блин. Нас щас реально спалят же! – пытался уразуметь друга Егор. Но тот будто специально заорал еще громче, и в конце попытался взять такую высокую ноту что гитара не выдержала и оборвала выступление еще одной порванной струной.
- Ну че, как тебе? – с гордостью спросил Артём, посмотрев туда, где до этого стоял Егор.
Но Егора не было. Зато отчётливо раздавались быстрые и приближающиеся шаги. Артём взглянул на часы. Мероприятие закончилось 5 минут назад.
— Вот крыса вонючая! – выругался Артём – поймаю, завалю гада.
Но думать об этом нужно было потом. Сейчас стоило придумать план по спасению от разгневанного преподавателя музыки, который был не в духе узнав, что кто-то так использовал настолько ценный инструмент.
Возле двери шаги застыли. Послышался испуганный и запинающийся голос Егора, который, по-видимому, пытался заболтать учителя и дать время Артёму.
- Ладно прощаю, трус паршивый. – Тёма улыбнулся, и оглядел комнату на предмет мест, в котором можно было бы спрятаться.
Таких, очевидно, не было, но зато было открытое нараспашку окно. Артём подбежал к нему и глянул вниз. Высота была относительно небольшая, но приземление могло выйти ему переломом, или еще хуже. Напротив, окна росло дерево с довольно широкими ветками. Если грамотно прыгнуть, то можно уцепиться за ветки и смягчить себе падение. Артём правда начал было сомневаться в выбранном им пути отхода, как вдруг дверь распахнулась.
Последнее что увидели изумлённые Альберт Валерьевич и Егор, это шатающееся дерево, а когда они посмотрели вниз то ничего не смогли разглядеть. А тем временем в углублении в стене школы сидел Артём, пытающийся заглушить крик боли от вывихнутой ноги и разодранной в кровь щеки.
Но через боль он улыбался. Этот прыжок, вывих и порез стояли того, чтобы поиграть на настоящей гитаре. О чем еще ему можно было мечтать? Артём был по-настоящему счастлив.