Тёмные воды Блэкуотера

Ночь накрыла Ривергейт плотным, почти осязаемым одеялом. Эмма не могла уснуть. Слова Айви, мысли о Райане и, главное, воспоминание о поцелуе жгли изнутри. Ей нужен был воздух. Она накинула куртку и тихо выскользнула из дома Айви, пока та мирно спала.

Город был пуст. Туман, поднимавшийся от Блэкуотера, стелился по улицам, превращая знакомые дома в призрачные силуэты. Ноги сами принесли её к старому деревянному мосту, который вёл на другой берег реки — в сторону владений Тернеров. Это было их место. Точнее, оно когда-то было «ничьим», но теперь прочно ассоциировалось с ним.

Она облокотилась на перила, вглядываясь в чёрную воду. Река несла свои тёмные воды бесшумно и неумолимо, храня секреты.

— Не спится?

Голос раздался из-за спины, низкий и хриплый. Она не слышала шагов, не слышала шума мотора. Он появился из тумана, словно материализовавшись из её мыслей. Томас. На нём была только тёмная толстовка с капюшоном, а руки он держал в карманах.

— Ты следишь за мной? — спросила она, не оборачиваясь, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— Я живу здесь. — просто ответил он, становясь рядом и тоже облокачиваясь на перила. Их плечи почти соприкасались. — Это ты забрела на мою территорию.

Между ними снова повисло то самое напряжение — густое, вязкое, электрическое. Воздух потрескивал от невысказанных слов и воспоминаний о том последнем поцелуе.

— Райан... — начала она, но Томас резко оборвал её.

— Не надо. — его голос стал жёстче. — Не говори о нём. Не сейчас.

Он повернулся к ней всем корпусом. В тусклом свете далёкого фонаря его глаза казались почти чёрными.

— Ты думаешь об этом так же часто, как и я? — спросил он тихо, делая шаг вперёд и сокращая дистанцию до предела. Теперь она была прижата спиной к холодным перилам моста.

— О чём? — выдохнула она, хотя прекрасно знала ответ.

— О том, что это была ошибка? — его губы искривились в горькой усмешке. Он нависал над ней, загоняя в ловушку. — Или о том, что это было неизбежно?

Он не дал ей ответить. В этот раз поцелуй был другим. В нём не было той вспышки ярости, что застала их врасплох у школы. Это был медленный, обжигающий пожар. Он целовал её требовательно и глубоко, словно заявляя свои права, не оставляя ей шанса на сопротивление. Его руки легли на перила по обе стороны от её головы, заключая её в клетку из его тела и жара.

Эмма почувствовала, как земля уходит из-под ног. Все сомнения, страхи и мысли о Райане растворились в этом ощущении его близости. Она ответила ему с не меньшей страстью, запуская пальцы в его волосы на затылке.

Когда он наконец оторвался от её губ, они оба тяжело дышали. Его лоб коснулся её лба.

— Ты сводишь меня с ума, Эмма Уокер. — прошептал он голосом, полным смеси злости и желания.

Он резко отстранился, словно боясь того, что может произойти дальше. Несколько секунд он просто смотрел на неё — тяжело, пронзительно.

— Иди домой. — бросил он глухо и, не дожидаясь ответа, развернулся и быстрым шагом растворился в тумане на дорожке, ведущей к особняку.

Эмма осталась стоять на мосту одна. Её губы горели, сердце колотилось как бешеное, а внутри бушевала буря эмоций: желание, страх и чёткое понимание того, что она падает в пропасть с этим человеком, и падение это будет сокрушительным.