Тёмные воды Блэкуотера

На следующий день школьные коридоры Ривергейта напоминали растревоженный улей. Новость о том, что шериф Картер официально допрашивал Томаса Тернера, распространилась с молниеносной скоростью. Воздух был наэлектризован смесью страха, любопытства и плохо скрываемого злорадства.

Эмма чувствовала на себе десятки взглядов, пока шла к своему шкафчику. В этих взглядах не было прежнего безразличия или открытой вражды. Теперь в них читался новый, опасливый интерес. Она больше не была просто Эммой Уокер, подругой тихони Райана. Она стала той, кто сунул нос в дела Тернеров и, возможно, приложил руку к тому, что главный кумир и главный злодей школы оказался под подозрением.

Айви шла рядом, стараясь прикрывать подругу от излишнего внимания.

— Ты как? Держишься? — тихо спросила она, поправляя ремень сумки.

— Как будто я прокажённая. — буркнула Эмма, рывком открывая дверцу шкафчика.

В этот момент из-за угла, словно ледокол, рассекая толпу, вышел Томас. Сегодня он был без своей привычной толпы обожателей. Он шёл один, и эта изоляция делала его ещё более пугающим. Его лицо было непроницаемой маской, а зелёные глаза, казалось, смотрели сквозь людей.

Когда он поравнялся с Эммой, их взгляды на секунду встретились. В его глазах не было ни привычного презрения, ни насмешки. Только ледяная пустота и глухая, затаённая ярость. Он прошёл мимо, даже не замедлив шаг, но Эмма почувствовала, как по спине пробежал холодок.

— Он тебя ненавидит. — констатировала Айви очевидное.

— Я знаю. — выдохнула Эмма. - И я его не виню.

***

Райан в тот день тоже пришёл в школу. Он выглядел ещё более бледным и осунувшимся, чем накануне. Он старался быть невидимкой: сидел на задней парте, отвечал на вопросы учителей односложно и старался не поднимать глаз. Но главной его проблемой была не учёба.

Во время обеденного перерыва, когда Райан в одиночестве сидел в столовой и ковырял вилкой салат, к его столику подошла Джессика. Её свита следовала за ней по пятам.

— Бедный мальчик потерял папочку. — пропела она своим высоким, скрипучим голосом. — А твой братец, говорят, теперь ночует в камере?

Райан вздрогнул, но промолчал, продолжая смотреть в тарелку.

— Говорят, он его из-за денег порешил? Папочка не хотел давать ему карманные на новую тачку?

Это было уже слишком. Эмма, которая наблюдала за этой сценой с другого конца столовой, увидела, как сжались кулаки Райана. Она решительно встала и направилась к их столику.

— Отстань от него, Джессика.

Джессика картинно обернулась.

— О! Защитница явилась! А что скажет твой парень-шериф? Или ты теперь переключилась на семейку убийц?

В столовой повисла тишина. Все взгляды были прикованы к ним.

— Он не убийца! — неожиданно громко и чётко произнёс Райан, вскакивая со своего места. Его голос дрожал от гнева и обиды.

— Да ну? А кто же тогда? Может, ты? — Джессика сделала шаг вперёд, её лицо исказилось в злобной гримасе.

Внезапно между ними выросла фигура Томаса. Он появился словно из ниоткуда. Его присутствие физически давило, заставляя воздух в помещении казаться густым и тяжёлым.

— Закрой рот. — его голос был тихим, но прозвучал как удар хлыста. Он не кричал, но в нём было столько угрозы, что Джессика отшатнулась, побледнев.

Томас даже не смотрел на неё. Его взгляд был прикован к Эмме. Это был долгий, изучающий взгляд, в котором смешались гнев, усталость и что-то ещё... возможно, тень благодарности?

Он перевёл взгляд на брата.

— Идём, Райан.

Райан, не говоря ни слова, схватил свой рюкзак и поспешил за братом. Они покинули столовую под гробовое молчание сотен глаз.

***

После уроков Эмма снова отправилась к реке. Ей нужно было подумать, а шум воды всегда помогал ей сосредоточиться. Она села на поваленное дерево у самой кромки Блэкуотера и уставилась на тёмную, неспешную воду.

«Почему я не могу просто оставить это?» — спрашивала она себя уже в сотый раз.

Ответ был прост: потому что всё было неправильно. Слишком много совпадений. Ссора с отцом, угрозы Райану, этот час «гуляния» посреди ночи... И даже если молоток оказался чист (ну, относительно), это не отменяло того факта, что Томас что-то скрывал.

Она так глубоко ушла в свои мысли, что не услышала шагов за спиной.

— Ты упрямая до чёртиков, знаешь об этом?

Эмма резко обернулась. В двух шагах от неё стоял Томас. Он выглядел уставшим: тени под глазами стали ещё темнее, а плечи были напряжены так, будто он нёс на себе невидимый груз.

— Что ты здесь делаешь? — спросила она, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— То же, что и ты. Думаю.

Он подошёл ближе и сел рядом на бревно, оставив между ними небольшое расстояние. Некоторое время они молчали, слушая плеск воды.

— Ты думала, что спасаешь мир или ловишь злодея из книжки.

Он повернулся к ней. В его взгляде больше не было открытой враждебности. Только бесконечная усталость.

— Послушай меня внимательно, Эмма Уокер. Мой отец был убит. Не мной. Но кем-то очень близким к нашей семье или к его делам в мэрии. Если ты продолжишь копать... этот кто-то заметит тебя. И поверь мне, этот человек гораздо опаснее меня.

Он встал и посмотрел на неё сверху вниз.

— Я сказал тебе держаться подальше не потому, что боюсь за свою шкуру. А потому что ты можешь пострадать.

С этими словами он развернулся и пошёл прочь по тропинке вдоль реки, оставляя Эмму одну с её мыслями и растущим чувством тревоги.

Туман над Блэкуотером сгустился ещё сильнее, скрывая очертания противоположного берега. И где-то в этой молочной пелене скрывалась правда — тёмная и холодная, как сама вода этой проклятой реки.