Бердникова Татьяна - Доминик

Утро выдалось ясным и солнечным, очень погожим и радостным. Дерек, в кои-то веки проснувшийся не от рычания соседской дрели, а по собственной воле, довольно потянулся и, улыбнувшись, сел. Вчерашнее ощущение готовящегося подвоха оставило его, спокойствие казалось нерушимым, и парень, сознавая себя теперь другом не одного, а целых двух, или даже трех влиятельных людей, чувствовал такую уверенность, что, чудилось, мог бы свернуть горы или в одиночку сразиться с целой бандой головорезов. Или с одним Альфой.

Он слегка вздрогнул и, тряхнув головой, сбросил с себя неприятные мысли об этой загадочной мрачной тени, нависающей над жизнью Доминика Конте. В конце концов, сейчас с Ником все в порядке, его жизни ничто не угрожает, дверь в квартиру запирается наглухо, сигнализацию он вчера включил – можно совершенно ни о чем не волноваться! Ближе к обеду они с Ричардом придут к нему, а сейчас, пока есть время, надо бы, пожалуй, сбегать за продуктами – за последние несколько дней он, не бывая дома, не пополнял свои запасы питания и сейчас даже завтракать не знал, чем.

Собрался молодой человек быстро, квартиру покинул и того быстрее и вскоре уже, воодушевленный ярким солнышком, зашагал по улице, направляясь к продуктовому магазину.

Газетный киоск, встретившийся ему на пути, выпрыгнул как будто из ниоткуда – еще несколько дней назад его здесь, вроде бы, не было.

Дерек равнодушно скользнул взглядом по выставленным напоказ периодическим изданиям, газетам, журналам… и внезапно замер, как громом пораженный.

«Доминик Конте мертв!!» - кричала передовица сразу нескольких газет. Парень почувствовал, как земля уходит у него из-под ног.

Не веря себя, ощущая, как холодеют пальцы и замирает, останавливается сердце, он бросился вперед, на ходу нашаривая в кармане мелочь.

- Г… газету… - голос едва слушался, пальцы дрожали и, кажется, за издание он заплатил больше, чем требовалось, но даже не заметил этого. Он схватил газету и, распахнув ее на нужной странице, впился взглядом в статью.

Буквы прыгали перед глазами, прочитать текст полностью, таким, каким он был представлен в статье, никак не удавалось, сознание выхватывало лишь отдельные, не связанные между собой куски.

Сегодня ночью… обезображенное тело… отпечатки… проведен анализ крови… Никаких сомнений…

Как так?! Вчера еще Ник был жив, с ним все было абсолютно в порядке, он не помышлял ни о каких ночных прогулках, не собирался кончать жизнь самоубийством! Неужели его безумие вновь затаилось, чтобы проявиться именно тогда, когда ни Дерека, ни Ричарда рядом не будет?!

Парень торопливо сложил, почти скомкал газету и бегом бросился к дому недавно обретенного друга. Нет, нет-нет-нет, этого не может быть! Если это действительно… если что-то случилось… должна быть распахнута дверь квартиры, должны быть следы борьбы, или… Вдруг это еще один двойник?

Он бежал, задыхаясь, не обращая внимание на усталость, бежал все быстрее и быстрее и, влетев в холл элитной многоэтажки, запнулся о ковер, устилающий пол, едва ли не упав.

Охранник за стойкой немного приподнялся на месте, удивленно взирая на бедновато одетого, незнакомого ему юношу, с такой непогрешимой уверенностью вломившегося на территорию вверенного ему объекта.

- Сэр, к кому вы… сэр!

Дерек, не слушая, бросился к лифтам, на ходу восклицая:

- Конте!

В том, что охранник поймет фамилию, и сообразит, что идти к Нику право он имеет, парень почему-то не сомневался.

Лифт приехал быстро, Дерек заскочил в него, надавливая на кнопку верхнего этажа и, дожидаясь прибытия, принялся переминаться с ноги на ногу, сжимая кулаки и кусая губы. Боже, Боже! Что он будет делать, увидев опять распахнутую дверь? Что скажет Ричарду, что… как вообще быть теперь?!

Двери лифта распахнулись, он выскочил на лестничную площадку и слегка перевел дух. Дверь была заперта, огонек сигнализации точно так же, как и вчера, моргал наверху.

В душе подняла голову робкая надежда. Может быть… все-таки это была ошибка?..

Он метнулся к двери и, практически рявкнув на черную коробочку:

- Рубикон! – распахнул ее, вбегая в квартиру. Никаких видимых следов вторжения как будто бы не наблюдалось; сигнализация противно запищала, требуя, чтобы ее отключили, но парень лишь отмахнулся. Ему было не до того.

- Ник! – крикнул он, чувствуя, как горло вновь пытается сжать липкая рука ужаса, - НИК!!!

Из недр пентхауса донесся недовольный зевок.

- Ты чего вопишь? – знакомый до дрожи, до боли в сердце голос, немного приглушенный расстоянием, мягко коснулся его слуха, заставляя чуть не упасть от облегчения, - Я сплю еще…

Дерек, чувствуя, как подкашиваются мгновенно ставшие ватными ноги, ощущая, как по губам сама собою расплывается совершенно дурацкая, облегченная улыбка, поспешно отключил сигнализацию и, обстоятельно заперев дверь, уже более или менее спокойным шагом направился в спальню лучшего друга.

Доминик, живой и невредимый, и в самом деле еще валялся в постели и, позевывая и недовольно потирая глаза, дожидался столь неожиданно ворвавшегося к нему приятеля.

- Впервые за долгое время спокойно спал в своей кровати, так нет же – и тут разбудили! – нахмурился он, увидев заходящего в спальню Дерека, - Что за срочность, что еще стряслось?

- Почитай, - Тедерик, глубоко вздохнув, вытащил из-за пазухи скомканную газету и, расправив ее, сунул под нос другу, сам почти падая в глубокое кресло недалеко от его кровати. Он как-то внезапно вдруг сообразил, что у него уже минут десять как противно ноют ребра, а он даже не замечает этого и испытал острую потребность в отдыхе.

Доминик, бросив взгляд на передовицу, медленно сел, мрачнея и, закусив губу, развернул газету, принимаясь внимательно читать.

- И фотографию мою прилепили… - пробормотал он, наконец, прочитав страшное сообщение дважды и, почесав в затылке, отбросил издание от себя, - Дерек, честно, я никуда ночью не ходил. Да и утром, собственно тоже, иначе бы, наверное, увидел это… Бред какой-то. Еще один двойник – да, но почему вдруг такой ажиотаж? О тех ведь ничего и слышно не было, нашли себе и нашли. Да еще и так жестоко… - он поморщился, - Толкнуть под электричку – это…

- Да уж, приятного мало, - Янг, который, в общем-то, вообще особенно не вникал в способ убийства очередного «Доминика», тяжело вздохнул, прижимая руку к ребрам, - Интересно, Ричард знает?

- Скорее всего, да, странно, что еще не позвонил, - Ник согнул закрытые одеялом ноги в коленях и, облокотившись на них, запустил пальцы в волосы, - Хотя, наверное, возни с этим много. Да еще и такая шумиха…

- Да, шумиху так просто не унять, - Дерек задумчиво потер подбородок, - Такое ощущение, что Красный Билл решил пойти ва-банк – имитировать твою смерть, даже не создав нормального двойника. Только не понимаю, как в такой ситуации он сможет… О, наверное, Дик.

У Доминика зазвонил мобильный, и мужчина, откинувшись обратно на подушки, взял его с тумбочки. Бросил взгляд на экран и, согласно кивнув, принял вызов, тотчас же включая громкую связь.

- Привет, братишка, - голос его зазвучал выжидательно, - Чем порадуешь?

- Ты видел утренние сводки? – говорил Ричард странно, несколько отстраненно и приглушенно, и Конте-старший даже удивленно приподнял брови. Создавалось ощущение, что Дик беседует не с ним, а с кем-то еще.

- Как раз читаем на пару с Дереком, изумляемся и размышляем, что теперь делать.

- Ничего пока не предпринимай, - ответ прозвучал так же странно, тихо и мрачновато, - Я скоро приеду… И сообщи Карлу. О смерти Доминика Конте он должен быть извещен.

Вызов прервался, и Ник, непонимающе моргнув, поднял взгляд на такого же удивленного друга.

- «О смерти Доминика Конте»? – медленно повторил он, тотчас же сдвигая брови и прижимая к губам указательный палец, - Так-так… держу пари, Дик что-то задумал. Что ж, дождемся его… Хотя Карлу позвонить, конечно, не помешает. Звякнешь? Я пока оденусь – нехорошо как-то обсуждать собственную смерть, лежа в постели в одних трусах!

…Известие о смерти очередного «Доминика» Еж воспринял довольно хладнокровно и, услышав, что капитан Ричард имеет какой-то загадочный план, обещался вскоре подъехать. Дерек, завершив разговор по мобильному Доминика, опустил аппарат на стол в гостиной и, поднявшись на ноги, отправился проверять степень готовности друга к приему гостей – после сегодняшнего известия малейшее промедление казалось ему едва ли не фатальным, вызывая невольные опасения.

Конте, как раз успевший натянуть штаны и теперь застегивающий рубашку, увидев заглядывающего приятеля, приветливо улыбнулся ему.

- По-моему, я в больнице поправился, - доверительно сообщил он, кое-как застегивая пуговицы на груди, - Да потом еще и у Карла, и в спортзале не был все это время… Скоро совсем форму потеряю со всеми этими покушениями.

- Потеряв столько крови, должен был бы похудеть, - хмыкнул парень, прислоняясь спиной к дверному косяку, - Карл сказал, что подъедет, но, наверное, Дик будет раньше. Он вообще далеко от твоего дома работает?

- Минут пятнадцать на машине, если без пробок, - мужчина пожал плечами и, старательно втягивая не то живот, не то грудную клетку, поспешно застегнул рубашку до конца, расправляя ее, - Скоро должен быть. Я не понимаю, что он может придумать – нужно как-то успокоить шумиху, нужно, чтобы о моей «смерти» прекратили кричать… Что нам, ловить журналистов и сажать их по одному в камеру, лишать доступа к компьютерам и телефонам?

- В карцер к Карлу, - Дерек, которому некогда довелось на себе испытать действие этого неприятного места, широко ухмыльнулся, - Излечивает на раз, потом даже желания писать статьи не будет.

- Ты человек опытный, поверю на слово, - Конте слегка развел руки в стороны и, прислушавшись, кивнул, - Дик.

Со стороны входа и в самом деле уже доносились характерные звуки открывающейся двери, писк сигнализации, затем прозвучал хлопок, возвещающий о том, что дверь заперта вновь и знакомый голос окликнул:

- Ник!

- Мы здесь, - Доминик слегка кивнул своему молодому другу в сторону коридора, соединяющего его спальню с общей гостиной и, оттерев его плечом, направился вперед сам. Парень только скептически хмыкнул и, скрестив руки на груди, последовал за ним. Успокоиться после утреннего события он уже успел, и теперь вел себя с «погибшим» Конте так же свободно, как и прежде.

Ричард встретил их, сидя на диване в гостиной, мрачный, серьезный и исполненный какой-то странной, загадочной решимости. Его старший брат, видя состояние младшего и совершенно не желая потакать ему в проявлении мрачности, спокойно приблизился и, приветливо пожав руку, усмехнулся.

- Привет, мелкий. Что там с новостями, спрашивать, пожалуй, не буду – итак все понятно. Лучше поинтересуюсь, что ты задумал?

- Ты сообщил Карлу? – капитан, не отвечая, чуть нахмурился, внимательно глядя на собеседника, словно подозревая его в чем-то.

- Я сообщил, - Дерек поднял руку и, приветственно кивнув мужчине, присел рядом с ним на диван. Доминик устроился, как и вчера вечером, в кресле, стоящем напротив этого самого дивана.

- Он уже едет, по крайней мере, обещался скоро быть. Так в чем дело?

- Новый труп несколько отличается от остальных, - Ричард тяжело вздохнул и, откинувшись на спинку дивана, сцепил руки на колене в замок, - Он обезображен, лицо неузнаваемо. Чтобы опознать его, есть только отпечатки пальцев, и человек, который так хорошо знает Доминика Конте, что может опознать его в любом состоянии. Я.

На несколько секунд воцарилось молчание. Доминик и Дерек переглянулись, раз, другой, затем одновременно обратили взоры к капитану полиции, не продолжающему свое повествование.

- Но ведь ты на сто процентов знаешь, что это не я, - Ник, не понимая, чем вызвана странная мрачность брата, легко пожал плечами, - Ты можешь сказать, и…

- В этом-то все и дело, Ник, - Ричард неожиданно поднялся с дивана и, кусая губы, прошелся по комнате, - Я сразу понял, что это не ты, у меня даже сомнений не возникло… Но я ничего не сказал. Попросил сделать анализ крови и, если он будет соответствовать… Подумай сам, - он остановился, взирая на брата, - Кто-то непрестанно стремится тебя уничтожить, кто-то убивает всех мало-мальски похожих на тебя двойников… Быть может, на сей раз это сыграет нам на руку? Газеты кричат о твоей смерти, у полиции имеется тело с отпечатками Доминика Конте, я могу подтвердить…

- Ты считаешь, что мне надо притвориться мертвым? – мужчина изумленно приподнял брови, переводя взгляд с брата на Дерека, и обратно, - Думаешь, нужно сделать вид, будто погиб и в самом деле я??

- Альфа был бы счастлив… - Дерек в раздумье потер подбородок, - Хотя, с другой стороны, Альфа знает тебя в лицо и, конечно, не сомневается в том, что ты жив.

- Вот именно! – Ричард хлопнул себя по коленям, и вновь упал на диван, несколько неуверенно улыбаясь, - Именно так я и подумал, ребята, именно так… Он знает, что не убил тебя, но может подумать, что ты был убит кем-то еще. Он наверняка начнет выяснять, искать правду и, в конце концов, засветится…

- И тут ты его схватишь, - Конте-старший закусил губу, резко кивая, - Интересный вариант. Удручает только одно – я снова буду вынужден сидеть взаперти!

- Ну… - стук в дверь прервал капитана и он, несколько недовольный, отправился открывать.

Вошел Карл, как обычно спокойный, холодный и равнодушно-приветливый, окинул долгим взглядом всех собравшихся и, сдержанно кивнув, присел на диван рядом с Тедериком.

- Судя по вашим лицам, могу предположить, что вы о чем-то спорите.

- Дик хочет, чтобы я прикинулся мертвым, - Доминик тяжело вздохнул, откидываясь на спинку кресла, - А я не уверен, что в этом есть смысл, потому что…

- Это разумно, - Еж медленно перевел взгляд на явно обрадованного его вердиктом Конте-младшего, - У меня и у самого мелькала такая мысль, пока я ехал сюда. Альфа наверняка знает, что на самом деле ты должен быть жив. Известие о твоей смерти фактически развяжет ему руки, он начнет действовать более свободно, а значит – более опрометчиво, не опасаясь быть пойманным. В конечном итоге, как можно будет винить его в смерти мертвого уже некоторое время как, человека? Если он расслабится, полагая, что тебя уже в любом случае никто не защищает… он просчитается, и я надеюсь на это. Однако, друзья мои, вынужден напомнить, что нам не следует забывать об одной небольшой детали – Ник тирвас. Охота за ним ведется, как за редким зверем и, если Красный Билл не знает о его сущности…

- Подождите, как не знает? – Дерек, как раз совершенно убежденный в том, что Биллу Реду все о Доминике известно, растерянно поднял руку, как школьник на уроке, - Вы же говорили, у него есть образец крови Доминика, он мог выяснить…

- Вчера я имел весьма содержательную беседу с этим человеком, - Карл быстро улыбнулся, облокачиваясь на подлокотник дивана, возле которого и сидел, - И по неосторожности упомянул о тирвасах… Билл подумал, что это не более, чем прозвище, данное Доминику во времена нашего с ним совместного обучения, попросил называть его нормально. Я не думаю, чтобы он запомнил это слово – Ред глуп, стар и больше увлечен своей дочерью и своими личными антипатиями к Конте, однако, если он вдруг что-нибудь выяснит… - мужчина ненадолго умолк, выдерживая паузу, затем продолжил, - Если Красному Биллу станет известна хоть часть информации, сообщенной нам Конрадом, на Доминика начнется охота. Нельзя забывать, что он не простой человек, что нам надлежит защищать его не только потому, что он наш друг, но и потому, что он действительно чрезвычайно ценен. Если ты притворишься сейчас мертвым, Ник… - он скользнул по подлокотнику пальцами, размышляя, - Эта проблема автоматически испарится. Даже если Билл и узнает что-нибудь о тирвасах, добраться до тебя он уже не сможет. Что же касается Альфы… - здесь Карл даже на несколько мгновений сжал губы, давя, очевидно, бушующую в его душе бурю эмоций, - Должен сообщить вам небольшую странность. Красный Билл, по его собственному заверению, знает в этом городе каждую шавку, ему известны все, кто так или иначе имеет отношение к криминальному миру. Но об Альфе он не слышал. И не поверил мне, когда я предупреждал его о нем.

- Его дочь я тоже предупредил, - подал голос Дерек, так увлекшийся рассуждениями Ежа, что даже забывший о присутствии здесь человека, которому не следовало бы знать о его общении с Джилл – ее мужа. Последний же, между тем, оговорку молодого человека заметил и, к изумлению всех присутствующих, включая даже Карла, недоуменно вскинул брови.

- Ты виделся с Джилл?

- Секунду, - Еж слегка приподнялся на диване, откровенно недоверчиво глядя на младшего брата Доминика, - Разве вам известно, кто является дочерью Красного Билла?

- Вы, должно быть, хотели спросить, знаю ли я, на ком женат, - Дик быстро улыбнулся, скрещивая руки на груди, - Да, мне известно это. Я знал, с самого начала знал, что девичья фамилия Джилл – Ред, знал, кто ее отец и даже виделся с ним на нашей свадьбе. С тех пор, правда, мы с ним избегаем встреч друг с другом, а Джилл не настаивает. Как бы там ни было, а я со всей ответственностью могу заявить, что криминальные дела моя жена давно оставила, и сейчас ведет вполне законопослушную, спокойную жизнь. Не думаю, чтобы твои предупреждения ей имели смысл, Дерек – Джилл ни во что не лезет, и я, к слову, совершенно не понимаю, как ты ухитрился познакомиться с ней.

- Ни во что не лезет?! – Янг, сам приподнявшись, нахмурился, пораженно открывая рот, - Да она…

- Тедерик, - Карл, по-прежнему не желающий извещать братьев Конте о некоторых неприятных фактах биографии супруги младшего из них, красноречиво дернул парня за рукав, заставляя его примолкнуть и, недовольно усевшись обратно, обиженно обнять себя руками.

- Джилл помогла Тедерику после того, как он имел несчастье побывать у меня в плену, - спокойно вымолвил Еж, принимая на себя необходимость и право поставить союзников в известность об этом событии, - После «Пралтена» люди зачастую чувствуют себя плохо, я, признаться, надеялся, что весь день он проведет в оплаченном номере «Луксора», однако, наш молодой друг, на свой страх и риск, решил отправиться домой. Насколько мне известно, на улице ему стало дурно, а ваша супруга, капитан, его поддержала… Позднее он узнал от меня, кем была так помогшая ему девушка и, вероятно, поэтому при встрече взял на себя смелость предупредить ее об Альфе. Тедерик… скажи, когда и где ты опять встретился с Джилл?

- Вчера вечером во дворе своего дома, - мрачновато буркнул парень. Сообщать подробности встречи он уже не хотел, не желая опять быть вежливо заткнутым.

- Видимо, произошло это в то же время, когда я беседовал с ее отцом, - Еж легко кивнул, и неожиданно поднялся на ноги, - Но сейчас это не имеет значения. Итак, Доминик, я полагаю, что твой брат прав – на несколько дней тебе, вне всякого сомнения, лучше прикинуться мертвым. Никаких звонков по телефону – ни входящих, ни исходящих, - потому что это могут проверить, и мирно беседующий труп, должно быть, вызовет подозрения. Никаких выходов на улицу – ты находишься у себя дома, отдыхай, приходи в себя, долечивайся, а мы позаботимся об обеспечении твоего быта. Тедерик… могу я попросить тебя об одолжении?

- Конечно, - Янг удивленно пожал плечами, - Для вас я сделаю все, что скажете, как и для Ника.

- Прекрасно. В таком случае, надеюсь, ты не откажешься пожить эти несколько дней здесь? – Карл быстро глянул на явственно растерянного Конте-старшего и мимолетно улыбнулся ему, - Скрасишь его досуг, а в случае чего сможешь если не защитить, но хотя бы позвать меня или капитана Ричарда. Надеюсь, хозяин пентхауса не возражает?

Хозяин пентхауса, он же Доминик Конте, равнодушно пожал плечами. Против компании Дерека он никогда не возражал.

- Места много, думаю, поместится. Главное, чтобы сам Дерек не был против.

Тедерик, которому внезапно вновь представилась возможность пожить в богатом доме, широко улыбнулся. С его стороны возражений быть просто не могло – предложение Карла его очень обрадовало.

- Я только за! – он глубоко вздохнул, прижимая руки к груди, - С удовольствием послежу за тем, чтобы Доминика снова не убили. А сколько следить?..

***

- Звонить никому нельзя, - Доминик демонстративно загнул один палец, - В интернет заглядывать нельзя. К окнам подходить нельзя…

- Ник, - Дерек, честно пытающийся читать, уперся двумя пальцами в висок. Конте его не услышал.

- На улицу выглядывать нельзя. На балкон тоже нельзя. Я даже телевизор включать опасаюсь, чтобы не услышали соседи!

- Ник! – парень, слегка повысив голос, нахмурился, - Сделай милость – не грузи. Я точно в таком же положении, как и ты – сижу безвылазно у тебя дома, да еще и слушаю твои стенания! Имей совесть, возьми книжку и почитай.

- Мне уже надоело читать! – мужчина совершенно по-детски топнул ногой, - Неделю, Дерек, неделю мы уже сидим дома! Может, попытаться совершить вылазку под покровом темноты? У меня, кажется, когда-то где-то валялась темная толстовка с капюшоном, я могу скрыть лицо…

- Слушай, ты как ребенок, - молодой человек недовольно фыркнул, прикрывая книгу. Почитать ему сегодня точно не светило.

- Мы заботимся о твоей жизни, а ты сердишься, что мы не позволяем тебе рисковать! – он слегка всплеснул руками и, покачав головой, погрозил несознательному подзащитному пальцем, - Будешь плохо себя вести – нажалуюсь Ричарду. Или Карлу, ему даже лучше – он с тобой церемонится не станет. В карцер засунет и все дела.

- Меня в карцер он засовывать точно не станет, - Доминик ухмыльнулся и, упав на диван, закинул ноги на его подлокотник, - У меня итак крыша поехавшая, он не захочет, чтобы она съезжала еще сильнее. Может, в шахматы поиграем?

Дерек тяжело вздохнул. В пентхаусе Конте они сидели практически безвылазно уже почти целую неделю, лишь он сам периодически выходил за продуктами, и то совершал это настолько тайно, что порой даже удивлялся, как ему удается раздобывать еду с такой-то скрытностью. Доминик же привилегии покидать квартиру был лишен, и за прошедшие дни совершенно извелся, изрядно утомив и своего молодого друга. Тот, в полной мере понимая сейчас, что, должно быть, испытывают няньки, оставленные с капризным ребенком, тихо тосковал и ужасно мечтал, чтобы все это, наконец, хоть как-нибудь завершилось. В особенно утомительные минуты ему даже приходило в голову, что будь Конте вновь ранен и уложен в больницу, и то было бы значительно лучше – появилась бы хоть какая-нибудь определенность, стало бы ясно, что Альфа еще не пойман, и так далее, так далее, так далее.

От недостатки информации с ума сходили они оба – связаться ни с Карлом, ни с Ричардом по телефону было нельзя, поскольку оба в один голос наложили строжайшее табу на подобный способ связи, опасаясь прослушки, а сами они в гости заходить не спешили, ничего не рассказывая добровольным пленникам.

Дерек, до сей поры полагавший, что хуже карцера в этом мире наказания быть просто не может, теперь понимал, что быть заключенным в огромной, девятикомнатной квартире, совершенно не зная, как и чем развлечь себя, может быть ничуть не лучше, чем томиться в узкой тесной камере.

Окна квартиры Доминика, во избежание интереса со стороны снайперов, были плотно занавешены, ни единого лучика света сквозь них не проникало, а свет по вечерам они могли позволить себе зажечь лишь в одной комнате, максимально удаленной ото всех возможных мест, откуда можно было бы заметить, что пентхаус по-прежнему обитаем.

Они жили фактически на осадном положении, вздрагивали от каждого звука и, оба утомленные этим, периодически ссорились, чтобы хоть как-то развлечься. Причину ссор понимали оба, однако, изменить ничего не могли, и только иногда пытались свести очередной бессмысленный спор на нет предложением поиграть в шахматы.

Почему именно в эту игру, Дерек не знал – Доминик был игроком весьма посредственным, а коль скоро и сам парень умением не отличался, партии их заканчивались всегда достаточно быстро, и они опять возвращались к диалогу.

- Как ты думаешь, что сейчас происходит там? – Тедерик, совершенно не желая сейчас играть, перевел взгляд на занавешенное окно и тяжело вздохнул, - Что делают наши друзья… и наши враги… Знает ли Карл, кто такой Альфа или по-прежнему, как Красный Билл, томится в неведении?

- Если бы они рассказали нам хоть что-то, было бы легче, - Доминик, уже успевший удобно улечься на диване, нахмурился, - Как думаешь, они настолько заняты его поимкой, что у них нет времени, или не хотят случайно засветить наше укрытие?

- Кто же их знает, - Дерек тоскливо потянулся, разминая затекшие мышцы, - Может, чаю?

- Полчаса назад пили, - хмуро отозвался мужчина, закрывая глаза, - Нет, я думаю, лучше…

Прервал его неожиданный звонок телефона Дерека.

Молодой человек, вздрогнув, растерянно воззрился на лежащий на столе аппарат, затем неуверенно перевел взгляд на Доминика и, взяв телефон двумя пальцами, протянул его другу.

- Ричард… - несколько неуверенно произнес он. На экране мобильного и в самом деле высвечивались три красноречивых буквы: «Дик».

- Нонсенс… - Доминик аккуратно принял телефон, не спеша отвечать на вызов. Звонок в их ситуации и в самом деле был чем-то чрезвычайно неожиданным и запредельно-странным – как уже упоминалось, на подобный способ связи было наложено табу, распространяющееся как на исходящие вызовы, так и на входящие.

Телефон звонил, дрожа от негодования.

- Вдруг подстава? – Дерек закусил губу, нервно ломая пальцы. В голове мигом завертелись варианты – телефон у Ричарда украли, его держат в плену и заставляют звонить…

Доминик пожал плечами и, глубоко вздохнув, все-таки принял вызов, поспешно включая громкую связь. Говорить с братом втайне от своего молодого друга он не хотел – информация могла быть важной, да и вообще сейчас им обоим лучше было быть максимально осведомленными.

- Ричард? – говорил он осторожно, стараясь немного изменить голос на случай прослушки или еще чего-нибудь непредвиденного.

- Да… - хриплый, усталый голос капитана Конте, разнесшийся по комнате, заставил вздрогнуть и самого мужчину, и Дерека. Что произошло, пока было не ясно, но в том, что что-то случилось, можно было не сомневаться – такой боли в голосе младшего брата Доминика им не доводилось слышать еще ни разу.

- Что такое?

- Я… не мог не позвонить… - Ричард тяжело, хрипло, с перерывами дышал в трубку, казалось, он борется сам с собой, отчаянно сдерживая душащие его чувства, - Не могу… Ник, Джилл…

- Что с ней? – Конте-старший закусил губу, крепче сжимая телефон. Дерек обеспокоенно подался вперед, вспоминая собственные слова о том, что Альфа вполне может ополчиться и на Красного Билла, и на его дочь.

- Она… - голос Дика задрожал, - Ее… убили… Я стою тут… она… возле окна, но прошел в квартиру… это… эт…то…

- Я сейчас приеду! – Доминик вскочил. В эти секунды, в эти мгновения он напрочь забывал о собственной безопасности, посылал к черту все их планы и готов был, сломя голову, мчаться на помощь брату, чтобы хоть как-то помочь ему, хоть как-то его поддержать.

- Нет!.. – голос Ричарда звучал все так же слабо, но категорично, - Нет, не надо… если с тобой что… Я не переживу, правда, я не выдержу!.. Я… я скоро приеду сам. Сейчас… оперативники, потом…

- Может, подъехать мне? – Дерек, кусая губы, сам немного подался вперед, глядя не на мобильный, к которому, по идее и обращался, а на друга, держащего его, - Как он в таком состоянии за руль…

- А ты на чем поедешь? – Доминик, даже немного отвлекшись, приподнял брови. Парень пожал плечами.

- На твоей.

- А права? – мужчина скептически скривился, - Нет уж, сиди дома, не хватает еще Дику вытаскивать тебя…

- Сидите оба, - усталый голос капитана Конте, прервав их бессмысленный спор, заставил обоих примолкнуть, - Они приехали… я скоро буду.

Посыпались короткие гудки. Доминик, медленно опустив руку с телефоном, несколько секунд безмолвствовал, затем, действуя заторможено, протянул аппарат Дереку.

- Возьми, - голос его звучал не менее хрипло, чем голос брата, - Возьми, а то я сейчас, кажется, разобью его…

Янг торопливо принял мобильный из рук собеседника и, положив его на стол, не зная, что сказать, прижал руки к груди.

- Ник…

- Не надо, - Конте, изо всех сил стараясь овладеть собой, медленно выдохнул, - Ты знаешь… если честно, я ведь тоже всегда знал, кто такая Джилл, чья она дочь. Знал и не понимал, почему мой брат выбрал такую, как она, никогда не доверял ей… Но смерти я ей не желал. Мне она не сделала ничего плохого и, как бы я…

- Это она стреляла в тебя, - Дерек, не видя более смысла скрывать истину, тяжело вздохнул, медленно опускаясь обратно на стул, - Карл сказал, она призналась ему. Да и передо мной она этого не отрицала… Я не хотел говорить при Ричарде.

Доминик, несколько секунд молча смотревший на собеседника, опустил голову, слегка качая ею.

- И не надо. Ты слышал, что он сказал? Убита возле окна, но убийца зашел в квартиру… Попытка сымитировать снайперскую атаку?

- Попытка подставить тебя? – в тон ему отозвался молодой человек, - Если она стреляла в тебя, ты мог тоже нанять кого-то, ну и так далее. Ее папаша может подумать именно так, тебе надо быть настороже – от взбешенного, горюющего бандита не спасет ни кровь тирваса, ни заступничество Ежа. Кстати… Карлу, наверное, тоже надо сообщить, да?

- Нет, не звони, - Конте сжал губы, о чем-то мрачно размышляя, - Ричард приедет и сам решит это, к тому же… Знаешь, такие новости в криминальном мире расходятся быстро. Вполне возможно, что Красный Билл уже в курсе случившегося, а если так, то и Карлу вполне могли сообщить. В чем-то Дик прав – нам с тобой сейчас лучше не высовываться, не лезть на рожон. Не хватает еще ему хоронить одновременно с женой брата и друга.

Дерек уныло кивнул. В словах собеседника, безусловно, был резон, имелся неоспоримый смысл, но бездействие угнетало и убивало почище пули.

…Ричард приехал почти час спустя. Дверь открыть он не смог – как признался потом, не мог твердо произнести нужную фразу, - поэтому постучал и, будучи впущен в квартиру, почти упал на диван, сделав несколько заплетающихся шагов к нему.

Плечи его затряслись.

Дерек, не медля, бросился на кухню, где, как он помнил, имелся небольшой ящичек с необходимыми лекарствами и, накапав несколько капель успокоительного, торопливо принес его капитану. Тот с трудом выпил, кое-как кивнул в благодарность и, едва не выронив вовремя подхваченный парнем стакан, закрыл лицо дрожащими руками.

Доминик, сев рядом, мягко обнял брата за плечи. Он, как никто другой, понимал сейчас его состояние, понимал и сочувствовал ему, искренне соболезнуя и сопереживая, но, увы, как утешить, не знал. Джилл Ричард любил сильно, даже, возможно, чересчур сильно, и горе его сейчас было неизмеримо.

Прошло не меньше получаса, прежде, чем капитан смог взять себя в руки настолько, что начал говорить.

- Он звонил мне, - первая же его фраза заставила Доминика и Дерека недоуменно переглянуться, - Ее отец… Когда я ехал, он позвонил и обвинил меня в ее смерти. Он знает… не понимаю, откуда, но знает!.. – голос его сорвался, и Ричард сделал несколько долгих, тяжелых вздохов, - Он… был на взводе, как и я, я пытался успокоить его… потом бросил трубку, - он провел все еще подрагивающей рукой по лицу, - Я не понимаю… почему она? Кто мог… зачем?? Так жестоко, ее просто… просто расстреляли… - губы его затряслись, и мужчина тяжело сглотнул. Тедерик, шестым чувством догадываясь, что ему сейчас нужно, поспешно бросился на кухню за водой и принес целый кувшин. Затем плеснул немного в стакан и протянул капитану.

- Спасибо… - тот принял поданное питье и, не сделав ни глотка, сжал стакан в руках, - Я подумал, было… Альфа? Но зачем, зачем, Ник?? Ее! Она не твой двойник, ей не вводили твою кровь, да и зачем? Почему она?!

- Я не знаю, - Доминик тяжело вздохнул, слегка сжимая плечи брата, - Не знаю, Дик, но мы обязательно выясним все это… Выясним и отомстим, жаль… Вернуть ее не получится.

- Не получится… - эхом повторил Ричард и, сдавленно всхлипнув, прижал ладонь ко лбу, - Ты знаешь, ты всегда говорил, что мужчины не должны плакать, Ник… Но сейчас я хочу плакать, - он поднял какой-то растерянный взгляд на старшего брата, - Правда, я очень хочу плакать!.. Но не могу. Не могу выдавить ни слезинки и не понимаю, почему. Мне… Я очень испугался, когда в больницу попал ты, но сейчас… сейчас… - он укусил себя за губу, - Ее не вернуть…

- Тише, тише… - его старший брат, обеспокоенно глянув на Дерека, слегка прижал к себе несчастного, - Все будет… будет хорошо, Дик, все наладится… как-нибудь… точно наладится. Мы схватим Альфу, мы… я знаю, да, ее это не вернет, но ты сможешь отомстить! Я обещаю, я лично…

Стук в дверь прервал его. Доминик, хмурясь, явственно недоумевая, кто бы это мог прийти, слегка кивнул Дереку на дверь, намекая, чтобы тот отпер ее.

Парень повиновался. Он догадывался, кто пришел, даже более того – он ждал прихода этого человека с минуты на минуту с тех самых пор, как Доминик сказал, что в криминальном мире новости расходятся быстро. Ему уже должны были сообщить.

Он не ошибся.

Карл Еж, стоящий на пороге, очень серьезный и мрачный, коротко кивнул ему и, сделав шаг в квартиру, на мгновение замер. Затем лично закрыл дверь, отключил сигнализацию и, сняв шляпу и неизменные перчатки, положил все это на комод, стоящий возле двери.

- Как понимаю, вам уже все известно.

Голос его, холодный, спокойный, по-прежнему невозмутимый, заставил обоих братьев, вздрогнув, устремить взгляды на него.

- Мои соболезнования, капитан Ричард, - говорить Еж продолжал холодно, уверенно, официально-равнодушно, и интонация его магическим образом заставляла обоих Конте немного прийти в себя, собираясь с мыслями.

- Спасибо… - Ричард безжизненно кивнул, опуская голову. Созерцать человека, если не имеющего отношения к смерти Джилл, то, уж во всяком случае, наверняка не слишком переживающего из-за нее, ему было не очень приятно.

- Вы обычно знаете больше, чем любой из нас, сэр, - Дерек, чуть задержавшийся возле двери, выглянул из-за плеча преступника, - Мы теряемся в догадках – убийство Джилл было бессмысленным…

- Бессмысленным? – Карл слегка приподнял бровь, - О, нет, боюсь, смысл у него был. И смысл этот вряд ли будет приятен кому-либо из вас, потому что… Я думаю, Джилл Конте был убита из-за тебя, Доминик.

На несколько тягучих секунд в гостиной воцарилось молчание. Убитый горем Ричард, абсолютно не ждавший подобных заявлений, медленно переводил взгляд с брата на его преступного друга, не понимающий, не желающий верить, теряющийся в смутных догадках; Дерек и Ник просто отчаянно пытались сообразить, что же имел в виду Еж.

- Тебя хотят выманить, - Карл, видя, что собеседники и в самом деле не понимают его слов, наконец снизошел до объяснений, - Я поэтому и приехал, чтобы предупредить – не поддавайся на провокацию. Это очевидный ход, Альфа начинает терять терпение…

- Почему тогда не я?! – Дик, внезапно вырвавшись из рук брата, вскочил, тяжело дыша, - Смерть брата – чем не повод покинуть заточение! Почему она, почему не я?!

- Потому что он не глуп, - Еж на миг сжал губы, - Убей он вас, капитан, против него ополчился бы весь отдел полиции, его бы схватили незамедлительно и тогда все планы коту под хвост. Убийство же вашей жены, прошу прощения, идеальный способ выманить Доминика из дома – похорон супруги своего брата он не пропустит, а там… - он слегка развел руки в стороны, позволяя себе короткую улыбку, - Кладбище рядом.

- Тогда ход удался… - Конте-старший тяжело вздохнул, опуская взгляд, - Ты прав – похорон Джилл я не могу пропустить. Не то, что Дик, я сам не прощу себе этого!

- Доминик… - Карл сдвинул брови, - Мы защищаем тебя не для того, чтобы…

- Хватит, Карл! – Доминик, в конце концов не выдержавший, резко вскочил на ноги, - Довольно защищать меня, я не могу больше сидеть взаперти! Если Альфа и в самом деле задумал все это, чтобы выкурить меня из дома – пусть так, я выйду и в конце концов плюну в рожу этой твари! Я не могу больше отсиживаться, скрываясь за вашими спинами, я не хочу, чтобы из-за меня гибли люди! Джилл… была еще совсем девочкой. Чьей бы дочерью она ни была, в кого бы она ни стреляла – она была юна, и он не имел права вот так обрывать ее жизнь! А я не сомневаюсь, что это он. Я выйду, Карл, выйду и…

- Стоп! – Ричард, внезапно вскинув руку, нахмурился и, схватив брата за плечо, слегка сжал его, - Доминик, я сказал тебе – я не переживу, если с тобой что-нибудь произойдет! Похороны Джилл – это, конечно, важно, но я не хочу рисковать…

- Подождите, - Дерек, внезапно осененный неожиданной мыслью, доселе присутствующий скорее на правах стороннего наблюдателя, шагнул вперед, - Но ведь никакого риска нет. Послушайте… давайте переиграем Альфу на его же поле? Он хочет выманить Ника, хочет, чтобы тот пришел на похороны – пусть, так и будет, он явится. Но, думаю, туда придет и сам Альфа. И, если на похоронах будет достаточно полиции…

- И моих людей, - подхватил Карл, начиная понимать замысел Тедерика, - И если, кроме прочего, нам удастся намекнуть Красному Биллу, где искать убийцу его дочери… Что ж, план может и выгореть, Тедерик. Но риск все равно есть.

- Значит, нужно сделать все так, чтобы свести риски к минимуму, - Доминик, не давая Янгу ответить, расправил плечи, - В любом случае, сидеть и ждать, пока меня пришьют, я более не намерен. Жаль только, в нашем плане есть один маленький такой, совсем малюсенький пробел… - он окинул долгим взглядом своих соратников и внушительно проговорил, - Мы понятия не имеем, кто такой Альфа.