Глава 12
В палате царила тишина. Приглушенный свет успокаивал, свежий воздух из приоткрытого окна навевал какое-то умиротворение, и по временам Дереку, сидящему без дела на стуле, чудилось, что он находится не в больнице, а в санатории.
Доминик, убаюканный мирной беседой с другом, убежденный в том, что находится под его защитой и опекой, мирно дремал, повернувшись на бок и подложив руку под щеку. Во сне он казался настолько беззащитным, настолько хорошим, что представлялось просто невероятным чье-то желание навредить столь доброму человеку.
Дерек вздыхал, отстраненно размышляя о словах Карла, пытаясь понять, каким образом ему надлежит помочь в дальнейших поисках негодяя, напавшего на их общего друга, и не находил ответа. По всему выходило, что его возможности в сравнении с возможностями Ежа ничтожно малы, что он не способен узнать и десятой доли того, что может узнать преступник, однако, видимо, Карл придерживался иного мнения.
Дерек шумно выдохнул и, опасаясь разбудить Ника, прикрыл рот рукой, откидываясь на спинку стула. Сколько всего произошло за последнее время… Страшно даже подумать, сколько ему уже довелось пережить, во что он оказался втянут, всего лишь решив вернуть потерянный телефон! Как говорится – хочешь себе неприятность, сделай человеку одолжение. Сделал одно доброе дело – продолжай в том же духе, не останавливайся, пока не вытащишь несчастного бизнесмена из клоаки, в которую он угодил.
Вот тебе и «жребий брошен», ничего не скажешь. Назад дороги у него уже и в самом деле нет, назад можно даже не пытаться вернуться…
А Арчибальд? Черт возьми, он же за всеми перипетиями напрочь забыл о своем приятеле, забыл, что его следует навещать! Он… он даже по телефону не пытался с ним связаться, персонал о его здоровье не спрашивал!
А может быть…
Дерек подозрительно покосился на спящего Доминика. Карл велел не оставлять его в одиночестве, не оставлять ни на секунду, но ведь он спит. Спит спокойно и мирно, да и видения его обычно посещают после вечернего обхода, а до него еще далеко. Если Дерек отойдет на полчасика, просто чтобы узнать, как чувствует себя еще один его друг, беды, наверное, не случится.
Он осторожно поднялся на ноги. Конте спал, похоже, лишь глубже с каждой минутой, умиротворение из палаты никуда не пропадало, и парень, старательно отгоняя от себя мерзкую мыслишку о собственном предательстве, аккуратно, максимально бесшумно направился к двери.
Бегать по больнице, прорываться с боем в отделение реанимации он сейчас не намеревался – в планы его входило просто найти какую-нибудь медсестру и расспросить ее.
Повезло ему, надо заметить, сразу же, потому как отойдя на несколько шагов от плотно прикрытой двери палаты Доминика, молодой человек заметил уже знакомую девушку в белом халатике – Лину, кажется, так она представилась.
- Лина!.. – он старательно изобразил на лице приветливую и радостную улыбку, и поспешил к удивленно оглянувшейся девушке. Впрочем, стоило ей увидеть приближающегося парня, как на губах ее отразилась столь же радостная и приветливая улыбка, как и у неожиданного собеседника.
- Здравствуйте! – Дерек, немного запыхавшись не то от волнения, не то от быстрого шага, остановился рядом с ней, - Как же я рад видеть вас!
- Взаимно, сэр, - девушка слегка склонила голову в приветственном кивке, - Надеюсь, с вашими друзьями все в порядке? Ой… - она неожиданно сообразила, что такой вопрос скорее должен звучать из уст Дерека и смущенно заулыбалась, - Наверное, об этом хотели меня спросить вы, да?
Парень легко пожал плечами. Собеседница была права, но права лишь отчасти и ставить ее в совсем уж неудобное положение юноше не хотелось.
- От Доминика я только что вышел сам, и видел, что он чувствует себя очень хорошо, - он негромко вздохнул, - Вот только, знаете… У меня в последнее время совсем не было ни минуты, чтобы проведать Арчибальда Молле, я даже не знаю, в реанимации он еще или…
- Мистера Молле уже несколько дней как перевели в обычную палату, - вставила Лина, быстро дернув уголком губ, - Он уверенно идет на поправку, посещения разрешены, поэтому не беспокойтесь. К нашей общей радости, замечу, что он пострадал значительно меньше, чем мистер Конте.
- Да, Доминику досталось здо́рово, - пробормотал Дерек и, неожиданно поймав себя на мысли о том, что называя всесильного мистера Конте просто по имени, он и сам, должно быть, кажется несколько увереннее в глазах девушки, смутился, - Я хочу сказать… Лина, а вы не подскажете мне номер палаты Арчибальда? Доминик пока спит, и я думал навестить другого своего друга… кстати, может быть, вы пока присмотрите за ним?
Девушка, несколько растерявшись, непонимающе нахмурилась.
- За мистером… Конте, вы имеете в виду? Конечно, я присмотрю, чтобы все было в порядке, сэр, конечно… А номер палаты мистера Молле пятьсот восемьдесят три, это дальше по коридору, вот за тем поворотом, - она повернулась в пол-оборота, вытягивая руку и указывая на слабо видящийся отсюда поворот в ответвление коридора. Затем вдруг смущенно улыбнулась, вновь переводя взгляд на собеседника.
- Знаете… мистер Молле спрашивал меня о вас. Когда его перевели из реанимации в наше отделение, он в первый же день спросил, не приходил ли к нему Дерек Янг. Я вашей фамилии не знала, мистер Янг, но почему-то сразу поняла, что речь идет о вас. Думаю, он будет очень рад вам.
- Спасибо, - «мистер Янг», совершенно не привыкший к такому обращению, благодарно опустил подбородок и, глубоко вздохнув, попытался подавить чувство вины. Все-таки к Арчибальду ему следовало заглянуть и, если сейчас он выразит некоторое недовольство, будет прав… Хотя, конечно, с другой стороны, пребывание в плену его несколько оправдывает.
- Спасибо, - повторил он, - Я тогда пойду к нему, а вы, пожалуйста, следите за Домиником. Он чувствует себя неплохо, но иногда у него случаются такие… знаете, всплески.
Девушка погрустнела.
- Мне это известно, сэр, - она сжала губы и качнула головой, - Он несколько раз кричал на меня, то требуя открыть окно, то наоборот, желая, чтобы я его закрыла… И, знаете, - она быстро оглянулась по сторонам и немного приблизившись к собеседнику, понизила голос, - Я никому не рассказывала, это было очень странно… Он мне сказал, чтобы я никогда не пускала в палату человека в форме капитана. И ругался, что я все-таки пропустила его… Но, клянусь, мистер Янг, здесь не было военных! Я не могу сказать, что слежу за палатой мистера Конте неусыпно, но человека в форме я бы заметила!
Дерек закусил губу. Безумие Доминика, судя по всему, дошло уже почти до критического предела и забирать из этих стен его надо было срочно. Как же он не заметил за всеми этими дурацкими поисками и разборками, насколько, на самом деле, плохо его другу? Как Доминик ухитрился скрыть это, он ведь вел себя, как абсолютно нормальный человек!..
- Не говори об этом никому, - он мягко улыбнулся, осторожно касаясь плеча растерянной девушки, - Хорошо, Лина? Никому! И, знаешь еще что… если Доминик вдруг исчезнет из палаты, постарайся, чтобы об этом узнало как можно меньше народу, ты меня понимаешь?
Лина несколько секунд внимательно смотрела на собеседника, затем медленно кивнула.
- Понимаю… - она помолчала еще мгновение и, тоже переходя на более фамильярную форму обращения, нахмурилась, - Ты думаешь, с ним это из-за лекарств?
- Я думаю, что в стенах больницы происходит нечто довольно странное, - честно отозвался парень, - И мне бы совсем не хотелось, чтобы Доминик и дольше подвергался воздействию этих… странностей. Не знаю, почему, но мне ты кажешься достойной доверия, - он чуть подмигнул собеседнице, - Надеюсь, ты не расскажешь никому, ну, а если… - он тяжело вздохнул и, пожав плечами, безрадостно закончил, - Чему быть, того не миновать. Я пойду…
Он выпустил плечо совершенно растерянной девушки и, не желая и дольше тянуть время, уверенно направился в сторону указанного поворота.
- Дерек!
Он успел пройти всего три шага, когда она вдруг окликнула его. Дерек обернулся, вопросительно приподнимая брови.
Лина, торопливо шагнув к нему, вновь быстро огляделась по сторонам и неожиданно прошептала:
- Все уходят еще до одиннадцати, а дежурная медсестра сегодня придет лишь к двенадцати. У вас будет целый час, если хотите… - она сглотнула и, явно пребывая в ужасе от того, что оказывает содействие в похищении больного, добавила, безусловно стремясь оправдать и собственные действия, - Спасти мистера Конте, этот час – лучшее время.
Дерек, чувствуя, как настроение его стремительно повышается, заулыбался и, подчиняясь порыву, быстро поцеловал мигом зардевшуюся девушку в щеку.
- Спасибо. Спасибо, Лина, ты с самого начала мне показалась очень хорошей девушкой. Последи за ним, пока я схожу к Арчи.
Лина, смущенная поведением проявляющего к ней явный интерес молодого человека, сжала губы и решительно кивнула. Судя по всему, быть сообщницей в благородном деле спасения человека ей было уже не столь страшно…
…По коридору Дерек шел довольно быстро, старательно обходя всех встречных людей – врачей, медсестер, больных и посетителей, шел, погруженный в собственные мысли, стремящийся только добраться поскорее до Арчибальда, чтобы потом вновь вернуться к Доминику.
Он шел и удивлялся сам себе. В первый миг, услышав о случившемся с Молле, он был растерян, испуган, он спешил к нему, летел как на крыльях, торопился увидеть, убедиться в его здоровье… а сейчас для него это превратилось в повинность. В обязанность. Он должен был узнать, как себя чувствует Арчибальд не потому, что того требовала его душа или его сердце, нет, этого требовал долг, в этом была какая-то странная необходимость и его это удивляло. Сейчас он, сбежавший из палаты Доминика под благовидным предлогом, предпочел бы скорее вновь сидеть рядом с ним, но пути назад уже не было. Лина уже, должно быть, сама зашла в палату и внимательно охраняет сон и покой мистера Конте, и если он вернется сейчас, то уже в ее глазах он будет выглядеть, по меньшей мере, странно. Показать себе благородным человеком, спасителем несчастного Конте и плохим другом одновременно ему как-то не хотелось.
Значит, следовало все-таки навестить Молле, быстро побеседовать с ним, справиться о здоровье, а после мирно удалиться к Нику.
Так, пятьсот восемьдесят третья. Пять восемь три… Пятьсот семьдесят девять, восемьдесят один…
Дверь нужной палаты оказалась приоткрыта, и голос Арчибальда Дерек услышал еще на подходе к ней. Услышал и, удивленный, даже замер на несколько секунд – столь странно прозвучал этот голос. В нем чувствовалась власть, ощущался приказ, он был знакомым и незнакомым одновременно, он жег, как раскаленный металл и замораживал, как северный ветер. Никогда еще он не слышал, чтобы Арчи, его добрый друг Арчи разговаривал так, никогда! А ведь он произнес всего лишь два слова.
- Сегодня вечером.
Дерек глубоко вздохнул и, убеждая себя в том, что дверь, даже приоткрытая, все-таки искажает звучание голоса, да и по палате он, наверное, разносится не так, как при личном общении, толкнул створку, заходя внутрь.
Арчибальд, полулежащий на кровати, мигом оторвал взгляд от человека, к которому обращался и, глянув на зашедшего парня, заулыбался.
- Дерек! Наконец-то, где же ты пропадал?
- Здравствуй, Дерек, - человек, девушка, сидящая на стуле возле кровати больного, медленно поднялась на ноги, выпрямляясь и церемонно кивая. Парень остолбенел. Увидеть здесь, в палате своего друга, он ожидал кого угодно, не удивился бы, встретив здесь Джилл, которая оказалась столь опасной и двуликой особой или, быть может, даже самого Карла Ежа, но это… это был какой-то нонсенс.
- Зои??? – он пару раз обалдело хлопнул глазами и недоверчиво покрутил головой, - А что ты… вы… здесь забы… делаете?
- Я пришла навестить мистера Молле, - бухгалтер нахмурилась, явно недовольная таким обращением к ней простого официанта, - Справиться о его здоровье, хотела узнать, когда он выйдет на работу. Кстати, очень хорошо, что встретила и тебя, - она привычным движением приподняла подбородок, продолжая уже совершенно начальственным тоном, - То, что ты отказался выйти вместо метрдотеля, Янг, принесло нашему ресторану дополнительные убытки, и они будут взысканы в этом месяце из твоей зарплаты.
Дерек опешил и, приоткрыв рот, попытался, было, что-то сказать, но Зои продолжала.
- С завтрашнего дня и до конца месяца ты будешь работать без выходных, чтобы возместить тот ущерб, что нанес нашему ресторану. И если завтра я не увижу тебя на рабочем месте…
- Я увольняюсь! – Дерек, чувствуя, что гнев просто переполняет его, просто душит, стиснул кулаки, - Если ты, Зои, увидишь меня завтра, то только для того, чтобы принять мое заявление! Хватит с меня всего этого, к черту тебя и твой ресторан!
- Дерек, Дерек… - Арчибальд, похоже, впечатленный этой вспышкой значительно больше, чем бухгалтер, умиротворяюще замахал рукой, - Ну, будет тебе, остынь… Все не так страшно, поработаешь…
- Я сказал, что не буду больше работать на эту спесивую дуру! – парень, которому от ярости буквально кровь ударила в голову, честно попытался успокоиться, но как-то быстро потерпел фиаско, - Довольно с меня, хватит! Черт побери, я ведь пришел, чтобы просто поговорить, справиться о твоем здоровье… Я никак не ожидал встретить тут эту!
- Вы будете уволены по статье, мистер Янг, - Зои, у которой от злости даже побелели губы, вздернула подбородок, - Вы не смеете позволять таких выражений…
- Смею! – огрызнулся Дерек, - Я не на работе, у меня законный выходной день, и я пришел в больницу к своему другу! А ты явилась сюда исключительно, чтобы заставить его выпрыгнуть из палаты и броситься зарабатывать тебе деньги! Я имею полное право так говорить с тобой и, клянусь, если ты сейчас же не уйдешь, я тебя выставлю!
Девушка, прямая и решительная, как натянутая струна, резко шагнула вперед. Рука ее взметнулась и, не успел юноша опомниться, как на щеку его опустилась звонкая пощечина. Он отступил, мгновенно остывая и теряясь, а Зои, рывком развернувшись, быстро застучала каблучками на выход, не произнося ни слова, не прощаясь ни с ним, ни с ошарашенным Арчибальдом.
Впрочем, когда Дерек перевел взгляд на последнего, он успел заметить, что в глазах того мелькнуло откровенное удовлетворение. Похоже, общество Зои уже успело порядком надоесть Молле и он был рад, что друг наконец избавил его от него.
- Ну ты выдал… - Арчибальд, помолчав несколько мгновений, ошарашенно покрутил головой и, неожиданно ухмыльнувшись, показал другу большой палец, - Не ожидал, что ты когда-нибудь выскажешь ей все и сразу, честно. Молодец, но насчет увольнения… - он вздохнул и слегка покачал головой, - Может, все-таки не надо было так горячиться? С нее станется и заставить тебя еще отработать, и не доплатить денег, да и по статье…
- Тогда я попрошу помощи у Доминика, - Дерек недовольно передернул плечами и мстительно улыбнулся, - Поверь, Арчи, она еще не знает, с кем связалась…
Молле удивленно склонил голову набок.
- У Доминика? Значит, вы с Конте теперь и в самом деле друзья? – он неожиданно помрачнел, явно начиная о чем-то догадываться, - Это из-за него ты не приходил ко мне все это время, да?
- Прости, - парень тяжело вздохнул и, приблизившись к стулу, недавно оставленному обозленной Зои, оперся ладонями о его спинку, - Прости, Арчи, у меня в самом деле не было времени. Вокруг Доминика творится что-то такое… Это даже описать трудно, - он недовольно дернул подбородком и поморщился, - Извини, я пришел не рассказывать тебе о своих проблемах. Как ты себя чувствуешь? Что говорят врачи? Выглядишь ты уже гораздо лучше, да и двигаешься, как вижу, вполне уверенно, значит, идешь на поправку?
- Все будет ясно после вечернего обхода, - Арчибальд ощутимо поскучнел, - Мне обещали, что вечером подойдет врач, осмотрит меня и вынесет вердикт. Но ты прав – чувствую я себя уже куда лучше, может быть, мне скоро даже разрешат вставать! Ноги практически не болят, руками я шевелю очень уверенно, я даже… - он покосился на пустую кровать рядом, ту, на которой должен был бы лежать его сосед, и понизил голос, - Не говори врачам, но я сегодня даже на секунду встал! Правда, сразу лег обратно, голова закружилась, но все-таки!..
Дерек усмехнулся и, слегка покачав головой, куснул себя за губу. Сходство в поведении двух его друзей было просто поразительно, бросалось в глаза и спорить с ним было почти невозможно – как Доминик начинал вставать втайне от врачей и просил Дерека не говорить им об этом, так и Арчибальд поступал точно так же.
- Молодец, - искренне произнес он, - Я очень рад, что ты идешь на поправку. Глядишь, скоро и порадуешь эту заразу, выйдешь на работу…
Арчибальд сморщился, будто увидел лимон.
- Если ты уволишься, уйду и я, Дерек. Работать с Зои становится просто невозможно… - он тяжело вздохнул и неожиданно вернулся к старой теме, - Так что там за проблемы с Домиником, почему ты не мог прийти?
Парень задумчиво покусал губы. Рассказывать приятелю обо всех перипетиях, переживаемых им, обо всех ужасах и проблемах, ему решительно не хотелось, да и интерес Арчи к этому всему был ему не до конца понятен. Наверное, после тесного общения с Карлом Ежом у него уже развилась паранойя…
- Это трудно рассказать, - он дернул плечом, - Не хочу грузить тебя своими неприятностями… Вообще, не думал, что тебя интересует Конте.
- Меня интересует не Конте, - Молле нахмурился, серьезно глядя на друга, - Меня беспокоишь ты. Если этот мужик попал в какой-то переплет, как это часто бывает с богатыми, я бы не хотел, чтобы ты тоже попал под раздачу, Дерек! Держись подальше от него.
- Хорошо, - Дерек, совершенно не собирающийся следовать этому доброму совету, легко развел руки в стороны. Интерес Арчибальда был полностью объяснен, паранойя исчезла, но развивать тему дальше он, тем не менее, не хотел.
- Слушай, а что ты так свирепо говорил Зои про вечер?
Арчи заморгал, непонимающе глядя на собеседника. Тот неопределенно пошевелил в воздухе пальцами.
- Ну… я подходил, слышал, как ты рявкнул что-то про сегодняшний вечер… про врачей, что ли?
- Ааа… - Молле усмехнулся, согласно кивая, - Ну да, она приставала, когда будет известно, через сколько меня выпишут, я и ответил. Спасибо, что прогнал ее, Дерек. Она меня уже порядком утомила.
***
В палате Доминика царила все та же умиротворенная и умиротворяющая тишина. Мужчина спокойно дышал во сне, все так же не меняя позы, все такой же расслабленный и мирный, и Дерек, оставивший его на целых сорок минут, почувствовал, как исчезает внутреннее напряжение.
Вокруг Доминика в последнее время и в самом деле творилось что-то совершенно непонятное, совершенно необъяснимое, и он, оставив друга почти на час без своего надзора, вполне закономерно волновался, как бы с ним чего не случилось за это время.
Но все было в порядке. Все было тихо, в палате ничего не изменилось, никаких дополнительных странностей не возникло, и Дерек, обнадеженный этим, спокойно уселся на недавно оставленный им стул.
Потекли минуты. Он сидел, размышляя о чем-то невнятном, трудноопределимом, переваривал скандал с Зои, прикидывал, как завтра пойдет писать заявление на увольнение… Неприятно, конечно, но что делать. А вдруг Ник все-таки выполнит свое обещание и ресторан передаст в его, Дерека, собственность? Тогда с Зои он точно разберется, поставит на место эту стерву! Еще и ее заставит в официантках побегать…
Парень тяжело вздохнул. Нет, нельзя, нельзя никогда никому желать плохого. Нельзя желать получить что-то, чтобы причинить кому-то вред, иначе тебе самому от этого не будет пользы. Если Доминик подарит ему ресторан… Да какой там ресторан, пусть лучше Конте поскорее поправится! А работу-то он найдет, слава Богу, опыт работы официантом у него есть, так что можно не сомневаться. «Синий глаз» - не единственный ресторан в городе, а у Зои не такие большие связи, чтобы запретить другим принимать его на работу.
С кровати послышался зевок. Доминик, открыв глаза, протер их и, сфокусировав взгляд на Дереке, улыбнулся, медленно садясь и со вкусом потягиваясь. Двигался мужчина уже абсолютно свободно, передвигаться тоже был способен довольно уверенно, и Дерек, улыбаясь ему в ответ, вновь подумал, что Нику точно пора бы уже домой. И, раз уж врачи пока не желают выписывать его, придется им действовать своими силами…
- Привет, - Конте глубоко вздохнул, медленно проводя ладонью по взъерошенным после сна волосам, - Ты уходил куда-то, да? Я смутно слышал, вроде дверь несколько раз хлопала…
- Я отходил к Арчибальду, - парень смущенно улыбнулся, немного подаваясь вперед и сцепляя руки в замок, - Ты прости, Ник, но он тоже мой друг и я…
- Не извиняйся, - Доминик махнул рукой, прерывая собеседника, - Я прекрасно понимаю, не надо из-за меня бросать других своих друзей. Я бы не хотел, чтобы ты из-за моих проблем ломал свою жизнь.
- Да, он-то мне сказал, чтобы я держался от тебя подальше… - Дерек тяжело вздохнул, опуская голову и, мотнув ей, неожиданно даже для себя улыбнулся, - Из-за твоих или нет, но, кажется, я только что уволился с работы. Представь только – в палате у Арчи была Зои!
- Это та сумасшедшая девица, про которую ты мне рассказывал? – Конте удивленно приподнял брови, - А ей-то что здесь понадобилось? Я думал, она себе сидит на работе, страдает из-за нехватки персонала…
- Так и есть, - молодой человек задумчиво склонил голову набок, изучая собеседника взглядом. Говорит, как абсолютно нормальный, адекватный человек, ведет себя тоже… Как же так получается, что на деле его здесь уже почти свели с ума?
- Она заявилась к Арчибальду, чтобы узнать, когда он сможет выйти на работу. Он, понимаешь? Человек, получивший шесть пулевых ранений, человек, который только-только начал подниматься на ноги, и то без ведома врачей! И она пришла спрашивать, когда он выйдет на работу! – он гневно выдохнул, старательно беря себя в руки, - Увидела меня и начала нести какую-то чушь, что якобы из-за меня ресторан потерпел убытки, что она вычтет их из моей зарплаты, а я с завтрашнего дня должен пахать без выходных… Ну, я и сказал, что увольняюсь.
- И правильно сделал, - Доминик одобрительно кивнул, поудобнее устраиваясь на подушках, - Клянусь, как только закончится вся эта сумасшедшая игра на выживание, не знаю, кто там владелец ресторана, но я куплю его и подарю тебе. А Зои эта пусть улицы идет мести… - он глубоко вздохнул и слегка поморщился. Некоторые из ран, вернее, уже шрамов, все еще причиняли ему небольшой дискомфорт, хотя жить, безусловно, не мешали.
- Я не желаю ей зла, - чтобы сказать эту простую фразу, Дереку потребовалось приложить недюжинное усилие, - Да и вообще сейчас думать о ней не хочу, мне интересно другое… Ник, - он нахмурился, всматриваясь в собеседника, - Скажи, ты в самом деле просил медсестру не пускать к тебе человека в капитанском мундире?
Конте ощутимо помрачнел и, очень явственно пытаясь избежать ответа, отвернулся к другой стене. Помолчал, видимо, надеясь, что друг отступится и скажет, что больше ответа от него не ждет и, не дождавшись этого, поморщился.
- Это она тебе сказала?
Дерек не стал возражать.
- Да. Сказала, после того, как упомянула, что ты несколько раз кричал на нее, то требуя открыть окно, то наоборот.
Доминик снова тяжело вздохнул, сжимая губы. Еще на несколько секунд в палате воцарилось тягостное молчание.
Наконец, мужчина сдался.
- Я кричал… не спорю, - он опустил взгляд на собственные руки, - Иногда… после сна, по пробуждении мне кажется, что я задыхаюсь, мне кажется, что я в каком-то тесном-тесном месте… Знаешь, когда ты был в карцере у Карла, клянусь, я чувствовал то же самое! Видел во сне, в кошмаре… Тесное, темное помещение без окон и с железной дверью, - его передернуло, - Когда Карл показывал нам Ди-Ре в карцере, я узнал место. А после того сна, на утро, рявкнул на пришедшую медсестру, потребовал открыть окно…
- А капитан? – Дерек, которого этот вопрос интересовал намного больше, нахмурился, - Ты просил не пускать никого в палату… Ник, ты что… - он недоверчиво покачал головой, - Ты думаешь, кто-то специально притворяется его призраком, чтобы запугивать тебя?
- Это невозможно, - Конте грустно улыбнулся и слегка покачал головой, - У меня было такое предположение, не скрою, но это лишено всякого смысла… Даже если бы нашелся полный двойник капитана, он бы не мог так двигаться, так вести себя, даже его близнец был бы другим! А это он, он, мой капитан, его тень, его дух, Дерек, клянусь тебе, это он! – мужчина неожиданно закрыл лицо рукой, тяжело дыша, - Прости, мне трудно вспоминать… Очень неприятно. Он приходит ко мне каждый день, каждый вечер после обхода, и мне кажется, сегодня он успеет появиться вновь. Когда вы планируете забрать меня отсюда?
- Когда планируют Дик и Карл, я не знаю, - молодой человек глубоко вздохнул, - Было бы неплохо связаться с ними, чтобы договориться… Лина сказала мне, что сегодня с одиннадцати до двенадцати никого из персонала на посту не будет, у нас будет целый час! Только ребята пока не знают об этом, а как с ними связаться, не знаю я – номера телефона ни Карла, ни Ричарда у меня нет.
- Так… - Доминик постарался собраться с мыслями, - Телефон Ричарда я помню наизусть, могу тебе продиктовать. Номер Карла был у меня в мобильном, наверное, там и остался, но мобильный он забрал, чтобы вычислить Альфу… Вообще, Дик говорил, что собирается подойти после вечернего обхода, полагаю, Карл тоже придет в это время. Это часов девять, может быть, десять… Останется только немного подождать.
- Хорошо, - парень в раздумье потер друг о друга ладони, - Ладно. Тогда будем ждать.
…
Обход не оставил по себе в душе молодого человека решительно никаких впечатлений. Вечером, около восьми, в палату зашел врач в сопровождении медсестры – незнакомой Дереку девушки, - быстро осмотрел Доминика, проверил, как заживают его раны и, велев сделать пациенту какой-то укол, вышел. Медсестра, задержавшаяся в палате, быстро задрала рукав его больничной пижамы, перетянула жгутом руку и, не обращая внимания на сморщившегося пациента и поспешно отвернувшегося парня, легким, давно отработанным движением, ввела ему в вену какое-то лекарство. После чего деловито закрыла иглу шприца колпачком, сняла с руки мужчины жгут и спокойно удалилась.
Доминик, вздохнув, покосился на собственную руку. Следов от инъекций на ней было предостаточно, уколы ему делали каждый день по нескольку раз и, говоря начистоту, мужчина уже порядком устал от этого.
- Скорее бы домой, - пробормотал он, сам опуская рукав пижамы и прижимая руку к себе, - Насточертели эти уколы, тем более, что я даже понятия не имею, что мне вводят. Может, из-за этого… - он еще раз вздохнул и, обреченно махнув рукой, неожиданно зевнул, - Что-то я… устал…
Дерек нахмурился, подозрительно вглядываясь в зевающего друга. До обхода он казался совершенно бодрым, спать не хотел абсолютно, даже наоборот – рвался в бой, мечтал как можно скорее покинуть больницу и готов был хоть сейчас вскочить и удрать отсюда. Сейчас же, после укола, Доминик казался вялым, часто зевал и невооруженным взглядом было видно, что глаза у него слипаются.
Парень только покачал головой. Да, об этом они не подумали, не сообразили, что Доминику могут колоть успокоительные, если и вовсе не снотворные… Как они будут его выводить, если он будет спать?
- Ник, ты… - попытался он что-то сказать, как-то убедить друга бороться со сном, но, увы… Ответом ему была лишь тишина и спокойное дыхание спящего мужчины.
Дерек закусил губу. Он нервничал, он переживал и совершенно не знал, когда придут Ричард и Карл, чтобы помочь ему хоть как-то разбудить Доминика. Он вообще не представлял, что задумали полицейский и преступник, и очень беспокоился, что у них может ничего не получиться.
Время шло. Доминик мирно спал, совершенно ни о чем не беспокоясь, и Дерек, поначалу едва ли не метавшийся по палате, как тигр в клетке, тоже стал понемногу успокаиваться. Он вновь устроился на стуле и, скрестив руки на груди, принялся ответственно сторожить покой своего удивительного и странного друга.
Он сам не заметил, как заснул.
Мысли сменяли одна другую, перетекали в смутные образы, а образы становились снами, какими-то невнятными, но одновременно приятными, и голова парня начала потихоньку клониться на грудь.
О том, что вот-вот придут Ричард и Карл он уже почти не помнил, сонная нега, царящая в палате, охватила его, и Морфей, нежно обнимая, потянул в свой омут…
Проснулся он от резкого крика.
Доминик, сидящий на кровати с широко открытыми глазами, тяжело дышал, глядя куда-то вбок, немного правее своего разбуженного, испуганного друга.
- Нет… - повторил он уже тише, еле шевеля дрожащими губами, - Не… не заставляй…
Дерек нахмурился. Рядом с ним никого не было, в палате они были одни, однако, Доминик, вне всякого сомнения, кого-то видел и с кем-то беседовал… вот только с кем?
- Ник? – он неуверенно поднялся на ноги, не решаясь приблизиться к другу, - Ник, что…
- Нет, нет, я не хочу, нет! – Ник закрыл лицо руками и сдавленно всхлипнул, тряся головой, - Нет, я… понимаю, я виноват… но прошу, я не хочу… Не надо… - он зажал руками уши и зажмурился, как будто не желая слышать и видеть кого-то, - Оставь, оставь меня! Уйди!!
- Доминик! – Дерек, не в силах долее созерцать эту картину разрастающегося безумия, шагнул вперед, осторожно касаясь плеча друга.
Мужчина вздрогнул и, нерешительно открыв глаза, перевел на него взгляд. А потом вдруг оттолкнул его руку с неожиданной силой и, не успел Дерек опомниться, вскочил на ноги.
- Отойди! Разве ты не видишь?! – он кричал, наступая на ошарашенного парня, заставляя того пятиться, - Вот он, стоит, здесь, здесь! Он всегда здесь, постоянно здесь, он никогда не оставит меня, никогда, никогда!.. Никогда… Пока я не сделаю того, что он хочет, - мужчина запрокинул голову и неожиданно расхохотался надрывным, плачущим смехом, - Я должен отомстить… Его кровь на моих руках, я должен покарать его убийцу! – он толкнул пытающегося что-то сказать Дерека в грудь, и неожиданно бросился к тумбочке возле кровати.
Парень, каким-то шестым чувством ощущая неладное, торопливо шагнул за ним. В руках мужчины что-то сверкнуло и, не успел Дерек толком сообразить, что это, как он неожиданно занес правую руку, подставляя открытое левое запястье.
- Пусть эта кровь смоет с моих рук его кровь! – в глазах Доминика засверкал фанатичный огонь. Рука его дрогнула, готовясь опуститься…
Дерек бросился вперед. Он понимал, он прекрасно сознавал, что с Конте ему будет совладать довольно затруднительно – все-таки весовые категории у них различались сильно, да и силу взбешенного Доминика он уже как-то раз на себе испытал, - но стоять и смотреть, как его недавно обретенный друг сводит счеты с жизнью, он не мог.
Не раздумывая, действуя больше по наитию, он мертвой хваткой вцепился в занесенную руку мужчины, силясь выбить, вырвать из нее непонятно как оказавшийся на его тумбочке острый хирургический скальпель, понимая, что если он не сделает этого, обезумевший Ник действительно перережет себе вены, как и собирался сделать.
- Отпусти!! – взревел Конте, силясь сбросить парня. Тот не поддавался, прилагая все силы, напрягая все мускулы, дабы заломить руку друга, дабы обезоружить его.
- Ник, опомнись! – безумно хотелось отхлестать Доминика по щекам, но руки были заняты, и оставалось только кричать, - Приди в себя, ну же!! Ник!
Мужчина продолжал держать левую руку немного отведенной, с подставленным запястьем. Скальпель в его руке дрожал; с Дереком он боролся лишь одной рукой, не пытаясь помочь себе второй, видимо, не понимая, что это можно сделать и парень был, говоря откровенно, рад этому – если бы Доминик затеял драку в полную силу, он бы вряд ли сумел совладать с ним.
Черт побери, да где же уже хоть кто-нибудь?! Медсестры, врачи – кто угодно, лишь бы только помогли справиться с безумным человеком, жаждущим покончить жизнь самоубийством!
- Я… должен!.. – Конте почти хрипел, глядя куда-то мимо Дерека, туда, где в углу палаты, невидимый для его противника, одобрительно кивал капитан, - Должен отомстить!.. Наказать… Пусти!!
- Нет! – Дерек, прилагая почти нечеловеческое усилие, заломил Доминику руку за спину, надеясь так выбить опасное оружие…
Внезапный удар слева на несколько секунд оглушил его. Доминик, неожиданно вспомнив, что у него две руки, отбросил парня от себя на несколько шагов и улыбаясь совершенно безумной, какой-то бешенной улыбкой, опять занес скальпель.
Дерек тряхнул головой, и хотел, было, вновь броситься вперед, подставить, если придется, собственную руку, но не дать другу умереть… Как вдруг кто-то, схватив за плечо, дернул его назад.
Мимо промелькнули какие-то тени; парень замотал головой, силясь сообразить, что происходит.
- Не дай ему опустить скальпель!! – взревел чей-то очень знакомый голос, и Дерек почувствовал, как на него огромной волной накатило облегчение.
Помощь все-таки пришла.
Ричард и Карл, услышав звуки борьбы и крики еще на подходе к палате, вбежали в нее как раз вовремя, чтобы успеть остановить лишившегося рассудка Доминика Конте. Карл, будучи не менее сильным, чем его друг, отчаянно боролся, силясь опустить его руку; Ричард удерживал другую, пряча запястье, не желая позволить брату совершить безумие.
- Сильный, черт… - прохрипел Еж и, окинув палату торопливым взглядом, кивнул Дереку, - Тедерик, воду! Быстро сюда кувшин!
Янг, не раздумывая, сознавая кожей правильность предложения, метнулся вперед и, схватив с тумбочки наполовину полный водой стеклянный кувшин, одним движением сорвал с него крышку, резко окатывая Доминика, выплескивая холодную жидкость прямо ему в лицо.
Конте дернулся, закашлялся от неожиданности и внезапно как-то обмяк. Глаза его стали более осмысленными, он прекратил сопротивляться и, окинув недоумевающим взглядом удерживающих его друга и брата, перевел его на скальпель в собственной, все еще занесенной руке. Вздрогнул и, разжав пальцы, уронил его на пол.
Дерек устало упал на стул. Доминик был спасен, приведен в чувство, можно было немного расслабиться, позволяя мужчине сполна осознать ужасную действительность.
- Что за чертовщина… - Конте затряс головой, разбрызгивая вокруг воду и, недоуменно моргая, опять окинул взглядом всех присутствующих в палате людей. Двое из них по-прежнему удерживали его, явно опасаясь еще каких-то неадекватных действий.
- Ребята… Что произошло? – он неуверенно потянул руку, высвобождая ее из хватки брата и провел ладонью по лицу, не то стирая воду, не то умываясь ею.
- Это мы и сами хотели бы знать, - Ричард, испуганный, взъерошенный после борьбы и хмурый, мрачно воззрился на брата, - Судя по всему, наш молодой друг опять спас тебе жизнь, не дав на сей раз покончить с собой.
- Я? Покончить с собой?? – Доминик недоверчиво хохотнул и, неожиданно наткнувшись взглядом на валяющийся на полу скальпель, как-то съежился, - Дьявольщина какая-то… Что случилось? – он перевел взгляд на тяжело дышащего и постепенно приходящего в себя парня, - Дерек, я… что я натворил?
Дерек слабо пожал плечами. Сил у него почти не осталось, все – и душевные, и физические, - ушли на то, чтобы удержать Доминика от самоубийства, и теперь его, пожалуй, самого требовалось вывозить отсюда на каталке. К тому же после удара Конте сильно болели ребра с правой стороны, и глубокие вздохи давались молодому человеку с трудом.
- Ты начал кричать, нес какой-то бред… - он мотнул головой, - Говорил, что хочешь отомстить за смерть капитана, говорил, что твоя собственная кровь смоет с твоих рук его кровь… Не знаю, Ник, я в этот момент не слишком вдавался в подробности и причины. Я видел скальпель в твоей руке, и старался тебя остановить – только и всего, - он шевельнулся и, поморщившись, непроизвольно коснулся ладонью ноющих ребер, - Должен заметить, даже в таком состоянии удар у тебя поставлен хорошо…
- Удар?.. – Ник ошарашенно перевел взгляд на сумрачно кивнувшего Карла, и вновь устремил его на Дерека, - Я… я что, опять? Тебя?.. Ох, черт… - он закрыл лицо рукой, провел ладонью по мокрым волосам, отчаянно собираясь с мыслями. В голове царила какая-то странная пустота, совершенный вакуум, и не оставляло ощущение незаконченного дела… Сообразив, что делом этим, видимо, и является самоубийство, мужчина передернулся. Да, его завершать все-таки не хочется…
- Ребята, заберите меня отсюда, - в голосе и глазах его отразилась откровенная мольба, - Пожалуйста… Дерек говорил, не будет никого с одиннадцати до двенадцати, не знаю, сколько сейчас времени…
- Половина одиннадцатого, - Карл вздохнул, лишь сейчас выпуская руку друга и отступая на шаг, - Но ждать я не хочу, нужно вывести тебя сейчас. В коридоре уже приглушен свет, там никого не видно, а пост медсестры от твоей палаты, по счастью, далеко. Ричард, Тедерик… соберите его вещи. Выведем из больницы, усадим в мою машину – и домой. Но не к нему! – мужчина сдвинул брови, - Побудет пару дней у меня, я вызову своего специалиста, пусть выяснит, что происходит с его психикой… Да и Тедерику помощь не помешает, - он быстро глянул на прижимающего к правой стороне груди руку Янга и, усмехнувшись, крепко сжал локоть Доминика, мягко увлекая его к выходу.