Глава 11
- За тобой следят, Тедерик, - Карл, присевший на кушетку, стоящую в коридоре и практически заставивший юношу сесть рядом с ним, сцепил руки в замок, - Я хотел сказать об этом при Доминике, но… не получилось. Тебе не хотят позволять расследовать покушение на него, не хотят, чтобы ты узнал слишком много. Боюсь, если ты все-таки что-то раскопаешь, они могут перейти к решительным действиям.
- Они?.. – Дерек тяжело сглотнул, сам нервно сцепляя руки в замок и стискивая их. В глазах его заплескался откровенный ужас – какого рода «решительные действия» могут быть предприняты неизвестными недоброжелателями, он примерно представлял.
Еж, внимательно наблюдающий за его реакцией, медленно опустил подбородок. Прямо отвечать на вопрос собеседника он не намеревался, предпочитая слышать ответы сам, но и прерывать беседу на этом коротком известии не хотел.
- Ты все правильно понял, - отвечал он скорее не на слова, а на ужас в глазах парня, что тот мысленно отметил, - Если ты продолжишь помогать Доминику… тебя могут и убить, мальчик.
Дерек содрогнулся. Говорил Карл вполне серьезно, да и оснований не доверять ему как будто не было – в данной ситуации этот человек явно мог бы полагаться скорее союзником, нежели врагом, да и запугивать юношу смысла ему не было никакого.
- И чт… - голос сорвался, и парень закашлялся, не зная, что сказать. Как вести себя, он представлял слабо – в словах Ежа усматривалась одновременно проверка крепости его привязанности к Конте-старшему и, в то же время, предложение все бросить и оставить Доминика на произвол судьбы, предпочтя спасти собственную жизнь. Это ли не было бы наиболее верным выходом? В конце концов, он ведь уже однажды рисковал собой, помогая новому другу, рисковал сильно, угодил в карцер и до конца жизни приобрел непереносимое отвращение к замкнутым пространствам!
- Решай, Янг, - от Карла его сомнения тайной определенно не оставались, - Решай сейчас. Если ты остаешься с нами, не взирая ни на что, я расскажу тебе еще кое-что, что сумел узнать, а если нет… - он пожал плечами, - На нет и суда нет, как говорят. Ты уйдешь, и мы постараемся о тебе забыть, чтобы не подставлять под удар.
- А Ник?.. – вопрос сорвался с губ прежде, чем Дерек успел осознать его. Да, он может все бросить, может уйти, сбежать, спасая собственную шкуру, но… но как же Доминик? Человек, к которому он так привязался за последнее время, человек, вызывающий в нем самое искреннее участие? Человек, так безотчетно доверяющий ему, человек, убежденный, что нашел в нем друга, готового не только спасти его жизнь, но и, не раздумывая, рискнуть своей ради него!
Конечно, он поймет. Он поймет, что Дерек испугался, поймет, что нависшая над ним угроза на сей раз пострашнее, чем пребывание в карцере у Ежа. Да-да, он безусловно поймет. Он поймет, что Дерек не был так уж бесстрашен, убедится, что не взирая на всю привязанность, на всю дружбу, он не был готов пойти на все, рискнуть всем…
Дерек зажмурился. Мысли в его голове суетились, толкались, перескакивая с одной на другую и сбиваясь с варианта на вариант.
А в конечном итоге, если умирать не за ради друга, то за ради чего? Если уж на то пошло, то до Доминика таких друзей в его жизни тоже не было – как ни крути, а ради Арчибальда он не пошел бы на такой безумный риск, он бы подумал раз двадцать и, скорее всего, все-таки отказался, а вот Ник…
Парень тяжело вздохнул. Ну что за мерзавец этот Карл Еж, в самом-то деле?! Он ведь явно уже все просчитал, уже прекрасно знал, как поступит его собеседник и какое он примет решение, знал, иначе не отвел бы его в сторонку для тайной беседы! Он знал…
- Я не брошу его, - говорил он твердо, уверенно и, хотя где-то за этой твердостью и угадывались дрожащие нотки, чувствовалось, что в словах своих юноша убежден абсолютно.
Карл тонко улыбнулся, медленно опуская подбородок. Он и в самом деле уже успел просчитать решение Дерека, он не сомневался в этом парне – слишком уж явной была его искренняя приязнь к Доминику Конте. Если Тедерик пошел на то, чтобы отправиться в карцер, если он не предал своего нового друга, не сделал ничего, что могло бы навредить ему и даже не бросил после всего пережитого – он не оставит его и сейчас.
Карл кивнул и, опустив взгляд на собственные руки, погасил улыбку. Фигуры были расставлены, пора было переходить к объяснению правил игры, чтобы ни одна из этих фигур не оказалась по случайности сброшена с доски.
- Тогда слушай, - негромко вымолвил он, - Мне придется начать с небольшой предыстории, чтобы у тебя не возникло ненужных вопросов. Я вижу, как ты предан Доминику, понимаю, как сильно ты уже любишь своего нового друга и, должен сказать, если бы все было иначе, я бы не затеял этот разговор. Ты хочешь помочь ему также сильно, как этого хочу я и, предвосхищая твое изумление, отвечу – ради Доминика я готов на все, точно так же, как и ты. Он был моим другом еще в наши институтские годы, он был в моей банде, едва не попал по моей вине в тюрьму, но вытащил меня… Я не оставлю его в беде. Но и причинять ему боль, рассказывая нелицеприятную правду об известных ему людях, мне бы тоже не хотелось. Тедерик, - Карл поднял взгляд, устремляя его на несколько растерянно внимающего ему собеседника, - Я знаю, кто стрелял в него. Ножом бил Ди-Ре, в этом нет сомнений, но был еще выстрел… ты помнишь?
- Я помню… - Дерек нахмурился, вглядываясь в собеседника. Страха перед ним он почему-то больше не испытывал, даже наоборот, - начинал питать смутное доверие и некоторое расположение, и в словах его не сомневался.
- Ричард говорил, что бил снайпер, через окно, - он быстро облизал губы, вспоминая подробности ужасного дня, - Мы с ним нашли дырку в стекле – след от пули. Странно, я не подумал тогда, но ведь стекло должно было бы разбиться…
- Стекла у Ника в квартире пуленепробиваемые, по моему совету, - Карл помрачнел, - Эта дрянь неплохо постаралась, чтобы достичь своей цели… Скажи мне, Тедерик, тебе известно, что брат Доминика женат?
Смена темы была настолько внезапной и резкой, что официант едва не свалился от неожиданности с кушетки и, хмурясь, обалдело уставился на собеседника.
- Да, я знаю… но какое это может?..
- Скоро узнаешь, - Еж быстро улыбнулся, - Пока собирай факты – нам известно, что в Доминика стреляли; нам известно, что его брат женат. Также нам известно, что помимо Дьявола из Рейкьявика и Альфы, чья личность пока остается загадкой даже для меня, на Ника имеет какие-то планы и некто Красный Билл, которому не так давно доставили кровь нашего общего друга. Это тоже факт. Как и то, что настоящее имя Красного Билла – Билл Ред, и то, что он уже довольно немолод и не в состоянии выполнять некоторые «полевые» задания. Но у Билла имеется дочь – его любимая малышка Джилл, которая уже довольно взрослая девушка и, благодаря выучке своего родителя, очень неплохо лазит по крышам и снимает неугодных отцу людей одним выстрелом…
Дерек приоткрыл рот. Факты, которые ему было велено собирать, становились все невероятнее и невероятнее, к тому же смутно перекликались с недавним приятным знакомством, и какие сделать выводы парень пока не знал.
- Джилл и ее отец действуют, как можно догадаться, заодно, - Карл, словно не замечая реакции собеседника, уверенно продолжал, - Его планы – это ее планы, его желания – ее желания. Ему необходимо было отправить Доминика в больницу, ему нужна была его кровь для каких-то своих целей – и Джилл без колебаний отправилась на очередное задание. А теперь самое интересное, Тедерик, - на губах мужчины появилась грустная улыбка, - Ричард Конте женат. Женат на девушке по имени Джилл, чьей девичьей фамилией была «Ред». Увы, капитан не знает, с кем его свела судьба, он полагает, что супруга любит его, но… - он вздохнул и, не глядя на совершенно сбитого с толку, остолбеневшего собеседника, покачал головой, - Дик нужен Джилл лишь для того, чтобы подобраться к Доминику. Она стреляла в брата своего мужа, и… она следила за твоим домом, видимо, не подозревая, что ты в больнице. Я видел ее, говорил с ней и…
- Подождите! – Дерек, наконец, не выдержав, прервал собеседника, недоверчиво хмуря брови, - В тот день… когда по вашему приказу меня усыпили и доставили в отель, мне было очень плохо. Я вышел на улицу, пошатнулся… и какая-то девушка помогла мне присесть, а потом вызвала такси… - он приоткрыл рот и севшим голосом закончил, - Девушка по имени Джилл.
- Слежка за тобой велась не один день, - Карл скупо улыбнулся и неожиданно хмыкнул, - Она вызвала тебе такси, ты назвал адрес… Держу пари, до этого она понятия не имела, где ты живешь! Ах. Кстати. Тедерик, - мужчина немного склонил голову набок, - Как ты объяснил ей свое состояние?
Парень поник. Судя по всему, разговор наконец-то коснулся темы, которой ему хотелось бы избежать, затронул вопрос его излишней разговорчивости, сознаваться в которой ему совсем не хотелось.
Однако, врать новому союзнику ему не хотелось еще больше. По необъяснимым причинам, чувствуя, ощущая это всем своим существом, официант понимал, что сидящему рядом с ним человеку лучше говорить правду, что лжи он не переносит и наказать за нее может куда как сильнее, чем за истину. К тому же… он ведь не называл ничьих имен.
- Сказал, как есть, - тихо произнес он, - Сказал, что меня похитили, потом чем-то накачали и доставили в отель… Это странно, но она поверила.
- В этом нет ничего странного, - Карл неожиданно поднялся на ноги, глядя на собеседника сверху вниз, - Полагаю, Джилл знала о твоем похищении куда больше, чем ты сообщил ей, знала и кто тебя похитил и даже, возможно, зачем… Неспроста она оказалась возле «Луксора», поверь мне, Тедерик, совсем неспроста. Но ты все-таки провинился, - он ухмыльнулся, видя, как сразу занервничал молодой человек, - Болтать с первой встречной о похищении – это… - мужчина сжал губы и красноречиво покачал головой, - Пожалуй, тебя следует наказать. И в качестве наказания ты поможешь мне выяснить как можно больше о причинах нападения на Доминика… но это будет после. А сейчас слушай и запоминай – вернись в палату, к нему, и ни на секунду, слышишь, Тедерик, ни на миг не оставляй Ника одного! Ночью мы с капитаном Конте придем за ним, поможем покинуть больницу и добраться до дома, но до этого времени следи за каждым его движением, шагом или словом. Следи за тем, кто приходит к нему, следи за тем, какие ему делают уколы – за всем, Янг, абсолютно за всем! Потом доложишь. Все понял?
Дерек сглотнул и, ощущая себя не то телохранителем, не то солдатом перед строгим генералом, поспешно поднялся с кушетки сам, вытягиваясь по струнке и кивая.
Карл медленно перевел дыхание и, окинув юношу взглядом, слабо усмехнулся.
- Неправ был Доминик, говоря, что брошен жребий… - задумчиво пробормотал он, - Брошены кости, игра начата и ставки в этой игре устрашающе велики.
***
В приоткрытое окно залетал мягкий, по-весеннему теплый ветерок, легко шевеля лежащие на столе бумаги. Солнце, заглядывая в по-домашнему уютный кабинет, солнце вечернее, почти закатное, озаряло его мягким рассеянным светом, сообщая обстановке еще большее умиротворение.
Мужчина, хозяин этого приятного места, спокойно восседал в большом, глубоком кресле, закинув ноги на изящный столик рядом с ним, и привольно свесив руки с подлокотников. Сегодняшний день оказался на редкость утомительным, исполненным событиями и для поддержания нерушимого спокойствия, всегда бывшего его самой большой силой, ему требовался полноценный отдых. До ночной операции время еще было, Доминик сейчас должен был находиться под опекой своего друга, в преданности которого можно было не сомневаться, и мужчина мог позволить себе несколько часов покоя.
Жаль только, что и в это время перед ним вставала жестокая необходимость продолжать работу.
В дверь негромко постучали, и мужчина лениво поднял голову, немного откидывая ее назад, прижимаясь затылком к спинке. Говорить не хотелось, да это было и не нужно – все эти стуки в дверь и якобы полученный, но не услышанный пленником ответ, были лишь частью игры, всегда завершающейся его победой. Почти… всегда.
Он поморщился, вспоминая свое недавнее шапочное знакомство с Дьяволом из Рейкьявика, ухитрившимся сбежать из карцера и, хмурясь, воззрился на открывающуюся дверь. Неважно. Сегодняшняя беседа, вне всякого сомнения, оправдает его ожидания – в конечном итоге, новый пленник, по свидетельству его помощников, пока вел себя вполне соответственно обычной программе.
Вошел тюремщик, мрачный, с ясно видимыми следами побоев на лице – след от его провальной стычки с Ди-Ре, завершившейся побегом последнего, и раздраженно толкнул вперед невысокого мужчину лет сорока-пятидесяти на вид.
Тот, стоящий со связанными впереди руками, испуганный, взъерошенный, торопливо огляделся и, остановив взгляд на абсолютно расслабленном хозяине дома, побледнел.
Карл едва заметно усмехнулся. Сам он этого человека никогда не видел, однако тот, судя по всему, наслышан о нем был и сейчас прекрасно понимал, к кому угодил в руки.
- С-с-сэр, я… я н-не п-поним…маю… - он заикался, он трепетал, он изнывал от страха и готов был упасть на колени перед своим грозным собеседником, и это можно было полагать хорошим знаком. Если так боится, значит, расскажет все, что захочет узнать от него собеседник.
- Скоро поймешь, - Еж, не меняя позы, сделал знак тюремщику. Тот, не скрывая злого удовольствия во взгляде, схватил несчастного пленника за волосы и, откинув его голову назад, сильно ударил в живот, затем откровенно швыряя на пол. Карл прищелкнул языком и неодобрительно покачал головой. Подчиненный его после пережитого поражения, безусловно, был зол, однако, избивать пленника до полусмерти в планы его босса не входило. Пожалуй, придется провести воспитательную беседу, объяснить, что давать волю своим настроениям в присутствии шефа не стоит.
- Итак, - Карл задумчиво склонил голову, - Ты ставишь замки улучшенной модификации, работаешь с системами, которые срабатывают от магнитной карточки. Это ты ставил замок на дверь квартиры Доминику Конте?
Несчастный мастер затрясся на полу, даже не пытаясь подняться.
- Сэ… сэр, я… да, но я… п-полиция уже го-говорила… со мной, я сказал…
- Полиция говорила, а я еще нет, - мужчина послал пленнику совершенно очаровательную улыбку, - И мне ты расскажешь гораздо больше, чем им, не правда ли?
Несчастный затрясся, опуская голову. Карл вздохнул и вновь кивнул тюремщику.
Тот, криво ухмыльнувшись, размял кулаки и, приблизившись, рывком поднял голову мастера за волосы, заставляя его посмотреть на босса.
- Смотри на шефа, когда он с тобой разговаривает! – прошипел он, и пленник, судорожно сглотнув, нелепо дернул головой, изображая кивок.
- Но я не понимаю… что я…
- Полагаю, для тебя не секрет, что мистер Конте сейчас находится в больнице, - Карл сложил пальцы домиком, задумчиво изучая лицо собеседника, - Об этом, благодаря газетам, известно всем. Не секрет для тебя, думаю, и то, что злоумышленник проник к нему в квартиру… Но об этом ты знал еще до того, как прочитал это в газетах. Итак… какое ты имеешь отношение к тому, что Доминик оказался на больничной койке?
Замковых дел мастер, перепуганный до полусмерти, затрясся так, что едва не вырвался из рук тюремщика, оставляя при этом в его руках изрядный клок волос.
- Кля… клянусь вам, сэр… господин… я никакого, совсем, правда! Я… я ничего не сделал, мне только… просто… - на глазах его появились слезы, - Я не мог поступить иначе! Они… он… угрожал моей дочери, моей маленькой девочке, я… разве я мог??
- Что ты сделал? – голос Карла похолодел на несколько градусов. Тюремщик, предчувствуя, что с минуты на минуту шеф может отдать приказ устроить хорошую взбучку, ухмыляясь, сжал свободную руку в кулак.
Несколько слезинок скатились по щекам испуганного человека. Он не хотел умирать, он безмерно боялся смерти, ему хотелось жить и никогда прежде он так не жалел, что связался с всесильным Домиником Конте… Ну почему, почему богатые всегда решают свои проблемы за счет простых людей?!
- Ду… дубликат карты… от квартиры мистера Конте… - едва слышно пролепетал он, - Тот человек, он… молодой человек с жестокими глазами… он сказал, если я не сделаю, он… убьет мою дочь у меня на глазах, поймите, господин, я не мог!..
Карл жестом остановил его, переводя взгляд на хмурого тюремщика. Человек этот был одним из его поверенных, был тем, кому Еж нередко поручал самые сложные задания, и сейчас он, как и его шеф, прекрасно понимал, о ком говорит мастер.
- Что думаешь? – негромко осведомился мужчина, склоняя голову набок. Тюремщик пожал плечами.
- Дьявол наведался и к старику, - буркнул он, слегка тряхнув беднягу за волосы, - Жаль, я не придушил его, пока тащил сюда…
- Обсудим это после, - Карл, продолжая хранить совершенное спокойствие, тонко улыбнулся и легко кивнул на пленника, приказывая, - «Пралтен».
Приказы его всегда исполнялись мгновенно. Подчиненный, не тратя время на кивки или иные согласные действия, легким, давно отработанным и отточенным движением извлек из кармана наполненный шприц и, сорвав зубами колпачок с иглы, вонзил последнюю в плечо пленнику. Несколько секунд – и мастер обмяк, лишаясь сознания.
Карл глубоко вздохнул.
- Его можно полагать жертвой, я не злюсь на него. Убери… только, сделай одолжение, выбери менее приметное место, чем «Луксор», - он чуть сдвинул брови, - Бедняга не привык к такой роскоши, не стоит шокировать его еще сильнее. А когда закончишь… сделай еще кое-что.