Глава 6
Приказ шефа был выполнен сполна – руки ему и в самом деле развязали и, не снимая с головы мешка, толкнули куда-то вперед, в неизвестность. Дерек, не в силах противиться сильному толчку, зашатался, шагнул, неуклюже взмахивая руками и, оступившись на ступеньке, рухнул в пропасть.
Пропасть, по счастью, оказалась неглубокой. Он упал, пребольно стукнувшись плечом о каменный пол и, слабо застонав, завозился, кое-как усаживаясь и одновременно стаскивая с головы мешок. Насчет последнего, правда, загадочный босс распоряжений не давал и, быть может, его следовало бы оставить, но терпеть удушье парень больше не мог.
Он бросил мешок на пол и, протерев чуть дрожащей рукой лицо, испуганно огляделся.
Помещение, куда его отправили по приказу шефа, и в самом деле напоминало карцер, каземат без окон и с единственной железной дверью, захлопнувшейся за его спиной несколько мгновений назад. К двери вела не одна, а целых три ступеньки, и молодой человек, сообразив, что совершил полет с их высоты, мимолетно порадовался, что отделался лишь ушибленным плечом.
К стене, напротив двери, была грубо приколочена кривоватая жесткая койка, практически полка без одеяла и подушек – ложе, на котором ему предлагалось провести время, пока его не выпустят на волю.
Дерек поежился. Клаустрофобией он не страдал, однако, оказаться в наглухо запертом помещении, без окон, с обшарпанными стенами, не слишком большом и очень мрачном, было как-то малоприятно.
Хорошо, что хоть свет тут имеется, хотя, безусловно, и его ярким не назовешь… Парень поднял голову и, на миг замерев, обреченно выдохнул.
Ну да. Свет.
Прямоугольной формы проем наверху, дающий доступ в камеру дневному свету и небольшой порции воздуха, должно быть, заменял окна.
Идеальное место для того, чтобы незаметно для себя сойти с ума…
Он поежился и, осторожно поднявшись на ноги, чуть пошатнулся, направляясь к койке. Хорошо хоть, подобие постели ему предоставили, а то бы вообще беда. Интересно, его собираются держать здесь всю ночь? Кажется, когда он возвращался домой, время уже было послеполуденное, а на похищение и поездку в неизвестном направлении ушло еще не меньше, а то и больше часа…
А теперь этот загадочный шеф – а он все еще не мог быть до конца уверен, что этот человек и в самом деле является тем самым пресловутым Ежом, - заявил, что он излишне занят, чтобы общаться с пленником и отправил его сюда. В подземелье! В карцер, черт возьми, как преступника!
К крысам.
Дойдя в мыслях до этих милых, пушистых зверюшек, Дерек судорожно сглотнул и, усевшись на полку, поспешно подобрал под себя ноги. Интересно, это он шутил так или они действительно иногда наведываются в каземат?..
Взгляд скользнул вдоль стен, выискивая отверстия, могущие служить норами для грызунов.
Парень поморщился. Свет, падающий сверху, касался, в основном, центра камеры, практически не затрагивая ее краев и определить однозначно, есть ли в стенах дыры или нет, было затруднительно.
Что ж, остается лишь уповать на то, что босс говорил все-таки не серьезно, и слова его были призваны только запугать несчастного пленника.
Вот только зачем…
Он сказал, что «крысы развязывали язык многим упрямцам». Считает, что Дерек утаивает какую-то безумно важную тайну? Что он будет молчать, упираться и не говорить, зачем искал его? Но это же глупо!
Молодой человек вздохнул и, обняв колени, уткнулся в них лицом. Как глупо… Хоть бы спросил для начала!
Ах, Боже, Боже, и как же все так получилось? Всего несколько дней назад он, ничем не примечательный, никому не нужный официант разносил подносы по столикам в родном и знакомом ресторане! А теперь что? Теперь он по уши ввязался в какие-то криминальные разборки, сидит взаперти у какого-то страшного, опасного преступника и не имеет даже шанса объясниться!
И, что самое ужасное, как выпутаться из этого переплета, решительно непонятно.
Захотелось плакать, и он всхлипнул. Он ощущал себя сейчас маленьким мальчиком, ребенком, наказанным непонятно за что, всеми брошенным и всеми покинутым. Ах, если бы хоть Доминик знал о том, что произошло с ним! Наверняка он бы позвонил этому Ежу и… Стоп, телефон!
Дерек торопливо зашарил по карманам. У него же был с собой мобильный, даже целых два – его и Доминика! Может быть, если бы он смог связаться…
Рука скользнула в один карман, в другой… Парень, окрыленный, было, вновь поник. Ну да, глупо было надеяться, что похитители оставят ему хоть один телефон, позволят связаться с внешним миром.
Света в камере постепенно становилось меньше, снаружи темнело. Дерек вновь всхлипнул и, опять обняв колени, снова уткнулся в них лицом. Похоже было, что ночь ему придется провести тут…
…Увы, он не ошибся. Снаружи все больше смеркалось, тьма в карцере становилась все гуще и гуще, и Дерек, как-то прежде не боявшийся мрака, поймал себя на том, что прижимается спиной к стене, стараясь спрятаться возле нее.
Захотелось есть и пить. Он не знал, сколько времени провел здесь, но уже готов был сойти с ума от совершенного бездействия и непрестанных мыслей о том, что же его ждет.
Он поднял голову и начал смотреть сквозь проем в потолке на небо. Оно становилось все темнее, постепенно зажигались звезды, взошла луна…
Парень закрыл глаза, ощущая себя безмерно несчастным. Его бросили сюда, забыли о нем, оставили умирать от голода и жажды, запугали чертовыми крысами, и все почему?? Да просто потому, что он спросил одного или двух человек, не знают ли они, кто такой этот Карл Еж!
Он вскочил на ноги и, не в силах сдерживаться, бросился к двери, принимаясь колотить по ней.
- Выпустите! – голос как-то сразу охрип, но он продолжал кричать, - Помогите!! Воды! Умоляю, откройте!!!
Дверь оставалась глуха к его мольбам.
Он еще несколько раз ударил по ней и, едва сдерживая отчаянные рыдания, медленно сполз на пол. Какие крысы, тут можно умереть только от страха, от безнадежности! От мыслей о том, что ему суждена гибель от голода и жажды…
Снаружи послышался невнятный шорох, донеслись какие-то шаги, и Дерек взволнованно вскочил, прижимая руки к груди. Неужели?..
Заворочался ключ в замке. Тяжелая створка немного приоткрылась, и чья-то рука хладнокровно поставила на верхнюю ступеньку коротенькой лестницы большой, хорошо видный в свете, падающем из-за двери, кувшин.
Дерек бросился вперед.
Дверь затворилась с громким хлопком, но он уже успел вцепиться обеими руками в кувшин и, не веря себе, робко попробовал содержимое.
Слезы навернулись на глаза несчастного парня. Вода! Значит, смерть от жажды ему пока не грозит, значит, еще есть надежда выжить в этом страшном подземелье!
Трепеща, опасаясь пролить драгоценную жидкость, он крепко прижал кувшин к себе и наощупь вернулся обратно на полку, вновь подтягивая ноги.
Потянулись бесконечные часы.
Дерек, совершенно забывший про крыс, которых так опасался поначалу, сидел, тупо глядя в тьму перед собой и иногда машинально потягивая из кувшина воду.
Иногда ему казалось, что он видит какие-то образы, порою ему чудились голоса – парень был уверен, что сходит с ума, и даже не сомневался, что прежним наружу он уже не выйдет.
Время близилось к утру, когда он, совершенно измученный собственными мыслями и опасениями, провалился в забытье, крепко обнимая кувшин и прижавшись спиною к стене.
…Проснулся он от неожиданно плеснувшей ему в лицо холодной воды и, застонав, открыл глаза.
Уже рассвело. Перед ним стоял, хмуро созерцая его, человек внешности совершенно не примечательной, но по какой-то причине очень отталкивающей: седоватый, с густыми бровями и жестокими глазами под ними, с сильными руками и угрожающим размахом плеч. В руках он сжимал тот самый кувшин, из которого полночи бедный пленник потягивал воду.
- Вставай, босс зовет, - грубо буркнул он и, поставив кувшин на полку, схватил парня за шиворот, принудительно ставя его на ноги.
Дерек сглотнул и, уже ожидая, что его вновь свяжут или опять наденут на голову мешок, покорно встал, исподлобья глядя на своего тюремщика.
Тот, не желая ожидать, пока молодой человек придет в себя, уверенно схватил его за руку чуть выше локтя и поволок вперед.
Дерек стиснул зубы, чтобы не вскрикнул от боли. Хватку он узнал моментально – именно от этой руки у него со вчерашнего дня не проходили синяки на коже, именно этот человек, судя по всему, похитил его.
А теперь повел к боссу. Ой, что сейчас будет…
Его выволокли из камеры наружу и потащили по каким-то бесконечным коридорам, наполненным частыми поворотами, по каким-то крутым лестницам, по которым, он был уверен, вчера они не шли, мимо запертых дверей, за каждой из которой, теоретически, мог скрываться ужасный Карл Еж.
Ежа Дерек уже боялся. Он не знал его, не понимал, чего можно ждать от этого человека, но после ночи, проведенной в карцере, ожидать был готов всего, чего угодно и, честно говоря, радости по этому поводу не испытывал.
В конце концов, ведь именно этому чертову боссу, каковым, очевидно, и являлся загадочный Карл, принадлежала идея засунуть его в карцер!
Промелькнуло еще несколько коридоров. Дерек шел, спотыкаясь, усталый, измученный прошлой ночью, практически обессилевший от голода и, устав считать повороты, чувствовал, как немеет у него пережатая сильными пальцами рука и как кружится от бесконечного пути голова.
Когда они остановились перед нужной дверью, расположенной в конце короткого коридора где-то на верхних этажах, он даже не осознал этого.
Его сопровождающий вытянул свободную руку, пару раз стукнул костяшками по деревянной створке и, дождавшись какого-то, не услышанного Дереком ответа, распахнул дверь, затаскивая его внутрь.
Комната, где они оказались, была не слишком большой, но все-таки значительно превышающей размеры каземата и напоминала больше всего рабочий кабинет.
Прямо напротив входа располагался массивный деревянный стол, сплошь устланный стопками каких-то бумаг, несколькими глупыми, очевидно, милыми сердцу хозяина безделушками; на краю его стоял открытый ноутбук, с другой стороны находился небольшой настольный торшер. На окнах здесь висели тяжелые, массивные занавески, перекрывающие доступ свету; под потолком, заменяя собою дневное солнце, покачивалась роскошная люстра. Вдоль стен стояли шкафы с книгами, между ними, удивительным образом вписываясь в общий интерьер, красовался большой металлический сейф.
Пахло здесь деревом и какими-то благовониями, было очень тепло и уютно, и Дерек, которому после ночи в карцере это место показалось поистине райским, медленно перевел дыхание, немного расслабляясь.
И тотчас же вновь напрягся, увидев небольшой черный пистолет, спокойно лежащий на столе между стопок бумаг.
Рука человека, сидящего за столом, лежала в опасной близости от этого пистолета, и молодой человек, живо вообразив, как босс хватает оружие и палит в него, непроизвольно отшатнулся.
Мужчина, приведший его сюда, нахмурился, слегка толкая пленника в спину. Руку его он только что отпустил и теперь, видимо, сожалел об этом, не имея возможности контролировать все действия похищенного.
Сидящий за столом человек едва заметно поморщился и сделал подчиненному непонятный знак, вероятно, приказывая не трогать пленника. Дерек сглотнул и, действуя довольно неуверенно, поднял голову, рассматривая загадочного шефа.
Внимания он, безусловно, заслуживал не меньше, чем вся эта комната вместе взятая.
Это был достаточно молодой мужчина, по возрасту, наверное, соответствующий Доминику Конте, высокий, статный, хорошо сложенный, гладко выбритый, с безупречной прической и в идеально сидящем костюме. Он был темноволос, но светлоглаз, казался спортивным и спокойным и вообще производил впечатление самое приятное. Наверное, не знай Дерек доподлинно, что это именно он велел бросить не виноватого ни в чем парня в карцер, и не видь он сейчас возле его руки орудие убийства, он бы, несомненно, попался на крючок магнетического обаяния босса.
Тот окинул юношу долгим, незаинтересованным взглядом и, взяв со стола незамеченный прежде пленником лежащий отдельно лист бумаги, принялся читать, немного растягивая буквы, придавая речи нарочитую манерность:
- Тедерик Янг. Предпочитает, чтобы его называли Дереком, работает официантом в ресторане «Синий глаз» и до недавнего времени вел совершенно законопослушную жизнь, - он положил лист обратно на стол и, сцепив пальцы в замок, еще раз окинул юношу долгим взглядом, - Что же побудило законопослушного, добропорядочного юношу искать встречи со мной?
Парень вздрогнул. Сомнений больше не оставалось – перед ним сидел никто иной, как сам Карл Еж, человек, которого он искал, человек, которого уже боялся и даже иногда ненавидел. Отвечать ему, безусловно, надлежало четко, коротко и ясно, дабы он вдруг не начал пытать пленника.
И Дерек ответил. Ответил так коротко, как только мог, и так ясно, как только был способен.
- Доминик Конте.
Ни один мускул не дрогнул в лице Карла, ни тени удивления или понимания не отобразилось в холодных, безжизненных глазах.
- Доминик Конте – излишне важный человек, чтобы водить дружбу с простым официантом, - спокойно проговорил он, - Как ты познакомился с ним?
Дерек неуверенно пожал плечами. С его точки зрения, собирая информацию, люди Ежа могли бы сообщить ему и о причине его знакомства с Ником.
- Я спас ему жизнь.
- Это громкое заявление, - так же спокойно отреагировал собеседник, - Каким же образом ты спас его, мальчик?
С губ парня сорвался невольный вздох. Рассказывать, долго и нудно, с чего началось его знакомство с Ником Конте ему не хотелось, тем более, что место и время к этому явно не располагали, однако, какие-то объяснения дать все же следовало.
- Он… Я принес ему потерянный им телефон и увидел, что он весь в крови, израненный… Я вызвал «Скорую помощь».
Еж изогнул бровь.
- Все?
- Я сидел с ним, пока не приехали врачи, следил… - Дерек сглотнул, мимолетно возвращаясь мыслями в прошлое, - Следил, чтобы он не заснул.
Его тюремщик позади негромко, но очень выразительно фыркнул и, опустив взгляд, чуть слышно проворчал:
- Невелика заслуга…
Карл бросил на него мгновенный взгляд.
- Еще слово – и я велю вырезать тебе язык, - абсолютно ровным голосом предупредил он, и вновь обратил внимание на насмерть перепуганного этой угрозой пленника, - Ты считаешь, что твои действия можно характеризовать, как спасение жизни?
- Так говорит Доминик, - парень вновь неуверенно пожал плечами, - И его брат, Ричард. Я сам считаю, что мои заслуги они преувеличивают, но…
- Каким образом Доминик Конте связан с твоими расспросами обо мне? – Еж чуть сузил глаза, и юноша каким-то шестым чувством понял, что допрос, наконец, добрался до самого важного, можно сказать, ключевого момента.
Он попытался немного выпрямиться, чтобы придать уверенности и веса собственным словам, сделать их как можно более убедительными.
- Он попросил меня найти вас и передать, что Доминик нуждается в помощи. Я даже не знал о вас, пока Ник не сказал! – голос дрогнул и парень предпочел умолкнуть. Он говорил чистую правду, но самому ему внезапно показалось, что слова выглядят фальшиво.
Очевидно, Карл тоже так подумал.
Он быстро улыбнулся и, скользнув пальцами по собственным губам, нарочито медленно взял со стола пистолет, взводя курок. Юноша ощутил, что у него подкашиваются ноги.
- Значит, Доминик нуждается в моей помощи… - медленно проговорил Еж и, покрутив пистолет в руках, положил его обратно на стол, - Хорошо. Я проверю, насколько твои слова соответствуют истине, мальчик, и помни – ты ввязался в опасную игру. Здесь не приемлема ложь, и, если было хоть слово фальши… - он красноречиво скользнул пальцами по стволу пистолета и, моргнув, перевел взгляд на безмолвного тюремщика позади. Голос мужчины зазвучал жестко:
- В карцер его.
- Что?! – Дерек, от страха вновь оказаться в том месте теряя всякое чувство самосохранения, вздрогнул и попытался, было, бросится вперед, однако, был перехвачен тюремщиком, - Нет, я… но я не лгал! Это правда! Доминик!..
Его никто не слушал. Тюремщик, подчиняясь приказу босса, выволок парня наружу и дверь за ними захлопнулась.
***
Доминик Конте полулежал на кровати, вытянув одну руку вдоль тела, подставляя ее для капельницы, и тихо наслаждался уменьшившимся количеством проводов и трубок вокруг него, а также своим улучшившимся состоянием. На губах его цвела легкая полуулыбка, глаза были прикрыты – со стороны можно было подумать, что мужчина дремлет, однако же, он был погружен в раздумья.
Этой ночью ему вновь привиделся кошмар, какой-то невнятный, очень неприятный, тесный и мрачный, а после опять явился призрак капитана. Он снова проснулся, вскрикнув, врачи вновь прибежали с успокоительным… Наверное, улыбка на его губах сейчас была следствием этого успокоительного.
Он лежал и размышлял о том, что давно не видел своего нового друга, юного официанта и, почему-то не допуская и мысли о том, что Дерек мог его бросить, беспокоился, как бы с ним чего не случилось. Он вспоминал вчерашний разговор с братом, из которого узнал, что полиции по-прежнему ничего не известно, осмотр места происшествия результатов не дал, но зато уборщиц Ричард вызвал и сегодня они должны как раз приводить его квартиру в порядок. Он размышлял о необходимости менять замок на двери квартиры, думал об идее Дерека поставить систему, реагирующую исключительно на голос и, в общем и целом, склонялся к ней, только не совсем понимал, где найти мастера, могущего это сделать. Надо было дать задание одному из своих помощников, из тех расторопных секретарей, что окружали его на фирмах, когда он бывал на собраниях акционеров, попросить кого-нибудь из них отыскать хорошего мастера. Или же обратиться за помощью к кому-то еще…
Дверь скрипнула, открываясь, и Доминик, пробуждаясь от легкой дремоты, открыл глаза шире, обращая внимание на посетителя. Улыбка, цветшая на его губах, стала шире.
В палату вошел мужчина, довольно молодой, по виду не старше самого бизнесмена, высокий, статный, безупречно выбритый, идеально причесанный и безмерно элегантный. Поверх дорогого пиджака на плечи его был накинут белый халат, что заставило Ника испытать некоторую признательность – все-таки старый знакомый стремился соблюсти стерильность, дабы вдруг не принести ему дополнительных микробов.
Он остановился на пороге и, улыбнувшись сам, небрежно сунул руки в карманы штанов.
- Значит, Доминику нужна помощь? – он немного склонил голову набок, - Мне подыскать для тебя хорошего врача или сразу донора?
- Твои шутки не изменились, - Доминик усмехнулся и, подняв свободную от капельницы руку, указал ею на стул, - Заходи, присаживайся. А донора оставь про запас – не взирая ни на что, он мне не требуется.
Мужчина зашел, прикрывая за собою дверь и, подойдя к кровати, сердечно пожал старому другу руку. После чего действительно, пользуясь его предложением, присел на стул и небрежно закинул ногу на ногу.
- Не требуется, значит… Выходит, мальчишка, которого ты подослал ко мне, солгал, говоря, что ты был весь в крови, что он спас тебе жизнь?
Доминик нахмурился. Ему, как никому другому было известно, что лжи сидящий рядом с ним человек не переносит и, если заподозрит кого-то в ней, для этого человека это может кончиться плачевно.
- Не говори глупостей, Карл. Меня били ножом и в живот, и в спину, подставляли под пулю снайпера… Крови было достаточно и, хотя ни одного жизненно важного органа, к моему удивлению, не задето, я бы истек ей, если бы не Дерек.
Карл усмехнулся и, судя по всему, поставив мысленный плюсик напротив имени Дерека, сцепил руки в замок.
- Как ты вообще ухитрился познакомиться с ним, Ник? Мальчишка – официант, а ты, насколько мне известно, вращаешься в несколько иных кругах…
Конте поморщился. Вспоминать о собственных ошибках ему не было слишком приятно.
- Я дал ему в челюсть, - буркнул он, - Напился в том ресторанчике, где он работает, и когда он попытался вежливо выставить меня, полез в драку… Уронил телефон. И, представь себе, не взирая ни на что, этот парень принес его мне на следующий день! Я был бы поражен его благородством, даже если бы он не сделал для меня большего, но он сделал… - Доминик покачал головой, - Сделал! Многих ты знаешь, Еж, кто, увидев труп парня, который накануне полез с тобой в драку, не сбежали бы? Кто, поняв, что этот самый парень еще жив, попытался бы спасти его, вызвал «Скорую» и сидел бы рядом, уговаривая не спать… - он медленно потянул носом воздух, - Я плохо помню те минуты, смутно. Но помню точно, что мне хотелось спать, а чей-то голос мешал мне сделать это. Потом мне сказали, что, если бы я тогда уснул… - мужчина сглотнул и не закончил.
Слушатель задумчиво кивнул, предпочитая продолжить вместо него.
- Уже бы не проснулся. Видимо, ты прав, и расчет был именно на это – тебя бросили истекать кровью, надеясь, что, уснув, ты уснешь навеки. Мои тоже так иногда поступают, но только в особенных случаях – если требуется не только убить, но и наказать. Ты знаешь, кто покушался на тебя?
- Не имею ни малейшего понятия, - Доминик с некоторым трудом пожал правым плечом и, медленно выдохнув, коснулся ладонью груди. Раны все еще неприятно тянуло, и каждую секунду мужчина опасался, что от неловкого движения они откроются.
- Я поэтому и просил Дерека найти тебя, чтобы попросить… Кстати, а где он? – на ум внезапно пришло воспоминание о тесном кошмаре, и Конте нахмурился, - Я надеюсь, ты ничего с ним не сделал?
- Ничего, - Еж безмятежно повел плечом и спокойно улыбнулся, - Мальчик жив и здоров, ожидает моего решения в карцере. Убивать без моего приказа его не станут.
- В карцере?? – Ник на мгновение задохнулся, - Ты совсем рехнулся, Хеджхог?! Знаю я твой карцер – там уже не один свихнулся, хотя его и пальцем не тронули! Выпусти его!
- Я подумаю об этом после нашей беседы, - Карл, внезапно названный настоящей фамилией, фамилией, которую из ныне живущих знал, наверное, только Доминик Конте, равнодушно кивнул, - Итак, ты просил найти меня, чтобы я помог выяснить, кто на тебя опять напал… Хорошо. Но я не поверю, что у тебя нет ни малейшего подозрения, Ник. На кого ты думаешь?
Конте куснул себя за губу и упрямо склонил голову, становясь в эти секунды похож на барана.
- Альфа, - коротко бросил он, - Уверен, это его рук дело, опять! И мне, говоря откровенно, уже надоело это. Прошу, найди его, узнай, кто…
- Да, к слову! – Карл неожиданно поднялся на ноги и, сунув руку за пазуху, извлек на свет мобильный телефон последней модели, в котором Доминик не без удивления узнал свой собственный, - Уж прости мне мое любопытство, Ник, но я позволил себе поинтересоваться, нет ли чего важного в твоем телефоне… Скажи, откуда у тебя номер Альфы?
Конте, совершенно не ожидавший ни таких вопросов, ни такой информации, едва не упал с кровати.
- Альфы?.. – медленно повторил он, недоверчиво глядя на собеседника, - Номер?? У меня??? Да ты шутишь, Карл! У меня в жизни не было его номера телефона, я с ним как-то никогда дружбу не водил!
- Но, тем не менее, номер здесь есть, - Карл быстро провел по экрану мобильного пальцем, снимая блокировку и, открыв список контактов, продемонстрировал хозяину телефона первое имя в нем, - А в списке вызовов имеется информация о том, что Альфа звонил тебе не далее, как… - он быстро подсчитал в уме время, - Позавчера ночью.
- Позавчера ночью телефона у меня не было, - замороженным голосом отозвался Доминик, тупо созерцая несколько букв на экране собственного телефона, - Нет, я, конечно, иногда бросаю телефон на столах или подоконниках… Мне мог кто-нибудь забить в него номер этого… типа?
- Запросто, - Еж отодвинул телефон от лица собеседника и безразлично нажал на кнопку блокировки, - Если ты не против, твой мобильный я пока оставлю у себя. Альфа прокололся, забив свой номер в твой телефон, по нему его можно будет найти… Кстати, я побеседую с Тедериком, попробую выяснить, о чем он говорил с Альфой. Как знать, Ник, может быть, мальчик не так-то прост…
- Тедериком?.. – Конте мимолетно нахмурился, но затем облегченно кивнул, - Ах, да, Дик упоминал, что Дерека по паспорту зовут иначе. Карл, выпусти его. Я убежден, что парень не имеет отношения к Альфе, убежден настолько же, насколько уверен в тебе!
- Это сильная вера, - Карл задумчиво кивнул и, убирая телефон в карман, мотнул головой, - Но ты просишь меня помочь, Доминик. И знаешь – для тебя я сделаю все, задействую все свои ресурсы и, поверь, меня не остановит даже необходимость отнять чью-нибудь жизнь. Я вернусь через несколько дней, сообщу о результатах… Когда ты планируешь поправиться?
- Судя по тому, как быстро затягиваются раны и как активно я прихожу в себя, думаю, где-то через неделю, - Ник слегка пожал плечами, - Но все-таки, я…
- До встречи, Доминик, - Еж широко улыбнулся и, не слушая собеседника, зашагал к дверям. Последний нахмурился.
- Карл!
Посетитель вопросительно оглянулся через плечо, и Доминик быстро улыбнулся.
- Парня моего выпусти.
С губ мужчины слетел тяжелый вздох.
- Он спрашивал обо мне, Ник. Спрашивал излишне много и не в тех местах, а ты знаешь, как я не люблю привлекать к себе внимание. В моем деле излишний интерес равносилен гибели.
- Он мой друг, - Конте немного подался вперед, - О тебе он не расскажет никому, кроме меня, поверь. Он спрашивал о тебе исключительно по моей просьбе, Карл, выпусти его, я прошу тебя! Я не прощу себе, если из-за меня с Дереком что-то случиться.
Хеджхог замер, в раздумье покачиваясь с мыска на пятку и не отвечая собеседнику. Он размышлял, прикидывал и, вне всякого сомнения, сравнивал, что для него важнее – жизнь какого-то мальчишки или дружба Доминика Конте.
- Ты только что сказал, что для меня сделаешь все, - Доминик скрипнул зубами, - Отпусти Дерека.
- Хорошо, - Еж легко всплеснул руками и, недовольно поморщившись, кивнул, - Ладно. Уже завтра мальчишка придет к тебе в палату, я обещаю. Но насчет Альфы… я все-таки с ним побеседую.