Дорога взросления
За год многое изменилось.
Я вытянулась. Волосы стали длиннее — теперь ниже лопаток. Фигура округлилась.
В девятом классе я сдала ОГЭ. Русский, математика, биология — на четвёрки и пятёрки. Мама гордилась, папа сказал: «Молодец, дочка». Я сама собой гордилась — немного, но гордилась.
— Ну что, десятый класс теперь? — спросила Диана, моя одноклассница, когда мы виделись в последний раз перед каникулами.
— Десятый, — сказала я.
— А потом куда?
— На психолога. Клинического.
— Ты серьёзно? — Диана удивилась. — Это же сложно.
— Ничего, справлюсь, — сказала я.
Я была уверена. Не в себе — в том, что хочу понять людей. Их чувства, поступки, страхи. Особенно — один страх. Свой собственный. Тот, который заставлял меня краснеть при одном взгляде на серую футболку.
Я ждала лета.
---
Влад писал редко.
Мы обменивались сообщениями раз в две недели. Он учился в техникуме в Волгограде, говорил, что скучно, что преподаватели злые, что хочется уже работать.
«Влад»: «Ты как?»
«Оля»: «Нормально. ОГЭ сдала.»
«Влад»: «Поздравляю. Слышал, во Фролово едешь?»
«Оля»: «Да. Как обычно.»
«Влад»: «Жалко. Может, увидимся, когда вернёшься?»
«Оля»: «Может быть.»
Я не ждала его. Не думала о нём. Он был из прошлой жизни — из того времени, когда я сидела на лавочке под яблоней и переписывалась с ним часами. Теперь я редко брала телефон в руки. Мне хватало альбома, книг и мыслей о том, что скоро лето.
Скоро я увижу его.
Олега.
---
С папой мы поехали в последних числах июня. Мы живём в Волгограде, в обычной квартире на 2 этаже. Вид из окна — на соседние дома, на дорогу. Но сейчас я смотрела в другое окно — автомобильное.
Мама стояла у подъезда, махала рукой.
— Не скучай! — крикнула она.
— Не буду! — крикнула я в ответ.
Папа загрузил сумки в багажник.
— Ну что, дочка, — сказал он, когда мы выехали на трассу. — Соскучилась по деревне?
— Соскучилась, — ответила я.
— По бабушке? По деду?
— По всем.
— По коровам? — он усмехнулся.
— И по коровам.
Я смотрела в окно. Степь тянулась бесконечно — жёлтая, выжженная солнцем, с редкими деревьями и проводами, которые убегали в никуда. Я считала коров. Сорок одна, пятьдесят три, шестьдесят восемь. Они всё те же? Или появились новые?
— Пап, а долго ещё?
— Часа два.
Я откинулась на сиденье и закрыла глаза.
В голове крутились картины прошлого лета. Как он подошёл к яблоне. Как сел рядом. Как назвал меня по имени.
«Оля».
Одно слово. А я жила им целый год.
---
Мы въехали во Фролово ближе к обеду.
Бабушка Валя стояла за двором — маленькая, круглая, в цветастом переднике. Деда Вася возился в гараже, но вылез, когда услышал машину.
— Оленька! — закричала бабушка. — Оленька моя!
Я вылезла из машины и попала в её объятия. Пахло пирогами, курятником и домом.
— Выросла! — сказала бабушка, отстраняясь. — Похудела, что ли?
— Нет, — засмеялась я. — Такая же.
Деда Вася подошёл, обнял, хлопнул по плечу.
— Олька, — сказал он. — Взрослая стала.
— Деда, ты это каждый раз говоришь.
— И каждый раз прав.
Ангелина вылетела из дома как ураган.
Теперь ей было десять с половиной (она всегда добавляла «с половиной»). Она вытянулась, похудела ещё больше, коленки всё так же в зелёнке, волосы растрёпаны.
— Оля! — заорала она на всю улицу. — Ты приехала!
Она вцепилась в меня, как обезьянка, повисла на шее.
— Пусти, задушишь, — сказала я.
— Ни за что, — ответила она в моё плечо. — Я тебя год не видела. Ты стала старше?
— На год.
— Я тоже, — она отстранилась и посмотрела на меня оценивающе. — У тебя грудь выросла.
— Ангелина! — я покраснела.
— Что? Я правду говорю. Дядя Олег заметит.
— Ангелина, замолчи!
Она засмеялась и потащила меня в дом. Я успела бросить взгляд на соседский двор.
Синие ставни. Два трактора. Машина на месте.
Он дома.
Я выдохнула.
---
Вечером, когда все сидели в беседке и пили чай с пирогами, я выскользнула во двор.
Лавочка под яблоней была на месте. Я села, обхватила колени руками и посмотрела на соседский дом.
В окне горел свет.
— Ждёшь? — раздался голос из темноты. Ангелина вышла из дома и села рядом.
— Нет, — сказала я. — Воздухом дышу.
— Врёшь, — сказала Ангелина. — Ты ждёшь завтрашнего утра. Шесть часов. Он выйдет. Ты помашешь. Он поднимет руку.
— Откуда ты знаешь?
— Я помню, — сказала Ангелина. — Я всё помню.
Она положила голову мне на плечо.
— Оль, а ты ему нравишься, — сказала она.
— С чего ты взяла?
— Он зимой спросил про тебя. У бабушки. Когда ты приедешь.
У меня сердце остановилось.
— Правда?
— Правда, — сказала Ангелина. — Бабушка рассказала. Он зашёл солянку попросить у неё — тётя Валя солянку не любит, а бабушкину обожает. И спросил: «А Оля когда приедет?»
— И что бабушка?
— Сказала, что в июне. Он кивнул и ушёл.
Я сидела и смотрела на свет в его окне.
Он ждал меня.
Целый год.
— Оль, — сказала Ангелина.
— Ммм?
— Завтра утром, когда он выйдет, не просто маши. Подойди. Скажи «здравствуйте» как следует. Ты уже большая.
— Мне всего шестнадцать.
— А ему тридцать пять. И что? — Ангелина пожала плечами. — Ты ему нравишься. Он тебе нравится. Остальное — ерунда.
Я обняла её.
— Ты мудрая, — сказала я.
— Я знаю, — ответила Ангелина.
Мы сидели под яблоней, смотрели на звёзды и слушали, как в соседском доме скрипнула дверь.
Олег вышел на крыльцо. Посмотрел в нашу сторону.
Я не спряталась. Не отвела взгляд.
Он постоял секунду, потом кивнул и ушёл обратно.
— Видела? — спросила Ангелина.
— Видела, — сказала я.
— Он ждал, что ты подойдёшь.
— Я подойду, — сказала я. — Завтра.
— Обещаешь?
— Обещаю.
Мы пошли в дом. Я легла в кровать, посмотрела на часы — половина одиннадцатого.
Завтра в шесть утра.
Завтра я скажу ему «здравствуйте».
По-настоящему.
Я закрыла глаза и улыбнулась.