Вслед за северным ветром

Я пришла в себя от того, что почувствовала тепло и привычные запахи. Я лежала на мягкой кровати. Вокруг были знакомые стены и мебель - мы были в особняке Рейвен. Мы были дома, в безопасности, но внутри меня всё еще была пустота и вряд ли она когда-нибудь заполниться.

Я быстро вскочила с кровати и выбежала в коридор. Вокруг меня было тихо, но стоило мне подойти к лестнице, которая ведет в столовую, в которой мы так часто проводили время с ребятами, как я услышала знакомые голоса.

Я рванула вперед и перепрыгивая через две ступеньки ворвалась в столовую.

- Далия, - Рейвен в два шага обогнула стол и заключила меня в самые крепкие объятия, - как ты себя чувствуешь?

- Вполне себе. А вы как?

- Как видишь, с нами все хорошо.

Себастьян подошел к нам и, когда Рейвен отпустила меня, тоже обнял меня. Сначала я очень удивилась, но потом все-таки ответила на его объятия, ведь была счастлива, что он был жив и полностью здоров.

Грей сидел рядом с Дарреном и улыбался как обычно.

Даррен поднялся со своего места. Его взгляд, обычно холодный и отстраненный, смягчился, когда он встретился с моими глазами. Он не спешил подходить, давая возможность пообщаться с друзьями.
- Ты напугала нас, - негромко произнес он. В его голосе не было упрека, только глухая, едва заметная усталость.
- Мы все напуганы, - отозвался Себастьян, переводя взгляд с меня на Даррена. Он почувствовал натянутое электричество между ними. - Грей, пойдем на террасу? Нам полезно прогуляться.
Грей, поймав намек, кивнул и поднялся, увлекая за собой Рейвен и Себастьяна.
- Да, пожалуй, свежий воздух сейчас не помешает, - добавила Рейвен, на секунду задержав взгляд на Далии, словно проверяя, всё ли в порядке.

В столовой воцарилась тишина. Шум их шагов постепенно стихал в коридоре, пока не исчез совсем. Остались только мы.
Даррен медленно отодвинул тяжелый стул, указывая мне на место рядом с собой.
- Садись, - мягко сказал он.
Я посмотрела на него, чувствуя, как пустота, о которой я думала минуту назад, начала сменятся совершенно другим чувством. Я села, не сводя с него глаз.

Даррен взял меня за руки и оставил невесомый поцелуй на них.

- Я надеюсь, ты не держишь на меня зла за то, как я поступил с Барром?

Этот вопрос застал меня врасплох, я на мгновение замерла, но после небольшой пришла в себя.

- Нет, я понимаю, что так и должно было случиться. По-другому его было не остановить.

Даррен слегка поглаживал мои руки и внимательно смотрела на меня, а его не знала, что ему сказать.

- Ты знаешь, - я запнулась в своих словах, но собрав волю в кулак, продолжила, - до того, как вы очнулись, я была в иллюзии своих воспоминаний. Я помню наш момент у озера. Кольцо и твое предложение. Я помню, как ты обещал оберегать меня и сдержал свое слово.

Я рассказала все, что вспомнила. Даррен слушал меня внимательно и не перебивал. Было видно, что ему это действительно важно. Он вытирал мне слезы, которые постоянно скатывались по моим щекам. Ждал, пока я делала перерывы в своем рассказе, чтобы собрать все мысли и чувства воедино.

- И именно там я вспомнила и осознала все чувства, - я закончила свой рассказ и Даррен обнял меня.

В этих объятиях было все: тепло, нежность, безграничная забота. Но я не знала, как сказать ему и своим друзьям, что через три дня я вернусь в свой мир, к своей привычной жизни, где должна прожить остаток своих лет.

Возможно, пока что можно отложить разговор на потом, а сейчас просто провести с ними время и раствориться в моменте.

Даррен слегка отодвинулся от меня, но все равно я чувствовала его горячее дыхание. Он смотрел на меня с полыми желания глазами.
- Даррен, - прошептала я.

- Молчи, Цветочек, иначе я больше не смогу держать себя в руках.

Я не удивилась словам Даррена, ведь знала о его чувствах и видела их в каждом его взгляде и чувствовала в каждом его прикосновении, но совру, если скажу, что не занервничала.

Даррен не стал ждать. Он подался вперед, сокращая сантиметры между нами, и накрыл мои губы своими. Это был не нежный поцелуй, это был поцелуй того, кто едва не потерял всё и теперь отчаянно пытался доказать себе, что я реальна. Его губы были требовательными, жадными, они смешивались с моим дыханием, заставляя голову кружиться.

Я ответила на этот напор, запуская пальцы в его мягкие волосы, притягивая его еще ближе. В моем поцелуе была и боль, и страсть, и та самая пустота, которую я пыталась заполнить.
- Идем, - выдохнул он мне в губы, когда нам перестало хватать воздуха.

Даррен не спрашивал разрешения, он просто взял меня за руку и повел вверх по лестнице. Я не заметили, как мы оказались у двери моей комнаты. Как только дверь за нами закрылась, он прижал меня к ней спиной, снова впиваясь в мои губы, на этот раз более медленно и глубоко.

В спальне царил полумрак. Единственным источником света был лунный блик, пробивающийся сквозь тяжелые шторы. Даррен начал медленно расстегивать пуговицы на моем платье. Его руки слегка дрожали, что было на него совсем не похоже. Когда ткань соскользнула с моих плеч, он замер.

Он смотрел на меня так, словно я была не обычной девушкой, а священным артефактом, которого он боялся коснуться, чтобы не разрушить. Его взгляд скользил по моей коже, задерживаясь на каждом изгибе, на линии ключиц, на том, как вздымалась моя грудь от частого дыхания. В его глазах не было просто похоти: там было обожание, смешанное с первобытным желанием обладать.
- Ты так прекрасна, Далия, - прошептал он, и его голос прозвучал хрипло.
Он начал раздеваться, не отрывая от меня взгляда. Его движения были уверенными, но в каждом жесте сквозило нетерпение. Когда между нами не осталось преград, он опустился на колени. Его губы начали свой путь от моих щиколоток вверх по бедрам, оставляя за собой след из обжигающих поцелуев. Я закусила губу, сдерживая стон, когда его ладони, горячие и крепкие, сжали мои бедра. Контраст его смуглой кожи с моей белоснежной завораживал.
Он поднялся и снова накрыл меня своим телом, но на этот раз осторожно, словно боясь причинить боль. Его поцелуи переместились на мою шею, к самому уху, а его пальцы исследовали меня, изучая каждую реакцию моего тела. Каждое прикосновение Даррена отзывалось во мне электрическим разрядом.

Даррен не останавливался. Его губы продолжали свой путь, оставляя за собой дорожку из нестерпимо горячих поцелуев. Я чувствовала, как по телу разливается вязкое, тягучее тепло.

- Даррен... - выдохнула я, когда его губы коснулись внутренней стороны моего бедра. - Пожалуйста...
Он поднял голову, и я увидела, что его глаза потемнели, став почти черными от желания. В этом взгляде было столько голода, что у меня подкосились ноги.

- Я не могу остановиться, Цветочек, - прорычал он, и в его голосе послышалась едва сдерживаемая борьба с самим собой. - Если я сейчас остановлюсь, я просто сойду с ума.
Он снова прижался к моей коже, но теперь его ласки стали более настойчивыми. Его руки, сильные и уверенные, не просто касались меня, они словно пропитывали меня своей силой. Он целовал меня везде: в живот, чуть ниже пупка, заставляя меня выгибаться навстречу его горячим губам.

Я чувствовала, как внутри меня натягивается невидимая струна. Каждое его движение, каждый влажный поцелуй заставляли меня терять контроль. Я запустила пальцы в его волосы, слегка потянув их назад, и он ответил на этот жест глубоким, жадным поцелуем, от которого у меня потемнело в глазах.
- Пойдем в кровать, - прошептала я, едва узнавая собственный голос. Он был чужим и надломленным.
Даррен подхватил меня на руки так легко, будто я ничего не весила. Обхватив его шею, я прижалась всем телом к его твердому торсу. В его глазах я видела обещание, он не собирался отпускать меня ни на секунду.
Когда мы опустились на мягкое покрывало, он навис надо мной, преграждая путь к спасению. Его кожа, смуглая и горячая, на фоне моих бледных плеч казалась еще более контрастной. Это зрелище сводило с ума.
- Ты принадлежишь мне, — выдохнул он мне в губы, и это не было вопросом. Это был факт, высеченный в самом глубок месте моего сердца.
- Да... - выдохнула я в ответ, сама не зная, чему именно подчиняюсь.

Он вошел в меня резко, одним мощным движением, заставив меня вскрикнуть и крепко вцепиться в его плечи. Его ненасытность пугала и восхищала одновременно. Даррен не просто брал меня, он словно пытался впитать меня в себя, заполнить собой каждую клеточку моего существа.

Его движения были мощными, ритмичными и пугающе интенсивными. Он не давал мне перевести дыхание, не давал отвлечься. Каждый толчок отзывался во мне новой вспышкой боли, которая тут же перерастала в невыносимое, ослепляющее наслаждение.

Я смотрела на него, задыхаясь, и видела, как на его лице застыла маска первобытной страсти. Он был похож на хищника, который наконец нашел то, за чем охотился всю жизнь. В его движениях не было нежности, только жадное, неутолимое желание обладать, забрать всё, что у меня есть.
«Боже, он никогда не остановится»

Эта мысль пронеслось у меня в голове. И в этот момент мне это чертовски нравилось.
Я чувствовала, как сознание начинает ускользать. Мысли о том, что через три дня я уйду, о том, что этот мир, лишь временная остановка, всё это тонуло в океане ощущений. Сейчас не было прошлого, не было будущего. Была только эта бешеная пульсация, его тяжелое дыхание над моим ухом и невыносимое чувство, что я наконец-то дома.
С каждым его новым толчком я чувствовала, как волна подкатывает всё ближе, становясь всё выше и мощнее, пока, наконец, не обрушилась на меня, разбивая на тысячи сверкающих осколков.

Я лежала, не в силах пошевелиться, чувствуя, как сердце колотится о ребра, словно пойманная птица. Дыхание все еще было рваным, а по телу пробегали остаточные искры удовольствия. Я ожидала, что он отстранится, даст мне прийти в себя, но Даррен не собирался давать мне передышку.
Его глаза, все еще темные и лихорадочные, впились в мое лицо. Он не отстранился, напротив, он прижался ко мне еще плотнее, его кожа была влажной от пота и обжигающей.
- Ты думала, я закончил? - его голос был едва узнаваем, низкий, вибрирующий от напряжения.
- Даррен... я... - я попыталась вдохнуть побольше воздуха, но он перехватил мои запястья и прижал их к подушке над моей головой.
- Нет, Далия. Ты даже не представляешь, как долго я этого ждал, - прошептал он, и в его тоне проскользнула опасная, почти безумная нотка. - Я не смогу насытиться тобой. Никогда.
Он снова начал двигаться. На этот раз медленнее, но гораздо глубже, заставляя меня вскрикнуть от резкого прилива ощущений. Это была не просто страсть, а какая-то одержимость. Он словно пытался выжечь свое имя на моей коже, оставить след, который не сотрется никогда. И ему, несомненно, это удалось.
- Пожалуйста, не так... - простонала я, выгибаясь под ним, когда он нашел ту самую точку, которая заставляла меня терять рассудок. - Слишком сильно...
- Скажи мне, что ты хочешь этого, - потребовал он, наклоняясь к самому моему уху. Его зубы слегка прикусили мочку, и я почувствовала, как по позвоночнику пробежал разряд. - Скажи, что ты хочешь, чтобы я продолжал.
- Хочу... - я задыхалась, впиваясь ногтями в его крепкие плечи. - Хочу тебя, Даррен. Еще.
Это было как красная тряпка для быка. Его движения стали резкими, неуправляемыми. Он был ненасытным, жадным, словно пытался забрать у меня саму душу. Каждая секунда превращалась в битву за контроль, в которой я добровольно сдавалась ему в плен.
- Ты моя, - рычал он, вбиваясь в меня с такой силой, что у меня перехватывало дыхание. - Слышишь? Только моя.
- Да... - мой голос сорвался на хриплый шепот. - Твоя...

Я чувствовала, как сознание снова начинает плыть. Мир сузился до размеров этой кровати, до его тяжелого тела, до ощущения его рук, которые сжимали меня так крепко, будто он боялся, что я испарюсь, если он хоть на миг ослабит хватку.

Его ритм стал неистовым, почти животным. Я видела, как играют мускулы на его груди, слышала его тяжелые, сдавленные стоны.

Когда вторая волна накрыла нас, она была еще мощнее первой. Я выкрикивала его имя, теряясь в ослепительной вспышке, а он прижал меня к себе так сильно, что, казалось, мы стали одним целым, срастаясь кожей и дыханием.

Время превратилось в вязкую, бесформенную массу. Граница между ночью и днем стерлась, сменившись бесконечным циклом из изнуряющей страсти и тяжелого сна. На два дня мир за пределами этой комнаты перестал существовать. Не было ни дел, ни обязательств, только страсть и любовь.

Когда сознание наконец начало возвращаться ко мне, я почувствовала, как меня окутывает странная и непривычная легкость. Я открыла глаза, щурясь от мягкого света, пробивающегося сквозь плотные шторы.

Первое, что осознала, я чувствую себя невероятно чистой. Кожа была свежей, от меня пахло тонким ароматом трав душа и чем-то едва уловимым. Похоже, в какой-то момент между нашими вспышками безумия мы все же нашли силы добраться до ванной. Или Даррен вымыл меня. Скорее всего второе.

Я попыталась пошевелиться, и тут же ощутила, как тело отозвалось тупой, ноющей болью. Я тихо ахнула.
- Тише, - раздался низкий, сонный голос рядом.
Я повернула голову. Даррен спал, закинув одну руку мне под голову. В этом глубоком, спокойном сне он казался почти мирным, если не считать тяжелых теней под глазами и напряжения в челюсти. Его близость все еще ощущалась как нечто физически необходимое.
Я осторожно откинула край одеяла и замерла. Мое тело было все в отметинах. На бедрах, на ключицах и вдоль ребер отчетливо виднелись следы его зубов, засосов и пальцев. Кожа в некоторых местах была припухшей, напоминая о том, насколько неистовым и, честно говоря, пугающим он был в свои моменты потери контроля.

Я коснулась пальцами одной из отметин на плече, и по телу пробежала дрожь, но не от холода, а от воспоминания, как именно этот след был оставлен.
- Ты проснулась, - Даррен открыл глаза. В них была густая и темная нежность, смешанная с собственническим блеском.
Он придвинулся ближе, и его рука скользнула по моей талии, замирая на бедре, прямо там, где виднелся самый яркий след.
- Больно? - спросил он, и в его голосе прозвучала едва уловимая, почти виноватая хрипотца.

- Немного, - честно призналась я, глядя ему прямо в глаза.

- прости, я не хотел причинить тебе боль. Я просто хотел убедиться, что ты не исчезнешь.

Мое сердце сжалось. Я должна ему сказать, что в этом мире мне остался всего один день, но глядя в глаза этого мужчины, я не смогла произнести ни слова. Я коснулась рукой его щеки и коснулась его губ невесомым поцелуем.

- Я хочу есть, - смена темы должна помочь разрядить обстановку.

- Тогда давай одеваться и выходить. Близнецы и Рейвен уже стучали несколько раз, проверяя все ли с тобой в порядке.

Я зарылась от смущения под одеялом.

«Боже! Они же теперь знаю, чем мы тут занимались!»

- Не время стесняться, - Даррен пытался скрыть смех. Его явно забавляла моя реакция, - давай вставать, тебя нужно покормить.

Даррен притянул меня к себе и крепко обнял, игнорируя мое протестующее ворчание. Я чувствовала тепло его кожи и то, как уверенно он двигается, несмотря на общую усталость. Он легко поднялся с кровати и протянул мне руку, помогая сесть.
Когда я встала, мои ноги на мгновение подкосились. Тело казалось ватным и совершенно чужим. Я поспешила натянуть на себя покрывало, стараясь не смотреть в зеркало, чтобы не видеть те самые следы на своей коже.
Даррен тем временем спокойно собирался. Он не выглядел смущенным или застигнутым врасплох. Напротив, вел себя так, будто два дня в закрытой комнате были самой естественной вещью на свете.
- Иди умывайся, - сказал он, кивнув в сторону ванной. - Я пока поищу тебе что-нибудь из чистой одежды.
Я зашла в ванную и увидела в бочке холодную воду. Она помогла мне немного прийти в себя. Глядя на свое отражение, я видела бледную, но сияющую девушку. Мысль о том, что завтрашний день может стать последним, жгла изнутри, но сейчас я просто хотела почувствовать вкус еды и тепло от общения с друзьями.
Когда я вышла, Даррен уже стоял у шкафа. Он протянул мне одно из платьев, которое весело в шкафу.
- Надень это, - коротко бросил он.
Я быстро переоделась и подошла к нему. В коридоре было тихо, но я кожей чувствовала, что за дверью нас все ждут. Мы вышли из комнаты, и я невольно сжала край от рукавов платья.
Даррен приобнял меня за плечи, притягивая ближе к своему боку. Его рука ощущалась как надежная опора и то, что всегда должно оставаться именно так.
- Идем, - тихо сказал он. - Близнецы, скорее всего, уже почти все съели.
Я едва заметно улыбнулась. Несмотря на смущение, внутри разливалось странное спокойствие. Если это был мой последний день здесь, то я хотела провести его, чувствуя его руку на своем плече.

Когда мы вошли в столовую, шум голосов мгновенно затих. Грей и Себастьян сидели за длинным столом, окруженные тарелками с завтраком. Рейвен стояла рядом, активно жестикулируя и что-то доказывая парням. Увидев нас, она замолчала, и по ее лицу пробежала тень облегчения.
- Наконец-то, - Грей первым нарушил тишину. Он отложил вилку и внимательно посмотрел на меня, словно проверяя, действительно ли я здесь. - Мы уже думали, что вы решили проспать до самого вечера.
Себастьян лишь коротко кивнул, но его взгляд оставался серьезным. В воздухе все еще витало напряжение, которое не могли разогнать даже ароматы свеже заваренного напитка из трав и выпечки.
- Садитесь, - Рейвен указала на свободные стулья. - Мы тут как раз пытались разобраться в последних новостях.
Я присела рядом с Дарреном, чувствуя, как он собственнически прижимает меня к себе за плечо. Мы пытались вести себя непринужденно, но общая атмосфера была слишком тяжелой.

- О чем вы так бурно спорили? - спросила я, стараясь, чтобы мой голос звучал обыденно.
Себастьян тяжело вздохнул и переглянулся с Греем. Его лицо вмиг стало заговорческим.

- Рейвен поступило весьма интересное и выгодное для нас предложение.

- Что за предложение?  - я посмотрела на Рейвен.

- Ничего важного, не слушай их.

- Не правда, это самый важный вопрос в жизни каждой девушки, - Грей подскочил со своего место, почти роняя стул, - Азарот сделал предложение Рейвен. Он настаивает на том, чтобы она стала его женой, так как больше не намерен ждать подходящего момента.

Я радостно воскликнула и подбежала к подруге обнимая ее. Уже давно было понятно, что она не смогла отпустить чувства к Азароту, хоть и продолжала злиться на него.

- Рейвен, скажи, что ты хотя бы подумаешь над его предложением. Он же так любит тебя. А ты его!

Рейвен замерла в моих объятиях, и на мгновение мне показалось, что она сейчас оттолкнет меня или даже рассмеется от возмущения. Но вместо этого я почувствовала, как она судорожно выдохнула, прижимаясь ко мне в ответ. Ее плечи едва заметно дрогнули.
- Грей, если ты еще раз скажешь это в таком тоне, я лично скормлю твой завтрак волкам, - пробормотала она, пытаясь вернуть себе привычный колючий вид, но голос ее предательски дрогнул.
- О, брось, Рей, - Грей уже не выглядел напуганным, он сиял, как мальчишка, выигравший битву. - Ты же сама понимаешь, что это неизбежно. Азарот не из тех, кто привык играть в долгие игры. Он хочет закрепить то, что между вами есть. И Далия права. Это что-то – Люююбооовь.
Себастьян, который до этого сохранял маску спокойствия, медленно откинулся на спинку стула. Его взгляд стал непривычно мягким, лишенным той колючей настороженности, с которой он обычно смотрел на мир.
- Это серьезный шаг, - негромко произнес он, глядя не на нас, а куда-то сквозь стену.

Атмосфера в столовой мгновенно изменилась. Радостный возглас и шутка Грея натолкнулись на тяжелый и серьезный тон Себастьяна. Я почувствовала, как рука Даррена на моем плече сжалась чуть сильнее, словно он тоже пытался удержать этот момент равновесия.
- Вы говорите так, будто это... - я запнулась, подбирая слово, - будто это решение, которое определит всё.
- Потому что так оно и есть, Далия, - Рейвен отстранилась от меня и села на свое место, поправляя растрепавшиеся волосы. Она посмотрела мне прямо в глаза, и в этом взгляде я увидела глубокую усталость. - Азарот предлагает мне не просто кольцо. Он предлагает мне стать частью того, что он строит. И я... я просто не знаю, готова ли я к этому.

- Что ты имеешь ввиду?

- Он хочет объединить людей и зверолюдей. Те события, которые произошли в первой жизни и в этой…Он не хочет повторения, поэтому попытается выстроить другой мир.

Я не знала, что ответить совей подруги. Она заслуживает счастья быть с любимым, но тогда она возьмет на себя ответственность не только за свой особняк и его территории и за всю свою страну и страну людей, если Азароту удастся примирить два враждующих народа.

- Ты знаешь, Рей, мне кажется, что только ты с этим справишься. В тебе столько смелости и ответственности. Тебя все здесь любят, потому что ты искренне заботишься о своих близких. Сколько детей ты спасла из плена людей? Все они нашли семьи и не голодают где0нибудь на улице. Так что если ты своим сердцем чувствуешь, что хочешь быть с Азаротом, то не думай ни малейшей минуты. Просто будь с ним. А там ты увидишь, куда приведет тебя твоя судьба. Твои чувства - это единственное, что имеет значение.