Глава 7. Тайная лаборатория Селины.
— Ладно, — Кристина решительно допила гадкое варево и поморщилась. — У нас есть три дня. Адриан думает, что я сбежала или погибла. Элеонора уверена, что прикончила меня. Это наше преимущество. Селина, нам нужно нейтрализовать Клятву Крови так, чтобы Совет не успел нажать на кнопку «Стирание».
— Я уже начала расчеты... то есть, алхимические прикидки, — Селина подтащила к подруге огромный котел, в котором плавало нечто, напоминающее кисель с блестками. — Проблема Клятвы Крови в том, что она завязана на сердцебиении. Пока сердце Адриана бьется в унисон с Источником Академии, Совет может дергать за ниточки. Если мы разорвем связь грубо — Академия исчезнет. Нам нужен «суррогат».
— Суррогат? — Кристина прищурилась. — Хочешь сказать, нам нужно подсунуть Совету другое «сердце»?
— Именно! — Селина воодушевилась. — Если мы перенесем отпечаток магии Адриана на «Слезу», а потом подменим артефакты в ритуальной чаше во время свадьбы... Совет будет думать, что они владеют его душой, а на самом деле они будут владеть всего лишь зачарованным булыжником.
Кристина встала, пошатываясь, и подошла к зеркалу. Вид у неё был боевой: растрепанные волосы, порванная одежда, но в глазах горел такой огонь, что можно было разжечь камин без магии.
— Но чтобы перенести отпечаток магии, мне нужно... хм... очень тесное соприкосновение с деканом, — Кристина почувствовала, как щеки обдает жаром. — Магия крови и времени передается через... ну, через сильные эмоции и физический контакт.
— О, я знала, что тебе понравится эта часть плана! — хихикнула Селина. — Тебе нужно пробраться к нему сегодня ночью. Но не просто пошпионить, а заставить его магию «вспыхнуть». Только тогда мы сможем снять слепок.
— Селина, он выставил меня за дверь! Он боится за мою жизнь! Если я просто приду и скажу: «Привет, Адриан, давай займемся магическим соприкосновением», он запрёт меня в башне ради моей же безопасности.
— Значит, он не должен знать, что это ты, — Селина выудила из-под стола флакон с золотистой жидкостью. — «Зелье Истинного Желания». Оно не меняет внешность, но оно затуманивает разум, заставляя видеть в человеке то, что ты больше всего хочешь видеть. Для него ты будешь прекрасным видением, сном, призраком... кем угодно, только не «отчисленной адепткой».
Кристина взяла флакон. Она посмотрела на свои руки, всё еще дрожащие после Источника.
— Значит, я должна стать его сном, чтобы спасти его реальность, — она решительно затянула порванный пояс на талии, подчеркивая свои изгибы. — Хорошо. Если для спасения Академии мне нужно соблазнить собственного декана в образе призрака — я сделаю это. Но клянусь, после того как мы всё это закончим, я заставлю его официально признать, что мои бока — это государственное достояние.
Подготовка к ночи
Весь остаток дня подруги провели в лихорадочных сборах. Селина готовила «якорь» для переноса магии, а Кристина… Кристина отмывала грязь подземелий и пыталась соорудить из остатков своего платья нечто, что выглядело бы как «призрачное одеяние», но при этом легко расстегивалось.
— Главное — не забудь приложить «Слезу» к его груди в момент самого сильного магического всплеска, — наставляла Селина, упаковывая артефакт в тончайшую шелковую сетку.
— «Самого сильного всплеска»? — переспросила Кристина, краснея до корней волос. — Ты ведь понимаешь, о чем говоришь?
— Я алхимик, Кристина! Я говорю о резонансе душ и тел! — Селина сделала невинное лицо. — А как ты этого добьешься — это уже твой полет фантазии.
Кристина посмотрела в окно. Солнце садилось, окрашивая башни Академии в кроваво-красный цвет. Это была ночь перед решающим сражением. Ночь, когда дисциплина должна была окончательно капитулировать перед страстью.
— Ну, Адриан Вальдес, — прошептала Кристина, притирая плечи эссенцией ночного жасмина. — Надеюсь, твое сердце готово к такому «хаосу», который не снился даже твоему отцу.
Она выпила зелье и почувствовала, как её очертания начали подергиваться легкой серебристой дымкой. Она была здесь — и одновременно нигде. Идеальная тень для идеального декана.
Серебристая дымка окутала Кристину, превращая её шаги в бесшумное скольжение. Зелье Селины действовало странно: Кристина видела свои руки, но они казались сотканными из лунного света и звездной пыли.
— Ну, как я выгляжу? — шепнула она, поправляя вырез своего импровизированного «призрачного» наряда, который теперь больше напоминал легкую ночную сорочку, чем одежду адептки.
— Как очень соблазнительное нарушение всех законов логики, — отозвалась Селина, проверяя настройки «якоря». — Помни: у тебя есть время до первых лучей солнца. И постарайся не рассмеяться, если он начнет читать тебе стихи. Магический резонанс — штука тонкая, юмор может сбить частоту.
Кристина кивнула и выскользнула из лаборатории.
Путь в покои Декана
Замок спал, но это был тревожный сон. В коридорах то и дело мелькали Серые Плащи, их шаги гулко отдавались от каменных плит. Кристина замерла, когда один из них прошел буквально в дюйме от неё. Она задержала дыхание, чувствуя, как «Слеза» в шелковой сетке, спрятанная в ложбинке между грудей, начинает пульсировать. Страж даже не повернул головы — для него она была лишь колебанием воздуха.
Она поднялась по винтовой лестнице к личным покоям Адриана. Дверь, защищенная десятком заклятий, признала в ней «пустоту» и пропустила внутрь без единого скрипа.
В спальне декана царил полумрак. Пахло старой бумагой, дорогим табаком и той самой горькой полынью, которая теперь ассоциировалась у Кристины с мужчиной её мечты. Адриан не спал. Он сидел на краю массивной кровати, в одной рубашке с расстегнутым воротом, и сжимал в руках ту самую русую ленту, которую Кристина обронила в его кабинете.
Он выглядел так, будто не спал вечность. Тени под глазами стали глубже, а скулы — острее.
— Кристина... — прошептал он, закрывая глаза и прижимая ленту к лицу. — Где же ты сейчас? Надеюсь, ты уже за границей королевства.
Кристина почувствовала, как её сердце сжалось. Она сделала шаг вперед, и серебристая дымка вокруг неё замерцала ярче.
Резонанс душ
Адриан резко вскинул голову. Его янтарные глаза расширились, когда он увидел призрачную фигуру в центре комнаты. Благодаря «Зелью Истинного Желания» он видел не просто студентку, а воплощение своей самой сокровенной тоски.
— Это сон... — пробормотал он, медленно поднимаясь. — Очередной морок, созданный моим собственным безумием.
— А если это сон, Адриан, то почему бы тебе не позволить себе в нем немного правды? — Кристина подошла ближе. Её голос звучал мягко, словно шелест листвы.
Она протянула руку и коснулась его щеки. Пальцы, всё еще полупрозрачные, ощутили жар его кожи и колючую щетину. Адриан вздрогнул, перехватил её ладонь и прижал к своим губам.
— Ты пахнешь как она, — выдохнул он, закрывая глаза. — Лаванда, корица и... хаос. Если ты — плод моего воображения, то я не хочу просыпаться. Никогда.
Он притянул её к себе. В этот момент магия «Слезы» и магия Адриана соприкоснулись. Кристина почувствовала, как по её телу прошла мощная волна жара. Ей нужно было довести его до пика эмоций, заставить его магическое ядро раскрыться.
Она обняла его за шею, чувствуя, как его сильные руки смыкаются на её талии. Адриан целовал её так, словно пытался выпить саму её душу. В этом поцелуе не было дисциплины — только ярость, нежность и отчаяние человека, который верил, что потерял самое дорогое.
— Адриан, — прошептала она ему в губы, когда он начал покрывать её шею горячими поцелуями. — Ты должен бороться. Не отдавай Академию. Не отдавай себя.
— Без тебя в этом мире нет ничего, что стоило бы спасать, — рыкнул он, подхватывая её на руки и опуская на мягкое покрывало.
Кристина чувствовала, как «Слеза» между ними начинает вибрировать всё сильнее. Магический фон в комнате стал настолько плотным, что свечи на столе вспыхнули сами собой синим пламенем. Это был он — резонанс.
Она прижала ладонь с артефактом точно к его груди, там, где под кожей бешено билось его сердце. В этот миг Адриан замер, его глаза вспыхнули ослепительным золотом. Он не понимал, что происходит, он просто чувствовал, как вся его суть, вся его магия перетекает в эту призрачную женщину, сливаясь с ней в едином порыве.
— Кристина... — выдохнул он, и в этом выдохе была такая концентрация магии, что «Слеза» в её руке на секунду ослепила их обоих.
Слепок был сделан. Копия магического сердца Адриана была перенесена на артефакт.
Кристина чувствовала, как действие зелья начинает ослабевать. Серебристая дымка таяла. Ей нужно было уходить, пока он не осознал, что перед ним не призрак, а вполне реальная (и довольно ощутимая в его руках) адептка.
— Спи, мой декан, — прошептала она, касаясь его лба. — Завтра ты проснешься с мыслью, что это был лишь сон. Но этот сон спасет нам жизнь.
Она выскользнула из его объятий, когда он погрузился в глубокий магический сон, вызванный разрядкой Источника. Кристина стояла у двери, глядя на него — растрепанного, спящего и теперь... защищенного.
— И всё-таки, Селина была права, — прошептала она, поправляя растерзанную сорочку и чувствуя, как на губах всё еще горит его вкус. — Магическое соприкосновение — это самый приятный способ спасения мира, который я знаю.
Она исчезла в коридоре, сжимая в руке теперь уже бесценный артефакт. План перешел во вторую фазу. У них оставалось два дня до свадьбы.
Утро после «призрачного визита» встретило Кристину нежной ломотой в теле и полным отсутствием раскаяния. Она лежала в лаборатории Селины на груде старых свитков, сжимая в руке «Слезу». Артефакт теперь не просто пульсировал — он мягко светился золотистым светом, в точности повторяя ритм сердца Адриана.
— Сработало, — прошептала Кристина, чувствуя, как на губах сама собой расплывается блаженная улыбка. Она поднесла камень к глазам, любуясь тем, как внутри кристалла перетекают искры чужой магии. — Мы сняли слепок. Теперь у нас есть его резонанс.
— О да, судя по твоему виду, соприкосновение было более чем тесным, — Селина, уже успевшая сварить утренний бодрящий отвар, скептически оглядела подругу. Она с грохотом поставила медный котелок на стол, и пар, пахнущий горькими травами и хвоей, заполнил комнату. — У тебя волосы напоминают гнездо феникса после взрыва, а на шее пятно, которое не скроет ни одна иллюзия. Живо пей это, нам пора возвращаться в «реальность».
— Какую реальность? Меня же отчислили! — Кристина неохотно поднялась, разминая затекшую спину. Каждый сустав отзывался воспоминанием о холодных плитах пола и горячих руках ректора. — По правилам Академии, я должна была покинуть территорию до рассвета.
— В том-то и фокус. Адриан прислал второе уведомление через магический вестник. Видимо, ночью, пока ты его так самоотверженно «спасала», он в порыве профессионального долга или внезапного приступа паранойи решил, что отчисление вступает в силу только через три дня — после «завершения всех академических задолженностей и сдачи инвентаря».
Селина протянула подруге чашку с обжигающим отваром, в упор глядя на светящийся артефакт в руках Кристины.
— Он хочет, чтобы ты была на виду. Под его личным присмотром, пока он не придумает, как безопасно вывезти тебя из замка или, что более вероятно, как вытрясти из тебя правду о том, что именно ты натворила в его спальне. Так что приводи себя в порядок: официально ты всё еще адептка, которой предстоит очень тяжелый разговор с ректором.