Глава 4
холодный металл ключа больно врезался в ладонь. боря стоял под подъемником в автосервисе, яростно оттирая мазут с деталей старого генератора. внутри него всё еще кипела вчерашняя злость. он не мог простить себе, что упустил сестру, что позволил ей поехать с этим лощеным ублюдком кудиновым. если бы он опоздал хотя бы на пять минут... от одной этой мысли кулаки хенка сжимались сами собой.
тяжелая железная дверь сервиса со скрипом отворилась, впуская внутрь холодный сквозняк и запах сырого асфальта. боря не оборачивался — по шагам понял, кто пришел. киса ходил по-особенному: шумно, уверенно, нагловато, будто весь мир принадлежал ему одному.
— здорова, хенк, — ваня подошел ближе, опираясь плечом о металлический стеллаж с инструментами.
он выглядел нормально, даже слишком. чистый, собранный, без того безумного блеска в глазах, который пугал всех последние полгода. но боря слишком хорошо знал своего друга. за этим внешним спокойствием скрывалась пружина, готовая лопнуть от любого щелчка.
— здорова, — буркнул боря, не прерывая работы.
— чё вчера было-то? — ваня спросил это как бы между прочим, доставая из кармана сигарету, но не прикуривая. — элька ревела. ты на неё орал на всю улицу. вы из-за чего сцепились?
боря резко остановился. он медленно повернулся к другу, бросив грязную тряпку прямо на верстак.
— а тебе какое дело, кислов? у тебя своя жизнь есть. маша там, дела. че ты к моей сестре лезешь?
— хенк, не беси меня, — ваня сделал шаг вперед, его голос мгновенно упал на октаву, став угрожающе тихим. — я видел её лицо вчера. она не просто так плакала. и ты не просто так орал как резаный. вы у маяка были? с кем?
боря несколько секунд молча сверлил друга взглядом. он обещал элли молчать, но понимал, что ваня все равно не отвяжется. да и скрывать это от кисы, зная его отношение к кудинову, было глупо. рано или поздно правда вылезла бы наружу.
— с кудиновым она там была, — выдохнул боря, со злостью пиная валявшуюся под ногами покрышку. — этот гондон затащил её туда. лапать начал в машине. штаны с неё снять пытался, понял? если бы я не приехал...
воздух в боксе будто мгновенно выкачали. ваня замер. его лицо побелело так, что стали видны мелкие шрамы у виска. сигарета, которую он держал в пальцах, сломалась пополам.
— чё ты сказал? — переспросил ваня. в его голосе не было крика, только мертвенный, леденящий холод.
— то и сказал, — боря подошел вплотную к другу, хватая его за куртку, предвидя его реакцию. — я ему уже прописал вчера. капот его корыта его же рожей разукрасил. успокойся, киса. не лезь.
— ты мне говоришь «не лезь»? — ваня резко скинул руки бори со своей куртки. его трясло от ярости. — этот мажорный выродок трогал её руками? её?
— она моя сестра, ваня! — крикнул боря. — и это я вчера её спасал, пока ты хрен пойми где шлялся! у тебя маша, забыл? ты сам выбрал эту правильную жизнь. так и сиди в ней, а к эльке не суйся. мы сами разберемся.
ваня ничего не ответил. он развернулся и быстрым шагом направился к выходу, с силой пнув металлическую бочку у двери. боря крикнул ему вслед, но звук мотора заведенного мотоцикла заглушил его голос. киса улетел в туман, оставляя после себя только запах паленой резины.
в это же время в комнате элли царил хаос. рита сидела на кровати, скрестив ноги, и красила ногти ядовито-розовым лаком, пока элли перед зеркалом пыталась скрыть следы вчерашних слез и усталости.
— эль, ну прекрати ты киснуть, — рита вздохнула, дуя на пальцы. — кудинов получил по заслугам? получил. боря рядом? рядом. сегодня суббота, в «зодиаке» дискотека. погнали, а? нам обеим нужно встряхнуться. я со своим мелом скоро с ума сойду. он опять весь день за анжелой бегает, стихи ей свои дебильные читает, а на меня даже не смотрит.
элли посмотрела на свое отражение. темные круги под глазами, бледная кожа. она ненавидела чувствовать себя слабой. вчерашний страх в машине рауля все еще сидел где-то глубоко внутри липким комом, и ей отчаянно хотелось его вытравить. заглушить громкой музыкой, алкоголем, чужими голосами — чем угодно, лишь бы не думать.
— ладно, — элли резко повернулась к подруге. — погнали. только чур пьем много и ни о чем не думаем.
— вот это моя девочка! — рита победно вскинула руки.
через час они уже входили в «зодиак» — единственный приличный клуб в городе, который на деле представлял собой бывший советский дом культуры, наскоро переделанный под дискотеку. внутри пахло дешевым пивом, потом и неоном. гремел тяжелый бас, от которого вибрировали стекла.
народу было полно. элли сразу заметила у барной стойки знакомые лица: локон и паша уже вовсю общались с какими-то девчонками, гена стоял чуть поодаль, лениво потягивая пиво. мела видно не было — видимо, опять караулил анжелу на входе.
— две текилы, — крикнула элли бармену, пробираясь к стойке.
первая стопка обожгла горло, оставляя приятное тепло в груди. вторая пошла легче. элли закрыла глаза, позволяя музыке заполнить голову, вытесняя оттуда мысли о рауле, о брате и, самое главное, о ване.
«он нормальный», — крутилось в голове. — «он просто прошел мимо вчера. ему плевать. у него маша».
— элька, смотри, егор пришел! — рита дернула её за руку, указывая в сторону входа.
егор действительно зашел в зал, но, как и ожидалсь, его взгляд сразу устремился в угол, где стояла анжела. рита мгновенно погрустнела, опуская голову. элли обняла подругу за плечи.
— забей, рит. пойдем танцевать. пусть они все катятся к черту.
они вышли на середину танцпола. алкоголь начал действовать, расслабляя натянутые до предела нервы. элли двигалась в такт музыке, чувствуя, как с каждым движением из нее выходит вчерашний кошмар. ей казалось, что она снова контролирует свою жизнь.
но иллюзия контроля разбилась ровно в тот момент, когда толпа у входа расступилась.
ваня кислов зашел в клуб один. на нем была та самая кожанка, кулаки засунуты в карманы, взгляд дикий и сканирующий пространство. он не смотрел на танцующих, он искал конкретного человека. и когда его глаза наткнулись на элли в толпе, его лицо закаменело.
он пошел прямо к ней, расталкивая людей плечами. кто-то пытался возмутиться, но, увидев лицо кисы, быстро затыкался.
— хенкина, уходим, — ваня вырос перед ней как из-под земли, хватая за локоть. его пальцы сжались крепко, но не больно — ровно так, чтобы она не могла вырваться.
— ты че творишь, кислов?! — элли попыталась дернуть руку, но тщетно. алкоголь добавил ей смелости и злости. — отвали от меня! иди к своей маше, я сказала!
— я сказал — мы уходим, — повторил ваня. его глаза горели тем самым упрямым, яростным огнем, который она так хорошо знала. — боря мне всё рассказал. ты дура, хенкина? какого хера ты вообще с этим ублюдком поехала?
— а тебя это ебать не должно! — выкрикнула она ему прямо в лицо, перекрывая шум басов. — ты мне никто! у нас был договор! не лезь в мою жизнь!
толпа вокруг начала оборачиваться. рита испуганно сделала шаг назад, гена уже направлялся к ним от бара, предчувствуя драку.
— мне плевать на договор, когда этот гондон пытается тебя трахнуть! — ваня дернул её к себе так близко, что она почувствовала тепло его дыхания. — ты думаешь, я бы позволил ему? думаешь, я бы оставил это просто так?
— ты опоздал, кислов! — слёзы снова подступили к горлу, смешиваясь с алкогольным туманом. — ты опоздал на три года! боря меня спас, а не ты! так что иди домой, пока твоя правильная девочка тебя не потеряла!
ваня замер. слова про машу будто ударили его по лицу. он разжал пальцы, отпуская её руку, но не отошел ни на сантиметр. между ними снова натянулась та самая струна, готовая лопнуть и уничтожить всё вокруг.
— я не уйду, эля, — тихо, но отчетливо произнес он. кажется он впервые назвал ее по имени. — пока мы не поговорим. нормально. без твоих истерик и без моих психов.
— нам не о чем говорить, кислов, — элли вскинула подбородок, изо всех сил стараясь, чтобы голос не дрожал. — всё закончилось три года назад. уходи.
он посмотрел на нее — долго, тяжело, считывая каждую эмоцию на её лице. а потом медленно произнес то, что заставило её сердце остановиться:
— ничего не закончилось, эля. и ты это знаешь лучше меня.